Дело №2-721/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 июля 2018 года город Барнаул

Железнодорожный районный суд г. Барнаула в составе

председательствующего судьи Вешагуровой Е.Б.

при секретаре Райсбих Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по ФИО2 к ФИО4 о признании сделок недействительными,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО4, в котором с учетом уточнения исковых требований просил признать недействительными договоры дарения от ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> в 

<

адрес> и земельного участка № в СТ «Моторостроитель-2» в 

<

адрес>, заключенные между ФИО1 и ФИО4, исключить из государственного реестра недвижимости сведения о праве собственности ответчика на указанные объекты недвижимости. В обоснование иска указано, что названные квартира и земельный участок на праве собственности принадлежали отцу истца- ФИО14, который умер ДД.ММ.ГГГГ. Единственным наследником ФИО1 является его родной сын- ФИО2, который при обращении к нотариусу с заявлением о принятии наследства узнал, что квартира и земельный участок проданы третьему лицу- ФИО4 Сделки дарении истец считает недействительными на основании ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ФИО1 страдал тяжелыми заболеваниями, принимал психотропные препараты, которые негативно влияли на его умственную деятельность и сознание, перенес несколько инсультов, страдал потерей памяти. В момент совершения сделок в силу имеющихся у него заболеваний отец истца не понимал значения своих действий, не мог руководить ими, не осознавал сути сделок, никогда не имел намерения дарить свое имущество постороннему для него человеку.

В судебном заседании представитель истца на основании доверенности- ФИО5 посредством видеоконференц- связи исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО4 и ее представитель ФИО6 исковые требования не признали.

Истец ФИО2, третьи лица Управление Росреестра по Алтайскому краю и КГБУЗ «Городская поликлиника №10, г.Барнаул» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

С учетом мнения сторон, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно п. 73 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент совершения сделки понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания такой сделки недействительной, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствовало.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ скончался ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о смерти.

После его смерти с заявлением о принятии наследства по закона обратился сын умершего- ФИО2

В ходе определения состава наследственной массы истцу стало известно, что ряд объектов недвижимости выбыл из собственности его отца в пользу ФИО3

Согласно регистрационному делу, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (даритель) и ФИО7 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого даритель дарит принадлежащий ему земельный участок, находящийся по адресу: 

<

адрес>№, расположенный в западной части кадастрового квартала №, а одаряемый принимает в собственность указанный земельный участок.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО4 заключен договор дарения принадлежащей дарителю 

<

адрес> 

<

адрес>.

Как пояснил допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО8-бабушка ответчика, проживавшая совместно с умершим ФИО1, около 35 лет, перед смертью он всегда вспоминал как они познакомились. В разговоре по поводу квартиры, сказал, что у него родственников нет, они далеко и общения никакого нет, поэтому желает подарить свое имущество ФИО4 Умерший всегда был в памяти, единственное, он не ел за 3 дня до смерти. Договоры подписывали при свидетеле, она все видела. Ключи от дачи он уже давно отдал сожителю ответчика, поскольку только на него и надеялся.

Свидетель ФИО9, сожитель ответчика с 2007 года, в суде показал, что практически до самой смерти ФИО1 был активен, занимался огородом, был в памяти, шутил постоянно и разговаривал с ними, ел всегда за столом, хотя ему даже и было тяжело, только последние 3 дня молчал и ничего не ел, потерей памяти не страдал, постоянно ходил. Он узнавал всех, кроме сына, когда тот к нему приехал. Сына он не видел около 30 лет. После того как сын побыл у него, дед сказал свидетелю, чтобы сын больше к нему не приходил. Деду назначали таблетки Трамадол, он был в сознании. ФИО1 сам решил подарить квартиру, лично съездил в Управление Росреестра, вызвал на дом регистратора, договор оформляли дома. На похоронах сына не было.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО15 с 1979 года соседка по даче умершего ФИО1, суду пояснила, что ФИО16 всегда был добропорядочным человеком, помогал. Они со свидетелем постоянно общались, ходили в гости к друг другу. Видела его свидетель последний раз примерно за пол года до смерти. Между ФИО4 и ним всегда были теплые отношения, Ирина постоянно приезжала к ФИО1 на дачу, помогала ему. В ноябре 2016 года ФИО1 встретил свидетеля в гости самостоятельно, он ходил по комнате без посторонней помощи, узнал свидетеля, рассказывал смешные истории, спрашивал постоянно как у нее дела. При общении с ФИО1 приходилось говорить громче, чем обычно, т.к. он слышал плохо хоть и был с аппаратом. Других изменений у него свидетель не заметила. 

Свидетель ФИО10 (специалист МФЦ г. Барнаула выездного приема) в суде показал, что, если гражданин не осознает свои действия, то договоры дарения не заключаются. К ФИО1 специалист приезжал, каких-то особенностей он не заметил за ним. 

Свидетель ФИО11 в суду пояснил, что знал ФИО1 с сентября 2009 года, как соседа по даче. ФИО1 был добрым, всегда помогал если нужна была помощь, делился урожаем. Что касается здоровья ФИО1, он плохо слышал, самостоятельно ходил, ездил на велосипеде, одевался по погоде, других моментов свидетель за ним не замечал Никаких странностей в общении с ним, поведении свидетель не замечал. В разговоре со свидетелем ФИО1 говорил о том, что данный дачный участок собирается подарить. Посторонних людей на участке ФИО1 не было, была только Ирина. Она приезжала к ним, помогала.

Таким образом, все допрошенные в деле свидетели указали на отсутствие в поведении и высказываниях ФИО1 каких-либо психических нарушений, в том числе и на момент заключения договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ. 

В соответствии с заключением комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, материалы дела не содержат сведений о том, что у ФИО1 на момент заключения договоров дарения ДД.ММ.ГГГГ отмечались такие психические нарушения (в том числе в связи с имеющимися у него заболеваниями и принимаемыми им медицинскими препаратами), вследствие которых он был бы лишен способности понимать значение своих действий или руководить ими. По медицинским документам наличие негрубых психических нарушений у ФИО1 отмечено с 1988 года. На исследуемое время (заключения договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ) у ФИО1 отмечались признаки психического расстройства в форме 

<

данные изъяты> (головные боли, головокружение, общая слабость, негрубое снижение памяти). Что подтверждается и показаниями допрошенных по делу свидетелей. Пояснения истца о «потери памяти» и «неадекватном» поведении ФИО1 относятся к январю 2017 года, и не противоречит сделанным выводам.

В представленных материалах гражданского дела не содержится информации о наличии у ФИО1 какого-либо эмоционального состояния, а также таких индивидуально-психологических особенностей, как внушаемость, подчиняемость, которые бы оказали влияние на свободу его волеизъявления, а также на его способность правильно воспринимать существенные элементы сделок дарения и условия их оформления, а также на его способность понимать значение своих действий в момент заключения договоров дарения ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, по представленным материалам дела у ФИО1 на момент заключения договоров дарения помещения № по 

<

адрес> в 

<

адрес> и земельного участка №

<

адрес> 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ не наблюдалось такого состояния (обусловленного психическим расстройством, присущими ему индивидуально-психологическими особенностями, а также эмоциональным состоянием), вследствие которого он был бы не способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Учитывая изложенное, суд принимает во внимание то, что только по утверждению истца ФИО2 при его однократном посещении отца в январе 2017 года ФИО1 вел себя неадекватно и терял память. 

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения дела наличие у ФИО1 состояния (обусловленного психическим расстройством, присущими ему индивидуально-психологическими особенностями, а также эмоциональным состоянием), вследствие которого он был бы не способен понимать значение своих действий или руководить ими при заключении договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ не нашло своего подтверждения.

В связи с чем, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО2

Ответчиком заявлено ходатайство о взыскании с истца судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 25 000 руб., которые документально подтверждаются договором об оказании юридических услуг, а также квитанцией к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ. 

Принимая во внимание, что решением суда исковые требования ФИО2 оставлены без удовлетворения, учитывая обстоятельства дела, объем проделанной представителем ответчика работы, количество и продолжительность судебных заседаний с участием представителя (3 судебных заседания), сложность и категорию спора, суд полагает, что с истца в пользу ответчика подлежит взысканию сумма судебных расходов на представителя в размере 8 000 руб.

Руководствуясь статьями 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд:

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО2 к ФИО4 о признании сделок недействительными оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 расходы на оплату услуг представителя в сумме 8 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Железнодорожный районный суд г. Барнаула Алтайского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: Е.Б. Вешагурова