Дело № 2-1/2017

10 января 2017 года 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Пушкинский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

Судьи Зарецкой Н.Л. 

При секретаре Исаченко Л.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, Управлению Росреестра по Санкт-Петербургу о признании договора дарения доли жилого помещения недействительным, признании права общей долевой собственности на квартиру, аннулировании записи о регистрации права собственности на долю в квартире,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО3

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, обратившись в суд с иском и уточнив в порядке ст. 39 ГПК РФ исковые требования к ФИО2, просил признать недействительным договор дарения, заключенный 29.09.2014 года между ФИО4 и ФИО2, в отношении 1/3 доли жилого помещения, расположенного по адресу: ..., признать за истцом право собственности на указанную долю в квартире, аннулировать запись в ЕГРП о регистрации права собственности на 1/3 доли в спорной квартире за ответчиком. В обоснование заявленных требований истец, ссылаясь на положения ст. 177 ГК РФ, указывал, что при заключении оспариваемого договора дарения ФИО4 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими в силу состояния здоровья и имеющихся у него заболеваний (т.1 л.д. 221).

В судебном заседании истец заявленные требования поддержал, просил удовлетворить.

В качестве соответчика судом было привлечено Управление Росреестра по Санкт-Петербургу, представитель которого, извещенный о месте и времени судебного заседания, в суд не явился.

Третье лицо ФИО5 дело просила рассмотреть в свое отсутствие.

Представитель ответчика ФИО2 в иске просил отказать, указывая, что законность оспариваемой истцом сделки была проверена при совершении регистрационных действий.

Суд, ознакомившись с мнением участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, приходит к следующему.

Из материалов дела следует и судом установлено, что ФИО1, ФИО4, ФИО5 на праве общей долевой собственности, в равных долях (по 1/3 доли) принадлежала квартира по адресу: ..., на основании решения Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 00.00.0000, свидетельств о государственной регистрации права от 00.00.0000 (т.1 л.д. 9, 14-16).

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом.

В соответствии с ч.2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

На основании ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из толкования нормы ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ следует, что воля дарителя должна быть направлена на безвозмездную передачу в собственность одаряемого вещи именно в качестве дара и соответственно воля одаряемого должна быть направлена на безвозмездное принятие указанного имущества также в качестве дара.

Согласно положениям п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу п. 2 ст. 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно представленного в материалы дела договора дарения доли квартиры, заключенного 29.09.2014 года в простой письменной форме между ФИО4 как дарителем, и ФИО2 (одаряемый), следует, что ФИО4 подарил ответчику принадлежащую ему на праве общей долевой собственности 1/3 долю квартиры, находящейся по адресу: ... (т.1 9-10).

00.00.0000 ФИО4 умер (т.1 л.д. 13).

Согласно материалов наследственного дела № 0, представленного нотариусом ФИО6 с заявлением о принятии наследства в установленный законом срок 00.00.0000 обратился его сын ФИО1 (т.1 л.д. 62-86), 

Согласно ч. 1 и 6 ст. 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 100-ФЗ) нормы Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона N 100-ФЗ об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166 - 176, 178 - 181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу Федерального закона N 100-ФЗ, т.е. к сделкам, совершенным после 1 сентября 2013 года.

Как указано выше, оспариваемый договор дарения квартиры, подписан 29 сентября 2014 года, в связи с чем на спорные правоотношения распространяются положения § 2 гл. 9 ГК РФ, действующие в редакции Федерального закона N 100-ФЗ.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ следует, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

То есть, оспоримая сделка может быть признана недействительной только при предъявлении об этом самостоятельного иска, а ничтожная является недействительной в силу закона, в связи с чем предъявление соответствующего иска и не обязательно.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствие с положениями статей 55, 56, 67 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Непредставление доказательств в подтверждение обстоятельств, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон.

В силу п. 3 ст. 433 ГК РФ, п. 3 ст. 2 ФЗ РФ N 122-ФЗ от 21 июля 1997 года "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Из представленных Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу документов, следует, что государственная регистрация договора дарения и переход права собственности на спорную квартиру к ответчику происходили с участием, в том числе дарителя.

В представленных на регистрацию в Управление Росреестра по Санкт-Петербургу в сентябре 2014 года документах несоответствий требованиям ст. ст. 9, 13, 16 ФЗ РФ от 21.07.1997 года N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" выявлено не было.

При разрешении спора судом в соответствии с положениями статьи 79 ГПК Российской Федерации с учетом разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении от 24.06.2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" (п. 13) по ходатайству истца для определения способности ФИО4 понимать значение своих действий или руководить ими в юридически значимый период, по делу была проведена посмертная амбулаторная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.

Из заключения комиссии экспертов № 0 СПб ГБУЗ «Городская Психиатрическая больница № 0 (стационар с диспансером)» от 20-22 декабря 2016 следует, что ФИО4 страдал при жизни и в том числе на момент совершения юридически значимых действий: заключения договора дарения доли квартиры от 29.09.2014 и обращения 29.09.2014 с заявлением в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу о регистрации договора и переходе права собственности на долю в квартире, психическим расстройством в форме органического расстройства личности, синдромом зависимости от употребления алкоголя (по МКБ-10 F 07.08; F 10.2). Об этом свидетельствуют данные анамнеза, медицинской документации, материалов гражданского дела, указывающие на длительное течение сосудистых заболеваний (ЦВБ, распространенный атеросклероз, гипертоническая болезнь), повторно перенесенные многократные травмы головы, длительную интоксикацию вследствие злоупотребления алкоголем, запойного пьянства, на фоне чего отмечалась церебрастеническая симптоматика (головные боли, головокружения, утомляемость, слабость), нарастали изменения личности (раздражительность, несдержанность. неустойчивость настроения, фиксированность на болезненных переживаниях), нарушения мышления (вязкость, обстоятельность), снижение памяти и внимания. В результате злоупотребления алкоголем сформировалась психофизическая зависимость и алкогольный абстинентный синдром, в связи с чем неоднократно проходил лечение, состоял на учете у нарколога. В последнее время с 2014 была характерна форма употребления алкоголя в виде постоянного пьянства на фоне низкой толерантности. Абстинентный синдром имел развернутый характер с преобладанием пониженного настроения, повышенной тревожности, делириозными включениями, судорожными припадками, социальной дезадаптацией. При госпитализации ФИО4 в психиатрическую больницу 06.01.15 г. выявлялись выраженные изменения психики по органическому и алкогольному типу в виде грубых мнестических нарушений (выраженные нарушения смысловой и оперативной (фиксационной) памяти), общим интеллектуальным снижением, выраженной истощаемости психической деятельности, инертности, труднопереключаемости внимания, торпидности, обстоятельности мышления с нарушением эмоционально-волевого компонента (эмоциональная малодифференцированность, снижения психической активности, уровня побуждений, трудностью проведения анализа и синтеза, неспособностью к прогнозированию поступков, снижением критики. Указанные психические расстройства (выраженное снижение когнитивных функций с нарушениями эмоционально-волевого компонента, неспособностью к прогнозированию поступков), сопровождавшиеся злоупотреблением алкоголем, обусловливали нарушение коммуникативных, бытовых навыков, микросоциальных и семейных связей, определяли поведение и болезненную мотивацию ФИО4 при совершении юридически значимых действий без учета собственных имущественных и социальных интересов в юридически значимый период времени. Таким образом, на момент совершения юридически значимых действий: заключения договора дарения доли квартиры от 00.00.0000 между ФИО4 и ФИО2, и обращения 00.00.0000 с заявлением в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу о регистрации договора и переходе права собственности на долю в квартире ФИО4 по своему психическому состоянию, в силу выраженности имевшихся эмоционально-волевых расстройств, некритичности на фоне когнитивных нарушений не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

В исследуемый период ФИО4 обладал следующими индивидуально-психологическими особенностями: в познавательной деятельности отмечаются выраженные нарушения, характерные для органического поражения головного мозга. Среди них: выраженная истощаемость психической деятельности, инертность, снижение концентрации внимания, затруднение переключения активного внимания, сужение объема внимания, снижение психической активности, уровня побуждений, трудности проведения анализа и синтеза, нарушение критичности мышления, личностные изменения алкогольного типа: морально-этическая огрубленность, снижение дифференцированности эмоциональных реакций, придирчивость, редукция чувства ответственности, внешне обвинительная направленность оценок и суждений, суженность ценностно-смысловой сферы с доминированием узкого круга примитивно-гедонистических потребностей. На этом фоне отмечается отсутствие потребности в поддержании широких социальных контактов, недостаточная инициативность в формировании долгосрочных жизненных планов и замыслов, склонность к аффективным неустойчивым формам реагирования, ригидность и застреваемость на своих негативных переживаниях. С учетом выявленных особенностей, на момент заключения договора дарения и обращения за совершением регистрации действий 29.09.2014 г. ФИО4 не мог отдавать отчет своим действиям, сознавать их реальное содержание, предвидеть последствия и правильно руководить ими. 

Суд не усматривает оснований не доверять данному экспертному заключению, полагая, что комиссией экспертов Санкт-Петербургского государственного казенного учреждения здравоохранения "Городская психиатрическая больница N 6 (стационар с диспансером)" дана квалифицированная оценка психическому и психологическому состоянию ФИО4 в момент совершения оспариваемой сделки и ее регистрации.

Оценивая экспертное заключение по правилам ст. 86 ГПК РФ, суд учитывает, что данное заключение составлено экспертами, имеющими высшее образование, специальность - судебно-психиатрическая экспертиза и медицинская психология, длительный стаж работы. При этом, выводы, изложенные в экспертном заключении являются ясными, полными и объективными, содержат подробное описание проведенного исследования. Рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Заключение комиссии экспертов научно обоснованно, базируется на специальных познаниях в области судебной медицины, психологии и психиатрии, основано на изучении всей медицинской документации в отношении ФИО4 и на исследовании всех материалов гражданского дела, эксперты не заинтересованы в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Обоснованность заключения экспертов и их компетентность сомнений не вызывают.

Оснований, предусмотренных ст. 87 ГПК РФ, для назначения по делу повторной или дополнительной экспертизы судом в ходе судебного разбирательства по делу не установлено, а ее проведении сторонами не заявлено. Сам факт не согласия представителя ответчика с выводами амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы основанием для назначения по делу повторной или дополнительной экспертизы не является.

Разрешая заявленные требования, суд на основании выводов экспертного заключения, основанных на результатах исследования представленных медицинских документов, а также объяснений истца, допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей С1, С2, С3, сообщивших суду об отсутствии у ФИО4 намерений кому-либо дарить принадлежавшую ему долю в спорной квартире, приходит к выводу о наличии надлежащих и достаточных доказательств того, что на момент заключения оспариваемого договора и совершения, связанных с ним регистрационных действий, в юридически значимый период ФИО4 не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Соответственно имеются основания для признания договора дарения, заключенного 00.00.0000 между ФИО4 и ФИО2, в отношении 1/3 доли жилого помещения, расположенного по адресу: ..., недействительным в силу ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также основания для применения указанных истцом последствий недействительности сделки.

Учитывая изложенное, суд полагает, что за истцом как единственным наследником ФИО4, обратившимся к нотариусу за принятием наследства в установленный законом срок должно быть признано право собственности на 1/3 доли в спорной квартире, принадлежавшей наследодателю, а регистрация права собственности ответчика на принадлежавшую ФИО4 долю в квартире подлежит отмене.

На основании указанного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Признать недействительным договор дарения, заключенный 00.00.0000 между ФИО4 и ФИО2, в отношении 1/3 доли квартиры, расположенной по адресу: ....

Отменить (аннулировать) государственную регистрацию права собственности ФИО2 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: ..., произведенную Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу за № 0 от 00.00.0000.

Признать за ФИО1, ... право общей долевой собственности на 1/3 долю в двухкомнатной квартире по адресу: ... в порядке наследования после смерти ФИО4.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья