Дело № 2-639/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 декабря 2017 года город Норильск

Норильский городской суд в районе Кайеркан г. Норильска Красноярского края

в составе председательствующего судьи Бурхановой Ю.О.,

при секретаре судебного заседания Шпилевой К.А.,

с участием прокурора Терских Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального вреда и компенсации морального вреда, причиненных преступлением,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального вреда и компенсации морального вреда, причиненных преступлением, в обоснование заявленных требований указав, что по приговору мирового судьи судебного участка № 110 в Центральном районе г. Норильска ФИО3 признан виновным в причинение ему вреда здоровью средней тяжести и осужден по ч. 1 ст. 112 УК РФ за то, что 22 декабря 2016 года около 04 часов 00 минут в банкетном зале развлекательного центра по адресу: 

<

адрес>, в ходе словесного конфликта на почте личных неприязненных отношений умышленно нанес ему один удар кулаком в область лица и причинил телесные повреждения в виде закрытой черепно-лицевой травмы, представленной переломом нижней челюсти слева с расхождением отломков и кровоподтеков в проекции перелома. Действиями ответчика был причинен ущерб нематериальным благам истца, жизни и здоровью. После нанесения удара кулаком в лицо, полученного сотрясения и закрытой черепно-лицевой травмы у истца кружилась голова, челюсть была сломана, раскрывать рот, разговаривать и глотать он не мог, что вызывало у него страх, тревогу, беспокойство и волнение. Находясь изначально в стрессовой ситуации, он не осознавал серьезности причиненных повреждений, по истечении времени открылись сильные боли, головокружение. 22 декабря 2016 года он перенес операцию 

<

данные изъяты>, получал медикаментозное лечение, делал перевязки, 27 декабря 2016 года был выписан из стационара с диагнозом «

<

данные изъяты>», для наблюдения и лечения у стоматолога по месту жительства. 16 января 2017 года сняли шины, после чего получал курс механотерапии, физиотерапии, диеты, поскольку жесткую пищу принимать не мог до конца месяца. С 29 декабря 2016 года по 20 января 2017 года находился на больничном, не имел возможности нормально общаться с друзьями, с родственниками, испытывал унижение, раздражение, подавленность, гнев, стыд, отчаяние, ущербность и дискомфорт в повседневной жизни. 9 января 2017 года был обследован неврологом, которым как последствия травмы установлен диагноз «

<

данные изъяты>». Изложенное неблагоприятно сказалось на его семье, психологические, нравственные и моральные переживания испытывали мать и отец истца, в связи с временной нетрудоспособностью в период с 9 января 2017 года по 20 января 2017 года он утратил заработок.

Истец просит суд взыскать с ФИО3 в свою пользу утраченный заработок за 10 дней временной нетрудоспособности в размере 33481,00 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500000,00 рублей, в возмещение расходов на оплату услуг представителя 30000,00 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО4 заявленные исковые требования поддержали по вышеизложенным основаниям.

Истец дополнительно суду пояснил, что какой-либо конфликтной ситуации с ФИО3 у него не было. ФИО3 нанес ему удар в лицо, от которого он потерял сознание, очнулся уже на улице в присутствии сотрудников полиции. Длительное время он проходил стационарное и амбулаторное лечение, перенес операцию, испытывал физическую боль, дискомфорт ввиду невозможности нормального приема пищи, переживал из-за неизвестности последствий перенесенной травмы, не мог вести нормальный образ жизни, общаться с друзьями, испытывал апатию, страх. Своим близким он не сообщал о причинах перелома, они переживали из-за его состояния, что также причиняло ему нравственные страдания. Вследствие длительного лечения челюсти и невозможности открыть рот он не мог выполнять необходимые гигиенические процедуры, что привело к развитию кариеса и требует дополнительного лечения. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании факт причинения средней тяжести вреда здоровью истца не оспаривал, суду пояснив, что 22 декабря 2016 года между ним и истцом действительно произошел конфликт, в ходе которого, опасаясь возможного избиения, он нанес истцу удар рукой в лицо. При рассмотрении уголовного дела вину признал. С заявленными истцом суммами взыскания не согласен, поскольку имеет на иждивении неработающую супругу и малолетнего ребенка, его доход не превышает 42000,00 рублей в месяц, из заработной платы оплачивает кредиты, коммунальные платежи.

Заслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Терских Е.В., полагавшей исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, иные личные неимущественные права и нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения, защищаются законом.

Согласно ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых должна быть приоритетной.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека и является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу 1082 ГК РФ удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15). 

Согласно ч. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, приобретение лекарств.., если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. 

В силу ч. 2 указанной нормы при определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда). Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под утраченным заработком следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности до причинения увечья и иного повреждения здоровья.

В силу ч. 1 ст. 1086 ГК РФ размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.

Согласно ч. 2 указанной нормы в состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении.

Согласно ч. 3 указанной нормы среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. 

Статьей 1083 ГК РФ предусмотрены случаи учета вины потерпевшего и имущественного положения лица, причинившего вред при определении размера возмещения. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (ч. 3 ст. 1083 ГК РФ).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда согласно ч. 1 ст. 1099 ГК РФ определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса. При этом компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (ч. 3 указанной нормы).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ч. 1 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. По смыслу ч. 2 указанной нормы и ст. 151 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как установлено судом, по приговору мирового судьи судебного участка № 110 в Центральном районе г. Норильска Красноярского края от 6 июня 2017 года ответчик ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ – в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью ФИО1 – и осужден к 1 году ограничения свободы с установлением в период отбывания наказания ограничений и возложением обязанности. Приговор суда вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

В силу ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как следует из вышеуказанного приговора суда, 22 декабря 2016 года около 04 часов 00 минут ФИО3, находясь в банкетном зале развлекательного центра «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, в ходе словесного конфликта с ФИО1 на почве внезапно возникших неприязненных отношений умышленно нанес истцу один удар кулаком в область лица, причинив ФИО1 телесные повреждения в виде закрытой черепно-лицевой травмы, представленной переломом тела нижней челюсти слева с расхождением отломков и кровоподтеков в проекции перелома, которые влекут за собой длительное расстройство здоровья на срок более 21 дня и квалифицируются как повреждения, причинившие вред здоровью средней тяжести.

Таким образом, указанным приговором суда установлен факт умышленного причинения ФИО3 вреда здоровью ФИО1, т.е. вина ответчика в противоправном посягательстве на охраняемые законом принадлежащие истцу нематериальные блага, каковыми является здоровье человека, что является достаточным основанием для возложения на ответчика обязанности компенсировать причиненный истцу моральный вред.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности потерпевшего, степень вины ответчика ФИО3 

Так, суд учитывает, что в результате умышленных действий ответчика истцу были причинены физические страдания, выразившиеся в причинении ему физической боли и телесных повреждений; в связи с нанесенным ему 22 декабря 2016 года телесным повреждением в виде перелома нижней челюсти слева истец в период с 22 по 28 декабря 2016 года проходил стационарное лечение, после стационарного лечения был выписан на амбулаторное долечивание у врача-

<

данные изъяты> по месту жительства с рекомендациями физиопроцедур и иных восстановительных и реабилитационных мероприятий, с последствиями полученной травмы наблюдался врачом-

<

данные изъяты> с назначением медикаментозного лечения, амбулаторно лечился до 20 января 2017 года, что подтверждено как представленными суду копиями листков временной нетрудоспособности на имя ФИО1, так и данными амбулаторной карты истца. Как непосредственно от действий ФИО3, так и в дальнейшем в процессе лечения истец испытывал физическую боль, перенес ряд медицинских вмешательств, хирургическую операцию. Из пояснений истца в судебном заседании следует, что вследствие полученной травмы в виде перелома челюсти и последующей операции 

<

данные изъяты> он был ограничен в приеме пищи, затруднены речь, возможность выполнения ежедневных гигиенических процедур, что ограничивало его в возможности общения, доставляло ему дополнительные страдания и нарушало привычный уклад его жизни. Учитывая характер спорных правоотношений, изложенное свидетельствует о том, что пережитые истцом в связи с причиненным ем телесным повреждениям страдания не являются кратковременными.

При определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает конкретные обстоятельства совершения ФИО3 преступления в отношении истца, зафиксированные в приговоре суда, отсутствие объективных данных, свидетельствующих о том, что своими действиями истец способствовал увеличению вреда.

Суд также принимает во внимание имущественное и семейное положение ответчика, имеющего неработающую супругу и малолетнего ребенка, работающего в подразделении 

<

данные изъяты>; размер среднемесячного дохода ФИО3, превышающий 40000,00 рублей, наличие у него ежемесячных кредитных обязательств в размере 4090,48 рублей, что подтверждено представленными ответчиком документами (справкой о размере дохода, копиями свидетельств о заключении брака, о рождении ребенка, кредитным договором с ПАО «Сбербанк России»). Ссылаясь в судебном заседании в обоснование возражений против заявленных требований на трудное материальное положение и отсутствие достаточных для возмещения вреда денежных средств, иных доказательств в обоснование своего имущественного положения ответчик суду не представил.

Оценивая изложенное в совокупности, принимая во внимание, что в результате действий ответчика вред причинен наиболее значимым нематериальным благам истца, защиту которых государство ставит приоритетной, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ФИО3 в пользу ФИО1, в сумме 110000,00 рублей, признавая, что указанный размер компенсации с учетом обстоятельств рассматриваемого дела отвечает требованиям разумности и справедливости и согласуется с принципами конституционной ценности здоровья, жизни и достоинства личности. Заявленный истцом ко взысканию размер компенсации морального вреда – 500000,00 рублей – суд полагает чрезмерно завышенным.

Разрешая требования истца о возмещении ему материального вреда, причиненного в результате совершении преступления, в виде утраченного заработка, суд приходит к следующему.

Право потерпевшего на возмещение утраченного заработка вследствие причинения вреда его здоровью, как указано выше, предусмотрено ст. 1085 ГК РФ. Вина ФИО3 в причинении вреда здоровью потерпевшего установлена приговором суда.

Из материалов дела усматривается, что в период с 22 декабря 2016 года по 20 января 2017 включительно в связи с полученной травмой истец проходил стационарное и амбулаторное лечение, что подтверждается листками нетрудоспособности за указанный период, содержащимися в амбулаторной карте на имя ФИО1 сведениями об обращениях за медицинской помощью в связи с полученной травмой, сведениями из выписного эпикриза истца о том, что после похождения стационарного лечения в связи с травматическим повреждением он был выписан на амбулаторное лечение, протоколами ПВК ЭВН о продлении истцу периода временной нетрудоспособности в связи с прохождением лечения с диагнозом «

<

данные изъяты>».

Изложенное свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между полученной истцом травмой и периодом его временной нетрудоспособности, что является основанием к удовлетворению требований истца о возмещении утраченного им в период временной нетрудоспособности заработка.

Учитывая, что в соответствии с листками нетрудоспособности в период временной нетрудоспособности ФИО1 был полностью освобожден от работы, что исключало возможность осуществления им в указанный период трудовой функции (профессиональной деятельности) хотя бы в каком-то объеме, суд приходит к выводу, что утрата трудоспособности в силу самого факта полного освобождения от работы на основании листка нетрудоспособности составляет 100%.

При этом из табелей учета рабочего времени ФИО1 за декабрь 2016 года – январь 2017 года усматривается и подтверждено пояснениями ФИО1 в судебном заседании, что в период с 22 декабря 2016 года по 8 января 2017 года истец находился в учебном отпуске; период с 9 января 2017 года по 20 января 2017 года являлся для истца рабочими днями.

По смыслу приведенных выше законоположений не полученная истцом за период временной нетрудоспособности заработная плата является утраченным заработком, подлежащим возмещению вне зависимости от размера выплаченного пособия по временной нетрудоспособности за указанный период.

Представленный истцом расчет утраченного заработка исходя из величины среднедневного дохода не основан на нормах действующего законодательства (ст. 1086 ГК РФ), а потому не может быть признан судом обоснованным.

Производя расчет размера утраченного заработка ФИО1 за период нетрудоспособности с 9 января 2017 года по 20 января 2017 года, суд руководствуется справкой о расчете среднемесячного заработка истца за период декабрь 2015 года – ноябрь 2016 года, представленной ООО «

<

данные изъяты>», не оспоренной сторонами, согласно которому средний заработок истца с учетом выплат применительно к положениями ст. 1086 ГК РФ составляет 67083,31 рублей. 

Таким образом, утраченный заработок истца за период временной нетрудоспособности составляет 39460,77 рублей из расчета: 67083,31 рублей / 17 рабочих дней января 2017 года х 10 рабочих дней временной нетрудоспособности истца за указанный период.

Вместе с тем, исходя из того, что требования о взыскании утраченного заработка заявлены истцом на сумму 33481,00 рублей, принимая во внимание, что в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, а основания к выходу за пределы заявленных требований в рассматриваемом споре отсутствуют, взысканию в пользу ФИО1 с ФИО3 подлежит утраченный заработок в размере 33481,00 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым, согласно ст. 94 ГПК РФ относятся также расходы на оплату услуг представителей.

В силу ст. 100 ГПК РФ расходы на оплату услуг представителя присуждаются стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству в разумных пределах.

Как установлено судом, при обращении в суд истцом понесены расходы по оплате юридических услуг по консультированию, составлению иска и ведению дела в суде в размере 30000,00 рублей, что подтверждается договором на оказание услуг от 29 сентября 2017 года, актом приема-сдачи оказанных услуг от 29 сентября 2017 года, квитанцией к приходному кассовому ордеру от 29 сентября 2017 года.

Разрешая требования истца о возмещении понесенных им затрат на оплату услуг представителя, суд учитывает объем оказанной юридической помощи, характер подготовленных представителем материалов, правовую и фактическую сложность рассматриваемого спора, временные затраты на рассмотрение гражданского дела и фактическое участие в судебном разбирательстве представителя истца, и полагает возможным в возмещение понесенных истцом расходов на оплату юридических услуг взыскать с ФИО3 15000,00 рублей, признавая данную сумму отвечающей требованиям разумности.

Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истцы по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением, освобождаются от уплаты государственной пошлины. 

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Учитывая, что истец ФИО1 освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, суд полагает необходимым взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1504,43 рублей, из которых 300,00 рублей – по требованиям о взыскании компенсации морального вреда, 1204,43 рублей – по требованиям имущественного характера.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 утраченный заработок в размере 33481,00 рублей, компенсацию морального вреда в размере 110000,00 рублей, в возмещение судебных расходов на оплату юридических услуг 15000,00 рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 1504,43 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в месячный срок со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Норильский городской суд в районе Кайеркан г. Норильска Красноярского края.

Судья Ю.О. Бурханова

Решение суда в окончательной форме принято 18 декабря 2017 года.