№ 2-1028/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 октября 2018 года г. Соль-Илецк

Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области, в составе:

председательствующего судьи Журавской С.А., 

при секретаре Банниковой С.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Сетелем Банк» о взыскании денежных средств,

У С Т А Н О В И Л

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с ООО «Сетелем Банк» сумму комиссии за участие в программе страхования – 33 232 руб. 38 коп, страховую премию по договору ГЭП-страхования – 20 076 руб. 80 коп, компенсацию морального вреда – 10 000 руб., штраф в пользу потребителя.

В обоснование своих требований ссылался на то, что 31 августа 2015 года между ним и ответчиком был заключен кредитный договор № на сумму 452 833 руб. 18 коп. Процентная ставка по кредиту – 6,90% годовых, срок возврата – 36 месяцев. В рамках данного соглашения были подписаны Индивидуальные условия потребительского кредита и график погашения платежей от 31.08.2015 года. 

Также было подписано Заявление на страхование по программе добровольного страхования жизни и здоровья заемщика в рамках заключенного между ООО «Сетелем Банк» и ООО СК «Сбербанк Страхование жизни» договора коллективного страхования. В соответствии с данным заявлением в сумму кредита была включена и позже списана плата за подключение к Программе страхования в размере 33 232 руб. 38 коп. Срок страхования – 36 месяцев.

В силу п. 1.8., п. 26 Индивидуальных условий кредитного договора кредит был выдан, в том числе, для оплаты страховой премии по договору страхования финансовых рисков владельцев транспортных средств от снижения действительной стоимости автотранспортного средства. Страховщик – ООО СК «Кардиф», сумма страховой премии 20 076 руб. 80 коп. 

При обращение в Банк с целью получения кредита, ему было разъяснено, что подключение к Программе страхования является обязательным условием кредитования. В связи с чем, он был вынужден подписать Заявление на подключение к Программе страхования на условиях, установленных Банком.

Считает, что Банк навязал ему дополнительные услуги по страхованию жизни и здоровья, заявление заполнено машинописным текстом. Целью обращения в Банк являлось получение кредита на потребительские нужды, намерений заключить договор страхования не было. Страхование значительно увеличило сумму кредита и является невыгодным для него, поскольку процентная ставка Банка начисляется на всю сумму кредита, в том числе, на сумму страховой премии.

Согласно условиям договора страхования Страхователь обязан произвести оплату страховой премии единовременно за весь период кредитования, что нарушает права истца, поскольку в случае досрочного исполнения обязательств по кредитном договору, заключенному с Банком, возврат страхователю уплачено страховой премии за неиспользованный период не осуществляется (ст. 958 ГК РФ).

Действиями Банка по навязыванию незаконных положений кредитного договора не соответствуют принципу добросовестности в коммерческой деятельности, явно обременительны для заемщика, в связи с чем, нарушают баланс интересов сторон, причинили истцу моральный вред, размер компенсации которой он оценивает в 10 000 руб.

Определением суда от 25.09.2018 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, на стороне ответчика привлечены ООО СК «Кардиф», ООО СК «Сбербанк страхование жизни» (л.д. 35).

В судебное заседание истец не явился. О дате, времени и месте рассмотрения дела извещен был надлежащим образом. В ранее представленном заявлении просил разрешить дело в его отсутствие (л.д. 31).

Представитель ответчика – ООО «Сетелем Банк» в судебное заседание не явился. Согласно заявлению, просил разрешить дело в его отсутствие, в иске ФИО1 отказать, поскольку при заключении договора была предоставлена вся необходимая информация об условиях кредитного договора и договора страхования, об оказании услуги страхования и возможности заключения кредитного договора без таковой. Банк не ограничил заемщика в выборе страховой компании. 

Представители третьих лиц в судебное заседание не явились. Извещены надлежащим образом.

На основании частей 3, 5 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным разрешить вопрос в отсутствие сторон, третьих лиц.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что 31.08.2015 года между сторонами был заключен договор о предоставлении целевого потребительского кредита на приобретение транспортного средства №, в соответствии с которым Банк предоставил истцу кредит в сумме 397 400 руб.

Истец обратился в Банк с просьбой о предоставлении кредита на оплату иных потребительских нужд: оплата услуг добровольного личного страхования по Программе коллективного добровольного страхования заемщиков, организованной совместно с ООО СК «Сбербанк страхование жизни», в размере 33 232 руб. 38 коп, оплата страховой премии по договору страхования финансовых рисков владельцев транспортных средств от снижения действительной стоимости транспортного средства (далее договор ГЭП – Страхования), заключенный между истом и ООО «СК «Кардиф» - 20 076 руб. 80 коп, оплата услуг СМС-информатора - 2 124 руб.

Банк является кредитной организацией, основной целью деятельности которой является извлечение прибыли, достижение которой обеспечивается посредством осуществления банком на основании специального разрешения Центрального банка Российской Федерации банковских операций, как то: привлечение во вклады денежных средств физических и юридических лиц, размещение указанных средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, открытие и ведение банковских счетов физических и юридических лиц (ст. 1 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности").

Предоставление кредитных ресурсов сопряжено с финансовыми рисками банка ввиду возможной неплатежеспособности заемщика или наступления иных обстоятельств, препятствующих надлежащему исполнению денежного обязательства, в данной связи банк, фактически формируя условия кредитования в одностороннем порядке, наделен правом предусматривать те или иные меры защиты имущественных интересов (определение размера процентной ставки за пользование кредитными ресурсами, личное и имущественное страхование и т.д.).

С учетом правового статуса заемщика как потребителя банковских услуг и банка как профессионального участника рынка кредитования, вступление заемщика в кредитные правоотношения сопряжено с фактическим присоединением к сформированным кредитной организацией условиям кредитования. При этом, с учетом индивидуально-определенного характера правоотношений, участниками которых являются кредитные организации и граждане, наличие денежных обязательств потребителя соответствующих банковских услуг должно быть подтверждено однозначно выраженной волей заемщика на вступление в правоотношения при заявленных банком условиях (п. 1 ст. 435 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 927 ГК РФ предусмотрено, что страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно п. 2 ст. 935, ст. 421, 329 ГК РФ обязанность страховать свою жизнь, здоровье или другие риски может возникнуть у гражданина в силу установленной законом свободы договора, при заключении которого стороны вправе предусмотреть в нем любые условия, в том числе и способы обеспечения исполнения обязательств по договору, в связи с чем в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь, здоровье и другие риски в качестве способа обеспечения исполнения обязательств, если заемщик добровольно соглашается на такое страхование, имеет возможность отказаться от страхования и без такого страхования получить кредит.

В силу п. п. 4, 4.2 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 года), при предоставлении кредитов банки не вправе самостоятельно страховать риски заемщиков. Однако это не препятствует банкам включать в кредитный договор условие о заключении соответствующих договоров страхования с добровольного согласия заемщиков. Данная услуга в силу положений ст. ст. 423, 1005 ГК РФ может быть возмездной.

Договор страхования жизни и здоровья заемщиков ООО «Сетелем Банк» заключен между Банком и ООО «СК «Сбербанк страхование жизни» с письменного согласия истца.

Согласно заявлению ФИО1, страховыми рисками являются: смерть застрахованного лица по любой причине, установление инвалидности 1-й группы по любой причине.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами (ст. ст. 420, 421 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 942 ГК РФ при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

Следовательно, в силу свободы договора и возможности определения сторонами его условий (при отсутствии признаков их несоответствия действующему законодательству и существу возникших между сторонами правоотношений) они становятся обязательными как для сторон, так и для суда при разрешении спора, вытекающего из данного договора, в том числе и при определении возможности применения последствий, предусмотренных статьей 958 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы истца о заключении договора страхования на экономически невыгодных условиях необоснованны.

Так, согласно пункту 2.2.3 Условий участия в программе добровольного страхования жизни, здоровья (далее - Условия участия в программе страхования) предусмотрен возврат платы за подключение к Программе страхования в полном объеме в случае обращения Клиента с заявлением об отказе об участия в Программе страхования в течение 21 дня с даты подключения или пропорционально не истекшему периоду страхования в случае возврата Клиентом товара и обращения в Банк с заявлением об отказе от участия в программе страхования по истечении 21 дня с даты подключения в Программе страхования (п. 2.2.5 Условий участия).

Данные заявления и заявление о расторжении договора в установленные сроки истцом не направлены.

При этом, в п. 18 Индивидуальных условий Заемщик подтвердил, что уведомлен о добровольности приобретения дополнительных услуг, а также, что его согласие (несогласие) на приобретение таковых не влияет на решение Кредитора о предоставлении кредита, о чем ФИО1 поставил свою подпись. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что подключение заемщика к Программе добровольного страхования жизни, здоровья являлось добровольным волеизъявлением заемщика, а получение кредита не обусловливалось заключением договора страхования жизни. Указанный вывод соответствует правовой позиции Верховного Суда РФ, отраженной в определении от 13.02.2018 N 44-КГ17-22.

Документы, подписанные ФИО1, презюмируют его осведомленность и согласие с содержащимися в нем условиями.

Принимая во внимание объем предоставленной заемщику на этапе заключения кредитного договора информации, а также, учитывая общедоступность информации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" о кредитных продуктах, суд нарушение информационных прав потребителя не усматривает, отмечает, что при необходимости возможность дистанционного получения заемщиком необходимой и достаточной информации по кредитному продукту также исключена не была.

На основании изложенного утверждение о том, что оспариваемым условием договора о страховании нарушены права заемщика на свободный выбор товара (работ, услуг) подлежит отклонению как необоснованное.

Добровольное страхование в рамках кредитных правоотношений, которое имело место в данном случае, является допустимым способом обеспечения возврата кредита и осуществляется к выгоде заемщика; оказание данного вида услуг Банком не поставлено в зависимость от заключения клиентом договора страхования.

К доводам о том, что заявление о предоставлении кредита и сам кредитный договор были заранее напечатаны и исполнены машинным способом, и ФИО1 не мог влиять на их содержание, суд относится критически.

Несмотря на то, что они выполнена машинным, а не рукописным способом, волеизъявление ФИО1 в данной части носит добровольный характер, поскольку последний, будучи несогласным с возможностью оказания данной услуги, мог от нее отказаться, в том числе и путем внесения рукописной отметки об этом непосредственно в текст заявления, учитывая, что сам по себе этот документ по смыслу ст. 435 ГК РФ является офертой, то есть формой выражения волеизъявления истца на заключение договора на указанных им условиях. 

Раздел 18 кредитного договора (информация о дополнительных услугах) также содержит альтернативные варианты его заполнения, предоставляющие потенциальному клиенту объективную возможность отказаться от тех услуг, которые не представляют для него интереса. Также в кредитном договоре отражены размер и характер платежей, подлежавших внесению в случае присоединения к программе страхования банка. Зная о размере платежей, заемщик имел возможность оценить условия договора в этой части и отказаться от страхования жизни и здоровья, что не влияло бы на принятие банком решения о предоставлении ему кредита. В данном же случае истец выразил согласие на заключение договора личного страхования и просил предоставить кредит для оплаты страховой премии.

Суд приходит к выводу, что при заключении кредитного договора ФИО1 был уведомлен о том, что страхование является добровольным и его наличие не влияет на принятие Банком решения о предоставлении кредита. Учитывая установленные обстоятельства, а также то, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие, что страхование жизни и здоровья было навязано ему Банком, суд не усматривает нарушения положений ст. 421 ГК РФ и ст. 16 Закона РФ "О защите прав потребителей" и как следствие не находит правовых оснований для взыскания в пользу истца суммы страховой премии.

31.08.2015 года истцом был заключен договор страхования с ООО "СК Кардиф", которому Банком была перечислена вся сумма страховой премии.

Срок договора страхования истек 01.09.2017 года. ФИО1 с иском об отказе от исполнения договора страхования не обращался, при оформлении кредитного договора он имел возможность заключить кредитный договор без заключения договора страхования либо отказаться от предоставленных ООО "СК Кардиф" услуг страхования после заключения кредитного договора, однако имеющейся возможностью не воспользовался.

По условиям договора страхования, страховая сумма по договору за весь срок действия договора страхования (24 месяца) составила 20 076,80 руб. К страховым случаям отнесены: угон, гибель транспортного средства.

Страховая премия была уплачена единовременно за весь срок действия договора.

В п. 7 указано, что договор страхования может быть расторгнут по причине возврата застрахованного ТС вследствие технических неисправностей. В этом случае Страховщик осуществляет возврат страховой премии в полном объеме, иные случаи сторонами договора не предусмотрены.

В силу свободы договора и возможности определения сторонами его условий (при отсутствии признаков их несоответствия действующему законодательству и существу возникших между сторонами правоотношений) они становятся обязательными как для сторон, так и для суда при разрешении спора, вытекающего из данного договора.

Наличие страхового случая истцом не подтверждено. При этом, требования ФИО1 заявлены к ООО «Сетелем Банк», который стороной договора не является.

При таких обстоятельствах, суд не усматривает нарушений прав потребителя со стороны Банка, и как следствие, правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

В связи с отсутствием правовых оснований для удовлетворения основных требований ФИО1, производные от них требования о взыскания штрафа (ч. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей") и компенсации морального вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ, ст. 15 Федерального закона "О защите прав потребителей") удовлетворению не подлежат.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении иска, то в силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, судебные расходы ему не возмещаются.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Сетелем Банк» о взыскании денежных средств отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд, через Соль-Илецкий районный суд, в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Журавская С.А.

Мотивированный текст решения изготовлен 23 октября 2018 года.