№ 44Г- 106

Жалоба поступила 11 октября 2017г.

Судья 1 инстанции Демидович Г.Ф.

Судья 2 инстанции Белик Н.В. 

Постановление

 

город Новосибирск 20 декабря 2017г.

Президиум Новосибирского областного суда в составе: 

председательствующего Шатовкиной Р.В.,

членов президиума Пилипенко Е.А., Рытиковой Т.А., Билюковой Л.Р.

ФИО1, ФИО2

при секретаре Лубской А.А.

при участии прокурора Медведева С.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на решение Первомайского районного суда г.Новосибирска от 09 января 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 11 апреля 2017 года по делу по иску ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о признании права собственности на долю в доме в силу приобретательной давности и прекращении прав ответчиков на спорное имущество и встречному иску ФИО4 и ФИО5 к ФИО3 о признании не приобретшим право пользования спорным домом и истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Заслушав доклад судьи Слядневой И.В., объяснения ФИО3 и его представителя ФИО6, возражения ФИО4, заключение прокурора Медведева С.В., президиум 

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 и ФИО5 (наследникам СИА.) о признании права собственности на 1/2 долю в доме 

<

адрес> в силу приобретательной давности и прекращении прав ответчиков на спорное имущество. 

В обоснование иска указал, что 17.08.1998г. СИА. получила свидетельство о праве на наследство на спорное имущество, а 24.08.1998 года заключила с матерью истца –ЛНС нотариально удостоверенный предварительный договор купли-продажи спорного имущества, принадлежащего ей и несовершеннолетней на тот момент СОВ, сроком до 31.12.1998 с целью завершения оформления прав на земельный участок и заключения после этого основного договора купли-продажи дома. В указанный срок основной договор не представилось возможным заключить в связи с неготовностью документов на участок. Однако фактически сделка была сторонами исполнена – ЛНС передала СИА всю покупную стоимость дома, что подтверждается распиской продавца от 29.12.1998, а СИА встречно передала ЛНС документы на дом, ключи от него и домовую книгу.

В этот же период СИА снялась с регистрационного учета в доме, а ЛНС вселилась в дом с членом своей семьи – истцом ФИО3, куда также были вселены и зарегистрированы жена истца, а затем двое родившихся у него детей. 

Прав семьи Легких СИА никогда не оспаривала, не требовала освобождения дома, деньги за него покупателю не вернула, однако перестала заниматься оформлением документов на участок и уклонялась в связи с этим от заключения основного договора. При этом 18 мая 2001 года она еще одной распиской подтвердила в присутствии свидетелей, что в августе 1998 года продала ЛНС принадлежащую ей и ее дочери половину спорного дома по цене 35000 рублей, цена договорная и полностью ею получена, после чего ЛНС(покупатель) произвела ремонт дома внутри и снаружи, перестроила баню, отремонтировала сараи, построила новые хозяйственные постройки, перекрыла крышу, провела в дом за свой счет водопровод. 

Так и не добившись заключения основного договора, мать истца умерла ДД.ММ.ГГГГ. 

В 2011 году истец ФИО3, продолжая проживать в доме и содержать его как свой собственный, обратился в суд с иском к СИА и ее дочери СОВ (ныне ФИО7) о признании договора купли-продажи заключенным и включении спорного имущества в состав наследства его матери ЛНС 

Решением Первомайского районного суда г.Новосибирска от 01.06.2011 иск был удовлетворен.

Однако апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 04 августа 2011 года решение было отменено, принято новое решение об отказе в иске со ссылкой на то, что срок предварительного договора от 24.08.1998 года истек, основной договор заключен не был и с требованием о его заключении ЛНС к СИА не обращалась. 

Расписку СИА от 29.12.1998 года суд не признал основным договором по мотиву несоответствия ее формы требованиям закона. 

Однако и после этого СИА) и ее дочь СОВ(ФИО7), достигшая совершеннолетия 

<

данные изъяты>, никаких требований к ЛВВ по поводу спорного дома не предъявляли. 

ДД.ММ.ГГГГ СИА умерла. Ее наследники ФИО4 и ФИО5 вплоть до конца 2016 года не заявляли о претензиях на дом, никогда его не содержали и не содержат, домом не владеют, начиная с августа 1998 года. Деньги за него, исходя из стоимости дома на настоящий момент с учетом значительных вложений в его ремонт и реконструкцию, не вернули и не предлагали вернуть.

В связи с изложенным истец просил признать за собой право собственности на 1/2 долю дома по указанному выше адресу в силу приобретательной давности, а право собственности ответчиков на это имущество прекратить.

После подачи истцом настоящего иска ФИО4 и ФИО5 предъявили к ФИО3 встречный иск об освобождении дома и признании ФИО3 лицом, не приобретшим право пользования им. 

В обоснование встречного иска указали, что до 2011 года ФИО3 пользовался спорным имуществом на основании сделки купли-продажи. После 2011 года, когда суд отказал ему в иске о признании этой сделки заключенной, он продолжает пользоваться 1/2 дома без всяких оснований, чем нарушает их права, как собственников спорного имущества. На их претензию от 25.08.2016 года он ответил отказом. Просили признать ФИО3 не приобретшим право пользования спорным имуществом и обязать его освободить дом. 

Решением Первомайского районного суда г.Новосибирска от 09 января 2017 года в удовлетворении первоначального иска отказано. Встречный иск удовлетворен частично - на ФИО3 возложена обязанность освободить дом, при этом одновременно в удовлетворении требований ФИО4 и ФИО5 к нему о признании не приобретшим право пользования домом отказано. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 11 апреля 2017 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить приведенные выше судебные постановления, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права.

Определением судьи Новосибирского областного суда Слядневой И.В. от 13 ноября 2017 года дело истребовано в Новосибирский областной суд, определением от 04 декабря 2017 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. 

В судебное заседание президиума Новосибирского областного суда явились ФИО3 и ФИО4 ФИО5 в суд не явился, был извещен надлежаще по почте заказным письмом с уведомлением, а также телефонограммой. О причинах неявки не сообщил, об отложении дела не просил. Третьи лица также были извещены надлежаще, об отложении дела не просили, о причинах неявки суд не известили. 

Исходя из этого, президиум счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников. 

Заслушав доклад судьи Слядневой И.В., объяснения сторон и заключение прокурора, изучив доводы кассационной жалобы заявителя по материалам дела, президиум Новосибирского областного суда пришел к выводу о необходимости отмены обжалуемых судебных постановлений. 

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (ст. 387 ГПК РФ).

Такие нарушения норм права были допущены судами обеих инстанций.

Согласно ст. 234 ГК РФ, лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). 

Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является. Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям.

В силу ст.235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом. 

При этом, согласно ст. 236 ГК РФ, гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Ссылаясь на возникновение прав на спорное имущество в силу приобретательной давности, истец указал, что с августа 1998 года его мать, а затем он как ее наследник открыто и добросовестно пользуется спорным домом, владеет им как своим собственным, несет все расходы по его благоустройству и содержанию. Юридические собственники 1/2 доли дома от осуществления прав в отношении него отказались, продав его по расписке и устранившись после этого от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на него. На момент подачи им иска прошло более 18 лет с момента отказа собственников от осуществления прав в отношении данного имущества.

Отказывая ему в иске, суд 1 инстанции, с которым согласилась судебная коллегия, пришел к выводу, что поскольку в 2011 году ФИО3 было отказано в иске о признании прав на спорное имущество в порядке наследования после ЛНС на основании предварительного договора от 24.08.1998 года и расписки от 29.12.1998, то с этой даты его непрерывное владение спорным домом прервалось. 

Кроме того, суд посчитал, что препятствием для признания прав истца на 1/2 долю в доме в силу приобретательной давности является отсутствие основного договора купли-продажи. 

Удовлетворяя встречный иск в части возложения на ФИО3 обязанности по освобождению спорного имущества, суд пришел к выводу, что в силу ст. 304 ГК РФ ФИО4 и ФИО5, как титульные собственники 1/2 доли в доме, вправе требовать всяких нарушений своего права и что в силу ст. 209 ГК РФ они вправе владеть и пользоваться этим имуществом. В то же время суд отказал в признании ФИО3 лицом, не приобретшим право пользования спорным домом, указав, что он был вселен в него с согласия собственника СИА с момента заключения предварительного договора купли-продажи и до настоящего времени пользуется им на основании этого соглашения. Суд апелляционной инстанции с данными выводами суда 1 инстанции также согласился. 

При этом обе судебные инстанции не учли следующее.

Согласно ст.195 ГПК РФ, решение суда должно быть законным и обоснованным. Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п. 2-3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении»). 

Удовлетворяя встречный иск об истребовании спорного имущества из владения ФИО3, суд 1 инстанции сделал одновременно вывод о том, что владение ФИО3 данным имуществом прервалось еще в 2011 году вследствие вынесения судебного решения об отказе в его иске о признании прав на дом. При этом суд сделал еще один взаимоисключающий вывод о том, что ФИО3 не может быть признан лицом, не имеющим право пользования домом, поскольку такое право он приобрел с 1998 года по соглашению с собственником СИА 

Кроме того, суд не учел, что требования ФИО4 и ФИО5, несмотря на ссылку в их встречном иске на ст. 304 ГК РФ, фактически являлись виндикационными и подлежали разрешению с учетом иных норм материального права. Положения ст.304 ГК РФ в силу п.45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", применяются тогда, когда нарушения прав собственника не соединены с лишением его владения своим имуществом, то есть к негаторным искам.

В данном же случае ФИО4 и ФИО5 просили истребовать спорное имущество из фактического владения ФИО3, не оспаривая, что он пользуется домом с августа 1998 года на основании сделки, заключенной наследодателем ФИО4 и ФИО5 - СИА от своего имени и от имени несовершеннолетней на тот момент ФИО8 То есть ответчики заявили виндикационный иск. 

Установив, что основной договор купли-продажи 1/2 доли дома в 1998 году так и не был заключен, а расписки СИА, подтверждающие продажу дома, не соответствуют требованиям к форме договора купли-продажи дома, что влечет его недействительность, суд должен был учесть разъяснения, содержащиеся в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав". Согласно этим разъяснениям, спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. Только в тех случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ. 

Пунктом 62 означенного Постановления также предусмотрено, что на основании статей 58, 1110 и 1112 ГК РФ обязанности продавца по договору купли-продажи переходят к его универсальным правопреемникам. Поэтому правила разрешения споров, вытекающих из договорных отношений с участием наследодателя по поводу его имущества, распространяются и на его правопреемников. Соответственно, обязанности СИА перешли к ее наследникам ФИО4 и ФИО5 

Между правопредшественниками сторон спора (СИА и ЛНС) имела место сделка купли-продажи имущества, оформленная двумя расписками от 29.12.1998 и от 18.05.2001(последняя из которых не была предметом оценки суда по ранее рассмотренному делу и не получила никакой оценки в настоящих судебных актах) (л.д.7 и 135). Поэтому ФИО7 и ФИО5 как правопреемники СИА в данных правоотношениях могли ставить вопрос не о виндикации дома по правилам ст. 301-302 ГК РФ, а только о реституции по правилам ст.166-167 ГК РФ, то есть с возвращением ФИО3 всей стоимости дома. 

Таких требований они к ФИО3 не заявили, а суд принял и разрешил их встречный иск без учета вышеуказанных разъяснений Верховного Суда РФ о надлежащем способе защиты прав участников недействительной сделки и их правопреемников. 

Кроме того, суд не учел, что срок давностного владения прерывается только тогда, когда собственник или законный владелец имущества совершает действия, свидетельствующие о вступление во владение им. Суд не указал, какие действия, свидетельствующие о фактическом обладании домом, были совершены ФИО5 и Глазкиной (в том числе с 

<

данные изъяты> года, когда она достигла совершеннолетия) до истечения срока давностного владения им со стороны ФИО3 в 2016 году. При этом из дела усматривается, что в нем отсутствуют доказательства содержания ими дома, несения каких-либо расходов в отношении него, принятия мер к его освобождению, начиная с 1998 года и до дня возбуждения дела в суде, в том числе после 2011 года, когда в иске ФИО3 о признании прав на дом в порядке наследования после покупателя ЛНС было отказано. 

Суды также не учли, что на всем протяжении дела ФИО3, указывал как на недопустимость истребования у него дома без встречного возмещения ему стоимости спорного имущества, так и на чрезмерно длительное необращение СИА и ее правопреемников к покупателям о возврате дома, носящее признаки злоупотребления правом. Более того, в последнем судебном заседании 09 января 2017 года ФИО3 заявил о пропуске срока исковой давности по встречному иску ФИО7 и ФИО5 (л.д. 206), однако суд 1 инстанции никаких суждений относительно данного заявления не сделал и соответствующие нормы материального закона в этой части не применил. Суд апелляционной инстанции, несмотря на те же возражения в апелляционной жалобе, не проверил заявление ЛНС о пропуске срока исковой давности по встречному иску, сделанное до вынесения решения судом 1 инстанции, выводы относительно данного обстоятельства в апелляционном определении отсутствуют. 

При таком положении доводы кассационной жалобы о допущенном судами1-ой и 2-ой инстанций существенном нарушении норм материального и процессуального права, которое повлияло на исход дела и без устранения которого невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов заявителя, заслуживают внимания, а обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд 1 инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, правильно установить юридически значимые обстоятельства, дать оценку правомерности выбранного истцами по встречному иску способа защиты своих прав, а также проверить заявление ФИО3 о пропуске ими срока исковой давности, после чего, верно применив материальный закон, постановить законное и обоснованное решение. 

Руководствуясь ст.387, 390 ГПК РФ, президиум

постановил:

решение Первомайского районного суда г.Новосибирска от 09 января 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 11 апреля 2017 года отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Первомайский районный суд г.Новосибирска. 

Кассационную жалобу ФИО3 удовлетворить.

Председательствующий: