дело №2-2359(2018)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 октября 2018 г. г.Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Журба О.В., 

при секретаре Выстребовой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО ОКТБ «Энергомаш», об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к обществу с ограниченной ответственностью отдельное конструкторско-технологическое бюро «Энергомаш» (ООО ОКТБ «Энергомаш»), указав, что работал у ответчика с 01.05.2006 по 31.05.2018 в должности слесаря-сборщика. 01.06.2017 директор ФИО2 предложил всем пенсионерам, в том числе ему, уволиться, ссылаясь на тяжелое финансовое положение организации, и продолжить работу на тех же должностях и условиях, но без оформления трудового договора. Он согласился. Заработная плата должна была выплачиваться так же, два раза в месяц 10 и 27 числа, в том, же размере, что и предусмотрено было ранее, в трудовом договоре. Однако, несмотря на исполнения истцом своих трудовых обязанностей в полном объёме, в течение полного рабочего дня, данные условия стали нарушаться уже через два месяца: оплата производилась не в полном объёме и не вовремя. Задержка выплаты заработной платы объяснялась отсутствием перечислений от заказчиков, тогда как отгрузка была регулярной. Его трудовые отношения так и не были оформлены, 31.05.2018 окончательного расчёта не произведено. Просит установить факт трудовых отношений между ООО ОКТБ «Энергомаш» и им, в период с 01.07.2017 по 31.05.2018 в должности слесаря-сборщика; взыскать с ООО ОКТБ «Энергомаш» задолженность по заработной плате в сумме 373100 руб.; взыскать с ООО ОКТБ «Энергомаш» компенсацию морального (и материального) вреда в размере 40000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился. О времени и месте рассмотрения дела был надлежащим образом уведомлен. Ранее в судебных заседаниях исковые требования поддерживал, просил их удовлетворить.

Представитель ФИО1, адвокат Заходякин Д.К., действующий по ордеру № 121966 от 31.07.2018 (л.д.105-106), в судебном заседании поддержал заявленные требования, просил их удовлетворить. Обратил внимание, что доказательствами факта трудовых отношений между ФИО1 и ООО ОКТБ «Энергомаш» являются показания свидетелей, которые работали вместе с истцом у ответчика. Свидетель ФИО3, в спорный период с 01.06.2017 являлся начальником производства ООО ОКТБ «Энергомаш». В нарушение ст.140 ТК РФ, при прекращении трудового договора истцу не были произведены выплаты всех причитающихся сумм. Просил учитывать изложенное им ранее и в письменных пояснениях и приобщённых прениях. Указывал, что ФИО1 ООО ОКТБ «Энергомаш» на пластиковую карту были зачислены денежные средства после прекращения трудовых отношений, что свидетельствует об их продолжении. Истцом не пропущен предусмотренный ст.392 ТК РФ срок, поскольку лишь после установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения. С учётом положений ч.1 ст.14 ТК РФ этот срок должен исчисляться с момента установления такого факта по решению суда.

Представитель ответчика ООО ОКТБ «Энергомаш» в судебное заседание не явился. О времени и месте рассмотрения дела общество уведомлялось по месту нахождения, представитель ФИО4, действовавший по доверенности от 03.07.2018 (л.д.76), просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В ходе рассмотрения дела, представитель ответчика ФИО4 представлял письменные возражения, где указано на отсутствие у истца доказательств в обоснование иска. Так, по мнению ответчика, ФИО1 не доказана тарифная ставка и период работы. Представитель указал, на пропуск истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, предусмотренного ч.1 ст.392 ТК РФ, поскольку истцу достоверно стало известно о том, что трудовые отношения между ним и ответчиком фактически не оформлены, после прекращения трудового договора и увольнения 01.06.2017. Заявленное истцом требование об установлении факта трудовых отношений относится к индивидуальным трудовым спорам, в отношении которых применяется трехмесячный срок обращения в суд. Свидетели имеют неприязненные отношения с бывшим работодателем, они обратились в Волгодонской районный суд Ростовской области с аналогичными исками о взыскании заработной платы, поэтому заинтересованы в даче показаний против бывшего работодателя. На основании изложенного, просит в иске отказать.

Выслушав представителя истца, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Так, согласно ст.15 ТК РФ трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Исходя из указанного определения, трудовые отношения обладают рядом характерных признаков, которые позволяют их отличить от гражданско-правовых отношений. Одним из основных признаков трудовых отношений является личное выполнение за плату конкретной трудовой функции. Под трудовой функцией подразумеваются работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы. При этом, предметом трудового договора (соглашения) является труд работника, предметом же гражданско-правовых договоров является овеществлённый конечный результат труда, а труд в них - лишь способ выполнения взятых на себя обязательств.

В соответствии со ст.16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате: избрания на должность; избрания по конкурсу на замещение соответствующей должности; назначения на должность или утверждения в должности; направления на работу уполномоченными в соответствии с федеральным законом органами в счет установленной квоты; судебного решения о заключении трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе, с ведома, или по поручению работодателя, или его представителя, в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно ст.67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

В соответствии с п.12 Постановления Пленума ВС РФ №2 от 17 марта 2004 года, судам необходимо иметь в виду, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством или иным нормативным правовым актом, содержащим нормы трудового права, не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (части 1,3 ст.67 ТК РФ). Приём на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (ч.1 ст.68 ТК РФ). Приказ (распоряжение) работодателя о приёме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трёхдневный срок со дня фактического начала работы (ч.2 ст.68 ТК РФ).

При этом, в силу положений ст.56 ГПК РФ, бремя доказывания факта выполнения работы у работодателя, возлагается на истца.

Из материалов дела следует, что ООО ОКТБ «Энергомаш» является действующим юридическим лицом, что следует из выписки из ЕГРЮЛ.

Установлено, что до 20.04.2018 директором ООО ОКТБ «Энергомаш» являлся ФИО5, после чего эти полномочия были возложены на ФИО6 (л.д.25,26). 

Из представленных доказательств следует, что во вкладыше в трудовую книжку серии АТ-IV№3103851 от 01.09.1998 ФИО1 имеется запись о трудовой деятельности в ООО ОКТБ «Энергомаш» слесарем-сборщиком в период с 01.08.2016 по 01.06.2018 (л.д.4-5). 

Согласно положения ст.84.1 ТК РФ, днём прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

Таким образом, последним днём работы истца является 01.06.2017.

ФИО1 является пенсионером по возрасту.

Истец в судебных заседаниях пояснял, что поскольку работал в ООО ОКТБ «Энергомаш» с 2006 г., а затем, с перерывами, с 01.08.2016, то указал данный период работы в исковом заявлении, без перерывов.

Обстоятельство трудовых отношений сторон с 01.08.2016 по 01.06.2017 не оспаривается сторонами, подтверждается не только трудовой книжкой, но и трудовым договором №10 от 01.08.2016 (л.д.31-34), приказом №10 от 01.08.2016 о приёме на работу (л.д.35), приказом №12 от 01.06.2017 о прекращении трудового договора по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (л.д.36), и данный период не является спорным.

Истец указывал, что начиная со следующего дня после увольнения, т.е. со 02.06.2017 и по 31.05.2018, он продолжал работать в ООО ОКТБ «Энергомаш» слесарем-сборщиком на прежних условиях, которые были изложены в трудовом договоре №10. В судебном заседании от 17.10.2018 уточнил, что 31.05.2018 он не работал.

Как следует из трудового договора №10 от 01.08.2016 ФИО1 работал у ответчика в 

<

адрес>, на условиях оплаты: 105 руб./час. +100% премия - 105,00 руб./час.=210 руб./час. Режим работы с 08:00 час. до 17:00 час. с перерывом с 12:00 до 13:00 час. Даты выплаты заработной платы: 10 и 27 числа каждого месяца.

При рассмотрении спора суд учитывал показания свидетелей.

Так, допрошенный в предварительном судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ 9Л.Д.72-73) и в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ (л.д.132-134), свидетель ФИО3, суду пояснил, что 01.06.2017 по 12.02.2018 работал в ООО ОКТБ «Энергомаш» начальником производства. С 01.06.2018 уволили всех пенсионеров. До этого, состоялось собрание, на которой он (Бурлаков) присутствовал, где директор ФИО7 предупредил пенсионеров, что, в связи с тяжелым материальным положением на предприятии, для экономии налогов, пенсионеров, в число которых входил и ФИО1, официально уволят, при этом, все продолжат работу на прежних условиях. Так и произошло. После увольнения их всех 1.06.2017, на следующий день они все, в том числе ФИО1, вышли на свои места. ФИО3, с поручения и распоряжения директора ФИО7 давал задания на работу. В его отсутствие, задания на работу истцу и другим работникам, давал ФИО7, и технический директор Колоколов. ФИО3 вёл табель учёта рабочего времени, а главный бухгалтер – Людмила Юрьевна, и работник бухгалтерии ФИО8, после 01.06.2017, выдавали пенсионерам зарплату, но наличными. ФИО1 все спорные месяца работал слесарем-сборщиком, полный рабочий день, 40 часовую неделю, в здании АБК, с прежней тарифной ставкой, подписывал акты, вместе с зам. начальником ОТК. При увольнении ФИО3 (12.04.2018) ФИО1 оставался работать.

Факт трудовых отношений свидетеля ФИО3 с ООО ОКТБ «Энергомаш» подтверждён записями его трудовой книжки.

Как следует из показаний свидетеля ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, допрошенной в судебном заседании 13.09.2018, ФИО1 она знает, т.к. вместе работали в ООО ОКТБ «Энергомаш, он был её бригадиром. В мае 2017 года она присутствовали на собрании работников, которое проводил ФИО7, предложил пенсионерам уволиться по собственному желанию и продолжить работу неофициально. После этого все пенсионеры написали заявления, их рассчитали, но все, в том числе, ФИО1 продолжили работать. ФИО1 работал слесарем-сборщиком, ежедневно, до момента её увольнения 13.04.2018. Он был бригадиром, каждый день давал ей задания. Табели учета рабочего времени вели Бурлаков и ФИО1.

Согласно трудовой книжки, ФИО9 была уволена ДД.ММ.ГГГГ по инициативе работника (л.д.176-186).

Как следует из показаний свидетеля ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, допрошенного в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, он работал в ООО ОКТБ «Энергомаш» фрезеровщиком с 2013 года. С ДД.ММ.ГГГГ по середину июня 2018 года, работал без заключения трудового договора, т.к. работающих в обществе пенсионеров, в том числе, его и ФИО1, на собрании попросил уволиться директор ФИО7. Мотивировал это финансовыми трудностями. При этом, обещал, что все будут продолжать работать на тех же условиях, но неофициально. До увольнения заработная плата перечислялась на карточку, а после увольнения – выдавали наличными в бухгалтерии. Они остались работать на этих условиях, ФИО3 их табелировал. ФИО1 работал ежедневно, полный рабочий день, но выплаты им практически не производили. В виду чего, они сейчас подали иски. 

Согласно сведений трудовой книжки, ФИО10 фрезеровщик ООО ОКТБ «Энергомаш» уволен ДД.ММ.ГГГГ по инициативе работника (л.д.175-155).

Допрошенный в судебном заседании 12.09.2018 свидетель ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, показал, что работал в ООО ОКТБ «Энергомаш» расточником с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Потом стал работать неофициально на подработках до декабря месяца, пока не забрал последнюю заработную плату, до января 2018 г. В период работы всегда встречался с ФИО1, который работал там слесарем. Ему известно, что с 01.06.2017 ФИО1 работал неофициально, но полный рабочий день. Задания по выполнению той или иной работы истцу давал ФИО3, который и составлял табель учета рабочего времени. 

Согласно приказа №7 ФИО11 токарь-расточник ООО ОКТБ «Энергомаш» был уволен 15.05.2017 по инициативе работника.

Допрошенный в судебном заседании 12.09.2018 свидетель ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, суду пояснил, что он вместе с ФИО1 девять лет работали в ООО ОКТБ «Энергомаш». Он присутствовал на собрании, где директор ФИО7, предложили всем пенсионерам, в том числе ему и ФИО1, уволиться с предприятия и продолжить неофициально работать. Они остались работать на предприятии на прежних условиях. ФИО1 работал слесарем-сборщиком, был бригадиром. ФИО1 давал задания Бурлаков, а истец уже раздавал задания остальным. Табели учета рабочего времени вёл Бурлаков, а когда он уволился, то стал вести ФИО1. 

Согласно сведений трудовой книжки, ФИО12 был уволен 01.06.2017 по инициативе работника (л.д.142-154).

Допрошенный в судебном заседании 27.09.2018 свидетель ФИО13, пояснил суду, что он работал в ОКТБ «Энегромаш» в должности начальника конструкторско-технологического отдела с 01.08.2016 по 24.09.2018. ФИО1 в указанный период работал в ООО ОКТБ «Энергомаш» не весь период, до конца мая 2018 года. ФИО1 работал слесарем и был бригадиром. Как ему стало известно со слов ФИО1, ФИО9, ФИО3: летом 2017 года на общем собрании ФИО2 договорился с пенсионерами, в том числе, ФИО12, ФИО1, ФИО9, что их уволят, но они продолжат работать на тех же условиях. Примерно с 01 июля 2017 года ФИО1 стал работать неофициально. Работал на той же должности, при 8-часовом режиме работы, пятидневной недели. Табели учёта рабочего времени вёл ФИО3 Встречался на работе с ФИО1 каждый день. Так как у него и ФИО9 нет своих транспортных средств, то ФИО1 каждое утро забирал его и ФИО9, иногда с ними ездил сварщик ФИО14 ФИО1 как бригадир организовывал все сборки и проводил их непосредственно сам. Поскольку изготавливаемая продукция имела очень высокие требования по ГОСТу, то они с ним ежедневно по несколько раз в день решали текущие вопросы, были в постоянном контакте. В мае 2018 г. было собрание, которое проводил новый директор ФИО6, и директор по производству ФИО15 После этого истец уволился.

Факт трудовых отношений свидетеля ФИО13 в должности начальника КТО с ООО ОКТБ «Энергомаш» подтверждён записями его трудовой книжки (л.д.215-217).

Ставить под сомнения указанные доказательства у суда не имеется оснований. Ответчик не опроверг изложенных обстоятельств в обоснование возражений на требования ФИО1, все свидетели были предупреждены об уголовной ответственности, заявили об отсутствии неприязненных отношений к руководству общества. 

Суд учитывает, что Приказом №3/ш-2017 общество, взамен действовавших ранее штатных расписаний от 31.07.2016 №02/ш-1 и №02/ш-2, с 01.06.2017, утвердило новое штатное расписание, с количеством работников – 9 человек, из которых лишь один - рабочий, остальные – служащие (ИТР) (л.д.37-38). В последующем, с 09.01.2018 было утверждено штатное расписание, с количеством работников 10 единиц, из которых два рабочих (л.д.39-40); с 10.04.2018 утверждено штатное расписание с количеством работников 8 единиц, из которых два рабочих (л.д.41-42).

При этом, представленные по судебному запросу товарные накладные (л.д.84-101) об отгрузки товара от ООО ОКТБ Энергомаш» в ООО «БЗС «Монокристалл», а так же ответ на судебный запрос (л.д.113-115), свидетельствуют о продолжении производственной деятельности ООО ОКТБ Энергомаш».

В целях оценки позиции истца о том, что со 02.06.2017 общество не приняло новых работников на место, в том числе, истца, фактически сократив единицы, на которых работали пенсионеры, при этом, не сократив объёма работы, в ходе рассмотрения дела, судом предлагалось ответчику предоставить штатные расписания, действовавшие до спорного периода - т.е. до 01.06.2017. Однако, ответчиком данное доказательство суду представлено не было.

Согласно ст.68 ГПК РФ, объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами. В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Проанализировав все изложенные выше доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что ФИО1 после расторжения 01.06.2017 трудового договора №10 от 01.08.2016, со следующего рабочего дня, т.е. со 02.06.2017 фактически осуществлял прежние трудовые функции в должности слесаря-сборщика, по 30.05.2018.

При этом, как пояснял истец в судебном заседании от 17.10.2018, ответчик ему выдал зарплату налично, за июнь 2018 г. Более труд не был оплачен, поэтому он просит установить факт трудовых отношений и взыскать задолженность, именно с 01.07.2017.

Согласно положений р.10 Устава ООО ОКТБ «Энергомаш», директор Общества осуществляет руководство текущей деятельностью общества. 

При этом, как пояснили свидетели, директор общества ФИО2 гарантировал, что все пенсионеры, в том числе, ФИО1 будут допущены к работе после расторжения трудовых договоров. Свидетель ФИО3, являясь начальником производства ООО ОКТБ «Энергомаш» указал, что с ведома и распоряжения ФИО2, допустил всех пенсионеров, в том числе, истца к рабочему месту, которое тот занимал до увольнения.

Суд рассмотрел доводы истца относительно частичной оплаты на карту истца (л.д.119). Однако, представленные сведения подтверждают лишь выплату ФИО1 задолженности по оплате труда за период по 01.06.2017, и окончательный расчёт суммы на эту дату, и не свидетельствуют о безналичной оплате за труд после указанной даты (л.д.187-212).

Проанализировав все собранные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО ОКТБ «Энергомаш» в период с 01.07.2017 по 30.05.2018 нашёл свое подтверждение перечисленными выше доказательствами, требование ФИО1 об установлении факта трудовых отношений между ним и ООО ОКТБ «Энергомаш» в указанный период являются обоснованными, подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, суд отмечает, что представленные в материалы дела копии, поименованные как табели учёта рабочего времени за июль-декабрь 2017 г. и январь-апрель 2018 г. (л.д.6-16), не приняты в качестве доказательств, поскольку не соответствуют предусмотренной форме табеля учёта рабочего времени, предусмотренной Постановлением Госкомстата России от 05.01.2004 №1.

Кроме того, согласно Приказа №01/08/Т-16 от 01.08.2016 обязанности по ведению табеля учёта рабочего времени были возложены на бухгалтера-кассира ФИО16 (л.д.43), в соответствии с должностной инструкцией табельщика (л.д.44-45).

В предоставленных ответчиком табелях учёта рабочего времени ФИО1 не указан (л.д.46-69). Вместе с тем, суд исходит из того, что отсутствие истца в табелях общества обосновано отсутствием оформления трудовых отношений.

По ходатайству истца и его представителя судом неоднократно, в том числе, посредством работодателя, т.е. ответчика, вызывалась в качестве свидетеля работник ООО ОКТБ «Энергомаш» - бухгалтер и табельщик ФИО16, сведения о работе которой в спорный период, подтверждены предоставленными стороной ответчика табелями учёта рабочего времени. Как поясняли свидетели, ФИО16 непосредственно выдавала зарплату пенсионерам, по предоставленным ФИО3 табелям учёта рабочего времени. Однако, ФИО16 судебные повестки по месту жительства не получала, и несмотря на переданные через представителя ответчика судебные повестки на имя ФИО16 по месту работы, ответчик её явку не обеспечил. Указанное расценено судом с учётом изложенных выше положений п.1 ст.68 ГПК РФ, как не представление суду находящихся у ответчика доказательств. Таким образом, суд обосновывает свои выводы объяснениями стороны истца и представленными этой стороной доказательствами.

Суд рассмотрел заявление ответчика относительно применения к требованиям ФИО1 об установлении факта трудовых отношений, последствий пропуска срока обращения с данными требованиями, и учитывает положения ч.1 ст.392 ТК РФ, согласно которой, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Согласно ч.1 ст.14 ТК РФ, течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

Таким образом, после установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения. 

С учётом положений ч.1 ст.14 ТК РФ срок, предусмотренный ст.392 ТК РФ должен исчисляться лишь с момента установления судом факта трудовых отношений. Указанная позиция изложена Верховным Судом РФ в определении от 15.03.2013 №49-КГ121-14.

То обстоятельство, что ФИО1 с 01.06.2017 было известно, что трудовые отношения между ним и ответчиком фактически не оформлены, не влияют на порядок исчисления предусмотренного ст.392 ТК РФ срока применительно к рассматриваемым правоотношениям.

Поскольку факт трудовых отношений установлен, то подлежат удовлетворению и производные требования истца о взыскании заработной платы.

Как пояснил ФИО1 с 01.07.2017 он не получал заработную плату.

При этом, истец указал, что по 30.05.2018 выходил на работу, отрабатывая 40-часовую неделю в полном объёме, что так же совпадает с показаниями свидетелей ФИО3 и ФИО13, факт трудовых отношений которых с ООО ОКТБ «Энергомаш» в спорный период подтверждён трудовыми книжками.

Поскольку установлено, что истец со 01.07.2017 по 30.05.2018 осуществлял трудовые функции, а доказательств оплаты труда ответчиком не представлено, следовательно, за данный период имеется задолженность по заработной плате. 

При этом, разрешая требования истца о взыскании задолженности, суд не находит оснований к её исчислению из установленного трудовым договором №10 от 01.08.2016 размера оплаты труда, поскольку данный трудовой договор расторгнут 01.06.2017, а в соответствии с положениями ст.60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Истец не смог достоверно письменными доказательствами подтвердить условия оплаты труда, из которых должны были производиться начисления со 02.06.2017.

Вместе с тем, согласно ст.133 Трудового кодекса РФ, месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Минимальный размер оплаты труда в РФ, с 1 июля 2017 года, согласно ст.1 Федерального закона от 19.12.2016 №460-ФЗ, составлял 7800 руб. в месяц.

Минимальный размер оплаты труда в РФ, с 1 января 2018 года, согласно ст.3 Федерального закона от 28.12.2017 №421-ФЗ, составлял 9489 руб. в месяц.

Минимальный размер оплаты труда в РФ, с 1 мая 2018 года, составил 10604,85 руб. в месяц.

Таким образом, с ООО ОКТБ «Энергомаш» в пользу ФИО1 подлежит взысканию задолженность по заработной плате за период со 01.07.2017 по 30.05.2018 в размере 95360,85 руб., исходя из расчёта задолженности:

С 01.07.2017 до 01.01.2018 – 6 мес. х 7800 руб. = 46800 руб.

С 01.01.2018 до 01.05.2018 – 4 мес. х 9489 руб. = 37956 руб.

С 01.05.2018 по 30.05.2018 – 10604,85 руб. (11163 : 20 р.д. х 19 р.д.)

46800 руб. + 37956 руб. + 10604,85 руб. = 95360,85 руб.

Рассматривая требования истца о взыскании в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в сумме 40000 руб., суд исходит из фактических обстоятельств дела и руководствуется следующим.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора, факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом.

Таким образом, при нарушении прав работника невнесением записей о работе в трудовую книжку, невыплатой заработной платы, причиненный работнику моральный вред обязан возместить работодатель.

Оценив в совокупности все установленные фактические обстоятельства дела, суд полагает разумным и справедливым определить размер компенсации морального вреда в пользу истца в размере 5000 рублей. В остальной части данных требований ФИО1 следует отказать.

Решая вопрос о судебных расходах, суд руководствуется положениями ст.ст.88-98 ГПК РФ, исходит из того, что истец при подаче иска освобождена от оплаты госпошлины. С учётом удовлетворенных требований, их количества и характера, с ответчика подлежит взысканию в пользу местного бюджета госпошлина в размере 3360,83 руб.

Решая вопрос о судебных расходах, суд руководствуется положениями ст.ст.88-98 ГПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО ОКТБ «Энергомаш», об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, удовлетворить частично. 

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО ОКТБ «Энергомаш», с 01.07.2017 по 30.05.2018 слесарем сборщиком.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью отдельное конструкторско-технологическое бюро «Энергомаш» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 01.07.2017 по 30.05.2018 в размере 95360,85 руб., компенсацию морального вреда в размере 5000 руб., а всего 100360,85 руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью отдельное конструкторско-технологическое бюро «Энергомаш» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3360,83 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд путём подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение вынесено 30.10.2018.