БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0020-01-2025-004272-45 33-1315/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«3» марта 2026 года г.Белгород

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

- председательствующего Фурмановой Л.Г.,

- судей Украинской О.И., Нессоновой С.В.,

- при секретаре Лихачевой М.Б.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Старооскольского городского прокурора Белгородской области, действующего в интересах несовершеннолетнего Л.М.А., к администрации Старооскольского городского округа Белгородской области о компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе администрации Старооскольского городского округа Белгородский области

на решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 28 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Фурмановой Л.Г., выслушав объяснения представителя истца ФИО1, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

04.08.2025 г. около 19 часов в районе автозаправочной станции «Лукойл», расположенной по адресу: 

<

адрес> несовершеннолетний Л.М.А.., ДД.ММ.ГГГГ года рождения подвергся нападению бездомной собаки, получил телесное повреждение в виде укушенной раны правой голени. В связи с полученной травмой имело место обращение Л.М.А.. в ОГБУЗ «Старооскольская окружная детская больница», где ему был установлен диагноз - 

<

данные изъяты>.

С учетом указанных обстоятельств Старооскольский городской прокурор в порядке ст.45 ГПК РФ в интересах несовершеннолетнего Л.М.А.., обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, просил взыскать с администрации Старооскольского городского округа Белгородский области в пользу Л.М.А. в счет компенсации морального вреда 50000 рублей.

Решением Старооскольского городского суда Белгородской области от 28.10.2025 г. заявленные исковые требования удовлетворены частично, с администрации Старооскольского городского округа Белгородский области в пользу Л.М.А.. в счет компенсации морального вреда взыскана денежная сумма в размере 30000 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ответчика просит решение суда первой инстанции отменить, как постановленное при неправильном применении норм материального права, принять новое решение об отказе в иске. Полагает, что выводы суда первой инстанции о неправомерности действий ответчика не доказаны, администрация Старооскольского городского округа Белгородской области является ненадлежащим ответчиком по делу. Суд не дал надлежащей правовой оценки тому обстоятельству, что во исполнение обязанности по организации мероприятий по обращению с животными без владельцев на территории Старооскольского городского округа с МБУ «Старооскольское городское многоотраслевое производственное объединение коммунального хозяйства» (далее по тексту МБУ «СГМПО КХ») был заключен муниципальный контракт на оказание услуг по отлову, транспортировке, временному содержанию безнадзорных животных, в этой связи администрацией приняты надлежащие меры, направленные на исполнение возложенных полномочий в сфере обращения с безнадзорными животными. Считает, что ответственность в рассматриваемом случае должна нести организация, осуществляющая отлов животных на основании заключенного с муниципалитетом договора. Более того, суд не учел, что все заявки на отлов животных без владельцев, в том числе обращения граждан по вопросам отлова, нападения безнадзорных животных, поступившие в органы местного самоуправления, а также в результате мониторинга социальных сетей посредством системы «Инцидент-менеджмент» оперативно направляются в адрес МБУ «СГМПО КХ». За период 2025 г. в учреждение поступило 526 обращений, из которых 265 заявок поступило непосредственно в МБУ «СГМПО КХ», 102 обращения - через органы местного самоуправления, 159 обращений направлены учреждению в результате мониторинга социальных сетей. По результатам рассмотрения заявок, установлено, что в 127 случаях обнаружены маркированные животные, которые прошли необходимые мероприятия по предотвращению появления нежелательного потомства. Такие животные повторному отлову не подлежат. По информации МБУ «СГМПО КХ» в течение 2025 г. на территории муниципального городского округа произведен отлов 273 животных, в остальных случаях, на момент проведения выездов животных без владельцев не обнаружено. Таким образом, ответчик надлежащим исполняет свои обязанности по осуществлению муниципальной услуги по обращению с животными без владельцев. При этом от сотрудников автозаправочной станции заявок на отлов безнадзорных животных не поступало. Также считает определенный судом размер компенсации морального вреда завышенным, не отвечающим требованиям разумности и справедливости, не соответствующим тяжести перенесенных потерпевшим физических и нравственных страданий.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик и третье лицо по делу - МБУ «СГМПО КХ», будучи надлежащим образом извещенными о дате, месте и времени слушания дела (судебные извещения получены 21.02.2025 г. и 25.02.2025 г., соответственно), не явились, о причине неявки суд не уведомили, ходатайств об отложении дела слушанием при наличии на то уважительных причин, не представили.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия, руководствуясь ч.3 ст.167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных участников производства по делу.

Представитель истца ФИО1 указала на необоснованность доводов апелляционной жалобы ответчика. просила решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения по правилам ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы ответчика, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 04.08.2025 г. около 19 часов Л.М.А. следовал на велосипеде в районе дома 

<

адрес>, со стороны автозаправочной станции «Лукойл», выбежала стая бродящих собак, одна из которых укусила его за 

<

данные изъяты>.

Согласно медицинской карте ОГБУЗ «Старооскольская окружная детская больница» у Л.М.А.. имелась 

<

данные изъяты> поставлен диагноз - 

<

данные изъяты>, назначено прохождение курса вакцинации против бешенства КОКАВ по схеме в амбулаторных условиях.

Статья 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п.1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2).

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (ст.1069 ГК РФ).

Положениями ст.1071 ГК РФ установлено, что в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п.3 ст.125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Статьями 41, 42 Конституции Российской Федерации гарантировано право каждого на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду. При этом обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения является одним из основных условий реализации названных конституционных гарантий.

Согласно п.2 ст.230 ГК РФ на органы местного самоуправления возлагается обязанность принимать меры к розыску собственников безнадзорных животных.

Безнадзорные животные при определенных условиях, указанных в п.1 ст.231 ГК РФ, переходят в муниципальную собственность.

Из положений ст.2 Закона Российской Федерации от 14.05.1999 г. № 4979-1 «О ветеринарии», ст.ст.3, 4 Федерального закона от 30.03.1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» следует, что отношения в области ветеринарии в целях защиты животных от болезней, выпуска безопасных в ветеринарном отношении продуктов животноводства и защиты населения от болезней, общих для человека и животных, а также отношения, возникающие в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, как одного из основных условий реализации предусмотренных Конституцией Российской Федерации прав граждан на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду, находятся в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов.

Положениями ст.1 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что указанный Закон регулирует отношения в области обращения с животными в целях защиты животных, а также укрепления нравственности, соблюдения принципов гуманности, обеспечения безопасности и иных прав и законных интересов граждан при обращении с животными.

Деятельность по обращению с животными без владельцев - деятельность, включающая в себя отлов животных без владельцев, их содержание (в том числе лечение, вакцинацию, стерилизацию), возврат на прежние места их обитания и иные мероприятия, предусмотренные указанным Федеральным законом (п.2 ст.3 от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ).

Частью 3 ст.7 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ установлено, что органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе наделять отдельными полномочиями в области обращения с животными органы местного самоуправления в соответствии с законодательством Российской Федерации, законодательством субъектов Российской Федерации.

Согласно п.15 ч.1 ст.16.1 Федерального закона от 06.10.2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» органы местного самоуправления муниципального округа, городского округа, городского округа с внутригородским делением имеют право на осуществление деятельности по обращению с животными без владельцев, обитающими на территориях муниципального округа, городского округа.

В соответствии со ст.1 Закона Белгородской области от 03.09.2021 г. № 96 «О наделении органов местного самоуправления полномочиями по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев» органы местного самоуправления муниципальных районов и городских округов наделены полномочиями по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев, которые включают в себя: - отлов животных без владельцев, в том числе их транспортировку и немедленную передачу в приюты для животных; - содержание животных без владельцев в приютах в соответствии с ч.7 ст.16 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»; - возврат потерявшихся животных их владельцам, а также поиск новых владельцев поступившим в приюты животным без владельцев; - возврат животных без владельцев, не проявляющих немотивированной агрессивности, на прежние места их обитания после проведения мероприятий, предусмотренных п.2 ч.1 ст.18 Федерального закона «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»; - размещение в приютах и содержание в них животных без владельцев, которые не могут быть возвращены на прежние места их обитания, до момента передачи таких животных новым владельцам или наступления естественной смерти таких животных.

В целях обеспечения реализации положений указанного закона Белгородской области от 03.09.2021 г. № 96 Правительство Белгородской области также утвердило Порядок представления органами местного самоуправления отчетов о ходе осуществления переданных полномочий по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев.

Согласно п.2.1 постановления Правительства Белгородской области от 27.01.2020 г. № 25-пп «Об утверждении Порядка осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев на территории Белгородской области», мероприятия при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев включают в себя: отлов животных без владельцев, в том числе их транспортировку и немедленную передачу в приют; транспортировку и возврат на прежние места обитания вакцинированных и стерилизованных животных, не проявляющих немотивированной агрессивности; возврат потерявшихся животных их владельцам, а также поиск новых владельцев поступившим животным без владельцев в приюты; размещение в сети Интернет сведений о находящихся животных без владельцев в приютах; содержание животных без владельцев в приюте, которые не могут быть возвращены в прежние места их обитания, до момента передачи таких животных новым владельцам или наступления естественной смерти таких животных.

Пунктом 1.6 указанного Порядка установлено, что отлов, транспортировка животных без владельцев до приюта и возврат животных без владельцев на прежние места их обитания осуществляются индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами, заключившими в соответствии с законодательством Российской Федерации в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд соответствующий контракт с органом местного самоуправления городского, сельского поселения в соответствии с требованиями Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Постановлением Правительства Белгородской области от 30.12.2019 г. № 608-пп «Об утверждении Правил организации деятельности приютов для животных и установления норм содержания животных в них на территории Белгородской области», утверждены Правила организации деятельности приютов для животных и установления норм содержания животных в них на территории Белгородской области, в целях реализации п.1 ч.1 ст.7 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Органы местного самоуправления городских округов наделяются отдельным государственным полномочием по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев, предусмотренных ч.1 ст.18 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», включающих в себя отлов животных без владельцев, в том числе их транспортировку и немедленную передачу в приюты для животных; содержание животных без владельцев в приютах для животных в соответствии с ч.7 ст.16 Федерального закона «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», возврат потерявшихся животных их владельцам; возврат животных без владельцев, не проявляющих немотивированной агрессивности, на прежние места их обитания после проведения мероприятий, указанных в п.2 ч.1 ст.18 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ, либо обращение с животными в соответствии с п.5 ч.1 ст.18 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ; размещение в приютах для животных и содержание в них животных без владельцев, которые не могут быть возвращены на прежние места их обитания, до момента передачи таких животных новым владельцам или наступления естественной смерти таких животных; иные необходимые мероприятия в соответствии с ч.ч.7, 8 ст.18 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ.

Из положений п.2 ч.1 ст.17 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты» следует, что деятельность по обращению с животными без владельцев осуществляется в целях предотвращения причинения вреда здоровью и (или) имуществу граждан, имуществу юридических лиц.

В обоснование возражений на иск, а также в апелляционной жалобе ответчик указал, что организация мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев на территории Старооскольского городского округа Белгородской области в целях защиты животных, а также укрепления нравственности, соблюдения принципов гуманности, обеспечения безопасности и иных прав и законных интересов граждан при обращении с животными без владельцев возложена на МБУ «СГМПО КХ». В целях принятия, предусмотренных законом мер по реализации своих полномочий по обращению с животными без владельцев, администрацией Старооскольского городского округа был заключен муниципальный контракт с МБУ «СГМПО КХ» по отлову безнадзорных животных, что свидетельствует об исполнении администрацией своих обязанностей по предотвращению причинения гражданам ущерба бродячими животными.

Разрешая исковые требования суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что надлежащим ответчиком по делу является администрация Старооскольского городского округа. При этом, обоснованно исходил из того, что само по себе выполнение функций по обеспечению благоприятной окружающей среды для населения и т.д. свидетельствует о реализации администрацией административно-распорядительных полномочий по определению конкретного отраслевого органа, выходящего в структуру администрации, ответственного за исполнение этих функций, а не о наделении управление городского хозяйства администрации Старооскольского городского округа отдельными государственными полномочиями в установленном законом порядке.

В силу действующего законодательства, принимая во внимание положения п.2 ст.230 ГК РФ, учитывая, что администрация Старооскольского городского округа Белгоросдкой области является заказчиком по заключенному контракту на оказание услуг по отлову, содержанию (в том числе лечению, вакцинации, стерилизации) и возврату на прежние места обитания животных без владельцев, а также распорядителем перечисленных на ее счет денежных средств из областного бюджета, в соответствии с положениями ст.ст.125, 1069, 1071 ГК РФ, п.3 ст.158 БК РФ, то администрация является лицом, ответственным за возмещение причиненного ущерба безнадзорной собакой.

Таким образом, ответственность за причиненный вред несовершеннолетнему Л.М.А.. в результате нападения безнадзорной собаки, должна нести администрация Старооскольского городского округа, поскольку именно администрация наделена полномочиями по организации проведения мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных.

При этом, довод ответчика с учетом указанных обстоятельств о том, что администрацией приняты надлежащие меры, направленные на исполнение возложенных полномочий в сфере обращения с безнадзорными животными, а также, что ответственность в рассматриваемом случае должна нести организация, осуществляющая отлов животных на основании заключенного с муниципалитетом договора, обоснованно отклонен судом первой инстанции как несостоятельный.

В полномочия МБУ «СГМПО КХ» не входит самостоятельное принятие решения по контролю и учету за безнадзорными животными. Данная организация не определяет политику в указанной сфере, а действует на основании заявок от физических лиц и организаций. При этом, из вышеприведенных положений закона следует, что полномочия по созданию условий, препятствующих бесконтрольному передвижению безнадзорных животных, относятся к полномочиям органа местного самоуправления.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что непосредственно администрация Старооскольского городского округа Белгородской области является надлежащим ответчиком по настоящему спору, несет ответственность за причиненный Л.М.А. вред в результате нападения на него безнадзорного животного, что явилось следствием недостаточности принятых ответчиком мер по обращению с животными без владельцев, поскольку принимаемые администрацией меры в данной области не позволили исключить причинение вреда.

Оснований не согласиться с данным выводом суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности бездействия администрации Старооскольского городского округа Белгородской области, в результате которого Л.М.А.. причинен моральный вред, ввиду заключения и исполнения контракта по отлову бесхозяйных животных, направлены на переоценку установленных судом обстоятельств и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Письменные и устные обращения физических и юридических лиц как основание для выдачи органом местного самоуправления муниципального образования распоряжения на выполнение работ по отлову животных без владельцев являются по существу формой оповещения органа местного самоуправления о необходимости принятия установленных законом мер реагирования и отсутствие таковых обращений само по себе не является основанием для освобождения ответчика от принятия необходимых мер по отлову животных без владельцев, особенно в случае, когда такие животные представляют угрозу причинения вреда жизни и здоровью граждан.

Предпринимаемые мероприятия в сфере осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев могут быть признаны достаточными, если они достигают, установленных законом, а в частности - положениями п.2 ч.1 ст.17 Федерального закона от 27.12.2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Порядка осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев на территории Белгородской области от 27.01.2020 г. № 25-пп, целей - предотвращения причинения вреда здоровью и (или) имуществу граждан, имуществу юридических лиц.

Учитывая изложенное, отсутствие заявлений жителей о наличии безнадзорных животных в месте рассматриваемого происшествия, равно как и наличие заключенных контрактов с подрядчиками и произведенные отловы безнадзорных животных, не может явиться основанием для освобождения администрации Старооскольского городского округа от ответственности за причиненный Л.М.А.. вред.

Предпринятые ответчиком меры по обращению с животными без владельцев являлись недостаточными, поскольку не предотвратили факта нападения безнадзорного животного.

Заключение муниципальных контрактов на проведение мероприятий в сфере осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев со специализированной организацией и выделение бюджетных средств на эти цели сами по себе не могут явиться основанием для освобождения администрации Старооскольского городского округа Белгородской области от ответственности, поскольку не исключают ее вину. При этом, заключение муниципального контракта не освобождает органы местного самоуправления ни от обязанности контролировать исполнение такого контракта, ни от обязанности обеспечивать санитарно-эпидемиологическую безопасность граждан, находящихся на территории муниципального образования, ни от ответственности за ненадлежащее исполнение такой обязанности.

Данных о том, что напавшее на Л.М.А. животное, ранее проходило мероприятия по отлову, вакцинации, чипированию и вследствие установления отсутствия агрессии было выпущено в среду обитания, а в частности - карточка учета животного, акты прибытия и выбытия животного из приюта, акт клинического осмотра животного, акт проведения вакцинации, журнал регистрации вакцинации животных, журнал движения поголовья животных в приюте, ответчиком не представлено.

С учетом изложенного, правовых оснований для освобождения администрации Старооскольского городского округа от гражданско-правовой ответственности по компенсации Л.М.А.. морального вреда, не имеется.

В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст.151 ГК РФ. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст.151 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, приведенных п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст.151, 1064, 1099, 1100 ГК РФ).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. При этом, привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска (п.15 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33).

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст.151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст.1101 ГК РФ).

В соответствии с п.п.25-27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст.151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п.25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п.26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п.27).

Как следует из п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Определяя в пользу Л.М.А.. размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции правильно руководствовался приведенными нормами права и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации по их применению и вопреки доводам апелляционной жалобы стороны истцов, учел все имеющие значение для правильного разрешения данного вопроса обстоятельства.

На основании всестороннего исследования собранных по делу доказательств и установленных фактических обстоятельств, суд, дав им надлежащую правовую оценку, согласился с обоснованностью заявленной прокурором в пользу несовершеннолетнего Л.М.А. в счет компенсации морального вреда денежной суммой в размере 30000 рублей. При этом, суд принял во внимание все обстоятельства получения потерпевшим телесных повреждений, его возраст (на момент рассматриваемого события 

<

данные изъяты>), степень причиненных физических и нравственных страданий, период прохождения лечения, курса антирабической вакцинации, характер полученной травмы и степень вины ответчика, что выразилось в недостаточности принятых мер по обращению с безнадзорными животными.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика обстоятельств грубой неосторожности в действиях несовершеннолетнего Л.М.А. не имеется.

В силу п.2 чт.1083 ГК РФ правовое значение для определения права на возмещение вреда и определения размера возмещения имеет вина потерпевшего в форме умысла и грубой неосторожности.

Согласно разъяснениям, данным в п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1, вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Понятие грубой неосторожности, применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, которые привели к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность.

Совершение Л.М.А.. действий, свидетельствующих о его грубой неосторожности, которые могли спровоцировать или содействовать нападению собаки и причинению вреда, не представлены.

Ссылка ответчика в апелляционной жалобе на то обстоятельство, что Л.М.А.. после оказания ему экстренной медицинской помощи в день рассматриваемого события, в дальнейшем не обращался за медицинской или психологической помощью, что свидетельствует о несоразмерности определенной судом суммы компенсации морального вреда, является несостоятельной.

То обстоятельство, что после получения первой медицинской помощи, Л.М.А. не обращался за медицинской или психологической помощью не свидетельствует об отсутствии физических и нравственных страданий, а также о несоразмерности определенного судом в его пользу размера компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции учел перенесенные потерпевшим физические и нравственные страдания в связи с болью в области травмы, стрессом, испугом, нервным потрясением ввиду нападения стаи собак в количестве 5-6 особей и укуса одной из них, дискомфорта ввиду ограничения его передвижения вследствие полученной травмы и, соответственно, возможности вести привычный для его возраста активный образ жизни.

Оснований для переоценки установленных по делу обстоятельств и определения иного размера компенсации морального вреда, судебная коллегия не усматривает. При вышеуказанных обстоятельствах, определенный судом размер компенсации, соразмерен степени перенесенных Л.М.А.. физических и нравственных страданий, обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон по делу и отвечает требованиям разумности и справедливости.

В целом доводы апелляционной жалобы ответчика аналогичны доводам, приводимым в обоснование возражений на иск, которым судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка, оснований не согласиться с которой не имеется. Обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а также имели бы юридическое значение и влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

На основании изложенного, судебная коллегия считает, что, разрешая спор, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства; фактические обстоятельства дела подтверждены исследованными доказательствами, выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права судом применены верно, нарушений положений процессуального закона, судом не допущено.

В связи с чем, оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь ст.ст.327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 28 октября 2025 года по делу по иску Старооскольского городского прокурора Белгородской области, действующего в интересах несовершеннолетнего Л.М.А. (паспорт №), к администрации Старооскольского городского округа Белгородской области (ИНН 

<

***>) о компенсации морального вреда оставить без изменения, апелляционную жалобу администрации Старооскольского городского округа Белгородский области - без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Старооскольский городской суд Белгородской области.

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 16.03.2026 г.

Председательствующий

Судьи