Дело №2-3163/2023

УИД 21RS0025-01-2023-001741-25

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ город Чебоксары

Московский районный суд г. Чебоксары под председательством судьи Матвеевой Т.В., при секретаре судебного заседания Степановой С.А.,

с участием старшего помощника прокурора Московского района г. Чебоксары Васильевой Е.А.,

истца ФИО7, представителя ответчика БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии – ФИО8 (действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ),

представителя третьего лица АО «СК «Чувашия-Мед» ФИО9 (действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к Бюджетному учреждению Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Министерства здравоохранения Чувашской Республики о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО7 обратился в суд с иском к Бюджетному учреждению Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Министерства здравоохранения Чувашской Республики (далее БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии, Учреждение) о взыскании компенсации морального вреда. Исковые требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО, супруга истца, была госпитализирована в БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии по подозрению на коронавирусную инфекцию (COVID-19). ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния здоровья она из общей палаты была переведена в реанимационное отделение, где ДД.ММ.ГГГГ скончалась. По мнению истца, лечение, оказанное ФИО в БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии, не соответствует предъявляемым ему требованиям, в связи с чем и наступила смерть супруги.

На основании изложенного истец ФИО7 просит суд:

- взыскать с БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда, в связи с гибелью супруги, в размере 3000000 руб. 

На судебном заседании истец ФИО7 исковое требование поддержал, просил суд его удовлетворить.

Представитель ответчика БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии – ФИО8 исковые требования не признала, просила суд отказать в удовлетворении искового требования по изложенным в отзыве основаниям.

В отзыве на иск ответчиком указано следующее.

Согласно имеющейся у ответчика медицинской карты стационарного больного №, пациентка ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находилась на стационарном лечении в БУ «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: U07.2 Подозрение на новую коронавирусную инфекцию, (COVID-19), тяжелое течение. Осложнение основного диагноза: Внебольничная двусторонняя пневмония (КТ ОГК от ДД.ММ.ГГГГ, процент поражения 44%). Осложнение основного диагноза: Внебольничная двусторонняя пневмония (КТ ОГК от ДД.ММ.ГГГГ, процент поражения 44%). Исход госпитализации: летальный случай.

Для своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза при оказании медицинской помощи пациентке были приняты все необходимые и возможные меры:

В соответствии с действующей на тот период времени версией Временных методических рекомендаций. Профилактика, диагностика и лечение коронавирусной инфекции (COVID-19) проведена диагностика коронавирусной инфекции:

- алгоритм обследования пациента с подозрением на COVID-19 (подробная оценка всех жалоб, анамнеза заболевания, эпидемиологического анамнеза, физикальное обследование с установлением степени тяжести состояния пациента, инструментальная диагностика);

- лабораторная диагностика COVID-19 (лабораторная диагностика общая прогностические лабораторные маркеры, лабораторная диагностика этиологическая).

Своевременно и обоснованно проведены внутрибольничные и телемедицинские консультации с пульмонологом и реаниматологом с региональным центром (ТМК главного внештатного специалиста пульмонолога Минздрава Чувашии ФИО1. и главного внештатного специалиста -анестезиолого-реаниматолога ФИО2). А также ТМК с ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский и фтизиопульмонологии и инфекционных болезней» к.м.н. ФИО10

Проведена консультация эндокринолога для коррекции диагноза и лечения пациента по сопутствующей патологии: Сахарный диабет 2 типа, ИПП, целевой гликированный гемоглобин менее 7,5%. Приемлемая гликемия 7,5-10,0 ммоль/л. Ожирение 1 степени по ВОЗ, ИМТ 32 кг/м2. Рекомендован контроль гликемии.

Организация обследования и лечебного процесса соответствовала установленным порядкам оказания медпомощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), а именно: Диагностика и лечение данной пациентке проводились согласно действующей версии Временных методических рекомендаций. Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19): назначен курс этиотропной, патогенетической, упреждающей противовоспалительной, антикоагулянтой, инфузионной терапии с коррекций объема инфузии, назначена симптоматическая терапия, антибактериальная терапия, назначено лечение сопутствующих заболеваний и осложнений.

Ответчик полагает, что при оказании медицинской помощи пациенту были приняты необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, организация обследования лечебного процесса соответствовала установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), дефекты оказания медицинской помощи не выявлены.

Правомерность действий медицинских работников ответчика подтверждается следующим:

Согласно заключению протокола телемедицинской консультации от ДД.ММ.ГГГГ, проведённой заведующим пульмонологическим отделением ФИО1. «Республиканская клиническая больница» Минздрава Чувашии: проводится адекватная терапия, корректировка не требуется.

В соответствии с заключением протокола телемедицинской консультации от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной врачом к.м.н. ФИО10 ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр фтизиопульмонологии и инфекционных болезней»: диагноз пациентке не изменён.

Из п. 21. протокола патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» Минздрава Чувашии следует, что дефекты оказания медицинской помощи отсутствуют. В заключении указано, что причиной смерти ФИО11 считать внебольничную двухстороннюю тотальную бактериальную пневмонию, осложнившуюся острой дыхательной недостаточностью, таким образом имеет место совпадения заключительного клинического патологоанатомического диагнозов.

В учреждении создана врачебная комиссия для анализа качества лечебно-диагностического процесса на основе материалов при изучении летальных исходов, согласно протоколу № от ДД.ММ.ГГГГ комиссией не установлено дефектов оказания медицинской помощи.

В связи с получением жалобы, АО «СК «Чувашия-Мед» провело экспертизу качества оказания медицинской помощи пациентке ФИО, в соответствии с актом экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ замечаний нет.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Представитель третьего лица АО «СК «Чувашия-Мед» ФИО9 удовлетворение исковых требований оставила на усмотрение суда.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, Министерство здравоохранения Чувашской Республики, ФИО5 Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Чувашской Республике, ФИО6 в суд не явились, явку представителей в суд не обеспечили.

Выслушав истца, заслушав заключение старшего помощника прокурора Московского района г. Чебоксары Васильевой Е.А., полагавшей исковое требование не подлежащим удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО7 указал, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО, супруга истца, была госпитализирована в БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии по подозрению на коронавирусную инфекцию (COVID-19), ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния здоровья она из общей палаты была переведена в реанимационное отделение, где ДД.ММ.ГГГГ скончалась. Так, по мнению истца, лечение, оказанное ФИО в БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии, не соответствовало предъявляемым ему требованиям, в связи с чем и наступила смерть супруги.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В п. 21 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это, совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Частью 2 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст. 1100 ГК РФ.

Согласно пункту 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Из материалов дела следует, что ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, супруга истца ФИО7, находилась на стационарном лечении в БУ «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из ее медицинской карты, при поступлении ФИО был поставлен диагноз: №

Как пояснила на судебном заседании представитель ответчика, в целях установления правильного диагноза при оказании медицинской помощи пациентке были приняты все необходимые и возможные меры. Так, были проведены внутрибольничные и телемедицинские консультации с пульмонологом и реаниматологом с региональным центром (ТМК главного внештатного специалиста пульмонолога Минздрава Чувашии ФИО1 и главного внештатного специалиста -анестезиолого-реаниматолога ФИО2). А также ТМК с ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский и фтизиопульмонологии и инфекционных болезней» к.м.н. ФИО10 Проведена консультация эндокринолога для коррекции диагноза и лечения пациента.

Согласно заключению протокола телемедицинской консультации от ДД.ММ.ГГГГ, проведённой заведующим пульмонологическим отделением ФИО1. «Республиканская клиническая больница» Минздрава Чувашии: проводится адекватная терапия, коррекция в настоящее время не требуется. (л.д.34-35).

В соответствии с заключением протокола телемедицинской консультации от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной врачом к.м.н. ФИО3 ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр фтизиопульмонологии и инфекционных болезней»: диагноз пациентке не изменён. (л.д.36).

Как видно из протокола патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ, составленного БУ ЧР «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» Минздрава Чувашии, дефекты оказания медицинской помощи отсутствуют. (л.д.41-42). Причиной смерти ФИО явилась №

Исходя протокола подкомиссии врачебной комиссии по изучению летальных исходов БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Министерства здравоохранения Чувашской Республики № от ДД.ММ.ГГГГ, дефектов оказания медицинской помощи ФИО не установлено. (л.д.39). 

Третье лицо по делу - АО «СК «Чувашия-Мед», в свою очередь, провело экспертизу качества оказания медицинской помощи пациентке ФИО В соответствии с экспертным заключением к акту № от ДД.ММ.ГГГГ, дефектов лечения ФИО не обнаружено. (л.д.40).

Постановлением старшего следователя следственного отдела по Московскому району г. Чебоксары Следственного комитета России по Чувашской Республике старшего лейтенанта юстиции ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ по факту заявления ФИО7 о ненадлежащем оказании медицинской помощи его супруге ФИО медицинскими работниками БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Министерства здравоохранения Чувашской Республики в возбуждении уголовного дела было отказано на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ч.2 ст.109, п. «в» ч.2 ст.238, ч.2 ст.124, ч.2 ст.293 УК РФ.

Определением Московского районного суда г. Чебоксары от ДД.ММ.ГГГГ в рамках настоящего дела по ходатайству стороны истца для решения вопроса о качестве медицинской помощи, оказанной ФИО в условиях стационарного лечения в БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии, судом была назначена посмертная судебно – медицинская экспертиза. На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

1. Соответствовало ли проводимое лечение ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, действующим в Российской Федерации стандартам оказания медицинской помощи? Если не соответствовало, то, в чем конкретно недостатки (нарушения) заключаются? 

2. Существует ли прямая причинно-следственная связь между допущенными недостатками (нарушениями) оказания медицинской помощи ФИО в условиях стационарного лечения в БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Минздрава Чувашии и наступлением смерти пациента?

3. Если исходом неправильного лечения явилась смерть ФИО, то, какова причина смерти и возможно ли было избежать смертельного исхода при имеющихся у пациента заболеваниях?

Проведение посмертной судебной медицинской экспертизы было поручено экспертам БУ Чувашской Республики «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Чувашской Республики. 

Однако экспертиза не была проведена ввиду отсутствия поступления оплаты. Определением суда расходы по оплате были возложены на истца ФИО7 

Каких-либо иных доказательств, подтверждающих некачественное оказание медицинской помощи ФИО4, приведшее к ее смерти, в материалы дела не представлено.

Как выше было указано, основанием для взыскания компенсации морального вреда с медицинской организации является некачественное оказание медицинской помощи, что в настоящем случае судом не установлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении искового требования ФИО7 к БУ Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Министерства здравоохранения Чувашской Республики о взыскании компенсации морального вреда, в связи с гибелью супруги, в размере 3000000 руб.

Руководствуясь изложенным, на основании ст.ст.195-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

В удовлетворении искового требования ФИО7 к Бюджетному учреждению Чувашской Республики «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» Министерства здравоохранения Чувашской Республики о взыскании компенсации морального вреда, в связи с гибелью супруги, в размере 3000000 руб. отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Московский районный суд г. Чебоксары в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения суда.

Председательствующий: судья Т.В. Матвеева

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.