Гражданское дело № 2-1086/17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 апреля 2017 года г. Черкесск 

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего судьи Абайхановой З.И.,

при секретаре судебного заседания Кидакоеве П.А.,

с участием помощника прокурора г. Черкесска – Викиной А.В.,

истца – ФИО2

представителя истца ФИО2 – ФИО3,

представителя ответчика МУП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие №1» - ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску ФИО5 ФИО1 к МУП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие № о признании незаконным увольнение по приказу №-к от 12.01.2017 года с должности главного инженера, восстановлении на работе, компенсации морального вреда и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском. В исковом заявлении истцом указано, что он работал главным инженером МУП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие № 1» г. Черкесска. Приказом № 12-к от 12.01.2017г. истец был уволен с должности с 13.01.2017г. по п. 5 ст. 81 ТК РФ по инициативе работодателя в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, имея дисциплинарное взыскание. Свое увольнение считает незаконным, о чем и указал при ознакомлении с приказом 13.01.2017г. Полагает, что оснований для его увольнения в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей, работодатель не имел. В соответствии с п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004г. (с изменениями от 24.11.2015г.) при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказывать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. 16.01.17г. истец обратился с заявлением к ответчику о выдаче ему копий документов и трудовой книжки. Из 9 запрошенных документов истцу были выданы 4 копии запрошенных документов и трудовая книжка. Остальные документы в нарушение ст. 62 ТК РФ ему не выдали, посчитав, что имеют право их не выдавать. Незаконным увольнением ему причинены нравственные страдания, связанные с переживанием по поводу увольнения. Моральный вред он оценивает в 50 тыс. рублей. Утраченный заработок за время вынужденного прогула он рассчитал на основании ст. 139 ТК РФ. Согласно, которой за каждый день вынужденного прогула, начиная с 13.01.17г., по день восстановления в должности с ответчика в его пользу подлежит взысканию по 864 рубля 18 копеек. На основании изложенного ссылаясь на ст.ст. 81,82,139,391,394 ТК РФ просит суд: признать незаконным его увольнение ответчиком по приказу №-к от 12.01.2017г. с должности главного инженера; восстановить в прежней должности главного инженера МП «Черкесского городского пассажирского автотранспортного предприятия № 1»; взыскать с ответчика в его пользу в счет компенсации морального вреда 50 тыс. рублей; взыскать с ответчика в его пользу заработную плату за время вынужденного прогула, начиная с 13.01.2017г. по день восстановления в прежней должности по 864 рубля 18 копеек за каждый день вынужденного прогула, также просит суд в случае удовлетворения исковых требований взыскать в его пользу с ответчика судебные расходы на представителя в сумме 25000 рублей.

Представитель ответчика представила в суд письменные возражения на иск, в которых указано, что с они с исковыми требованиями не согласны, считают увольнение ФИО2 в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, законным и обоснованным по следующим основаниям: за период трудовой деятельности истца в должности главного инженера, согласно трудового договора № от 29 августа 2014г он неоднократно нарушал должностную инструкцию, с которой был ознакомлен как при приеме на работу, так и в период трудовой деятельности. Одним из оснований для увольнения ФИО2 послужил факт разбора на запчасти автобуса № 26 по самовольному указанию и без согласования с директором предприятия ФИО6 Указанные незаконные действия главного инженера ФИО2 руководством были оценены как грубое нарушение должностных обязанностей и ему был объявлен выговор Приказ от 26.05.2016г №. С данным приказом истец был ознакомлен под роспись и на момент увольнения выговор не был снят руководством ответчика и не обжалован ФИО2. в установленные сроки (ст. 392 Трудового кодекса РФ). 18 августа 2016г Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору (РОСТЕХНАДЗОР) была проведена плановая проверка в ходе которой выявлены правонарушения (п.5(х) ПП РФ от 10.06.2013г № « о лицензировании эксплуатации взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов 1,2 и 3 классов опасности», а именно, не предоставлялась информация о происшедших инцидентах, в территориальный орган Ростехнадзора, которую необходимо представлять не реже одного раза в квартал и направлять указанную информацию ежеквартально. Это входило в должностные обязанности главного инженера (п. 2.9 Должностной инструкции главного инженера) Однако ФИО2 самоустранился от исполнений должностных обязанностей в очередной раз в нарушение требований Ростехнадзора КЧР не представил информацию за 3 квартал 2016г. в результате наше предприятие было привлечено к административной ответственности по статье 19.7 КоАП РФ постановлением Мирового суда от 17 ноября 2016г и вынесено административное наказание в виде предупреждения. В период рассмотрения данного дела в мировом суде и вступления в законную силу Постановления от 17 ноября 2016г истец ФИО2 находился в очередном трудовой отпуске с 21 ноября 2016г по 22 декабря 2016г. (Приказ № 138 от 17.11.2016г). Таким образом, вышеуказанное нарушение явилось очередным проступком главного инженера ФИО2 и как основание для привлечения его к дисциплинарной ответственности в виде увольнения (ст. 192 Трудового кодекса РФ) по п. 5 статьи 81 Трудового кодекса РФ. Необходимо отметить, что был соблюден весь порядок наложения дисциплинарного взыскания, предусмотренный действующим трудовым законодательством. За весь период работы в должности главного инженера, ФИО2. зарекомендовал себя с отрицательной стороны: халатно и легкомысленно относился к работе. Неоднократно от руководителя предприятия (ответчика) ФИО2. получал замечания в устной форме об улучшении качества работы как главного инженера, так как эта должность требует четкого соблюдения должностных обязанностей и несет за собой особую ответственность как руководящего должностного лица. Подобное отношение к обязанностям главного инженера негативно влияют на техническое и экономическое развитие и причиняют существенный вред основной деятельности их предприятия. На основании изложенного и предоставленных документов, ответчик просит в исковых требованиях истца ФИО2 отказать в полном объеме.

В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель ФИО3 поддержали исковые требования, просили суд удовлетворить их в полном объеме. Представили суду письменные дополнения к обоснованию исковых требований. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 исковые требования не признала, просила отказать в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в КЧР в судебное заседание не явился, был надлежаще извещен, от него поступило ходатайство о рассмотрении дела без их участия.

Согласно ст. 167 ГПК РФ, суд с учетом мнения лиц присутствующих в судебном заседании определил рассмотреть данное дело в отсутствие не явившегося представителя третьего лица.

Свидетель ФИО6 суду пояснил, что он работал на предприятии начальником, а ФИО2 работал главным инженером. Во время проверки, свидетель был начальником предприятия и обязанность по предоставлению всей документации, лежала на директоре предприятия, а техническая сторона была возложена на главного инженера. В ходе проверки были выявлены нарушения, которые позже были устранены. По результатам проверки он счел возможным не наказывать никого. Также пояснил, что он сам должен был предоставлять информацию. Позднее представление им было отписано главному инженеру потому, что в ходе его исполнения есть то, что выполнял и начальник автоколонны и главный инженер. Это не значит, что главный инженер должен был все сделать. Директору дается предписание, а главный инженер принимает участие в этом. Пояснил, также что Ростехнадзор раньше ничего не требовал, поэтому раньше эта информация не направлялась, 2 года информацию не направляли, т.к. не было несчастных случаев, ее не требовали. В августе 2016 года была плановая проверка. Обязанность по предоставлению информации была возложена на него. По устному поручению на главного инженера возложил исполнение предписания. В должностную инструкцию или трудовой контракт истца с августа 2016 года не вносились какие-то изменения, напрямую обязывающие его предоставлять такую информацию, а что касается пункта 2.9 должностной инструкции истца, то он пояснил, что предоставление информации об инцидентах не входит в должностную инструкцию. Есть министерство труда, Мэрия, есть внутренние отчеты, министерство транспорта, туда надо предоставлять отчетность. И никакого приказа он о возложении обязанностей на определенного сотрудника по предоставлению информации не возлагал, так как на тот момент уже было новое положение о производственном контроле. ФИО2 свою работу знает, отношения у них с ним были производственные, с работой он справлялся хорошо. Он тоже, когда работал главным инженером, снимал запчасти и переставлял на другие автобусы, но тут было сделано это без ведома директора, а выговор не был снят, поскольку дан был срок в один месяц и было исправлено все. Что касается ответственности за совершение административного правонарушения, свидетель пояснил, что она лежала на директоре, т. е. на нем.

Свидетель ФИО7 суду пояснил, что он является бывшим коллегой истца. Работал начальником автоколонны до 13 марта 2017 года, пока его тоже не уволили. 26 й автобус стоял у них на базе, они не сказали директору и в производственных целях переставили деталь на другой автобус, а когда директор узнал, объявил выговор ФИО2, но потом они в течение месяца все исправили. При нем и в настоящее время встало 5 автобусов, и стоят до сих пор и никого не наказали. На счет кто должен был, предоставлять информацию в Ростехнадзор суду пояснил, что он положение не читал.

Помощник прокурора г. Черкесска – Викина А.В. в своем заключении, указала, что исследовав материалы дела, рассмотрев исковое заявление ФИО8, исследовав показания свидетелей, приходит к выводу о том, что работодателем не доказан факт неисполнения должностных обязанностей истцом, отсутствуют так же доказательства о том, что на него была возложена обязанность по предоставлению информации об инцидентах на предприятии, об этом так же свидетельствует то, что протокол об административном правонарушении был составлен в отношении юридического лица, а не должностного, исследованное положение о производственном контроле, говорит о том, что соответствующая информация должна была направляться ответственным лицом, как установлено им является директор. В связи с этим полагала возможным удовлетворить заявление ФИО2 в полном объеме.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные доказательства, исследовав административное дело №3-363/16, выслушав заключение прокурора Викиной А.В., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

При разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания (п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление)).

В силу ч. 1 ст. 194 Трудового кодекса Российской Федерации работник считается не имеющим дисциплинарного взыскания, если в течение года со дня применения дисциплинарного взыскания работник не будет подвергнут новому дисциплинарному взысканию.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: 1) совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; 2) работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 ТК РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует также учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

В соответствии со ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть пятая статьи 189 настоящего Кодекса) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания.

В соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В силу ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ: "В случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В случае увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решения о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом. 

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты и стимулирующие выплаты.

Согласно ст. 131 ТК РФ, выплата заработной платы производится в денежной форме в валюте РФ.

Согласно ст. 136 ТК РФ, заработная плата выплачивается работнику не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

Из положений п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 ТК РФ. Поскольку ст. 139 ТК РФ установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме.

Как установлено в судебном заседании истец ФИО2 принят на работу в Муниципальное Унитарное Предприятие « Черкесское Городское Пассажирское Автотранспортное Предприятие» №1 (далее МУП «ЧГПАТП №1») на должность начальника отдела безопасности движения и технике безопасности 14 разряда, с возложением обязанностей инженера охраны труда и экологии, что подтверждается трудовым договором №29 от 28.08.2014 года. 

Приказом за № 176-к от 22.12.2014 года истец переведен на должность главного инженера 17 разряда МУП «ЧГПАТП №1».

Приказом за №80 от 26.05.2016 года за ухудшение работы технической службы, а именно за то что, с автобуса №26 без соответствующего приказа директора предприятия были сняты агрегаты применено дисциплинарное взыскание в виде выговора к главному инженеру ФИО2 Также приказано в месячный срок с 26.05.2016 года по 26.06.2016 года восстановить автобус №26 и пустить его в работу.Приказом за №12-к от 12.01.2017 года прекращено действие трудового договора от 29.08.2014 года №29 в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, имея дисциплинарное взыскание, т.е. по п.5 ч.1 ст. 81 ТК РФ.

Вышеуказанный приказ о применении мер дисциплинарного взыскания в отношении истца в виде увольнения не может быть признан законным и обоснованным по следующим основаниям.

Приказ за №12-к от 12.01.2017 года вынесен на основании приказа от 26.05.2016 года №80 « О состоянии технической службы предприятия», протокола Кавказского управления «Ростехнадзора» №3544-Рпл-Е9.1 об административном правонарушении от 18.08.2016 года, предписания Ростехнадзора о принятии мер в отношении выявленных нарушении в установленные сроки №П-3544 рПЛ-Е9.1, постановления мирового судьи судебного участка №6 по делу об административном правонарушении от 17.11.2016 года, должностной инструкции главного инженера, объяснительной главного инженера, выписки из протокола заседания профсоюзного комитета. 

Согласно п.2.9 Должностной инструкции главного инженера, главный инженер должен представлять отчетность во всех технических службах и службы эксплуатации.

Согласно материалам административного дела № 3-363/16 об административном правонарушении в отношении юридического лица – МУП «ЧГПАТП №1» по статье 19.7 КоАП РФ 18.08.2016 года на предприятии была проведена проверка Управлением Ростехнадзора, которая выявила факт ненаправления в их адрес ежеквартально информации о происшедших инцидентах, в связи, с чем был составлен протокол об административном правонарушении от 18.08.2016 года в отношении ответчика.

Как пояснил истец, он участвовал в данной проверке по поручению директора на основании доверенности №7 от 15.06.2016 года и подписывал данный протокол.

Выявленное административное правонарушение было квалифицировано по ст. 19.7 КоАП РФ, которая предусматривает ответственность граждан, должностных лиц и юридических лиц.

Однако, старший государственный инспектор отдела общепромышленного и горного надзора по КЧР не установив должностное лицо, ответственное за предоставление информации ежеквартально о происшедших инцидентах привлек к административной ответственности само юридическое лицо. 

Данное обстоятельство было подтверждено в судебном заседании от 07.04.2017 года свидетелем бывшим директором МУП «ЧГПАТП №1» ФИО6, который на момент составления предписания и протокола от 18.08.2016 являлся директором данного предприятия, который пояснил суду, что по результатам проверки Управления Ростехнадзора в августе 2016 года не наказал истца, так как информацию ежеквартально в Управление должен был направлять именно он –директор, 2 года информацию не направляли, т.к. не было несчастных случаев, ее не требовали. А что касается пункта 2.9 должностной инструкции главного инженера бывший директор пояснил, что это отчетность, а не информация. 

Кроме того, предприятие признав вину в непредставлении информации, которая была установлена 18.08.2016 года, согласно ст. 193 ТК РФ с истца не истребовало объяснительную, так как директор не установил, что именно ФИО2 совершен виновный проступок, за который он мог быть привлечен к дисциплинарной ответственности. Вместе с тем, при установлении факта нарушения истцом трудовых обязанностей дисциплинарное взыскание могло быть наложено в течение 1 месяца со дня обнаружения проступка, и смена руководства юрлица не влечет изменения порядка и сроков наложения дисциплинарного взыскания. 

Также не влияет на сроки наложения взыскания в данном случае и вынесение мировым судьей постановления о наложении на предприятие административного взыскания 17.11.2016 года, поскольку истец, как должностное лицо предприятия не был указан в качестве виновного лица за непредставление информации. 

В связи, с чем суд соглашается с доводами истца, о том что ответчиком нарушены сроки наложения на него дисциплинарного взыскания, если бы была установлена его вина в непредставлении информации. 

Что касается доводов представителя ответчика, о том что они постановление мирового судьи получили 27.12.2016 года и сроки не были пропущены, то суд с ними не соглашается, так как из материалов административного дела видно, что мировым судом данное постановление в адрес ответчика было направлено 17.11.2016 года, вместе с тем представитель ответчика ФИО4 участвовала в судебном заседании при рассмотрении административного дела и ей было известно, что мировой судья признал МУП «ЧГПАТП №1» виновным в совершении административного правонарушения предусмотренного ст. 19.7 КоАП РФ и назначено наказание в виде предупреждения. 

Кроме того, как видно из локальных актов предприятия в МУП «ЧГПАТП №1» в 2015 году было разработано и утверждено директором ФИО6 Положение «О производственном контроле за соблюдением требований промышленной безопасности при эксплуатации опасных производственных объектов». 

Согласно п.2.2 вышеуказанного положения ответственность за организацию и техническое обеспечение производственного контроля несет руководитель и должностные лица в соответствии с законодательством РФ.

В п.2.4 этого же Положения указано, что ответственность за осуществление производственного контроля в целом по организации возлагается на руководителя. Ответственность за осуществление производственного контроля за отдельные участки возлагается на лиц, назначенных приказом. 

Согласно п.2.5 Положения для обеспечения безопасной эксплуатации объекта лицо, ответственное за организацию производственного контроля обязано обеспечить соблюдение положений закона о промышленной безопасности и других нормативно-правовых актов РФ, а также нормативно-технических документов, устанавливающих правила ведения работ на предприятии и т.д. 

Приказом №77 от 06.03.2015 года директор МУП «ЧГПАТП №1» в пункте 1 возложил на себя ответственность за организацию производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности на опасных производственных объектах. Пунктом 2 этого же приказа ответственность за осуществление производственного контроля возложил на главного инженера.

Производственный контроль, как пояснил истец в судебном заседании, он осуществлял, но предоставление ежеквартально информации в Управление Ростехнадзора на него возложено не было. В течение всего периода его работы в должности главного инженера на него такая ответственность по приказу или должностной инструкции возложена не была. Ни разу подобной информации в Управление Ростехнадзора он не направлял до проверки, как главный инженер. Не направляло ее и предприятие, так как они не знали о такой необходимости. 

В соответствии с п. 10 Правил организации и осуществления производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте (утверждены Постановлением Правительства РФ № 263 от 10.3.1999г. в редакции от 10.12.2016г.) обязанности и права работника, ответственного за осуществление производственного контроля, определяются в Положении о производственном контроле, утверждаемом руководителем эксплуатирующей организации, а так же в должностной инструкции и заключаемом с этим работником договоре.

Как установлено в судебном заседании ни в Положении «О производственном контроле на предприятии», ни в должностной инструкции, ни в трудовом договоре обязанность в виде предоставления сведений (ежеквартальной информации) в Управление Ростехнадзора на истца не была возложена.

Кроме того, перед проведением проверки МУП Кавказским Управлением «Ростехнадзора» в начале августа 2016года по указанию директора было разработано положение о техническом расследовании причин инцидентов при эксплуатации опасных производственных объектов, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, их учету и анализу МУП «ЧГПАТП № 1».

Это Положение вместе с сопроводительным письмом от 05.08.2016года было направлено в Кавказское Управление «Ростехнадзора».

25.08.16г. это Положение было согласовано заместителем руководителя Кавказского управления «Ростехнадзора».

До августа 2016 года МУП такого Положения не было разработано и утверждено, что сторонами не оспаривалось.

В соответствии с последним абзацем пункта 2.8 (конец Положения) учет инцидентов, анализ причин их возникновения, предоставление один раз в квартал в территориальный орган Ростехнадзора информации о количествах инцидентов, мероприятий по устранению причин их возникновения и принятых мерах осуществляет лицо, ответственное за организацию производственного контроля.

Таким лицом на предприятии является директор в соответствии с положением о производственном контроле и в соответствии с приказом № 77 от 06.03.2015г.

Таким образом, у ответчика не было законных оснований возлагать на истца дисциплинарную ответственность за непредставление информации в Управление Ростехнадзора.

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами истца и его представителя, что привлекая истца к дисциплинарной ответственности, ответчик ссылаясь на п. 2.9 его должностной инструкции, в соответствии с которым он должен предоставлять отчетность во всех технических службах, посчитал, что речь в этом пункте идет именно о предоставлении сведения (информации). Однако отчетность - это регулярно подводимый итог деятельности предприятия, включающий определенный набор показателей, полученных доходов, произведенных расходов и т.д. Отчетность подразделяется на статистическую, бухгалтерскую, годовую, полугодовую и т.д. При возникновении сомнений в значении того или иного слова, должно быть принято во внимание буквальное толкование и смысл этого слова, понятия. Поэтому слова «ОТЧЕТНОСТЬ» и «ИНФОРМАЦИЯ» - это ни одно и тоже. При решении вопроса о наложении на истца дисциплинарного взыскания, произошла подмена понятий слов, что привело к незаконному наложению на него дисциплинарного взыскания.

Также, суд соглашается с доводами истца, что при увольнении ответчиком не были соблюдены дополнительные гарантии, а именно: что на момент увольнения ФИО2 занимал должность главного инженера муниципального предприятия, а согласно п. 1.1 должностной инструкции должность истца относится к категории руководителей. Главный инженер принимается на работу и увольняется приказом директора предприятия по согласованию с Администрацией города. 

В пункте 5.4. Устава МП, утвержденного 29.09.2015г. Постановлением Управления имуществом и имущественным комплексом мэрии МО г. Черкесска № 1192 указано, что руководитель МП по согласованию с Мэрией МО г. Черкесска определяет численность, квалификационный и штатный состав Предприятия, назначает и освобождает от должности работников предприятия, заключает контракты и договоры, что ответчиком не было выполнено.

Что касается доводов представителя ответчика, о том, что в декабре 2016г. истец направил письмо-информацию об отсутствии несчастных случаев на производстве, не могут быть приняты во внимание, т.к. он выполнял предписание органа госнадзора в соответствии с п. 2.6 Положения о производственном контроле, хотя это входило в обязанности директора в соответствии с п. 2.5.1. этого же Положения.

Как видно из ответа на запрос от 04.04.2017 года из Ростехнадзора информацию в Кавказское Управление «Ростехнадзора» в феврале 2017года направил ФИО9, как директор МУП, ответственный за организацию производственного контроля.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что приказ о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п.5 ч.1 ст. 81 ТК РФ незаконен.

Согласно п.5 ч.1 ст. 81 ТК РФ работник может быть уволен при неоднократном неисполнении работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Таким образом, с учетом всех выше перечисленных обстоятельств, приказ №12-к от 12.01.2017 года нельзя признать законным и обоснованным, в связи, с чем требования истца о признании незаконным увольнение по приказу №12-к от 12.01.2017 года с должности главного инженера и восстановлении на работе подлежат удовлетворению.

При исчислении суммы заработной платы, подлежащей взысканию за время вынужденного прогула в пользу истца, суд исходит из следующего.

Как видно из расчета истца, который произведен в соответствии со ст. 139 ТК РФ, то согласно справки №2-НДФЛ сумма заработка за 2016 год ФИО2 составила 303 846 рублей. Поделив эту сумму на 12 месяцев, получается среднемесячный заработок в 25 320 руб.50 копеек. Поделив эту сумму на 29.3 дня, получается среднедневной заработок в 864 рубля 18 копеек. Таким образом, за каждый день вынужденного прогула, начиная с 13.01.17г., по день восстановления в должности с ответчика в пользу истца подлежит взысканию по 864 рубля 18 копеек. Следовательно, на день вынесения решения суда заработная плата составляет 56 171, 70 рублей (864,18 Х65 дней). Стороной ответчика данный расчет не оспорен. Данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора, факт причинений работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Часть 2 указанной нормы направлена на создание правового механизма, обеспечивающего работнику судебную защиту его права на компенсацию наряду с имущественными потерями, вызванными незаконными действиями или бездействием работодателя, физических и нравственных страданий, причиненных нарушением трудовых прав. 

Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №2 от 13 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных и физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку трудовые права истца были нарушены ответчиком, то ФИО2 имеет право на компенсацию морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из обстоятельств данного дела, объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. 

При таких обстоятельствах, суд считает возможным взыскать в пользу истца в счет компенсации морального вреда с ответчика сумму в размере 5000 рублей. 

Согласно части 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.Обязанность суда взыскать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных на реализацию требований ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, вследствие чего, в силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Исходя из положений приведенных выше норм действующего гражданского процессуального законодательства, обстоятельств дела и принципа разумности и справедливости, суд находит сумму 15000 руб. соразмерной объему оказанных услуг. Присуждение суммы в указанном выше размере является разумным, баланс процессуальных прав и обязанностей сторон не нарушает. 

Указанный вывод соответствует позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О. Также суд принял во внимание участие представителя в суде и документальное подтверждение расходов.

В силу требований ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет Муниципального образования г. Черкесска в размере 1892,51 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО5 ФИО1 к МП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие №1» о признании незаконным увольнение по приказу №12-к от 12.01.2017 года с должности главного инженера, восстановлении на работе, компенсации морального вреда и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула – удовлетворить частично.

Признать незаконным увольнение ФИО5 ФИО1 ответчиком МП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие №1» по приказу №12-к от 12.01.2017 года с должности главного инженера.

Восстановить ФИО5 ФИО1 на работе в должности главного инженера МП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие №1». 

Взыскать в пользу ФИО5 ФИО1 с МП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие №1» заработную плату за время вынужденного прогула, начиная с 13.01.2017 по 19.04.2017 года в размере 56 171,70 рублей.

Взыскать в пользу ФИО5 ФИО1 с МП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие №1» в счет компенсации морального вреда 5000 рублей.

Взыскать в пользу ФИО5 ФИО1 с МП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие №1» судебные расходы на представителя в размере 15000 рублей.

В части исковых требований о взыскании в счет компенсации морального вреда превышающую сумму 5000 рублей, суммы превышающего 15000 рублей за услуги представителя - отказать. 

Взыскать с МП «Черкесское городское пассажирское автотранспортное предприятие №1» государственную пошлину в бюджет Муниципального образования г. Черкесска в размере 1892,51 рублей.

Решение суда в части восстановления на работе в должности главного инженера ФИО5 ФИО1 подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано сторонами в Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме. В окончательной форме решение изготовлено 24 апреля 2017 года.

Судья Черкесского городского суда КЧР З.И. Абайханова