ГУБКИНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Губкин 20 мая 2024 года

Губкинский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи И.Ф. Комаровой

при секретаре Е.В. Нечепаевой

с участием:

истца ФИО3 

представителя истца – помощника Губкинского городского прокурора А.С. Малаховой

ответчика АО «Ледебинский ГОК» по доверенности Н.А. Сенник

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковомузаявлению Губкинского городского прокурора в интересах ФИО3 к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о возмещении денежной компенсации морального вреда, причиненного полученным профессиональным заболеванием, 

У с т а н о в и л:

ФИО3 состоял в трудовых отношениях с АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат» (далее по тексту – АО «Лебединский ГОК»), работая с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности машиниста экскаватора экскаваторного участка №3 в карьере Рудоуправления. 

В связи с тем, что в период трудовой деятельности ФИО3 находился в условиях воздействия вредных производственных факторов, у него было диагностировано профессиональное заболевание. В соответствии с медицинским заключением ФГБУ «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова» и актом № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания ФИО3 установлен основной диагноз: «

<

данные изъяты>». Профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых он работал в АО «АО «Лебединский ГОК». Степень утраты профессиональной трудоспособности составила 30%, что подтверждается справкой серии МСЭ-2022 № от ДД.ММ.ГГГГ.

Губкинский городской прокурор в интересах ФИО3, обратился в суд с иском к АО «Лебединский ГОК», в котором, ссылаясь на необратимое ухудшение здоровья ФИО3, а также на то, что ответчик не обеспечил ему безопасные, соответствующие гигиеническим требованиям условия труда на рабочем месте в период его трудовой деятельности, что повлекло возникновение у него профессионального заболевания и повреждение его здоровья, а также причинило ему физические и нравственные страдания, просил взыскать с АО «Лебединский ГОК» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО3 и помощник Губкинского городского прокурора Малахова А.С. настаивали на удовлетворении заявленных требований, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика АО «Лебединский ГОК» по доверенности ФИО5 возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что согласно Положениям о возмещении вреда, причинённого здоровью работника АО «Лебединский ГОК» в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, (п.3.1) предусмотрена выплата компенсации морального вреда в размере трех среднемесячных заработков. Компенсацию морального вреда, соответствующую этому размеру в сумме 181444,78 рублей АО «Лебединский ГОК» ФИО3 уже выплатило до его обращения в суд в январе 2023 года. Доказательств неправильного исчисления среднемесячного заработка истец не представил. Письменные возражения приобщены к материалам дела.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, выслушав объяснения сторон, суд признает исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абз. 1, 2 ч.1 ст.5 ТК РФ).

Согласно положениям ч.1 ст.21 Трудового кодекса РФ работнику установлено право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами;

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч.2 ст.22 ТК РФ).

В силу ч.1 ст.219 Трудового кодекса РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также на гарантии и компенсации, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз.2 п.3 ст.8 которого предусматривает, что возмещение застраховано морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с абз.11 ст.3 названного Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Согласно ст.237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием), во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

По смыслу ст.ст.212, 219, 220 Трудового кодекса РФ, ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО3 состоял в трудовых отношениях с АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат» (далее по тексту – АО «Лебединский ГОК»), работая с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности машиниста экскаватора экскаваторного участка №3 в карьере Рудоуправления. Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 12 лет 8 месяцев, что подтверждается записями в трудовой книжке истца (л.д.12-15) и санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника (л.д.17-28). 

ДД.ММ.ГГГГ ФГБУ «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова» г.Москва у ФИО3 установлено наличие профессионального заболевания. Выпиской из истории болезни №, выданной ФГБУ «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова» при обследовании ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлен основной диагноз: «

<

данные изъяты>». Сопутствующий «

<

данные изъяты> (л.д.30-32). 

Заключением медико-социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности 30% в связи с профессиональным заболеванием, указанным в акте о случае профзаболевания на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.42).

Актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 12 лет 8 месяцев. Наличия вины работника ФИО3, а также ранее возникшие у него профзаболевания не установлены. Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие комплекса вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы (общая и локальная вибрация, пыль, шум, показатели тяжести трудового процесса) в течение всей рабочей смены на организм ФИО3 (л.д.33-36).

Истцом суду представлены достаточные и убедительные доказательства, подтверждающие факт причинения вреда здоровью ответчиком.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что представленные доказательства указывают на то, что длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов привело к возникновению у истца профзаболевания. 

Отмеченные факторы имели место в период работы истца на предприятии ответчика, что подтверждается актами о расследовании профзаболеваний.

Профзаболевание развивается по причине длительного воздействия вредных факторов, оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов. 

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ФИО3 нуждается в проведении реабилитационных мероприятий (л.д.39-41).

Таким образом, причинение вреда здоровью истца находится в причинной связи с его трудовой деятельностью в АО «Лебединский ГОК» во вредных для организма условиях. 

Вышеназванный акт о случае профессионального заболевания ФИО3 подписан всеми членами комиссии и обжалован не был. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что представленные доказательства указывают на то, что длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов привело к возникновению у истца профзаболевания. Отмеченные факторы имели место в период работы истца на предприятии ответчика, что подтверждается актом о расследовании профзаболевания. 

Следовательно, у ответчика возникла обязанность возместить истцу причиненный моральный вред. 

Суд принимает во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»). 

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителявреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд в силу абз.14 ч.1 ст.21 и ст.237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом, размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера подлежащего компенсации морального вреда суд, в совокупности оценивает конкретные обстоятельства дела, в результате которых ФИО3 был причинен вред здоровью, в том числе характер, тяжесть и длительность профессионального заболевания истца (30% утраты профессиональной трудоспособности), степень физических и нравственных страданий, вызванных проявлениями болезни, длительное нахождение истца на обследовании и лечении в медицинском учреждении в связи с профессиональным заболеванием, наличие у истца постоянной физической боли в 

<

данные изъяты>, что подтверждается выпиской из истории болезни, а также его беспокойство и переживания по поводу утраты здоровья и его будущего состояния, вину работодателя в возникновении заболеваний, многолетний добросовестный труд истца в АО «Лебединский ГОК» (более 12 лет).

В соответствии со ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, Федеральными законами и иными правовыми нормами (ст. 22 Трудового кодекса РФ).

В силу ч.2 ст.5 Трудового кодекса Российской Федерации в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Согласно ч.1 ст.9 Трудового кодекса РФ в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

В соответствии с Положением о возмещении вреда, причинённого здоровью работника АО «Лебединский ГОК» в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, на 2022 год (действующим на момент установления истцу группы инвалидности по профзаболеванию) АО «Лебединский ГОК» обязалось в добровольном порядке при повреждении здоровья работника в результате несчастного случая или профессионального заболевания, повлекшего потерю трудоспособности (основание-справка МСЭ) либо продолжительную нетрудоспособность (свыше четырех месяцев подряд) выплачивать работникам возмещение морального вреда в размере трех среднемесячных заработков работника (пункт 3.1).

На основании ч. 2 ст.9 Трудового кодекса РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Причинение вреда жизни или здоровью гражданина является безусловным доказательством причинения ему физических и нравственных страданий. Факт причинения вреда здоровью истца доказан.

Несмотря на то обстоятельство, что размер денежной компенсации морального вреда установлен вышеприведенным Положением, суд приходит к выводу, что указанный размер компенсации не соответствует в полном объеме требованиям разумности и справедливости.

Суд, с учетом норм ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, характера причиненного вреда здоровью, индивидуальных особенностей ФИО3, последствий полученного профзаболевания, а также требований разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ответчика денежной компенсации в пользу истца в сумме 320 000 рублей. При этом суд учитывает полученную ФИО3 в январе 2023 года денежную компенсацию морального вреда в сумме 181444 рублей 78 копеек, а всего общая сумма компенсации морального вреда будет составлять 501444 рубля 78 копеек, что соответствует принципу справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. 

По мнению суда, сумма компенсации морального вреда в размере 181444 рублей 78 копеек, выплаченная работодателем в досудебном порядке, не соответствует характеру причиненных истцу физических и нравственных страданий истца, поскольку с учетом обстоятельств дела является заниженной. 

Ссылки представителя ответчика на непринятие истцом мер по оспариванию Положением о возмещении вреда, причинённого здоровью работника АО «Лебединский ГОК» в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, определяющих расчет размера компенсации морального вреда при получении работником профессионального заболевания на производстве, на выводы суда не влияют, поскольку порядок и способы реализации данного права определяются истцом, который в данном случае реализовал его посредством обращения с настоящим исковым заявлением в суд, что не противоречит требованиям действующего трудового законодательства и не препятствует рассмотрению по существу заявленных исковых требований. 

Ссылка представителя ответчика на то, что истец заведомо знал о наличии вредных производственных факторов, но работал, также не влечет отказ в удовлетворении исковых требований ФИО3, поскольку вины истца в получении профессионального заболевания, в том числе и неосторожной, актом о случае профессионального заболевания не установлено. Профессиональное заболевание у истца развилось по вине ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда в нарушение требований законодательства.

То обстоятельство, что ФИО3 было известно о вредном характере его работы, факт получения им в связи с данной работой предусмотренных законом компенсаций, не освобождает работодателя от исполнения обязанности по обеспечению безопасных условий труда, направленных на предотвращение возникновения профессиональных заболеваний работников.

Судом установлено, что эта обязанность ответчиком не была выполнена.

В соответствии с пунктом 22 акта о случае профессионального заболевания АО «Лебединский ГОК» рекомендовано выполнить комплексный план санитарно-противоэпидемиологических (профилактических, мероприятий по предупреждению профессиональных заболеваний на предприятии) (л.д.35). 

Определенная судом сумма компенсации морального вреда 320000 рублей, позволит компенсировать нравственные страдания ФИО3, вызванные болью от полученного профессионального заболевания на производстве, а также негативные последствия, которые он продолжает испытывать до настоящего времени.

В данном случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, а именно компенсировать истцу перенесенные им нравственные страдания, не предназначена для улучшения материального положения лица, обратившегося за её взысканием.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. К судебным расходам, исходя из положений ст.ст.88,94 ГПК РФ, относятся государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела, в том числе расходы на оплату услуг представителя. 

В соответствии с требованиями ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет.

Поскольку истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, в силу п. 1 ст. 103 ГПК РФ, пп. 3 п. 1 ст. 333.36, пп. 8 п. 1 ст. 333.20, пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, с АО «Лебединский ГОК» в доход бюджета Губкинского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст.103, 194–199 ГПК РФ, ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, суд 

Р е ш и л :

исковые требования Губкинского городского прокурора в интересах ФИО3 к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о возмещении денежной компенсации морального вреда, причиненного полученным профессиональным заболеванием, удовлетворить в части.

Взыскать с акционерного общества «Лебединский горно-обогатительный комбинат» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС 

<

данные изъяты>, паспорт 

<

данные изъяты>, выданный 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, денежную компенсацию морального вреда в связи с повреждением здоровья в сумме 320 000(триста двадцать тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Лебединский горно-обогатительный комбинат» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход бюджета муниципального образования «ФИО2 городской округ» государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей. 

В остальной части исковые требования Губкинского городского прокурора в интересах ФИО3 к акционерному обществу «Лебединский горно-обогатительный комбинат» о возмещении денежной компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Губкинский городской суд. 

Судья И.Ф. Комарова