РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 марта 2025 года г. Иркутск

Кировский районный суд г. Иркутска в составе 

председательствующего судьи Бакановой О.А., 

при секретаре Лобановой А.Н.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности,

представителя ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Иркутской области – ФИО3, действующего на основании доверенностей,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-170/2025 по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Иркутской области о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Иркутской области о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В обоснование исковых требований указал, что приговором Киренского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ истец признан невиновным по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и оправдан на основании пп. 2, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с непричастностью к совершенному преступлению. Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ За истцом признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.

Истец по подозрению в совершении преступления был задержан ДД.ММ.ГГГГ, ему предъявлено обвинение в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и Киренским районным судом Иркутской области избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Под стражей истец содержался в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, то есть на протяжении 29 месяцев 6 дней, то есть 889 дней.

Уголовное преследование в отношении истца осуществлялось на протяжении 3 лет 4 месяцев и 7 дней (1225 дней) – с момента его задержания до вступления приговора в законную силу.

Как указывает истец, в период уголовного преследования и содержания под стражей он испытывал нравственные страдания в результате необоснованного уголовного преследования, что нарушило такое принадлежащее ему нематериальное благо, как достоинство и законопослушность.

До ареста истец работал, был социально адаптирован, в связи с чем незаконное привлечение его к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление, потеря работы, разрыв социальных связей и длительное нахождение под стражей в СИЗО, условия содержания в котором причинили ему физические и нравственные страдания, явились существенным психотравмирующим фактором.

Кроме того, для доставления истца в суд из СИЗО использовался авиатранспорт, однако, указанные перелеты вызвали страх и причиняли ему дополнительные нравственные страдания ввиду боязни высоты.

Внесение государственным обвинителем апелляционного представления на приговор суда, в котором он просил его отменить, также причинили истцу нравственные страдания, поскольку органы прокуратуры призваны исходить из принципов верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина. Однако считает, что указанные действия представителя стороны обвинения были направлены на игнорирование указанных принципов, что порождало у истца страх перед произвольным применением закона органом, призванным обеспечивать его соблюдения. 

Истец поддерживал близкие семейные отношения со своими родителями, оказывал им материальную помощь. Однако из-за его незаконного заключения под стражу он был лишен возможности осуществлять помощь и проявлять заботу о родителях, а также был лишен возможности общения с ними.

За период незаконного уголовного преследования, содержась под стражей, истец потерял все свои социальные связи, родившийся в период нахождения истца под стражей ребенок долгое время был без отцовской заботы, а истец был лишен возможности видеть как растет и развивается его сын, не мог принимать участие в его воспитании, ребенок не знал своего отца, воспринимает его как чужого человека, что также причиняет истцу нравственные страдания.

Просит взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 4 023 000 рублей, расходы на оформление нотариальной доверенности в размере 2 050 рублей, почтовые расходы в размере 1 500 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 59 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1, уведомленный о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, не явился, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие. Допрошенный ранее в судебном заседании посредством видео-конференцсвязи ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме. Дополнительно суду пояснил, что до задержания он был трудоустроен, социально адаптирован, однако в период содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть в течение более 2, 5 лет утратил социальные связи с родителями, семьей и друзьями, пропустил все важные события в жизни своего ребенка, его сын не понимает, что истец является его отцом. Был задержан с момента возбуждения уголовного дела, содержался под стражей вплоть до вынесения оправдательного приговора и освобождения из зала суда ДД.ММ.ГГГГ Однако, принесение прокурором апелляционного представления на приговор суда причинило ему дополнительные страдания, вызвало у него панику. 

В судебном заседании представитель ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Иркутской области – ФИО3, действующий на основании доверенностей, право на компенсацию морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием, в порядке реабилитации не оспаривал, однако, считает, что заявленная сумма является чрезмерно завышенной. Кроме того, полагает необходимым снизить размер подлежащей взысканию суммы на оплату услуг представителя, в удовлетворении требований о взыскании расходов на оформление нотариальной доверенности – отказать. 

Определениями суда о дополнительной подготовке от 04.12.2024 г., 15.01.2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФКУ СИЗО № 1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФКУ СИЗО № 6 ГУФСИН России по Иркутской области.

В судебное заседание третьи лица Прокуратура Иркутской области, СУ СК России по Иркутской области, ФКУ СИЗО № 1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФКУ СИЗО № 6 ГУФСИН России по Иркутской области, уведомленные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, представителей не направили. Представитель третьего лица ФКУ СИЗО № 1 ГУФСИН России по Иркутской области просил о рассмотрении дело в отсутствие представителя ФКУ СИЗО № 1 ГУФСИН России по Иркутской области.

Согласно письменным возражениям представитель третьего лица Прокуратуры Иркутской области – ФИО5, действующая на основании доверенности, не оспаривая право ФИО1 на реабилитацию, пояснила, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда в размере 4 023 000 рублей является чрезмерно завышенной, необоснованной и не отвечающей требованиям разумности и справедливости. Просила рассмотреть дело в отсутствие представителя Прокуратуры Иркутской области.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела № 2-170/2025, уголовного дела № 1-3/2023, исследовав представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

В силу ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу приговора суда и прекращения уголовного дела по п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя Киренского МСО СУ СК ФИО4 по 

<

адрес> ФИО8 возбуждено уголовное дело № по факту обнаружения трупа ФИО9 по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ задержан ФИО1 

ДД.ММ.ГГГГ следователем Киренского МСО СУ СК ФИО4 по 

<

адрес> ФИО10 принято решение о производстве следственного действия в отношении ФИО1 в ночное время. Так, в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ произведен допрос ФИО11 в качестве подозреваемого в период времени с 21-38 часов до 23-58 часов; получены образцы слюны для сравнительного исследования в период времени с 03:50 часов до 04:10 часов.

ДД.ММ.ГГГГ Киренским районным судом Иркутской области продлен срок задержания ФИО1 на 72 часа.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, ДД.ММ.ГГГГ он допрошен в качестве обвиняемого.

ДД.ММ.ГГГГ Киренским районным судом Иркутской области в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 назначена комплексная амбулаторная психолого-психиатрическая судебная экспертиза, результатом которой стало заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и свидетелем ФИО12 проведена очная ставка.

ДД.ММ.ГГГГ получены образцы слюны ФИО1 для сравнительного исследования.

ДД.ММ.ГГГГ Киренским районным судом Иркутской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 1 месяц, всего до 2 месяцев 29 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и свидетелем ФИО13 проведена очная ставка. 

ДД.ММ.ГГГГ Киренским районным судом Иркутской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 2 месяца, всего до 4 месяцев 29 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ Куйбышевским районным судом г. Иркутска продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 1 месяц 30 суток, всего до 6 месяцев 28 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ Куйбышевским районным судом г. Иркутска продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 2 месяца, всего до 8 месяцев 30 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и обвиняемым ФИО14 проведена очная ставка.

ДД.ММ.ГГГГ Ангарским городским судом Иркутской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 2 месяца, всего до 11 месяцев, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и обвиняемым ФИО15 проведена очная ставка.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в тот же день он допрошен в качестве обвиняемого.

ДД.ММ.ГГГГ Ангарским городским судом Иркутской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 1 месяц, всего до 11 месяцев 29 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в Киренский районный суд Иркутской области передано уголовное дело № с обвинительным заключением в отношении ФИО1, ФИО15, ФИО14, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, для рассмотрения по существу.

ДД.ММ.ГГГГ Киренским районным судом Иркутской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ Киренским районным судом Иркутской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 3 месяца, всего до 9 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ Киренским районным судом Иркутской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 3 месяца, всего до 12 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ Киренским районным судом Иркутской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 3 месяца, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ Киренским районным судом Иркутской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 на 3 месяца, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проведены судебные заседания по уголовному делу № в отношении ФИО1, ФИО15, ФИО14

Приговором Киренского районного суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта ФИО1 признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и оправдан за непричастностью к совершению преступления на основании пп. 2, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном гл. 18 УПК РФ.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Киренского районного суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения.

Анализируя установленные по делу обстоятельства, представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что факт вынесения приговора, которым ФИО1 оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, указывает на незаконность уголовного преследования, ввиду чего истец, безусловно, испытывал нравственные страдания, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

Таким образом, суд находит установленным, что в отношении истца осуществлялось уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, по которому в последующем оправдан, что дает истцу право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием. 

В период уголовного преследования по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ (с ДД.ММ.ГГГГ – момента задержания ФИО1 в качестве подозреваемого по уголовному делу по ДД.ММ.ГГГГ – вынесения оправдательного приговора), истец имел статус подозреваемого, обвиняемого, подсудимого. В отношении истца неоднократно проводились следственные действия, в том числе, допросы в качестве подозреваемого, обвиняемого.

Срок содержания под стражей ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составил длительное время (2,5 года), было ограничено право истца на свободу, свободное передвижение, выбор места жительства. 

Таким образом, факт уголовного преследования по обвинению истца в совершении преступления, которое им не совершалось, является нарушением личных неимущественных прав ФИО1, принадлежащих ему от рождения: достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которых не совершал, честное и доброе имя, и является основанием для возмещения вреда за счет казны РФ с Министерства финансов РФ.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с положениями п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» от 15.11.2022 N 33 моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Согласно п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» от 15.11.2022 N 33 следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

В соответствии с положениями п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» от 15.11.2022 N 33 следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни. 

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Положениями ст. 1071 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Разрешая заявленные требования о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда, суд, руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1071, 1100 и 1101 Гражданского кодекса РФ, исходит из того, что моральный вред причинен истцу в результате незаконного уголовного преследования, в последующем в отношении истца было прекращено уголовное преследование по реабилитирующему основанию.

При этом, суд исходит из самого факта незаконного привлечения истца к уголовной ответственности, при котором причинение морального вреда признается законом и не требует доказывания. 

Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда, судом учитываются доводы истца о том, что в результате незаконного уголовного преследования истец испытал эмоциональные страдания в связи с тем, что за преступление, в котором он незаконно обвинялся, предусмотрено лишение свободы на длительный срок, истца сопровождали негативные эмоции, страх, ухудшилось его самочувствие. 

Принято во внимание судом и то, что истец, находясь под стражей, был длительное время оторван от общества, семьи, не мог поддерживать близкие семейные отношения с родственниками, был лишен возможности осуществлять помощь и проявлять заботу о семье, а также был лишен возможности общения с ними.

Судом также учтено, что на заявления ФИО1 с просьбами разрешить ему телефонные звонки и свидания с родителями в СИЗО следователем даны отказы, что подтверждается постановлениями об отказе в удовлетворении ходатайств от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ Однако, суд учитывает, что следователь согласно ст. 38 УПК РФ вправе самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, в том числе принимать решения о предоставлении свиданий с обвиняемым, разрешении на телефонные звонки. Кроме того, постановлением руководителя следственного органа от ДД.ММ.ГГГГ были удовлетворены ходатайства родителей ФИО1 о разрешении свиданий с истцом.

Оценивая доводы истца о ненадлежащих условиях содержания в СИЗО, необоснованном возложении дополнительных обязанностей, условиях доставления истца в суд из СИЗО, суд учитывает, что истцом не представлено доказательств того, что действительные условия содержания в СИЗО, где он находился, условия этапирования на судебные заседания посредством авиатранспорта, являлись бесчеловечными, унижали его честь и достоинство. В связи с чем, суд считает бесспорно установленным только факт самого содержания истца под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательств существенного ухудшения состояния здоровья истца в период нахождения в СИЗО суду не представлено, в материалах дела не имеется. 

Доводы истца о причинении дополнительных нравственных страданий в связи с принесением государственными обвинителем апелляционного представления на оправдательный приговор не могут быть приняты во внимание, поскольку прокурор в соответствии со ст. 389.1 УПК РФ воспользовался своим процессуальным правом на апелляционное обжалования приговора, что не свидетельствует о нарушении прав истца.

Иных обоснованных и заслуживающих внимания доводов истца суд не усматривает.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает личность, сведения об образе жизни истца, который до момента задержания работал, к административной и уголовной ответственности не привлекался, на учете у врача психиатра-нарколога не состоял, состоял на воинском учете, работниками учебных заведений, организаций, в которых учился и работал ФИО1, соседями охарактеризован с положительной стороны, имеет малолетнего сына.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Исходя из приведенных выше норм права и разъяснения практики их применения, принимая во внимание сложность задачи расчета размера компенсации морального вреда, в решении суда должны быть приведены мотивы в обоснование той или иной суммы компенсации морального вреда, присуждаемой истцу. При этом размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, разрешение такого вопроса не предполагает произвольного усмотрения суда.

Таким образом, суд при определении размера компенсации морального вреда, учитывает характер нравственных страданий истца и их степень, также принимаются во внимание данные о личности истца, обстоятельства привлечения истца к уголовной ответственности, категории преступления, в совершении которого он обвинялся, длительность уголовного преследования. 

Разрешая исковые требования, суд руководствуется принципом разумности и справедливости, позволяющим, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения истца. 

При этом суд учитывает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Оценив доводы истца, приведенные в обоснование размера исковых требований, исследовав доказательства, представленные истцов в подтверждение своих доводов, суд находит размер исковых требований чрезмерно завышенным.

Учитывая изложенное, суд полагает возможным взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца в качестве компенсации морального вреда денежную сумму в размере 600 000 рублей.

По мнению суда, такой размер компенсации морального вреда в полном объеме будет соответствовать критериям разумности и справедливости, обеспечит баланс интересов сторон, определен с учетом изложенных выше требований закона, фактических обстоятельств дела, длительности уголовного преследования, индивидуальных особенностей личности истца, степени и тяжести перенесенных истцом нравственных и физических страданий, а также соответствует объему защищаемого права.

Оснований для определения размера взыскиваемой судом в счет компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

Исковые требования ФИО1 к Управлению Федерального казначейства по Иркутской области о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат как заявленные к ненадлежащему ответчику.

Разрешая требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 59 000 рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В связи с необходимостью подготовки настоящего иска и представления интересов в суде 22.09.2024 г. между ФИО1 и ФИО2, ФИО6 заключено соглашение об оказании юридической помощи, в соответствии с условиями которого доверитель поручает, а адвокаты обязуются обеспечить ему юридическую помощь по гражданскому делу по иску к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 1.2. соглашения объем юридической помощи, оказываемый по настоящему соглашению, состоит в выработке согласованной с доверителем правовой позиции; изучении представленных доверителем документов; составлении и подаче искового заявления; участии в судебных заседаниях.

Согласно п. 3.1 соглашения размер денежного вознаграждения за оказываемую юридическую помощь составляет 59 000 рублей. 

Факт оплаты истцом услуг представителя в общем размере 59 000 рублей подтверждается чеком по операции ПАО «Сбербанк» от ДД.ММ.ГГГГ.

Материалами дела подтвержден факт составления и подачи искового заявления представителем ФИО2, участия в судебных заседаниях.

Как разъяснил Пленум Верховного суда Российской Федерации в постановлении от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (п.п. 11, 13 Постановления).

Принимая во внимание сложность дела, объем выполненной представителем работы, качество оказанных юридических услуг, суд находит заявленную истцом сумму в размере 50 000 рублей завышенной, и полагает возможным с учетом принципов разумности и справедливости возместить указанные расходы частично, взыскав в пользу истца 25 000 рублей.

Рассматривая заявленное требование о взыскании расходов на оформление нотариальной доверенности на представителя в размере 2 050 рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Вместе с тем, из представленной доверенности 

<

адрес>2 от ДД.ММ.ГГГГ не следует, что доверенность выдана для участия представителя в данном конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

В связи с чем, требования истца о взыскании расходов на оформление нотариальной доверенности в размере 2 050 рублей суд находит удовлетворению не подлежащими, поскольку из содержания доверенности не следует, что данной доверенностью истец ФИО1 уполномочил ФИО2, ФИО6 представлять его интересы только по данному гражданскому делу в конкретном суде, что позволяет использовать данную доверенность при представлении интересов ФИО1 в иных судебных органах по другим делам, а также в государственных органах и иных организациях.

В соответствии с положениями ст. 98, 103 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату почтовых услуг в размере 1 419, 04 рублей, подтвержденные представленными в материалы дела квитанциями об отправке.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей, почтовые расходы в размере 1 419, 04 рублей. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в большем размере - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Управлению Федерального казначейства по Иркутской области - отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Кировский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения. 

Мотивированный текст решения будет изготовлен 21.03.2025 г.

Председательствующий О.А. Баканова 

Мотивированный текст решения изготовлен 21.03.2025 г.