Дело № 2-4737/2025 КОПИЯ

УИД 59RS0007-01-2025-005117-21

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 ноября 2025 года г. Пермь

Свердловский районный суд г. Перми в составе 

председательствующего Егошина И.В.,

при секретаре судебного заседания Вороновой П.С., помощнике судьи Старковой Ю.Н.,

с участием посредством видео-конференц-связи представителя истца ФИО4 по доверенности ФИО5 к., 

с участием представителя ответчика – адвоката по ордеру – ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7, ФИО4 к ФИО8, в лице её законных представителей ФИО9, ФИО10 о признании договора дарения недействительным, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО7, ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО8 о признании недействительным договора дарения 1/6 доли квартиры, применения последствия недействительности сделки, признании права собственности.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что на основании договора дарения доли в праве собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого между ФИО7, ФИО4 и ФИО9, Иные данные ФИО8, истцы безвозмездно передали в дар 1/6 доли в квартире, расположенную по адресу: по адресу: 

<

адрес>. В установленном законом порядке указанный договор был зарегистрирован в Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес>. С момента заключения договора дарения и перехода права собственности к ответчице, фактически доля не принята, ключи не предавались, в квартире ответчик с законным представителем не проживает, не вселялась, коммунальные услуги не оплачивает, так как фактически намерений принять в дар доли в недвижимости не имела. ФИО9 является дочерью истцов, Иные данные ФИО8 внучкой, у ФИО9 имелась задолженность перед истцами в сумме ФИО11, в связи с этим ответчик ФИО9 уговорила истцов формально заключить договор дарения, уверяя, что это временно, формально, говоря, что желает продать квартиру по адресу: 

<

адрес>, в которой у Иные данные 1/16 доля в квартире, но продать она не может её, не предоставив взамен дочери иную долю, что необходимо оформить формально долю её дочери через договор дарения, обещала, что после продажи своей квартиры погасит задолженность перед нами, обещала купить новую квартиру в которой выделит Иные данные долю, а истцам вернёт обратно. Истцы доверились ФИО9 как дочери, но она фактически похитила долю в квартире. ФИО9 воспользовалась плохим состоянием здоровья, доверием и обманным путём убедила истцов подписать договор дарения. Договор дарения составляла она, мы его фактически не читали. Истцы являются пенсионерами, имеют ряд хронических неизлечимых заболеваний. После заключения договора дарения ФИО9 продала квартиру, в которой была также доля её дочери, после продажи квартиры уехала в неизвестном направлении. В связи с тем, что при заключении договора дарения истцы были введены ответчиком в заблуждение и после его заключения произошло существенное изменение обстоятельств, из которых истцы исходили при заключении договора, указанный договор дарения не может быть признан законным. 

Представитель истцов по доверенности в судебном заседании на удовлетворении исковых требований по доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивала.

Представитель ответчика по доверенности в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, пояснил, что истцы не были введены в заблуждение, дарили долю родной внучке. Указывает, что факт наличия задолженности, на которую ссылаются истцы, не подтверждён. 

Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю в судебное заседание своего представителя не направило, извещено надлежащим образом.

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, пояснения свидетелей, изучив материалы дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно пунктам 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственника на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора дарения.

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить её от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (статья 572 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершённая под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Если сделка признана недействительной как совершённая под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершённая под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось её представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Как разъяснено в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если стороне переговоров её контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до её сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьями 495, 732, 804, 944 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сделка, совершённая под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Судом установлено, что до ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 и ФИО4 на праве совместной собственности принадлежала квартира общей площадью 40,5 кв.м., расположенная по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, что подтверждается договором о безвозмездной передаче квартир в совместную собственность от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 78), выпиской из ЕГРН (л.д. 29).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО4 (Даритель) и ФИО9, Иные данные ФИО8 (Одаряемая) был заключён договор дарения доли в праве собственности на квартиру (л.д. 76).

По условиям договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ даритель безвозмездно передаёт в собственность одаряемого 1/6 доли в праве собственности на двухкомнатную квартиру, находящуюся по адресу: 

<

адрес>, а одаряемый в дар от дарителя указанную квартиру принимает. 

Согласно пункту 3.1 договора дарения даритель гарантирует, что квартира не отчуждена, не заложена, в споре, под арестом (запретом) не состоит. 

Пунктом 3.2 договора дарения установлено, что на момент заключения настоящего договора в квартире зарегистрированы ФИО4, ФИО9, ФИО1, ФИО8 Иных лиц, имеющих право пользования и право проживания в указанной квартире, нет. 

ДД.ММ.ГГГГ внесена запись о государственной регистрации договора дарения на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, а так же запись о государственной регистрации права собственности на праве общей долевой собственности в размере 1/6 доли ФИО8, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 28-29).

Истцы, обращаясь в суд с требованием о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным в силу заключения сделки под влиянием заблуждения и обмана со стороны ответчика, сослались на введение ФИО3 в заблуждение относительно предмета сделки, полагали сделка носит временный характер и совершение сделки необходимо для возврата ФИО3 долга в размере около ФИО11.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу указанной нормы права, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В качестве доказательств по делу со стороны истца были представлены свидетельские показания.

Свидетель ФИО1 (дочь ФИО9, внучка ФИО3) пояснила, что проживала до ДД.ММ.ГГГГ в квартире по 

<

адрес>, с мамой и сестрой, квартира по 

<

адрес> принадлежала ФИО4 Квартира в 

<

адрес> принадлежала ФИО9, проживала там ФИО4 Обмен квартирами был совместным решением ФИО9 и ФИО4 ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ от ФИО4 стало известно, что в квартире по 

<

адрес> имеются долги по оплате жилищно-коммунальных услуг, около ФИО12. ФИО4 оплачивала данный долг, оплатила она его с помощью потребительского кредита. ФИО9 денежные средства за погашение задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг ФИО4 не выплатила. Свидетелю ФИО1 ФИО9 не говорила о том, что она должна деньги ФИО4 Свидетелю от ФИО4 известно, что ФИО9 просила оформить долю на ФИО8, это нужно было для того, чтобы ФИО9 и ФИО8 могли уехать, чтобы материнский капитал остался здесь. Свидетель пояснила, что выехала из квартиры, так как произошёл конфликт с ФИО9 Свидетель не присутствовала при совершении сделки. В присутствии ФИО1 ФИО9 признавала, что она должна деньги ФИО4, это было сказано по телефону, это было в ДД.ММ.ГГГГ. 

Свидетель ФИО2 показала, что является дочерью ФИО3, ФИО9 её сестра. ФИО9 купила квартиру в 

<

адрес> и родители переехали туда, а она продолжала проживать в квартире по 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ родители переехали обратно, в свою квартиру, так как сестра продала квартиру. Квартиру сестра приобретала, так как им дали жилье в 

<

адрес>, они его продали, взяли ипотеку и купили квартиру в 

<

адрес>. Квартира приобреталась за счёт средств материнского капитала. ФИО9, когда проживала отдельно, накопила долги по коммунальным платежам. Долг за квартиру погасили ФИО3, они взяли кредит для погашения долга, долг был около ФИО12. ФИО2 общалась с сестрой по поводу долга, но она отвечала, что это не её дело, что когда будут деньги, то и оплатит. ФИО9 обещала маме закрыть долги по коммунальным платежам, а также обещала отдать долги. Свидетелю известно, что ФИО3 подарили 1/6 долю в квартире своей внучке – ФИО8 ФИО9 обещала вернуть в это же день долги, долг был ФИО11, но ФИО9 не вернула долг. ФИО4 сказала ФИО2, что в договоре есть пункт о дарении доли в квартире. Свидетелю со слов ФИО4 известно, что ФИО9 пообещала Иные данные. ФИО7 сказал, что не читал документы, так как ему сказала подписать ФИО9 документы в МФЦ, ему было не известно, какие документы он подписывает. ФИО9, после продажи квартиры не вернула долги матери. 

Оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что суду не представлено доказательств того, что ФИО4, ФИО7 заблуждались относительно правовой природы дарения. При этом стороной истца не приведено доводов и доказательств, свидетельствующих о том, что истцы, подписывая договор дарения доли в квартире, в действительности имели намерение совершить какую-либо иную сделку.

Судом учтено, что договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ предусматривает все существенные условия, которые ясно устанавливают природу сделки и определяют её предмет. Из текста договора однозначно следует, что ФИО4, ФИО7 подарили ФИО8 принадлежащую им на праве собственности 1/6 доли в квартире, а ФИО8 долю в квартире в дар приняла. Договор удостоверен личной подписью сторон. Кроме того, договор составлен ясно и доступно, не допускает иного толкования существа сделки. Содержание текста оспариваемого договора дарения не позволяет двояко толковать его условия.

Договор дарения подписан обеими сторонами, государственная регистрация права собственности на квартиру произведена ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

То есть, представленными в материалы дела доказательствами подтверждено, что договор дарения был заключен сторонами ДД.ММ.ГГГГ, переход права собственности на объект недвижимости произведён в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, т.е. правовые последствия совершённой сделки были достигнуты.

Воля сторон при заключении спорного договора была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. После заключения договора наступили соответствующие договору дарения правовые последствия.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать своё имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Доводы истцов о том, что после дарения 1/6 доли в квартире ФИО9 обязалась продать другую квартиру с целью погашения задолженности перед ФИО4 и впоследствии передать 1/6 доли в квартире обратно в дар истцам, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку указанные условия не предусмотрены законом в качестве обязательных условий заключения договора дарения.

Согласно пункту 1 статьи 572 Кодекса по договору дарения даритель безвозмездно передаёт или обязуется передать одаряемому вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить его от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Из данной нормы закона следует, что наличие возмездных начал в договорном обязательстве исключает признание соответствующего договора договором дарения.

Поскольку сторонами при совершении сделки условия о погашении каких-либо задолженностей, о временном характере сделки сторонами не согласованы. 

Не подтверждается заблуждение относительно природы сделки и свидетельскими показаниями ФИО1, ФИО2, так как данные свидетели показали лишь о личном отношении ФИО4 к сделке после заключения спорной сделки, до даты заключения сделки об отношении истцов к сделке не знали. То есть, данные свидетельские показания не являются доказательствами заблуждения истцов относительно природы сделки в момент её совершения.

Таким образом, истцом в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств в подтверждение доводов о том, что в момент подписания договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, ФИО7 действовали под влиянием заблуждения относительно природы сделки или обстоятельств, имеющих существенное значение для заключения оспариваемой сделки (природы сделки), в связи с чем сделка не может быть признана недействительной по данному основанию.

Рассматривая доводы истца о заключении сделки под влиянием обмана со стороны ответчика, суд также не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований

Статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Факты оказания какой-либо физической, психологической силы на ФИО4, ФИО7, равно как и угроз, высказываемых в их сторону от ФИО9, обмана со стороны ФИО9 или других лиц при принятии дарения в ходе судебного заседания не нашли своего подтверждения.

Свидетельскими показаниями данные факты не подтверждены, так как свидетели ФИО1, ФИО2 говорили лишь о личном восприятии ФИО4 к сделке. Свидетели также не указывали о фактах их личного восприятия случаев физической, психологической силы на ФИО4, ФИО7, равно как и угроз, высказываемых в их сторону от ФИО9 до заключения сделки, или их обмана со стороны ФИО9

Обещание ФИО9 в погашении задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг не может свидетельствовать об обмане при совершении сделки дарения, поскольку дарение является сделкой безвозмездной, для заключения которой не требуется совершение иных имущественных сделок. Также судом принимается во внимание, что факт наличия задолженности ФИО9 перед ФИО4 своего подтверждения не нашёл, указанный долг ФИО9 письменно не подтверждался, в суд с исковым заявлением ФИО4, ФИО7 к ФИО9 о взыскании задолженности не обращались, иного суду не представлено.

В связи с изложенным, суд не находит оснований для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого между ФИО4, ФИО7 и ФИО8 в лице её законного представителя ФИО9, недействительной сделкой в связи с её заключением под влиянием обмана.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО7, ФИО4 к ФИО8, в лице её законных представителей ФИО9, ФИО10 о признании договора дарения недействительным отказать в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд г. Перми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий подпись И.В. Егошин

Копия верна

Судья И.В. Егошин

Мотивированное решение изготовлено 26 января 2026 года

Подлинное решение подшито в материалы гражданского дела

№ 2-4737/2025 Свердловского районного суда г. Перми