Дело № 2-1128/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

04 декабря 2017 года г. Кингисепп

Кингисеппский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Дунькиной Е.Н.,

при секретаре Жарнаковой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием прокурора –помощника Кингисеппского городского прокурора Хнычевой М.А., представителя истца ФИО1, адвоката ННО ЛОКА филиала «Адвокатская контора «Пелевин и партнеры» Веселова А.В., представившего удостоверение № № и ордер № № от 02 августа 2017 года, ответчика ФИО2, 

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

истец ФИО1 обратился в Кингисеппский городской суд Ленинградской области с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 850 000 руб., компенсации морального вреда в размере 100 000 руб. и судебных расходов.

В обоснование заявленных требований указал, что 01 декабря 2014 года около 22 час. 40 мин. на 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителя ФИО2, управляющего автомобилем «Вольво С-60», государственный регистрационный № №, и водителя ФИО1, управляющего автомобилем «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный № №. В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный № №, причинены механические повреждения. 

Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО2, который нарушил требования пунктов 9.10, 10.1 ПДД РФ, что установлено приговором Кингисеппского городского суда Ленинградской области по уголовному делу № № по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ от 05 сентября 2016 года, вступившим в законную силу 11 ноября 2016 года.

ООО «Росгосстрах» где была застрахована гражданская ответственность ФИО1, признав случай страховым выплатило страховое возмещение в размере лимита ответственности 120 000 руб.. Однако данной суммы недостаточно для возмещения причиненного ущерба, поскольку стоимость восстановительного ремонта пострадавшего в дорожно-транспортном происшествии автомобиля истца, согласно заключению эксперта с учетом износа автомобиля, составляет 1 154 600 руб.. Рыночная стоимость автомобиля «Мерседес Бенц 313 СDI» на дату происшествия 01 декабря 2014 года составляла 1 205 700 руб., стоимость годных остатков составила – 270 600 руб., в связи с чем сумма расходов, необходимых для приведения имущества в состояние до происшествия, определяется как разница между стоимостью восстановительного ремонта и стоимостью годных остатков и составляет 884 000 руб..

Также в связи с происшествием вынужден был нести затраты на хранение транспортного средства в размере 78 000 руб. и проведение экспертизы в размере 8 000 руб.. Размер материального ущерба, с учетом выплаченного страхового возмещения в сумме 120 000 руб., составил 850 000 руб., который просит взыскать с ответчика. 

Отмечает, что в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 был причинен вред здоровью – закрытый перелом правой стопы, ушиб грудной клетки и грудного отдела позвоночника. С данным диагнозом проходил лечение у врача травматолога в период с 02 декабря 2014 года по 26 декабря 2014 года. В результате полученных травм испытывал физическую боль и нравственные страдания, оцененные им в 100 000 руб..

Со ссылкой на положения ст.ст. 15, 151, 1064, 1079, 1110 ГК РФ просит защиты нарушенного права и удовлетворения заявленных исковых требований (том 1 л.д. 4-9).

В судебное заседание истец ФИО1, извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, не явился (том 2 л.д. 37), воспользовался правом ведением дела через представителя.

В судебном заседании 25 августа 2017 года истец ФИО1 указывал, что в результате дорожно-транспортного происшествия испытал нравственные и физические страдания по поводу страха за свою жизнь. Вследствие полученных телесных повреждений, причинивших средней тяжести вред здоровью, обращался за медицинской помощью. Полученная травма причиняла ему физические и нравственные страдания, поскольку не мог вести привычный образ жизни, причиненный моральный вред оценивает в 100 000 руб. и просит взыскать с ответчика. 

Представитель истца ФИО1, адвокат Веселов А.В., в судебном заседании поддержал заявленные требования по основаниям, указанным в иске, в полном объеме. Вместе с тем не возражал против удовлетворения размера материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, с учетом результатов судебной товароведческой экспертизы.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании не согласился с заявленным иском как по праву, так и по размеру материального ущерба и размеру компенсации морального вреда. 

Представитель третьего лица ООО «Росгосстрах» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причину неявки не сообщил (том 2 л.д. 38).

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, изучив уголовное дело № № по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, заслушав заключение прокурора, полагавшего о наличии вины ответчика ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии, прямой причинно-следственной связи между виновными действиями ответчика и нравственными страданиями истца в связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и причиненным материальным ущербом, суд приходит к следующему.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что 01 декабря 2014 года около 22 час. 40 мин. на 

<

адрес> водитель ФИО2, управляя автомобилем «Вольво-60», государственный регистрационный номер №, в условиях ограниченной видимости и в зоне действия дорожного знака 1.12.1 (опасные повороты), со скоростью 50 км/ч, которая не обеспечивала постоянный контроль за движением автомобиля, при выезде из поворота не справился с управлением и совершил выезд на полосу встречного движения, где произвел столкновение со встречным автомобилем «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный номер №, под управлением ФИО1.

В результате допущенных нарушений Правил дорожного движения, предусмотренных п. 9.10 и п. 10.1, водитель ФИО2 причинил по неосторожности пассажирам, находящимся в автомобиле «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный номер №, ФИО3 и ФИО4 тяжкий вред здоровью. 

Приговором Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 05 сентября 2016 года ФИО2 признан виновным в совершении указанного дорожно-транспортного происшествия, его действия квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ, приговор вступил в законную силу 11 ноября 2016 года (том 1 л.д. 12-19).

Как следует из вышеуказанного приговора невыполнение ФИО2 требований пункта 9.1 и части 1 пункта 10.1 Правил дорожного движения находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями. 

В силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, из изложенного следует, что в результате виновных действий ответчика ФИО2 01 декабря 2014 года было совершено дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобиль истца получил механические повреждения и причинены телесные повреждения пассажирам, находящимся в автомобиле, а также самому истцу ФИО1. 

Механические повреждения полученные автомобилем «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный номер №, отражены в справке о дорожно-транспортном происшествии от 01 декабря 2014 года, представленной в материалах уголовного дела.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В силу части 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Статьей 931 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровья или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В силу положений статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Гражданская ответственность владельца автомобиля «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный номер №, ФИО1 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в ООО «Росгосстрах», страховой полис №, действия которого распространены на страховые случаи, произошедшие в период использования транспортного средства в течение срока действия договора с 04 июля 2014 года по 03 июля 2015 года (том 1 л.д. 131).

Гражданская ответственность виновника в дорожно-транспортном происшествии ФИО2 также была застрахована ООО «Росгосстрах», страховой полис №, сроком действия с 13 января 2014 года по 12 января 2015 года (том 2 л.д. 43).

По вступлению приговора в законную силу, 20 декабря 2016 года истец ФИО1 обратился в ООО «Росгосстрах» с заявлением о получение страхового возмещения (том 1 л.д. 125-126). Страховая компания, признав случай страховым, выплатила ФИО1 страховое возмещение в максимальном размере 120 000 руб. (том 1 л.д. 156).

Выплаченного страхового возмещения для восстановления поврежденного в дорожно-транспортном происшествии автомобиля в размере 120 000 руб. было недостаточно в связи с чем ФИО1 обратился в экспертное учреждение за расчетом стоимости восстановительного ремонта автомобиля.

Согласно экспертному заключению № №, выполненному ИП ФИО5, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный номер №, на дату дорожно-транспортного происшествия 01 декабря 2014 года, составляет 1 236 600 руб., с учетом износа – 1 154 600 руб.. В ходе проведения исследования эксперт пришел к выводу, что восстановительный ремонт автомобиля нецелесообразен, поскольку предполагаемые затраты на ремонт превышают стоимость транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем экспертом была определена стоимость транспортного средства в доаварийном состоянии – 1 205 700 руб. и стоимость транспортного средства в аварийном состоянии (годные остатки) – 270 600 руб. (том 1 л.д. 24-76).

С учетом проведенных экспертом исследований истец определил размер материального ущерба как разницу между стоимостью транспортного средства в состоянии до дорожно-транспортного происшествия и стоимостью годных остатков, который составляет 764 000 руб. (1 154 600 руб. – 270 600 руб.-120 000 руб.) (том 1 л.д. 10).

Поскольку размер причиненного ущерба в правоотношениях сторон определяется общими положениями о возмещении вреда, ответчик ФИО2 вправе оспаривать размер ущерба, рассчитанный истцом. 

По ходатайству ответчика ФИО2, с целью обеспечения ему возможности доказывания своих возражений по размеру ущерба, по настоящему делу была проведена судебная автотовароведческая экспертиза, порученная экспертам ООО «Северо-Западный региональный центр независимых экспертиз».

Согласно заключению судебной автотовароведческой экспертизы ООО «Северо-Западный региональный центр независимых экспертиз» № 2-1128/2017 от 21 ноября 2017 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный номер №, на дату дорожно-транспортного происшествия 01 декабря 2014 года без учета износа составляет 724 760 руб., с учетом износа составляет 514 164 руб..

Также экспертом отмечено, что среднерыночная стоимость автомобиля «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный номер №, 2011 года выпуска, превышает стоимость восстановительного ремонта, автомобиль подлежит восстановлению (том 2 л.д. 2-34).

При этом экспертом проанализированы имеющиеся в материалах дела справка о дорожно-транспортном происшествии, составленная сотрудниками ГИБДД, акт осмотра АО «Технэкспро», проведенный по направлению страховой компании, акт осмотра ИП «ФИО5», фотографии и пробег по однометру 255 000 км из акта АО «Технэкспро».

В результате изучения вышеуказанных доказательств экспертом было установлено, что часть элементов указанных в акте осмотра ИП «ФИО5» на фотографиях, подтверждающих повреждения, отсутствуют. Причастность повреждений к дорожно-транспортному происшествию от 01 декабря 2014 года экспертом не установлена.

Таким образом, расчет стоимости восстановительного ремонта автомобиля «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный номер №, 2011 года выпуска, был произведен экспертом за исключением замены деталей причастность повреждений которых к дорожно-транспортному происшествию от 01 декабря 2014 года не была установлена.Заключение судебной автотовароведческой экспертизы, проведенной ООО «Северо-Западный региональный центр независимых экспертиз», полностью соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенного исследования, экспертиза проводилась специалистом-экспертом, имеющим соответствующее образование и квалификацию, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу ложного заключения. 

Оснований не доверять выводам судебной автотовароведческой экспертизы у суда не имеется, поскольку она назначена и проведена в соответствии с нормами действующего законодательства, тогда как доказательств, указывающих на ее недостоверность, либо ставящих под сомнение ее выводы, у суда не имеется.

Представитель истца ФИО1, адвокат Веселов А.В. выводы экспертизы не оспаривал, не возражал против определения размера ущерба с учетом указанных выводов.

Оценив заключение автотовароведческой экспертизы в совокупности с другими доказательствами по делу, при установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельствах, определяя размер ущерба, суд приходит к выводу, что ущерб автомобилю истца причинен в результате взаимодействия источников повышенной опасности, виновных действий ответчика ФИО2, а учитывая право истца ФИО1 на возмещение вреда, на основании ст.ст. 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, причиненный ему в результате дорожно-транспортного происшествия ущерб в размере 394 164 руб. с учетом выплаченного ООО «Росгосстрах» страхового возмещения (514 164 руб. - 120 000 руб.) подлежит взысканию с ответчика ФИО2. 

Также истцом заявлено требование о взыскании убытков в виде расходов на хранение поврежденного транспортного средства за период с декабря 2014 года по январь 2017 года в размере 78 000 руб..

Как следует из материалов уголовного дела автомобиль «Мерседес Бенц 313 СDI», государственный регистрационный номер №, принадлежащий истцу, был признан вещественным доказательством по уголовному делу и передан ФИО1 на ответственное хранение до вступления приговора в законную силу. При вынесении приговора судом постановлено об оставлении автомобиля «Мерседес Бенц», государственный регистрационный номер №, в распоряжении ФИО1 (том 1 л.д. 19). 

В указанный период автомобиль «Мерседес Бенц», государственный регистрационный номер №, был помещен истцом на территорию ЗАО «Грузовое АТП», за аренду места ФИО1 производилась ежемесячная оплата, что подтверждено квитанциями к приходным кассовым ордерам (том 1 л.д. 80-94).

За период с 01 декабря 2014 года по ноябрь 2016 года расходы на хранение поврежденного транспортного средства подлежат возложению ответчика в размере 71 800 руб. (1900 руб./декабрь 2014 года/ + 3100 руб./январь 2015 года/ + 2 800 руб./февраль 2015 г./ + 2 200 руб./по 22 марта 2015 года/ + 3 900 руб./по 30 апреля 2015 года включительно/ + 6100 руб./по 30 июня 2015 года включительно/ + 6 100 руб./с 01 июня 2015 года по 30 августа 2015 года/ + 9100 руб./с 31 августа 2015 года по 25 ноября 2015 года/ + 9000 руб./с 26 ноября 2015 года по 25 февраля 2016 года/ + 6100 руб./за март, апрель 2016 года/ + 9200 руб./май, июнь, июль 2016 года/ + 6200 руб./август 2016 года/ + 6100 руб. /сентябрь, октябрь, ноябрь 2016 года/). При этом расходы по хранению поврежденного транспортного средства за декабрь 2016 года и январь 2017 года в сумме 6 200 руб. за счет ответчика возмещению не подлежат, поскольку транспортное средство с момента вступления приговора в законную силу было передано истцу в связи с чем дальнейшие расходы истца по хранению автомобиля не могут быть возложены на ответчика. 

Таким образом, всего в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, с ответчика ФИО2 в пользу истца подлежит взысканию 465 964 руб. (394 164 руб. /расходы по восстановлению автомобиля/ + 71 800 руб. /расходы на хранение поврежденного автомобиля/).

При разрешении требований истца о возмещении компенсации морального вреда в размере 100 000 руб. суд учитывает следующее.

Как следует из материалов уголовного дела с места дорожно-транспортного происшествия истец ФИО1 с полученными телесными повреждениями на автомобиле «Скорой медицинской помощи» был доставлен в приемное отделение ГБУ ЛО «Кингисеппская МБ», откуда после оказания медицинской помощи был отпущен. 

Согласно заключению государственного судебно-медицинского эксперта Кингисеппского РСМО ФИО6 № 305 от 30 марта 2015 года, у ФИО1 зафиксированы повреждения: закрытый перелом диафиза основной фаланги 3 пальца правой стопы без смещения отломков, кровоподтеки грудной клетки, которые возникли от действия тупого твердого предмета и могли возникнуть в условиях ДТП. Данные повреждения причинили средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья, так как для срастания перелома требуется более 21 дня.

Экспертом отмечено, что диагноз «ушиб грудного отдела позвоночника» не подтверждается объективными клиническими данными, данными динамического наблюдения, в связи с чем судебно-медицинской оценке не подлежат (том 2 л.д. 39, 40-42, том 1 уголовного дела № № л.д. 57-58). 

Как следует из выписки медицинской карты истца от 24 апреля 2017 года, ФИО7 02 декабря 2014 года обратился в приемное отделение ГБУЗ ЛО «Кингисеппская МБ» как водитель автобуса ДТП, проведено обследование правой стопы в двух проекциях – перелом правой стопы, наложен гипсовый лонгет. Лечился в поликлинике г. Ивангорода у травматолога с 02 декабря 2014 года по 26 декабря 2014 года с диагнозом - закрытый перелом правой стопы, ушиб грудной клетки и грудного отдела позвоночника (том 1 л.д. 23). 

В силу части 1 статьи 20, части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации, на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом. В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно абз. 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

В пункте 2 указанного Постановления разъяснено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Верховный Суд РФ в пункте 8 Постановления Пленума «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» № 10 от 20 декабря 1994 года разъяснил, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

ФИО1 в связи с полученными телесными повреждениями в результате дорожно-транспортного происшествия от 01 декабря 2014 года, непосредственно сразу после их получения был доставлен в приемное отделение ГБУЗ ЛО «Кингисеппская МР», после оказания первой медицинской помощи отпущен домой. На следующий день 02 декабря 2014 года обратился за медицинской помощью в Ивангородскую городскую больницу к врачу травматологу, где проходил лечение в период с 02 декабря 2014 года по 26 декабря 2014 года. ФИО1 были выписаны обезболивающие лекарственные препараты, которые принимал в течение всего срока лечения, также назначено физиотерапевтическое лечение. 

При таких обстоятельствах суд признает установленным, что истцу ФИО1 в результате дорожно-транспортного происшествия были причинены нравственные страдания действиями ФИО2, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения нематериальные блага (жизнь, здоровье), поскольку истец в момент столкновения автомобилей испытал психологический стресс от произошедшего, страх за свою жизнь. 

Транспортные средства являются источником повышенной опасности. В целях сохранения здоровья и жизни людей, материального имущества действуют Правила дорожного движения РФ и другие нормативные правовые акты, охватывающие в совокупности все аспекты процесса организации дорожного движения. Соблюдение этих правил направлено на сохранение жизни и здоровья людей.

Из существа искового заявления следует, что исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда основаны на том, что в результате неправомерных действий водителя автомобиля «Вольво С-60», государственный регистрационный номер №, ФИО2, нарушившего Правила дорожного движения РФ, что повлекло причинение истцу ФИО1 телесных повреждений, он испытал физическую боль, получив закрытый перелом диафиза основной фаланги 3 пальца правой стопы без смещения отломков, кровоподтеки грудной клетки, что причинило средней тяжести вред его здоровью. Произошедшее повлияло на эмоциональное и психологическое состояние истца.

Следует отметить, что именно от действий ФИО2, управляющего источником повышенной опасности, истцу были причинены телесные повреждения, вследствие чего он претерпел физическую боль и нравственные страдания, в связи с чем ответственность за причиненный моральный вред подлежит возложению на ответчика ФИО2. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, требования разумности и справедливости, исходя из степени нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, степени вины ответчика и иных заслуживающих внимания обстоятельств настоящего дела, суд полагает возможным взыскать с ответчика ФИО2 компенсацию морального вреда в пользу истца ФИО1 в сумме 30 000 руб., которую суд находит отвечающей требованиям разумности и справедливости.

При установленных обстоятельствах, суд не находит оснований для применения положения статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как ответчиком не представлено доказательств такого своего имущественного положения, которое в силу статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может послужить основанием для уменьшения размера возмещения причиненного им вреда. Обязанность доказывания данных обстоятельств лежит на ответчике. 

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В ходе судебного разбирательства установлено, что в связи с рассмотрением гражданского дела истцом ФИО1 понесены расходы на оплату государственной пошлины в сумме 11 700 руб. (том 1 л.д. 11) и расходы на проведение экспертизы в размере 8 000 руб. (том 1 л.д. 77-78, 79). Указанные расходы были понесены истцом для восстановления нарушенного права и подтверждены платежными документами: квитанцией об уплате государственной пошлины (том 1 л.д. 11) и кассовым чеком на оплату экспертизы (л.д. 79), которые подлежат взысканию в его пользу с ответчика ФИО2 пропорционально размеру удовлетворенных судом требований в размере 10 901 руб. 98 коп. (465 964 руб./материальный ущерб/ составляет 55,34 % от первоначально указанной цены иска 842 000/материальный ущерб/).

На основании изложенного и руководствуясь, ст.12, 56, 67, 194-198 ГПК РФ, судья, 

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба денежные средства в сумме 465 964 (четыреста шестьдесят пять тысяч девятьсот шестьдесят четыре) руб., компенсации морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей, судебные расходы в размере 10 901 (десять тысяч девятьсот один) руб. 98 коп., всего взыскать 506 865 (пятьсот шесть тысяч восемьсот шестьдесят пять) руб. 98 коп.. 

В остальной части иска ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца, путем подачи апелляционной жалобы через Кингисеппский городской суд Ленинградской области.

Судья Дунькина Е.Н.