Дело № 2-63/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

«30» мая 2018 года село Табуны

Табунский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего – судьи Мозер А.И.,

при секретаре Тищенко Т.И.,

с участием ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ПАО «Сбербанк России» в лице Алтайского отделения № ПАО Сбербанк к ФИО1, ФИО2, ФИО4 о взыскании задолженности по кредитному договору,

У С Т А Н О В И Л:

ПАО «Сбербанк России» в лице Алтайского отделения № ПАО Сбербанк обратилось в суд с иском о взыскании задолженности по кредитному договору, заключенному с ФИО3, и с учетом последующего уточнения, просили взыскать с ФИО1, ФИО2, ФИО4, как наследников, принявших наследство после смерти заемщика ФИО3, задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ.

Исковое заявление обосновано следующим.

ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3 был заключен кредитный договор №, в соответствии с которым последняя получила кредит в размере 48000 рублей на 59 месяцев под 24,00 процентов годовых на цели личного потребления. Согласно условиям заключенного кредитного договора заёмщик обязался ежемесячно погашать кредит и уплачивать проценты за пользование кредитом в размере, в сроки и на условиях договора. Банк в полном объёме выполнил свои обязательства, предусмотренные кредитным договором – заемщик получила кредит в установленном договором размере, однако, взятые на себя обязательства заемщиком не исполняются. 

ДД.ММ.ГГГГ заемщик ФИО3 умерла. 

В момент заключения кредитного договора ФИО3 дала свое согласие быть застрахованным лицом по Договору страхования от несчастных случаев и болезней страховой компанией САО "ВСК", однако в страховой выплате ПАО «Сбербанк России» отказано, ввиду непризнания страхового события (смерть заемщика) страховым случаем.

Поскольку наследниками первой очереди, принявшими наследство после смерти ФИО3, являются супруг заемщика – ФИО1 и дети заемщика – ФИО2 и ФИО4, истец просит взыскать с них задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 50435,11 рублей, а также судебные расходы в размере 1713,05 рублей. 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что наследство после смерти супруги он не принимал, более того, у нее не было наследственного имущества, и совместно нажитого имущества у них также нет, на что супруга при жизни брала кредит, он не знает. После смерти супруги он нашел документы, из которых понял, что она брала кредит, который был застрахован по договору страхования от несчастных случаев и болезней заемщика ОАО «Сбербанк России». Просил привлечь страховую компанию САО «ВСК» в качестве соответчика по делу. 

Определением от ДД.ММ.ГГГГ САО «ВСК» и ФИО4 (сын заёмщика ФИО3) были привлечены по делу в качестве соответчиков. 

Ответчики ФИО4 и ФИО2 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в направленном в адрес суда отзыве, просили отказать истцу в удовлетворении исковых требований, поскольку после смерти матери наследство они не принимали, в том числе, фактически; о наличии наследственного имущества, им ничего не известно; совместно с родителями они не проживают уже длительное время. Полагают, что при наличии страхового случая, погашение задолженности по кредиту должна производить страховая компания, застраховавшая ответственность их матери по спорному кредитному договору. 

САО «ВСК» о слушанье дела извещены надлежаще, в судебное заседание своего представителя не направили, просили рассмотреть дело в отсутствие их представителя. Относительно исковых требований пояснили следующее:

Выгодоприобретатель ПАО «Сбербанк России» обращался в САО «ВСК» с заявлением о выплате страхового возмещения, в связи со смертью заемщика ФИО3 по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ. Из материалов соответствующего выплатного дела установлено, что в 2013 году ФИО3 был диагностирован цирроз печени. Согласно посмертному эпикризу, ФИО3 состояла на учете с диагнозом цирроз печени неуточненной этиологии. Поталогодиагностический диагноз – неуточненный цирроз печени. Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО3 злоупотребляла алкоголем. ДД.ММ.ГГГГ она находилась в состоянии алкогольного опьянения. На основании изложенного, САО «ВСК» полагает, что употребление алкоголя состоит в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО3 и, не признав событие страховым случаем, ДД.ММ.ГГГГ отказал выгодоприобретателю ПАО «Сбербанк России» в выплате страхового возмещения.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело подлежит рассмотрению в отсутствии неявившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, выслушав ответчика ФИО1, суд пришел к следующему.

В силу ч. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за нее.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3 был заключен кредитный договор №, в соответствии с которым последняя получила кредит в размере 48000 рублей на 59 месяцев под 24,00 процентов годовых на цели личного потребления.

Погашение кредита производится ежемесячными аннуитетными платежами в соответствии с графиком платежей (п.3.1 договора); последней датой платежа является ДД.ММ.ГГГГ (приложение к кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ). 

В момент заключения данного кредитного договора ФИО3 дала свое согласие быть застрахованным лицом по Договору страхования от несчастных случаев и болезней страховой компанией САО "ВСК" в соответствии с "Условиями участия в программе коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков ОАО "Сбербанк России". Выгодоприобретателем в рамках данного договора является ОАО "Сбербанк России".

Данные обстоятельства подтверждаются заявлением, подписанным ФИО3, и не оспариваются стороной истца.

В соответствии с п. 3.1.2 Условий участия в Программе коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков ОАО "Сбербанк России" САО "ВСК" принимает на себя обязательство при наступлении страхового события, признанного им страховым случаем, произвести страховую выплату выгодоприобретателю.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла, что подтверждается копией записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ. Причина смерти – другой и неуточненный цирроз печени. 

Согласно ответу САО «ВСК» - в выплате страхового возмещения по спорному кредитному договору, заключенному с ФИО3, выгодоприобретателю отказано, ввиду отсутствия страхового случая. ФИО3 умерла от цирроза печени в состоянии алкогольного опьянения, а пп. «б» п.7.1 Правил добровольного страхования граждан от несчастных случаев и болезней № от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено, что страховым случаем не является причинение вреда жизни (здоровью) застрахованного в результате прямых или косвенных последствий употребления застрахованным лицом алкоголя. 

В силу ч.1 ст.927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

По договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). 

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор (ст. 934 ч.1 ГК РФ).

Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо (ст. 934 ч.2 ГК РФ).

Статьей 943 ГК РФ предусмотрено, что условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

В силу ст. 963 ГК РФ страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица.

Согласно пп. «б» п.7.1 Правил добровольного страхования граждан от несчастных случаев и болезней № от ДД.ММ.ГГГГ (САО «ВСК»), не является страховым случаем причинение вреда жизни (здоровью) застрахованного в результате прямых или косвенных последствий употребления застрахованным лицом алкоголя.

Из представленных КГБУЗ «Табунская центральная районная больница» по запросу суда сведений из амбулаторной карты ФИО3 следует, что причина смерти последней – неуточненный цирроз печени. 

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ САО «ВСК» было установлено, что ФИО3 злоупотребляла алкоголем и в момент смерти также находилась в состоянии алкогольного опьянения. На основании чего, САО «ВСК» пришло к выводу, что употребление алкоголя состоит в причинно-следственной связи с наступлением смерти застрахованного лица и отказало в страховой выплате, ввиду непризнания заявленного события страховым случаем.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что у выгодоприобретаталя (ПАО «Сбербанк России») не имелось возможности, получить страховое возмещение и, получив отказ от страховой компании, Банк обратился в суд к наследникам заемщика. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 418 ГК РФ обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

По смыслу данной правовой нормы смерть гражданина-должника влечет прекращение обязательства только в тех случаях, когда обязанность его исполнения не переходит в порядке правопреемства к наследникам должника или иным лицам, указанным в законе.

В обязательстве вернуть кредит и уплатить проценты личность заемщика значения не имеет, поскольку из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

В соответствии с п. 1 ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Статьей 1112 ГК РФ предусмотрено, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 58, 59, 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства; смерть должника не является обстоятельством, влекущим досрочное исполнение его обязательств наследниками; наследник должника по кредитному договору обязан возвратить кредитору полученную наследодателем денежную сумму и уплатить проценты на нее в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа; поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства. Ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства.

ПАО «Сбербанк России» предъявил требования к наследникам ФИО3 – ФИО1, ФИО4 и ФИО2 о взыскании задолженности по спорному кредитному договору в солидарном порядке. 

Действительно, как установлено в судебном заседании, ФИО1 является супругом умершей, а ФИО4 и ФИО2 – детьми умершей.

Завещания при жизни ФИО3 не оставила, следовательно, указанные лица является наследниками умершей по закону первой очереди.

Согласно статье 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам. Поскольку в силу закона наследник отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (статья 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации), то при отсутствии или нехватке наследственного имущества кредитное обязательство прекращается невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Юридически значимыми обстоятельствами для рассмотрения данного спора являются следующие обстоятельства: наличие у умершего должника наследников; наличие наследственного имущества; факт принятия наследниками наследства.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Руководствуясь приведенной нормой гражданского процессуального законодательства Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что, предъявляя требования к наследникам умершего должника по кредитному договору, именно истец обязан представить доказательства, подтверждающие вышеуказанные обстоятельства и свидетельствующие о наличии законных оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судом установлено, что в производстве нотариуса Табунского нотариального округа 

<

адрес> ФИО7 наследственного дела к имуществу ФИО3 не заводилось. Сведений о наличии наследников нет, с заявлением о принятии или об отказе от наследства никто не обращался.

Как указано выше, наследниками ФИО3 по закону являются супруг и дети.

Вместе с тем, судом установлено, что собственником недвижимого и (или) движимого имущества умершая при жизни не являлась, что подтверждается сведениями из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, ФГУП «Ростехинвентаризация», а также МРЭО ГИБДД России.

Ответчики (наследники), возражая против заявленных требований, ссылались на то, что наследство после смерти ФИО3 они не принимали, более того, о наличии наследственного имущества им ничего не известно.

Истец, настаивая на требованиях, предъявленных к наследникам, ссылается на то, что они по закону фактически приняли наследство. Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о совершении наследниками действий по фактическому принятию наследства, не представил.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 36 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ. В целях подтверждения фактического принятия наследства (пункт 2 статьи 1153 ГК РФ) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.

Таким образом, по смыслу пункта 2 статьи 1153 ГК РФ и позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в вышеуказанном постановлении Пленума, воля на принятие наследства считается проявленной в том случае, если наследник совершает фактические действия свойственные собственнику к имуществу умершего для себя и в своих интересах.

Следовательно, истец, ссылаясь на то, что наследники по закону, фактически приняли наследство после смерти ФИО3, обязан доказать факт совершения ответчиками действий по принятию наследства, в состав которого согласно ст. 1112 ГК Российской Федерации входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. 

Суд, проверив довод истца о фактическом принятии наследниками наследства после смерти ФИО3, не установил обстоятельств, свидетельствующих о фактическом принятия наследства наследниками.

Более того, судом по ходатайству истца было оказано содействие в собирании и истребовании доказательств: запрошены сведения на ФИО3 из Росреестра, ФГУП «Ростехинвентаризация», МРЭО ГИБДД России, ФМС РФ, нотариальной палаты.

Согласно, поступивших из вышеуказанных органов ответов, наследственного имущества у умершего должника ФИО3 не установлено. 

В силу действующего законодательства в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество (пункт 2 статьи 256 ГК РФ, статья 36 СК РФ), а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 256 ГК РФ, статьи 33, 34 СК РФ). 

Вместе с тем, судом не установлено, а истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии имущества у супруга умершей – ответчика ФИО1, с которой до дня смерти он проживал и был зарегистрирован по одному адресу (для определения общей собственности на имущество, доля в праве на которое входит в состав наследства).

Нахождение на момент смерти заемщика в зарегистрированном браке с ответчиком ФИО1, совместное с ним проживание и ведение общего хозяйства, в силу вышеизложенных норм закона, не свидетельствует о принятии им наследства после смерти супруги ФИО3, поскольку, исходя из положения ст. 1153 ГК Российской Федерации воля на принятие наследства считается проявленной в том случае, если наследник совершает фактические действия, свойственные собственнику, т.е. действия, в которых проявляется отношение наследника к наследственному имуществу как к своему собственному. Наличие совместного с наследодателем права общей собственности на имущество, доля в праве на которое входит в состав наследства, само по себе не свидетельствует о фактическом принятии наследства.

Руководствуясь требованиями приведенных норм права, именно на истце лежит обязанность представить доказательства того, что ответчики, совершили конкретные действия, направленные на фактическое принятие наследства в виде конкретного имущества.

Однако в рассматриваемом случае таких доказательств суду не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку фактическое принятие наследниками наследства после смерти ФИО3 своего подтверждения в ходе рассмотрения спора не нашло, оснований для вывода о том, что ответчики приняли наследство после смерти заемщика (и какое конкретно имущество) не имеется, что свидетельствует об отсутствии правовых оснований для взыскания с наследников задолженности по кредитному договору в заявленном размере. Расчет задолженности ответчиками не оспаривался. 

При этом суд учитывает, что бремя по доказыванию факта принятия наследства возложено именно на истца, который ссылается на указанное обстоятельство, как на одно из оснований для удовлетворения требований, обязан представить соответствующие доказательства, поскольку презумпция принятия наследства имеет место в случае установления факта совершения действий, предусмотренных ст. 1153 ГК Российской Федерации и иных действий, направленных на приобретение наследственного имущества.

В данном случае доказательств совершения таких действий наследниками не представлено.

Ответчики, ссылаясь на непринятие наследства после смерти заемщика, доказательств данного обстоятельства представлять не обязаны.

Данный вывод согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 37 вышеуказанного постановления Пленума, согласно которой наследник, совершивший действия, которые могут свидетельствовать о принятии наследства (например, проживание совместно с наследодателем, уплата долгов наследодателя), не для приобретения наследства, а в иных целях, вправе доказывать отсутствие у него намерения принять наследство, в том числе и по истечении срока принятия наследства (статья 1154 ГК РФ), представив нотариусу соответствующие доказательства либо обратившись в суд с заявлением об установлении факта непринятия наследства.

Таким образом, обязанность доказать факт непринятия наследства может быть возложена на наследника только в том случае, если им совершены действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, чего при рассмотрении данного спора установлено не было.

К привлеченному судом в качестве соответчика САО «ВСК» истец требований не предъявлял, настаивал на удовлетворении иска к наследникам умершего заемщика.

С учетом изложенного, рассмотрев дело в пределах заявленных истцом требований, суд приходит к выводу, что заявленные ПАО «Сбербанк России» требования, удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального срока Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ПАО «Сбербанк России» в лице Алтайского отделения № ПАО Сбербанк к ФИО1, ФИО2, ФИО4 о взыскании задолженности по кредитному договору, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Табунский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня его принятия.

Судья А.И. Мозер

Копия верна, оригинал находится в деле №2-63/2018

в Табунском районном суде Алтайского края

Судья А.И. Мозер 

Решение вступило в законную силу: 

Секретарь Т.И. Тищенко