Дело №1-4/2018

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

аул Хабез 04 мая 2018 года 

Хабезский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего судьи Туаршева А.Р.,

при секретаре судебного заседания Баловой Т.В., 

с участием государственных обвинителей - Суюнчева Э.У., Булатовой Е.В., 

подсудимого А.А.А., 

защитника подсудимого А. А.А. - адвоката Литвинова И.И., ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, 

потерпевшей К. З.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении А.А.А., 

<

адрес> обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, 

установил:

А.А.А., совершил преступление, предусмотренное ч.4 ст. 111 УК РФ, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

Преступление было совершено при следующих обстоятельствах: 04 сентября 2017 года, примерно около 02 часов 30 минут, находясь за свадебным столом в ауле 

<

адрес> потерпевший К.Б.М. нанес два удара кулаком в область лица А. А.А., от которых последний получил телесные повреждения, в виде кровоподтеков и ссадин головы, туловища, обеих верхних конечностей, которые, вреда здоровью не повлекли. 

Далее, в этот же вечер, около 03 часа 00 минут ночи, А. А.А., в продолжение ранее возникшего на свадьбе на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений конфликта, около 

<

адрес>, догнал возвращавшегося домой со свадьбы К. Б.М. и затеял с последним драку. 

В ходе, которой А. А.А., осознавая, что избранный им способ телесных повреждений является опасным для жизни и здоровья потерпевшего К. Б.М., действуя умышленно, осознавая преступный характер и общественную опасность своих действий, предвидя возможность причинения тяжкого вреда здоровью и желая наступления указанных последствий, не предвидя, что своими действиями может причинить ему смерть, а при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть причинение К. Б.М. смерти, обхватил руками шею К. Б.М. произвел захват шеи - жизненно важного органа. После чего, продолжая удерживать одной рукой шею, оторвал последнего от земли и произвел бросок за спину на землю, где очутившись сверху, над лежащим на земле К. Б.М. нанес последнему два удара кулаком в область лица, причинив последнему телесные повреждения в виде закрытой спинномозговой травмы, переломовывихов 3-4 шейных позвонков, размозжения шейного отдела спинного мозга, обширные кровоизлияния в мышцы шеи, венозного полнокровия внутренних органов, ушиба правой доли печени, ушибленной раны верхней губы слева, кровоподтеков головы, травматической экстракции четвертого зуба верхней челюсти слева, от которых К. Б.М. скончался на месте происшествия, не приходя в сознание. 

Вышеуказанные травматические повреждения в совокупности своей повлекли за собой тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и смерть К. Б.М. стоит в прямой причинной связи с вышеуказанными повреждениями. 

В судебном заседании подсудимый А. А.А. виновным себя в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ не признал. При этом сам факт нанесения телесных повреждений К. Б.М. не отрицал, ссылался на причинение смерти потерпевшему К. Б.М. по неосторожности. Подробно изложил обстоятельства, при которых совершил преступление, из которых следует, что 03 сентября 2017 года, находился на свадьбе у своего знакомого ФИО1 Каплана, в 

<

адрес> Ближе к ночи, у него возник конфликт с К., который также находился за свадебным столом. В ходе разговора с последним, сидевший с ним рядом за одним столом ФИО2, неожиданно нанес ему два удара кулаком в область лица. Завязалась потасовка, в ходе которой ему также порвали футболку. Его и К. Б.М. вывели из территории домовладения на улицу. После чего, он собрался ехать домой. В этот момент заметил своего знакомого М. на автомашине 

<

данные изъяты>, который ехал навстречу. Пересел к нему в автомашину, и попросил последнего, развернуться обратно в направлении домовладения, где проходила свадьба с целью отыскать К. Б.М. По пути следования, они развернулись по его просьбе и еще раз проехались к домовладению А., где проходила свадьба, поскольку он хотел, выяснить причину, по которой К. ударил его. На обочине, он заметил, направляющихся домой К. и Ш.. Он вышел из автомашины и направился в их сторону, в этом момент К. направился ему навстречу и нанес ему один удар кулаком по лицу, завязалась драка в ходе которой он обхватил пригнувшегося К. Б.М. за шею придавил плечом и произвел бросок за спину на землю, оказавшись сверху К. Б.М. нанес последнему два удара кулаком в область лица. Заметив, что К. Б.М. не сопротивляется, перестал наносить удары и начал оказывать ему первую помощь, делал искусственное дыхание. Думал, что К. Б.М. потерял сознание, попросил окружающих вызвать скорую помощь. По приезду скорой помощи, помог фельдшеру провести реанимационные мероприятия. После чего, К. Б.М. погрузили в карету скорой помощи и отвезли в больницу, где им сообщили, что К. Б.М. скончался. Там же, около Республиканской больницы в городе 

<

адрес> признался сотрудниками полиции в совершении преступления и обратился с явкой с повинной. 

Виновность подсудимого А. А.А. в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, подтверждается совокупностью следующих доказательств исследованных в судебном заседании. 

Показаниями потерпевшей К. З.Д., которая в судебном заседании подтвердила факт смерти своего мужа К., указала, что о смерти мужа узнала от третьих лиц, в частности от племянника, который сообщил, что супруг погиб в автокатастрофе. Позже вечером 04 сентября 2017 года, от своих родных ей стало известно, что супруг погиб в результате драки с А. А.А. 

Показаниями свидетеля М. Р.А., который в судебном заседании подтвердил факт имевшей место драки между К. Б.М. и А. А.А. в ауле Псаучье

<

адрес> в ночь на 04 сентября 2017 года. В том числе, указал, что они оба совершали активные действия, хватали друг друга за различные части тела, в том числе за шею, в ходе драки оба оказались на земле. После чего, К. Б.М. перестал сопротивляться и остался лежать на земле в бессознательном положении. А. А.А. всячески пытался привести последнего в чувство, при этом говорил, что не хотел, чтобы так случилось. В последующем А. А.А. помогал грузить К. Б.М. в карету скорой помощи, чтобы последнего отвезли в больницу, сам тоже поехал в больницу. Из видимых повреждений заметил на губе у К. Б.М. следы крови. Показал, что в драке хотел принять участие Ш., которого он сразу оттащил в сторону, после чего, ФИО3 ушел в неизвестном направлении. 

Оглашенные в судебном заседании показаниями свидетеля М. Р.А. данные им на стадии предварительного расследования ( протокол допроса том 

<

данные изъяты>), в которых свидетель М. Р.А. дал аналогичные показания, но показал, что К. и А. в ходе драки наносили друг другу удары руками по различным частям тела. А. замахивался ногой, над К., который уже лежал на земле, но удара так и не нанес. 

Свидетель Ш. Б.И., в судебном заседании дал противоречивые показания, указав, что 03.09.2017 года, находился в ауле 

<

адрес> на свадьбе. После свадьбы, направился домой с К., по пути к ним подъехала автомашина, дальше он ничего не помнит, поскольку был в состоянии сильного алкогольного опьянения. При этом в своих показаниях, не отрицал, что видел на свадьбе подсудимого А.. Отрицал о наличии конфликта за свадебным столом с кем - либо из присутствующих. Показал, что о смерти К. Б.М. узнал на следующее утро от жителей аула, которые пояснили, что драка была между К. и А. Наличие у себя телесных повреждений объяснить не смог.

Показаниями свидетеля А. А.М., который в судебном заседании также подтвердил имевшую место драку между К. Б.М. и подсудимым А. А.А. на 

<

адрес>, в ночь на 04 сентября 2017 года. В результате которой К. Б.М. остался лежать на земле, не дышал, из видимых повреждений у него имелись следы крови на губе. Показал, что подсудимый А. А.А. стоял, нагнувшись над телом К. Б.М., и пытался оказать первую помощь. Приехавшая бригада скорой помощи доставила К. Б.М. в больницу в 

<

адрес>, где им сообщили, что К. Б.М. мертв. 

Свидетель Ф. А.М., в судебном заседании показал, что действительно имела место драка между К Б.М. и А., в 

<

адрес>. В ходе которой они оба оказались на земле, при этом один из них находился сверху второй оказался под ним, при этом не заметил кто есть кто. В результате драки, К Б.М. остался лежать на земле, лицом вверх, без сознания, на губе виднелась рванная рана, из которой шла кровь. А..А. стоял, нагнувшись над телом К. Б.М., и пытался оказать первую помощь делал искусственное дыхание. Приехавшая бригада скорой помощи доставила К. Б.М. в больницу в 

<

адрес>, где им сообщили, что К. Б.М. мертв. 

Свидетель по делу А. Б.Х., показал, что непосредственно видел, как М. уводил Ш.. К. Б.М. лежал на земле в бессознательном положении. А. А.А. пытался привезти последнего в чувство, делал последнему искусственное дыхание. Из видимых повреждений у К. Б.М. имелись следы крови на губе. Приехавшая карета скорой помощи отвезла К. Б.М. в больницу, где им сообщили, что К. Б.М. мертв.

В оглашенных в суде показаниях данного свидетеля 

<

данные изъяты> свидетель также указал, что перед дракой А. А.А. был возбужден, хотел выяснить отношения с К. Б.М. 

Свидетель А. Б.А., в судебном заседании показал, что в начале сентября 2017 года, дежурному 

<

данные изъяты> больницы поступил телефонный звонок, что в 

<

адрес> лежит человек в бессознательном положении. Как водитель скорой помощи он и дежурный фельдшер К. выехали на место. По приезду он увидел, что К., которого он знает как жителя аула, лежит в бессознательном положении на спине. На губе у К. имелись следы крови. Рядом стояли жители аула А. Ш., А. Фельдшер начала оказывать К. первую помощь, делала искусственное дыхание, А. также помогал ей в этом. К. не приходил в сознание и его решили отвезти в Республиканскую больницу в 

<

адрес>. Где по приезду его доставили в реанимационное отделение, где им сообщили, что К. мертв. 

Свидетель К. Е.Ш., показал, что непосредственно не находился на месте преступления. Указав, что стал свидетелем того, что на свадьбе К Б.М. сидя за столом, нанес два удара кулаком в область лица А. А.А. Они схватились, К. порвал А. А.А. футболку, но драки удалось избежать, поскольку сидящие за столом разняли их и вывели на улицу. При этом К. и Ш. пошли в одну сторону, А. в другую. На следующий день к обеду ему от жителей аула стало известно, что К. умер, в результате драки с А.. 

Свидетель К. О.М., показала, что действительно выезжала на скорой помощи к месту событий в ауле 

<

адрес>, где застала А. А.А. и К. Ю.М., который признаков жизни не подавал. А., держал голову К. Б.М. и просил сделать что - нибудь. При этом, А. пояснил ей, что К. Б.М. упал и ударился головой об землю. В связи с чем у нее были подозрения на черепно - мозговую травму. Из видимых повреждений у мужчины была рассечена губа, которая кровоточила, отсутствовали дыхание и пульс. Она незамедлительно начала проводит реанимационные мероприятия в виде: искусственного дыхания, непрямого массажа сердца и внутривенного введения адреналина. При этом ей помогали ребята, которые стояли рядом. Около 10-15 минут, они оказывали реанимационные мероприятия, после чего отвезли последнего в республиканскую больницу в 

<

адрес>. Где в реанимационном отделении врачи констатировали его смерть. 

Свидетель А. Р.Р., в судебном заседании подтвердил, что действительно выезжал в ночь на 04 сентября 2017 года, в Республиканскую больницу по факту доставления трупа К. с признаками насильственной смерти. По приезду в больницу к нему с явкой с повинной обратился А. А.А., который, подробно описал совершенное им преступление, а именно причинение телесных повреждений, от которых К. Б.М. скончался. 

Показаниями свидетеля Ж В.Н., который в судебном заседании показал, что к нему в реанимационное отделение Республиканской больницы, доставили труп К. Б.М., он осмотрел и констатировал его биологическую смерть. Из видимых повреждений на лице у доставленного, была рассечена бровь и имелись следы засохшей крови на лице. При осмотре он обнаружил трупные пятна, скорее всего он некоторое время лежал на улице, поскольку у него имелось начальная степень трупного окоченения. Сердцебиения не наблюдалось, не было также пульса. При опросе сопровождающих людей, ему сообщили, что доставленный около 40 минут не подавал признаков жизни. 

Свидетель А. К.Х., показал суду, что непосредственно самой драки он не видел. Подъехав на место увидел, что К. Б.М. лежит на земле, признаков жизни не подавал. Рядом сидел А. А.А., подъехала карета скорой помощи и фельдшер начала оказывать К. Б.М. первую помощь. После чего, К. Б.М. отвезли в больницу, где им сообщили, что последний мертв. 

Свидетель К. Р.Р., в судебном заседании показала, что 04 сентября 2017 года, около 03 часов 45 минут, в приемный покой республиканской больницы на автомобиле скорой помощи из 

<

адрес> был доставлен труп. Она в приемном покое осмотрела труп давление не определялось, отсутствовало дыхание и пульс, кроме того кожные покровы были синего оттенка. На верхней губе наблюдалась рваная рана. Со слов присутствующих умер в результате драки. По настоянию родственников и присутствующих она приняла решение поднять тело в реанимационное отделение, хотя последний был уже мертв. В реанимационном отделении также констатировали наступление смерти. 

Свидетель К. А.Н., подтвердил, что у подсудимого А. на свадьбе возник конфликт с К.. После окончания свадьбы, ночью на обочине у дороги стал очевидцем конфликта с участием подсудимого А., Ш. и К., рядом стояли и другие люди. Кто с кем дрался, не видел, поскольку было темно. Ш сзади удерживал Ф., поскольку он проявлял особое рвение и стремился в драку. Ш. оттащили в сторону. К. остался лежать на земле. А. сидел рядом и пытался привезти его в чувство, держал его голову, говорил, что не хотел этого, просил принести воды. К. был без сознания, лежал головой к забору. Через несколько минут приехала карета скорой помощи, погрузили К. и отвезли в больницу. На следующий день ему стало известно, что К. скончался. 

В оглашенных в суде показаниях данного свидетеля ( 

<

данные изъяты>), свидетель также указал, что перед дракой А. А.А. был в возбужденном состоянии был агрессивно настроен, хотел выяснить отношения с К. Б.М. 

В судебном заседании были оглашены показания свидетеля Ш. М.И. (

<

данные изъяты>), который также на предварительном следствии, подтвердил, что между К. Б.М. и А. А.А. на свадьбе возник конфликт. К., нанес последнему удар кулаком по лицу. В ответ А. всклочил и хотел накинуться на К., но присутствующие начали их разнимать и не допустили драки. А. и К. вывели на улицу, где они разошлись по домам. Позже он также поехал домой, где по пути следования, стал очевидцем, что К. лежал на земле без сознания. Начал оказывать К. первую помощь делать искусственное дыхание, непрямой массаж сердца. В этот момент подошел А., который кричал на него, что он тоже может получить. Позже поняв, что с К. все серьезно, А. А.А. сам тоже начал оказывать ему первую помощь, начал бить последнего по щекам, просил чтобы он очнулся, делать искусственное дыхание. Вскоре подъехала карета скорой помощи и фельдшер начала проводить реанимационные мероприятия, делать искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, ввела внутривенно лекарственные препараты. К. не приходил в сознание, после чего было принято решение доставить его в Республиканскую больницу в 

<

адрес>, А. тоже поехал с ними. В больнице им сообщили, что К. скончался. Позже 04 сентября 2017 года, от зятя К. ему стало известно, что К. скончался в результате перелома шейных позвонков и размозжения спинного мозга. 

Виновность подсудимого А. А.А. в совершении преступления также подтверждается и совокупностью исследованных в судебном заседании письменных материалов дела: 

Протоколом осмотра трупа от 04.09.2017 года ( 

<

данные изъяты>), согласно которому следователем с участием специалиста и эксперта в помещении Республиканской больницы был осмотрен труп К.Б.М. 

<

данные изъяты> При осмотре трупа на подбородке справа и на левом виске, на лбу обнаружены фиолетовые кровоподтеки. На верхней губе на левом углу рваная рана и кровоподтек. В области подбородка рана. В носовых ходах обнаружена кровь. 

Заключением эксперта № (экспертиза трупа), ( 

<

данные изъяты>), согласно выводов которого смерть гражданина К. Б.М. наступила в результате закрытой спинномозговой травмы. 

Данный вывод подтверждается совокупностью признаков в виде наличия переломовывиха 3-4 шейных позвонков, размозжения шейного отдела спинного мозга, кровоизлияний под оболочки спинного мозга, обширных кровоизлияний в мышцы шеи, венозного полнокровия внутренних органов, а также данными судебно- гистологического исследования кусочков внутренних органов, при котором обнаружено: спинной мозг- очаговые кровоизлияния со слабо выраженными реактивными изменениями в окружающие ткани, в тольщу и под твердую мозговую оболочки; в веществе мозга - мелкие очажки разрежения нейропиля с кровоизлияниями; в мышце задней поверхности шеи № грудинно- ключично-сосцевидной мышцы справа № и слева № очаговые кровоизлияния, с очагами капиллярной гиперемии, умеренно выраженным отеком, дистрофически- некробиотическими изменениями мышечных волокон, без прослеживаемой клеточной инфильтрации. 

При судебно - медицинской экспертизе трупа К. Б.М. обнаружены травматические повреждения в виде закрытой спинномозговой травмы с переломовывихом 3-4 шейных позвонков, размозжением шейного отдела спинного мозга, обширными кровоизлияниями в мышцы шеи, ушиба правой доли печени, ушибленной раны верхней губы слева, которые получены от действия тупых твердых предметов, в срок незадолго до наступления смерти, в совокупности повлекли за собой тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и смерть К. Б.М. стоит в прямой причинной связи с вышеуказанными повреждениями. 

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>), выводы которой свидетельствуют, что у А. А.А. имеются травматические повреждения в виде кровоподтеков и ссадин головы, туловища, обеих верхних конечностей, которые получены, в срок за несколько часов до экспертизы от 4 сентября 2017 года, вреда здоровью не повлекли.

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>), выводы которой свидетельствуют, что на джинсовых брюках изъятых у А. А.А., рубашке и брюках изъятых с трупа К. Б.М. и трех марлевых тампонах со смывами вещества бурого цвета обнаружена кровь человека с сопутствующим антигеном, которые могли быть образованы кровью погибшего К Б.М., кровь А А.А. не принадлежит.

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, (

<

данные изъяты>), согласно выводов которого, при исследовании фрагмента органокомплекса шеи трупа К Б.М. 

<

данные изъяты>, обнаружен перелом правого левого рога щитовидного хряща без повреждения капсулы на расстоянии 0,6 см от места соединения с пластиной. Указанное повреждение причинено в результате действия твердых тупых предметов, при этом действующая сила был приложена к проекции рога и была направлена внутрь. 

Протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, ( 

<

данные изъяты> которым была изъята одежда обвиняемого А А.А., в которой он находился на момент совершения преступления, а именно джинсовые штаны синего цвета, туфли черного цвета. 

Протоколом осмотра места происшествия от 04.09.2017 года ( 

<

данные изъяты>), которым был осмотрен участок местности, 

<

адрес>, около домовладения №, 

<

адрес> 

<

адрес>, где был обнаружен К Б.М. В ходе осмотра были изъяты: три марлевых тампона с пятнами бурого цвета, две пуговицы, металлический штопор, часы на ремешке коричневого цвета, два полимерных шприца с иглами объемом 5 мл и 3 мл, футболка из материала серого цвета с повреждениями. 

Протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, ( 

<

данные изъяты>), которым были изъята одежда с трупа К. Б.М., а именно рубашка хлопчатобумажная черного цвета, штаны темно- синего цвета из хлопчатобумажной ткани, с кожаным черным ремнем, трикотажные трусы синего цвета, с черными вставками по бокам, носки трикотажные черного цвета, туфли черные кожаные на шнурках. 

Протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, ( 

<

данные изъяты>), которым у обвиняемого А. А.А. были изъяты образцы крови. 

Протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>), с фототаблицей, которым были осмотрены предметы изъятые в ходе осмотра трупа К. Б.М., мобильный телефон «Нокиа», камень, четыре денежные купюры номиналом по 100 рублей каждая, предметы изъятые в ходе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, наручные часы «PERFECT», футболка серого цвета, два использованных полимерных медицинских шприца с иглами объемом 5 и 3 мл, штопор металлический с открывалкой, три пуговицы черного цвета, три марлевых тампона со смывами с пятен бурого цвета, одежда А. А.А.; джинсовые штаны, туфли черного цвета, изъятых в ходе выемки у А. А.А., одежда с трупа К. Б.М. мужская рубашка из ткани черного цвета, брюки мужские синего цвета, ремень, пара носков, трусы и пара мужских туфель, изъятых в ходе выемки от ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> 

Заключением комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>), выводы которой свидетельствуют, что А. А.А. хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период относящийся к инкриминируемому деянию не страдал. В настоящее время по своему психическому состоянию А. А.А. может понимать характер и значение уголовного судопроизводства, может правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для уголовного дела и давать по ним показания, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается, не страдает наркологическим заболеванием и не нуждается в лечении от алкоголизма и наркомании. 

Допрошенный в судебном заседании эксперт Д З.А., подтвердила, что смерть потерпевшего К Б.М. наступила в результате закрытой спинномозговой травмы. Причиненные потерпевшему К. Б.М. травматические повреждения, повлекли за собой тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и смерть К. Б.М. состоит в прямой причиной связи с указанными повреждениями.

Показания главного судмедэксперта Ч не устанавливают обстоятельства, подлежащие доказыванию по настоящему уголовному делу в порядке ст. 73 УПК РФ, а разъясняют внутриведомственные распорядки в 

<

данные изъяты> 

Показания потерпевшей по уголовному делу К. З.Д., данные ей в судебном заседании, конкретизируют обстоятельства, при которых ей стало известно о смерти своего супруга К. Б.М. Сама потерпевшая непосредственно не являлась очевидцем событий. Вышеуказанные показания носят информативный характер. Показала, что о смерти мужа узнала от третьих лиц. 

Оценивая показания свидетелей по делу М Р.А., А. А.М., Ф. А.М., А. Б.Х., А. К.Х., К. А.Н., суд исходит из следующего обстоятельства, что все вышеуказанные свидетели по делу были допрошены в судебном заседании. Вышеуказанные свидетели дали суду последовательные показания относительно событий, которые происходили в ночь на ДД.ММ.ГГГГ, очевидцами, которых они были непосредственно. Суд также принимает во внимание, что вышеуказанные свидетели, в той или иной мере наблюдали визуально события на месте происшествия, то есть являлись непосредственными очевидцами. Все они согласуются и подтвердили факт имевшей место драки между К. Б.М. и А. А.А. на 

<

адрес> В результате драки К. Б.М. остался лежать на земле без сознания, указали на телесные повреждения у К. Б.М. в виде следов крови на губе. Подтвердили факт того, что А. А.А. находился на месте и пытался оказать К. Б.М. первую помощь. У суда нет оснований не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей, поскольку они последовательны и согласуются с другими установленными по делу обстоятельствами, в том числе показаниями других свидетелей по делу. 

Оценивая показания свидетеля Ш. Б.И., суд относится к ним критически, поскольку вышеуказанный свидетель вел себя в судебном заседании непоследовательно, фактически не дал суду последовательных показаний. Показал, что в период вышеуказанных событий, находился в состоянии алкогольного опьянения, о случившемся узнал на следующее утро от жителей аула. Не смог дать суду подробные объяснения относительно имевшихся у него телесных повреждений. 

Между тем, судом принимается во внимание, что Ш. Б.И. непосредственно находился на месте происшествия, фактически участвовал в конфликте между К. Б.М. и подсудимым А. А.А. на стороне потерпевшего К. Б.М. 

У суда нет оснований не доверять показаниям фельдшера скорой помощи К. О.М. и показаниям водителя автомашины скорой помощи А. Б.А., которые также непосредственно выезжали на место происшествия. Поскольку их показания логичны и последовательны, согласуются с другими установленными по делу обстоятельствами, в том числе показаниями свидетелей по делу. 

Оценивая показания свидетеля К. Е.Ш. по делу, суд исходит из того обстоятельства, что вышеуказанный свидетель непосредственно не находился на месте происшествия, визуально не наблюдал описываемые выше события. Однако показания вышеуказанного свидетеля, устанавливают обстоятельства, предшествующие совершению преступления. В частности свидетель указал, что находясь за праздничным столом, потерпевший К. Б.М. нанес два удара кулаком в область лица подсудимому А. А.А., порвал последнему футболку. Конфликту предшествовала словесная перепалка между подсудимым А. А.А. и свидетелем Ш. Б.И. 

Вышеуказанные показания свидетеля подтверждаются другими установленными по делу обстоятельствами, в связи с чем, они судом считаются достоверными и последовательными. 

Показания свидетелей по делу А. Р.Р., Ж В.Н., и К. Р.Р. суд считает имеющим доказательственное значение по настоящему уголовному делу, поскольку вышеуказанные свидетели дали суду показания, изобличающие подсудимого А. А.А..

Так, свидетель А. А.А. подтвердил, что выезжал в больницу по факту доставления трупа К. Б.М., где к нему с явкой с повинной по факту совершенного преступления обратился подсудимый А. А.А. Свидетели Ж В.Н. и К Р.Р. подробно описали суду обстоятельства доставления тела К Б.М. в больницу, где в реанимационном отделении констатировали биологическую смерть К Б.М. 

Письменные доказательства, исследованные в судебном заседании по настоящему уголовному делу, также подтверждают факт совершения А. А.А. преступления, поскольку содержат информацию свидетельствующие обстоятельствах, совершенного преступления. 

Оценивая протоколы следственных действий: протокол осмотра трупа от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты> согласно которому следователем с участием специалиста и эксперта в помещении Республиканской больницы был осмотрен труп К.П.М. 

<

данные изъяты>, протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ, ( 

<

данные изъяты>), которым была изъята одежда обвиняемого А. А.А., в которой он находился на момент совершения преступления, протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>), которым был осмотрен участок местности, по 

<

адрес>, где был обнаружен К. Б.М., протокол выемки от 25.09.2017 года, ( 

<

данные изъяты>), которым были изъята одежда с трупа К. Б.М., протокол получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, ( 

<

данные изъяты>3), которым у обвиняемого А. А.А. были изъяты образцы крови, протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>), с фототаблицей, которым были осмотрены предметы изъятые в ходе осмотра трупа К. Б.М., и предметы изъятые в ходе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, каждый отдельно и в совокупности своей, суд находит их имеющими доказательственную силу по настоящему уголовному делу, поскольку вышеперечисленные доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона, являются допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных статьей 73 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации и нарушений уголовно - процессуального закона при их составлении и сборе, которые могли бы повлечь признание их недопустимыми доказательствами по делу, суд не усматривает. 

Кроме того, все вышеперечисленные доказательства, согласуются между собой и другими установленными в судебном заседании обстоятельствами, дополняя и устанавливая одни и те же события, не противоречат показаниям свидетелей по делу. 

Суд доверяет заключениям экспертов: № (экспертиза трупа), ( 

<

данные изъяты>), согласно выводов которого смерть гражданина К. Б.М. наступила в результате закрытой спинномозговой травмы, № от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>), выводы которой свидетельствуют, что у А. А.А. имеются травматические повреждения в виде кровоподтеков и ссадин головы, туловища, обеих верхних конечностей, которые получены, в срок за несколько часов до экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, вреда здоровью не повлекли, № от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>), выводы которой свидетельствуют, что на джинсовых брюках изъятых у А. А.А., рубашке и брюках изъятых с трупа К. Б.М. и трех марлевых тампонах со смывами вещества бурого цвета обнаружена кровь человека с сопутствующим антигеном, которые могли быть образованы кровью погибшего К. Б.М., кровь А. А.А. не принадлежит, заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, (

<

данные изъяты>), согласно выводов которого, при исследовании фрагмента органокомплекса шеи трупа К. Б.М. 

<

данные изъяты>, обнаружен перелом правого левого рога щитовидного хряща без повреждения капсулы на расстоянии 0,6 см от места соединения с пластиной. Указанное повреждение причинено в результате действия твердых тупых предметов, при этом действующая сила была приложена к проекции рога и была направлена внутрь, каждой в отдельности, поскольку вышеуказанные заключения даны государственными экспертами различных специализаций с достаточным стажем работы по специальности. 

Кроме того, перед проведением вышеуказанных экспертиз, экспертам были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и они были предупреждены по ст. 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения. 

С учетом изложенного, суд считает, их имеющими доказательственное значение по настоящему делу и в совокупности своей с другими доказательствами по делу, подтверждают виновность подсудимого в совершении преступления предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ. Выводы экспертов, полностью согласуются с исследованными судом доказательствами по делу, в том числе показаниями свидетелей по делу. 

Согласно заключению комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>), А. А.А. хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период относящийся к инкриминируемому деянию не страдал. В настоящее время по своему психическому состоянию А. А.А. может понимать характер и значение уголовного судопроизводства, может правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для уголовного дела и давать по ним показания, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается, не страдает наркологическим заболеванием и не нуждается в лечении от алкоголизма и наркомании. С учетом выводов данной экспертизы, а также поведение самого подсудимого в судебных заседаниях, который занимал активную позицию, вел себя адекватно, суд приходит к выводу, что в отношении инкриминируемого деяния признает подсудимого А. А.А. вменяемым и подлежащим уголовной ответственности. 

Показания подсудимого А. А.А., суд признает достоверными и последовательными, только в той части, в которой они нашли свое подтверждение в ходе судебного следствия, то есть в части имевших место событий драки, доставление К. Б.М. в больницу, попыток оказать К. Б.М. первую помощь, а также событий, которые предшествовали совершению преступления, свадьбы и нанесения потерпевшим ударов А. А.А. за свадебным столом. Поскольку вышеуказанные показания, не противоречат другим исследованным в судебном заседании доказательствам, согласуются с ними, логичны и в совокупности с другими доказательствами по делу, устанавливают одни и те же факты. Подтверждаются показаниями других допрошенных по делу свидетелей, заключениями экспертиз в частности о наличии на теле у подсудимого А. А.А. телесных повреждений, согласуются с его показаниями о нанесении ему ударов со стороны К. Б.М., что также согласуются с показаниями свидетелей по делу, которые за всем этим наблюдали. 

Оценивая показания подсудимого А. А.А. о направленности умысла, суд относится к ним критически, полагая, что данный способ защиты, подсудимым избран, с целью избежать уголовной ответственности по инкриминируемому деянию, являющегося более тяжким преступлением. 

Оснований для оговора подсудимого А. А.А. со стороны свидетелей или потерпевшей в ходе судебного разбирательства по делу установлено не было. 

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства по настоящему уголовному делу в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого А. А.А. в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при обстоятельствах дела, которые изложены в описательной части настоящего приговора, принимая при этом во внимание установленные в судебном заседании обстоятельства.

Органами предварительного расследования, действия подсудимого А. А.А., были квалифицированы по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ - умышленное причинение смерти человеку. Данную квалификацию поддержал и в судебном заседании государственный обвинитель в прениях сторон. 

Суд не соглашается с квалификацией действий подсудимого А. А.А. именно таким образом и считает данную квалификацию необоснованной. 

По смыслу уголовного закона при умышленном причинении смерти человеку, умысел виновного, направлен на лишение жизни человека. 

При решении направленности умысла виновного, суд исходит из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывает, в частности способ и орудие совершения преступления, количество и характер, локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего их взаимоотношения. Мотивов и целей совершенного преступления. В данном случае в судебном заседании установлено отсутствие умысла подсудимого А А.А. на лишение жизни К Б.М. 

Предъявляя А А.А. обвинение по ч.1 ст. 105 УК РФ, органами предварительного расследования не были установлены мотивы и цели совершенного преступления, что, по мнению суда, является обязательным по предъявленному обвинению по ч.1 ст. 105 УК РФ. 

В судебном заседании было установлено, что событию преступления предшествовали противоправные действия потерпевшего К Б.М., который нанес два удара кулаком в область лица подсудимому А А.А. на свадьбе. Противоправное поведение потерпевшего К Б.М. послужило поводом для совершения преступления. 

При квалификации действий подсудимого А. А.А., суд также учитывает и поведение А. А.А., который поняв, что К. Б.М. не сопротивляется, не пытался скрыть следы преступления, а всячески пытался оказать посильную первую помощь; проводил искусственное дыхание, помогал фельдшеру скорой помощи проводить реанимационные мероприятия, поехал в больницу, сам обратился с явкой с повинной.

Вышеуказанные обстоятельства в судебном заседании подтвердили многочисленные свидетели. 

Данные обстоятельства нашли подтверждение и в ходе судебного заседания, свидетельствуют об отсутствии умысла на умышленное причинение смерти потерпевшему. 

При вышеуказанных обстоятельствах, суд считает, что сторона обвинения, не представила достаточных доказательств, подтверждающих совершение подсудимым А. А.А. деяния, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ. 

В соответствии со ст. 49 Конституции Российской Федерации, все неустранимые сомнения в виновности лица, должны толковаться в пользу обвиняемого. 

С учетом изложенных обстоятельств, суд считает необходимым переквалифицировать действия подсудимого А. А.А. с ч.1 ст. 105 УК РФ на ч.4 ст. 111 УК РФ, установив, что подсудимый А. А.А. совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

Суд находит, установленным, что 04 сентября 2017 года, примерно около 02 часов 30 минут, на свадьбе в 

<

адрес>, во дворе 

<

адрес>, между потерпевшим К. Б.М. и подсудимым А. А.А. возник конфликт на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений. В ходе которого потерпевший К. Б.М. нанес два удара кулаком в область лица К. А.А., от которых последний получил телесные повреждения, в виде кровоподтеков и ссадин головы, туловища, обеих верхних конечностей, которые, вреда здоровью не повлекли. 

Далее, в этот же вечер около 03 часа 00 минут, после окончания свадьбы, А А.А., нашел К. Б.М., который возвращался домой из свадьбы, около 

<

адрес>, 

<

адрес> и в продолжение ранее возникшего на свадьбе конфликта затеял с последним драку. В ходе, которой А А.А., произвел захват шеи пригнувшегося К. Б.М., оторвал последнего от земли и произвел бросок, за спину на землю. После чего, очутившись сверху, над лежащим на земле К. Б.М. нанес последнему два удара кулаком в область лица. Чем причинил последнему травматические повреждения, которые в совокупности повлекли за собой тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и смерть К. Б.М. стоит в прямой причинной связи с вышеуказанными повреждениями. 

При этом при квалификации действий подсудимого А. А.А. суд также исходит из поведения самого А. А.А., который после окончания свадьбы не поехал домой, а стал искать К. Б.М. якобы для дальнейшего выяснения отношений. Сам нашел, направляющегося домой К. Б.М., и стал фактическим зачинщиком драки. 

Суд также принимает во внимание и физическое состояния потерпевшего К. Б.М. и подсудимого А. А.А. Учитывая и то обстоятельство, что подсудимый А. А.А. согласно исследованным доказательствам в состоянии опьянения не находился, ранее занимался единоборствами, со слов имел спортивные разряды по единоборствам в юношеском возрасте, то есть имел навыки введения борьбы. 

В то время, установлено, что потерпевший К. Б.М. находился в состоянии алкогольного опьянения средней степени после употребления спиртных напитков на свадьбе ( заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ( 

<

данные изъяты>

Суд считает, что умысел подсудимого А. А.А. был направлен на причинение тяжких телесных повреждений потерпевшему К. Б.М., об этом свидетельствуют его непосредственные действия в ходе драки с потерпевшим. Поскольку захват руками шеи - жизненно важного органа человека, и приложений усилий для последующего броска, произведение самого броска с удержанием шеи, и нанесение последующих ударов кулаком в голову в область лица свидетельствуют об этом. 

Данный вывод суда подтверждается и результатами экспертиз ( № от ДД.ММ.ГГГГ), где эксперт указала, что у К. Б.М. перелом правого левого рога щитовидного хряща без повреждения капсулы на расстоянии 0,6 см от места соединения с пластиной. Данное повреждение причинено в результате действия твердых тупых предметов, при этом действующая сила была приложена к проекции рога и была направлена внутрь. 

Доводы стороны защиты об обнаружении у потерпевшего К. Д.М. признаков болезни ФИО4, не влияют на квалификацию действий подсудимого А. А.А. 

Суд приходит к выводу, что подсудимый А. А.А., действовал умышленно, осознавал преступный характер и общественную опасность своих действий, предвидел что своими действиями может причинить тяжкий вред здоровью человека, не предвидя, что своими действиями может причинить ему смерть, а при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть причинение К. Б.М., смерти. 

При назначении наказания, суд руководствуется требованиями ст. 60 УК РФ, принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

При этом суд исходит из того, что наказание должно применяться в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Суд учитывает, что подсудимый А. А.А. совершил особо тяжкое преступление, за совершение которого уголовным законом предусмотрено наказания в виде лишения свободы сроком до 

<

данные изъяты> лет, судимости не имеет, имеет постоянное место жительства на территории 

<

данные изъяты> 

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого А. А.А. в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, суд признает явку с повинной, и в соответствии с п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ противоправность поведение потерпевшего, явившийся поводом для совершения преступления. 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого А. А.А. в соответствии со ст. 63 УК РФ в судебном заседании не установлено. 

В результате совокупной оценки всех изложенных обстоятельств, учитывая характер совершенного А. А.А. преступления, направленного против жизни и здоровья личности, степени его общественной опасности, установленные по делу смягчающие обстоятельства, характеризующего подсудимого, суд считает возможным назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы, без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Суд назначает подсудимому наказание в виде лишения свободы, с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ. 

Суд приходит к выводу, что исправление подсудимого А. А.А. возможно лишь в условиях изоляции от общества. 

В соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ, мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, отбывания наказания назначается в исправительных колониях строгого режима. 

Срок наказания А. А.А. исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, включив в этот срок, время содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ с момента его фактического задержания в порядке ст.91 УПК РФ по ДД.ММ.ГГГГ, до момента оглашения приговора суда. 

Суд находит данное наказание необходимым и достаточным для исправления подсудимого А. А.А. и предупреждения совершения им новых преступлений.

Поскольку подсудимому А. А.А. назначено наказание, связанное с реальным лишением свободы, оснований для отмены или изменения ранее избранной меры пресечения в виде заключения под стражу у суда не имеется. 

Оснований для применений положений ч.6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, у суда не имеется.

Оснований для применений положений ч.1 ст.64 Уголовного кодекса Российской Федерации, у суда не имеется. 

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен. 

Процессуальных издержек по делу не имеется.

Вещественные доказательства по делу - определить в соответствии со ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307- 308, 309 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать А.А.А. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ виде лишения свободы сроком на 

<

данные изъяты>. 

В срок наказания А.А.А. зачесть время его содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении А.А.А. до вступления приговора суда в законную силу оставить без изменения. 

Вещественные доказательства по делу - 

<

данные изъяты> считать возвращёнными по принадлежности потерпевшей К. З.Д. 

Приговор может быть обжалован в Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденному, содержащемуся под стражей - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через Хабезский районный суд Карачаево-Черкесской Республики. В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления прокурора, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с помощью средств видеоконференц - связи, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, либо отказаться от услуг защитника. О желании участвовать в заседании суда апелляционной инстанции осужденный должен указать в апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или жалобе другого лица - в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу, либо представление в течение десяти суток со дня вручения осужденному копии приговора, либо копии жалобы или представления. 

Судья Хабезского районного суда

Карачаево-Черкесской Республики А.Р. Туаршев