Дело № 1-79/2019

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Звенигово 11 июля 2019 года

Звениговский районный суд Республики Марий Эл в составе: председательствующего судьи Смирнова А.В., при секретаре Федотовой В.Г., 

с участием: государственного обвинителя – старшего помощника прокурора 

<

адрес> Республики Марий Эл ФИО1, 

подсудимого ФИО2, 

защитника – адвоката Латыповой И.Н., представившей удостоверение №, ордер № от 

<

дата>, 

потерпевшего О.Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в 

<

адрес> Республики Марий Эл уголовное дело в отношении

ФИО2, 

<

.....>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

установил:

ФИО2 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах:

<

дата> около 18 часов 00 минут ФИО2, находясь у себя дома по адресу: 

<

адрес>, употреблял спиртные напитки с О.Ю.В. Во время употребления спиртного между ФИО2 и О.Ю.В. произошла ссора, в ходе которой у ФИО2 на почве личных неприязненных отношений возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью О.Ю.В., с применением предмета, используемого в качестве оружия. Реализуя задуманное, ФИО2, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий своих действий – причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему и желая наступления данных последствий, взял в руку лежащий на полу нож и, используя его в качестве оружия, нанес его клинком один удар в область груди О.Ю.В., причинив ему рану в седьмом межреберье по левой среднеключичной линии с повреждением хрящевой части седьмого левого ребра, проникающую в левую плевральную и в брюшную полости с повреждениями печени и желудка, повлекшую за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, относящуюся к повреждению, причинившему тяжкий вред здоровью.

Подсудимый ФИО2 вину в совершении преступления признал частично, заявил, что умысла на причинение О.Ю.В. тяжкого вреда здоровью с использованием ножа у него не было, ножевое ранение потерпевшему нанес случайно, обороняясь от преступного посягательства с его стороны.

Так, из показаний подсудимого ФИО2 следует, что 

<

дата> после обеда он у себя дома с О.Ю.В., П.А.Н. и Н.А. употреблял спиртные напитки. С ними также был Г.М.Г., однако алкоголь он не употреблял. Через какое-то время П.А.Н., Г.М.Г. и Н.А. ушли, а он и О.Ю.В. продолжили употреблять спиртное, в связи с чем к вечеру оба находились в состоянии алкогольного опьянения. Во время употребления спиртного между ними произошла ссора, вызванная тем, что О.Ю.В. не понравились высказанные им выражения, в ходе которой они стали бороться, в результате чего он упал на спину, а О.Ю.В. сел на него сверху и, высказывая угрозы убийством, замахнулся на него кулаком правой руки. Испугавшись за свою жизнь, он схватил в руку первый попавшийся предмет которым как потом выяснилось оказался упавший во время борьбы с холодильника нож, и ударил им в грудь О.Ю.В. После этого он позвонил в полицию и стал оказывать О.Ю.В. первую помощь. В момент нанесения удара ножом в руках О.Ю.В. предметов, которыми можно было бы причинить ему телесные повреждения, не было, никаких иных действий, кроме как замаха кулаком, О.Ю.В. не совершал. 

В связи с существенными противоречиями между показаниями ФИО2 на предварительном следствии и в суде, по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании были исследованы его показания, данные при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого.

Так, из оглашенных показаний подозреваемого и обвиняемого ФИО2 от 

<

дата> и 

<

дата> следует, что во время употребления спиртных напитков между ним и О.Ю.В. возникла ссора, в ходе которой они стали бороться, он упал на спину, а О.Ю.В. сел на него сверху и замахнулся кулаком, сказав, что сейчас ударит. Желая освободиться от О.Ю.В., он, полагая, что его могут убить, взял лежащий на полу нож и им ударил в область груди потерпевшего. Ни в ходе ссоры, ни перед нанесением удара ножом О.Ю.В. угроз убийством не высказывал, каких-либо иных действий, направленных на причинение ему существенного вреда не совершал. После удара выкинул нож на плиту печи (т. 1 л.д. 54-57, 187-190, 214-220, 224-225).

Аналогичные сведения ФИО2 изложил и в своей собственноручной явке с повинной от 

<

дата>, согласно которой во время ссоры с О.Ю.В. он взял в руки нож и нанес им один удар в область груди последнему, при этом каких-либо угроз убийством со стороны О.Ю.В. в его адрес перед этим высказано не было, ударов он ему не наносил (т. 1 л.д. 21).

После оглашения приведенных показаний, подсудимый пояснил, что придерживается показаний, данных им в судебном заседании. 

Как следует из оглашенных протоколов, допросы подозреваемого и обвиняемого в ходе предварительного следствия были проведены неоднократно и в различное время, с участием защитника, в свиданиях с которым он ограничен не был, перед допросами ФИО2 в каждом случае разъяснялись права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, а также положения статей 46 и 47 УПК РФ, были разъяснены последствия дачи показаний.

После окончания допросов ФИО2 и его защитником указано о личном ознакомлении с содержанием их протоколов и об отсутствии на них каких-либо замечаний.

Допрошенный в качестве свидетеля оперуполномоченный ОУР ОМВД России по 

<

адрес> Р.А.В., принимавший явку с повинной от ФИО2, показал, что явка с повинной ФИО2 

<

дата> была написана собственноручно и добровольно, после разъяснения положений ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ.

Указанные Р.А.В. сведения, относительно обстоятельств получения явки с повинной, подтвердил в судебном заседании подсудимый ФИО2 

Таким образом, показания подозреваемого и обвиняемого ФИО2, его явку с повинной суд признает допустимыми доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. 

Оценивая показания ФИО2 о причинении ножевого ранения О.Ю.В. по неосторожности, в состоянии необходимой обороны, либо при превышении ее пределов, суд пришел к выводу о том, что они не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, связаны с его защитой от уголовного преследования и стремлением таким образом избежать уголовной ответственности за содеянное, они опровергаются следующей совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, из показаний потерпевшего О.Ю.В. в судебном заседании следует, что 

<

дата> после обеда он пришел домой к ФИО2, где совместно с ним, П.А.Н. и Н.А. употреблял спиртные напитки. С ними также находился Г.М.Г., который спиртное не пил, так как был за рулем. Через некоторое время П.А.Н., Н.А. и Г.М.Г. ушли, а он и ФИО2 продолжили распивать спиртное в доме. Во время употребления спиртного ФИО2 высказал неприемлемые для него выражения, которые он воспринял в свой адрес, в связи с чем между ними произошла ссора, переросшая в борьбу, в ходе которой он повалил ФИО2 на спину, сел на него сверху и замахнулся кулаком, намереваясь ударить в лицо, однако в этот момент ФИО2 взял в руку нож и ударил им его в грудь, после чего почувствовал боль и потерял сознание. Высказывал ли он перед тем как нанести удар кулаком ФИО2 угрозы убийством, не помнит, однако во всяком случае убивать его не хотел, каких-либо иных действий, направленных на причинение ФИО2 вреда, не предпринимал. 

Аналогичные сведения потерпевший О.Ю.В. сообщил следователю в ходе его допроса 

<

дата>, при котором он продемонстрировал как свои действия в ходе ссоры, так и действия ФИО2 (т. 1 л.д. 208-213).

Допрошенные в качестве свидетелей Г.М.Г. и П.А.Н. сообщили аналогичные с подсудимым и потерпевшим сведения относительно обстоятельств употребления 

<

дата> в доме ФИО2 спиртных напитков, пояснили, что перед их уходом между ФИО2 и О.Ю.В. ссор не было, взаимоотношения между ними были нормальные, оба находились в состоянии алкогольного опьянения, на момент их ухода около 15 часов в доме оставались они вдвоем. 

Г.М.Г. показал также, что в тот же вечер, примерно в 18-19 часов, ему позвонил ФИО2 и сообщил, что нанес удар ножом О.Ю.В., однако иных подробностей не пояснил. В связи с этим он снова приехал к нему домой, где увидел сотрудников полиции и скорую помощь. 

П.А.Н. показал, кроме того, что через несколько часов после того, как он ушел от ФИО2, к нему приехали сотрудники полиции и сообщили о том, что между ФИО2 и О.Ю.В. произошел конфликт, свидетелем которого он сам не был, однако позднее созвонился со ФИО2 и тот рассказал ему, что О.Ю.В. сам наткнулся на нож, но как именно не пояснил. 

Вместе с тем, из оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля П.А.Н. следует, что об обстоятельствах произошедшего между подсудимым и потерпевшим конфликта он со ФИО2 не разговаривал, последний ему ни о каких подробностях не сообщал (т. 1 л.д. 172-174). 

Оценивая данные свидетелем П.А.Н. в судебном заседании показания в части, касающейся ставших ему известных от подсудимого обстоятельствах причинения потерпевшему ножевого ранения, суд приходит к выводу о том, что они не нашли своего объективного подтверждения иными доказательствами, в связи с чем признает их недостоверными и не принимает во внимание при постановлении приговора.

Об этом же свидетельствуют и показания самого ФИО2 - указанного П.А.Н. как на источник получения изложенной им информации, согласно которым каких-либо сведений, касающихся причинения потерпевшему ножевого ранения, он П.А.Н. не сообщал, по телефону по этому поводу с ним не общался. 

Допрошенная в качестве свидетеля фельдшер скорой помощи С.Л.Ю. показала, что 

<

дата> в 18 часов 20 минут на станцию скорой медицинской помощи поступило сообщение о причинении в селе 

<

адрес> ножевого ранения, в связи с чем она с напарницей выехала по указанному адресу, где увидела лежащим на полу О.Ю.В. с ножевым ранением в области груди слева, а также хозяина дома – ФИО2 Они оба находились в нетрезвом состоянии, ФИО2 до приезда сотрудников полиции был агрессивен, грубо с ними разговаривал, об обстоятельствах причинения потерпевшему ножевого ранения ничего не пояснял (т. 1 л.д. 164-166, л.д. 179-180). 

Свидетель И.В.Н. – участковый уполномоченный ОМВД России по 

<

адрес> показал, что 

<

дата> вечером он по поступившему сообщению о причинении ножевого ранения приехал по месту жительства ФИО2, где уже находились работники скорой помощи. Так же в доме был сам ФИО2, а также О.Ю.В., который лежал на носилках. ФИО2 был возбужден, находился в состоянии опьянения, мебель в прихожей его дома была разбросана. 

Помимо приведенных показаний, вина подсудимого в совершении преступления полностью подтверждается следующими доказательствами.

Из рапорта оперативного дежурного от 

<

дата> следует, что в 18 часов 06 минут в дежурную часть ОМВД России по 

<

адрес> поступило сообщение о том, что в 

<

адрес> О.Ю.В. причинено ножевое ранение (т. 1 л.д. 3, 4).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 

<

дата> местом причинения ножевого ранения О.Ю.В. является частный дом ФИО2, расположенный по адресу: 

<

адрес>, в зале которого обнаружены пустые бутылки из-под спиртных напитков, из-под «Тройного одеколона», стопки, а также остатки закуски. В прихожей имеется холодильник, в кухне на плите печи обнаружен и изъят нож с погнутым лезвием, испачканным веществом красно-коричневого цвета, длиной клинка 124 мм (т. 1 л.д. 5-15, 84-89).

При осмотре данного ножа подозреваемый ФИО2 в присутствии защитника показал, что именно им он нанес удар О.Ю.В. 

<

дата> (т. 1 л.д. 84-89).

Из заключения эксперта № от 

<

дата> следует, что на клинке изъятого в ходе осмотра места происшествия ножа обнаружена кровь, которая принадлежит О.Ю.В., на рукояти данного ножа обнаружены эпителиальные клетки, которые в том числе произошли от ФИО2 (т. 1 л.д. 102-112).

В соответствии с заключением эксперта № от 

<

дата>, вышеуказанный нож изготовлен самодельным способом, является ножом хозяйственно-бытового назначения, к категории холодного оружия не относится (т. 1 л.д. 149-150).

Согласно протоколу выемки от 

<

дата>, следователем из приемного покоя 

<

.....> изъяты куртка, кофта и футболка О.Ю.В., в которые он был одет при поступлении в больницу (т. 1 л.д. 17-19, 116-123, 124).

Из заключения эксперта № от 

<

дата> следует, что на поверхности куртки и кофты О.Ю.В. обнаружены колото-резанные повреждения, которые могли быть образованы клинком ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия 

<

дата> (т. 1 л.д. 157-161).

Согласно заключению эксперта № от 

<

дата> у О.Ю.В. при поступлении в больницу 

<

дата> выявлена рана 

<

.....>, которая возникла от действия острого колюще-режущего предмета типа клинка ножа, либо при ударе о таковой за непродолжительное до поступления в больницу время, повлекла за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, относится к повреждению, причинившему тяжкий вред здоровью (т. 1 л.д. 142-143, 193-195).

Заключением эксперта № от 

<

дата> установлено, что у ФИО2 обнаружены кровоподтек правой голени, ссадины области правого голеностопного сустава, левой голени, которые возникли от действия твердых тупых предметов, либо при ударе и скольжениях о таковые за 1-3 суток до проведения экспертизы, относятся к повреждениям, не причинившим вред здоровью человека (т. 1 л.д. 45).

Допрошенный в качестве подсудимого ФИО2 показал, что отраженные в заключении судебно-медицинской экспертизы телесные повреждения были получены им во время борьбы с О.Ю.В. при указанных им обстоятельствах.

Таким образом, на основании исследованных в судебном заседании доказательств, которые суд считает относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд пришел к выводу о доказанности вины подсудимого в совершении преступления. 

Все положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Как было указано выше, доводы подсудимого о том, что ножевое ранение потерпевшему он причинил по неосторожности, в состоянии необходимой обороны, либо при превышении ее пределов противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Так, в судебном заседании установлено, что в ходе совместного употребления спиртных напитков между находящимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО2 и О.Ю.В. произошла ссора, которая переросла в обоюдную борьбу между ними, в результате которой ФИО2 оказался лежащим на спине, а О.Ю.В. сидящем на нем сверху, при этом последний своими действиями выразил намерение нанести подсудимому удар кулаком в лицо, поэтому на тот момент конфликт между ними еще не был исчерпан, в связи с чем действия потерпевшего вызвали у подсудимого агрессию и личную к нему неприязнь, послужившие ФИО2 мотивом для совершения в отношения О.Ю.В. насильственного преступления с применением ножа, который во время происходящего между ними конфликта оказался на полу рядом с подсудимым.

Об этом объективно свидетельствуют приведенные выше показания ФИО2 и О.Ю.В. о причине произошедшей между ними ссоры и о действиях во время нее каждого из них; показания фельдшера С.Л.Ю. о том, что после нанесения потерпевшему ножевого ранения на момент приезда бригады скорой помощи и до приезда сотрудников полиции ФИО2 находился в агрессивном состоянии; показания участкового уполномоченного полиции И.В.Н., согласно которым в месте произошедшего между подсудимым и потерпевшим конфликта мебель была разбросана, сам ФИО2 находился в возбужденном состоянии; заключение судебно-медицинской экспертизы подсудимого, установившей у него незначительные кровоподтеки и ссадины, образовавшиеся во время борьбы с потерпевшим, результаты осмотра места происшествия, в ходе которого обнаружены пустые емкости из-под спиртного и «Тройного одеколона», стопки, а также орудие совершения преступления – нож с погнутым клинком. 

Вместе с тем, несмотря на то, что мотивом для нанесения О.Ю.В. удара ножом послужило его противоправное к подсудимому поведение, каких-либо объективных данных, которые свидетельствовали бы о том, что действия потерпевшего носили характер общественно-опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни или здоровья подсудимого, или создавали непосредственную угрозу применения такого насилия, не имеется. 

Об этом свидетельствуют неоднократные показания подозреваемого и обвиняемого ФИО2, сведения, отраженные им в явке с повинной, показания потерпевшего О.Ю.В. о том, что кроме как намерения нанести удар кулаком в лицо, каких либо иных действий, связанных с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, О.Ю.В. в отношении ФИО2 не предпринимал и таких намерений не высказывал, что объективно подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы подсудимого, зафиксировавшей отсутствие у него в результате противоправных действий О.Ю.В. каких-либо телесных повреждений, за исключением незначительных кровоподтека и ссадин.

Из показаний потерпевшего О.Ю.В. также следует, что никаких иных действий, кроме как нанести удар кулаком в лицо, он совершить в отношении ФИО3 не намеревался. 

Обнаруженные у подсудимого в результате судебно-медицинской экспертизы телесные повреждения в виде кровоподтека правой голени, ссадины области правого голеностопного сустава левой голени, не причинившие ему вреда здоровью, не свидетельствуют о действиях подсудимого в состоянии необходимой обороны, а, напротив, подтверждают послуживший совершению подсудимым мотив преступления – личная неприязнь к потерпевшему, вызванная его противоправным поведением. 

Таким образом, намерение потерпевшего во время обоюдной ссоры нанести удар кулаком в лицо подсудимому само по себе не свидетельствует об оправданности действий ФИО2 по нанесению им в сложившейся ситуации О.Ю.В. ножевого ранения, поскольку применение такого насилия являлось явно несоразмерным действиям потерпевшего.

Утверждения подсудимого о высказанных О.Ю.В. перед нанесением удара кулаком угрозах убийством противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела, опровергаются его же неоднократными последовательными показаниями в качестве подозреваемого и обвиняемого, сведениями, изложенными им в явке с повинной, которые согласуются с показаниями потерпевшего О.Ю.В.

Доводы подсудимого о том, что О.Ю.В. в ходе конфликта мог применить в отношении него насилие, опасное для жизни или здоровья, поскольку ранее он уже был осужден за убийство и отбывал наказание в виде реального лишения свободы, не могут быть приняты во внимание, так как основаны лишь на его предположениях, которые не нашли своего объективного подтверждения исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Орудие убийства – нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия с плиты печи, у суда не вызывает сомнения, так как данное обстоятельство объективно подтверждается результатами осмотра места происшествия, судебно-медицинской экспертизой потерпевшего, заключением экспертизы ножа и одежды потерпевшего, заключением генетической экспертизы, а также показаниями самого подсудимого об этом.

Доводы подсудимого в судебном заседании о том, что в ходе конфликта он схватил с пола первый попавшийся ему в руку на ощупь предмет, которым оказался нож, также не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, они прямо опровергаются его же показаниями в ходе предварительного следствия, согласно которым орудие преступления – нож он взял умышленно в ходе ссоры с потерпевшим и решил им воспользоваться для причинения О.Ю.В. телесных повреждений, которые полностью согласуются с показаниями потерпевшего об этом же.

Поэтому в судебном заседании установлена достаточная совокупность доказательств, свидетельствующая о мотиве совершения преступления – личная неприязнь подсудимого к потерпевшему, вызванная его противоправным к нему поведением.

При таких обстоятельствах, каких-либо объективных данных, которые свидетельствовали бы о том, что действия потерпевшего носили характер общественно-опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни или здоровья подсудимого, или создавали непосредственную угрозу применения такого насилия, не имеется. 

В этих условиях отсутствуют основания для вывода о том, что ФИО2, причиняя О.Ю.В. ножевое ранение, действовал в состоянии необходимой обороны, либо превысил пределы такой обороны, поэтому доводы защиты и подсудимого об обратном не основаны на фактических обстоятельствах уголовного дела.

Обстоятельства совершения преступления, обстановка, предшествующая противоправным действиям подсудимого, в том числе поведение подсудимого и потерпевшего, отсутствие между ними каких-либо длительных психотравмирующих взаимоотношений, нахождение их обоих в состоянии алкогольного опьянения, приводят суд к убеждению об отсутствии аффекта в действиях ФИО2, о чем также свидетельствуют осознанность и целенаправленность действий последнего на причинение ножевого ранения О.Ю.В., установленный судом мотив преступных действий подсудимого, а также осознанные и целенаправленные действия подсудимого непосредственно после содеянного. 

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО2 по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

С силой нанося потерпевшему удар ножом в область расположения жизненно-важных органов – грудь, подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом на причинение О.Ю.В. именно тяжкого вреда здоровью. 

Об этом свидетельствуют характер и локазализация телесного повреждения, причиненного потерпевшему, сила нанесенного удара, а также избранное подсудимым орудие преступления – нож. 

Суд считает доказанным наличие в действиях подсудимого квалифицирующего признака преступления, поскольку ножом, который он использовал при совершении преступления в качестве его орудия, возможно причинить телесные повреждения, опасные для жизни и здоровья человека, и, тем самым, возможно использовать его в качестве оружия. 

Преступление является оконченным, так как в результате действий подсудимого потерпевшему причинен тяжкий вред здоровью.

Подсудимый может и должен нести уголовную ответственность за совершение преступления, в ходе судебного разбирательства он вел себя адекватно, его вменяемость у суда не вызывает сомнения, в связи с чем суд признает подсудимого вменяемым в отношении содеянного и на основании ст. 19 УК РФ подлежащей уголовной ответственности.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО2 трудоустроен, по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, со стороны соседей и по месту работы зарекомендовал себя с положительной стороны, на учетах у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит, не судим (т. 1 л.д. 70, 71, 72, 73, 75, 76, т. 2 л.д. 12, 13, 37).

Суд на основании ст. 61 УК РФ признает смягчающими подсудимому наказание обстоятельствами: явку с повинной, частичное признание вины, раскаяние, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание помощи потерпевшему непосредственно после преступления, совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, примирение с ним, противоправное поведение самого потерпевшего перед причинением ему тяжкого вреда здоровью, явившееся поводом для совершения преступления.

Исследованными в судебном заседании доказательствами не установлено, что в состоянии алкогольного опьянения ФИО2 конфликтен, склонен к противоправному поведению, агрессии и совершению насильственных действий. 

Так как поводом для совершения преступления явилось именно противоправное поведение потерпевшего, оснований для признания отягчающим наказание обстоятельством, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванным употреблением алкоголя, суд не усматривает.

Кроме того, государственный обвинитель в судебных прениях также заявил о необоснованности указания следователем в обвинительном заключении вышеуказанного отягчающего наказание обстоятельства и просил суд не учитывать его в качестве такового. 

Санкция п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ предусматривает безальтернативное наказание в виде лишения свободы.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ и назначения более мягкого вида наказания, чем предусмотрено п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, суд не усматривает, поскольку исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, не имеется.

Принимая во внимание характер общественной опасности преступления – направленность совершенного деяния на особо охраняемые уголовным законом ценности и причиненный им вред, учитывая повышенную степень общественной опасности преступления, совершенного с прямым умыслом, конкретные обстоятельства содеянного, а также сведения о личности подсудимого, наказание в виде лишения свободы необходимо назначить именно с реальным его отбыванием, так как оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не находит, полагает невозможным достичь обеспечения целей наказания условным осуждением. 

Данное наказание будет соответствовать требованиям ст.ст. 6, 60 УК РФ, обеспечит восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений.

В связи с наличием в действиях подсудимого смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствием отягчающих наказание обстоятельств, суд при назначении наказания руководствуется требованиями ч. 1 ст. 62 УК РФ.

При определении срока наказания судом также учтены все вышеприведенные обстоятельства в совокупности, приняты во внимание мотивы, цели и способ совершения подсудимым преступления. 

С учетом наличия смягчающих обстоятельств, суд полагает возможным не назначать подсудимому дополнительное наказание – ограничение свободы, предусмотренное санкцией п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, считает основное наказание достаточным для исправления осужденного. 

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории совершенного преступления в соответствии с ч. 6 ст.15 УК РФ.

Судом разрешены вопросы о виде исправительного учреждения, о вещественных доказательствах, о мере пресечения, о процессуальных издержках.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в порядке ч. 3 ст. 81 УПК РФ. Оснований для применения положений ст. 313 УПК РФ не имеется. 

Отбывание наказания ФИО2 следует определить согласно правилам, установленным п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, то есть в исправительной колонии общего режима, поскольку подсудимым совершено тяжкое преступление, ранее он не отбывал лишение свободы. 

Подсудимый в порядке, предусмотренном ст. 91 УПК РФ, не задерживался, мера пресечения заключение под стражу, либо домашний арест в отношении него не избиралась, в психиатрический стационар для производства экспертизы он не помещался.

В связи с осуждением ФИО2 к лишению свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, до вступления приговора в законную силу избранную в отношении него меру пресечения подписку о невыезде и надлежащем поведении необходимо изменить на заключение под стражу.

Разрешая вопросы о процессуальных издержках, суд исходит из следующего.

Постановлением следователя за счет средств федерального бюджета компенсированы расходы на оплату труда адвоката Латыповой И.Н. за защиту обвиняемого ФИО2 в ходе предварительного следствия в сумме 

<

.....> рублей (т. 1 л.д. 230).

Постановлением суда за счет средств федерального бюджета компенсированы расходы на оплату труда адвоката Латыповой И.Н. за защиту подсудимого ФИО2 в ходе судебного разбирательства в сумме 

<

.....> рублей.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокатам за оказание ими юридической помощи в случае их участия в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам. 

Согласно ч. 1 ст. 132 УПК РФ эти процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Оснований для освобождения ФИО2 от уплаты процессуальных издержек, предусмотренных частями 4, 6 ст. 132 УПК РФ, не имеется, подсудимый трудоспособного возраста, заболеваниями, препятствующими вести трудовую деятельность, не страдает, заявлений об отказе от защитника в порядке ст. 52 УПК РФ от него не поступало, в связи с чем суд считает необходимым взыскать процессуальные издержки в полном объеме с осужденного в регрессном порядке в счет федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 304, 307-310 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 5 (пять) месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взять его под стражу в зале суда.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с 

<

дата> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу: нож – уничтожить; куртку, футболку, кофту – вернуть по принадлежности О.Ю.В., при отказе в получении – уничтожить.

Взыскать в регрессном порядке с осужденного ФИО2 в счет федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки, связанные с оказанием ему юридической помощи адвокатом, участвующим в уголовном судопроизводстве по назначению, в сумме 

<

.....> рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Марий Эл через Звениговский районный суд Республики Марий Эл в течение десяти суток со дня провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок с момента вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течение десяти суток заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в жалобе или в отдельном ходатайстве, если приговор будет обжалован иными лицами.

При этом осужденный вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий: А.В. Смирнов