Дело №2- 452-2019 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 февраля 2019 года г. Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе: 

председательствующего судьи Супрун А.А., 

при секретаре Пылевой А.В. 

с участием истца ФИО1, его представителя по письменному заявлению ФИО2, представителя ответчика по доверенности ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Рустехногрупп» о признании незаконным приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности; признании незаконным приказа о прекращении ( расторжении) трудового договора; возложении обязанности издания приказа и внесением в трудовую книжку записи об увольнении в соответствии с ч.1 п.3 ст. 77 ТК РФ ( по собственному желанию); взыскание среднего заработка за время вынужденного прогула; компенсации морального вреда и расходов, связанных с оказанием юридических услуг,

У С Т А Н О В И Л:

Истец работал на должности мастера цеха в АО «Рустехногрупп».

Дело инициировано иском ФИО1 Ссылается, что приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. он был привлечен к дисциплинарной ответственности за ненадлежащую проверку качества отгружаемой продукции.

Затем приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. привлечен к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее исполнение обязанностей по ведению табеля учета рабочего времени; приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. за уклонение от выполнения трудовых обязанностей без уважительной причины; приказом №112 от 12.11.2018г. он был уволен с занимаемой должности мастера цеха по основанию п.5 ч.1 ст. 81 ТК РФ – неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Считает привлечение к дисциплинарной ответственности и увольнение незаконным и просит суд удовлетворить заявленные требования.

В судебном заседании истец требования уточнил, предоставил суду письменное заявление об уточнении требований, а также истец и его представитель по письменному заявлению ФИО2 пояснили следующее.

Представителем ответчика суду предоставлены письменные документы, на основании которых было вынесено первое дисциплинарное взыскание (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ) - это сам приказ от ДД.ММ.ГГГГ № №, акт об отказе в ознакомлении с приказом и пять объяснительных записок.

Считают, что ответчиком не предоставлено какого-либо документа фиксирующего факт произошедшего и выявленного нарушения (докладной записки или акта). 

Так, полагают, что ответчиком не предоставляется доказательств, что организации действительно был причинен материальный ущерб, в каком количестве, кем это было обнаружено, и каким образом зафиксировано.

Работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Далее сослались на то, что в приказе № от ДД.ММ.ГГГГ ответчик указывает, что вина в обнаруженных дефектах лежит на ФИО1, при этом ответчик не установил причинно-следственную связь между обнаруженными недостатками й лицом причинившим данные недостатки. По мнению стороны истца, можно предположить, что дефекты возникли по причине некачественной работы мастера или сварщика, или умышленной порчи изделия. 

Указали, что для установления виновного лица, причиненного организации материального ущерба, необходимо было провести служебную проверку, о чем составить акт, и на основании данного акта применять дисциплинарные взыскания. Поскольку установленная трудовым кодексом, а также Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" процедура вынесения приказа о дисциплинарном взыскании была нарушена, данный приказ является незаконным.

Также сторона полагает, что в приказе не отражено, какой именно пункт трудового договора нарушил ФИО1, поскольку в п. 6 договора от 04.07.2018 года содержится 11 подпунктов.

Кроме того, указали, что ответчик в отзыве ссылается на законность должностной инструкции, подписанной, по мнению истца, неизвестным лицом, заверенной неизвестной печатью. 

Утверждают, что ответчик обязан был заменить устаревшую печать, при смене местонахождения юридического лица, замена печати обязательна, поскольку местом регистрации организации является г. Строитель, и ИФНС по г. Белгороду. А потому должностная инструкция, предъявляемая для подписания истцу спустя четыре месяца с момента трудоустройства, подписанная неизвестным лицом, заверенная недействительной печатью, предназначенная мастеру участка вызвала совершенно обоснованные сомнения ФИО1, и соответственно не была подписана истцом, не смотря на угрозы со стороны ответчика, в лице руководства ответчика.

В обоснование незаконности приказа № 143 от 31.10.2018. истец и его представитель сослались на следующее.

Обязанность по ведению табеля учета рабочего времени не предусмотрена в трудовом договоре от 04.07.2018 года № №, должностных инструкций, где была бы отражена данная трудовая обязанность, также не была представлена ФИО1 для ознакомления. В суд каких-либо доказательств об обязанности мастера цеха ФИО1 вести табель учета рабочего времени ответчиком не представлено. Обратили внимание суда, что Верховный суд РФ не раз разъяснял, что при вынесении приказа о дисциплинарном взыскании работодатель должен не только указать за какое конкретно действие или бездействие наказывается работник, но и доказать обязанность работника совершить или воздержаться от данного действия. Таким образом, приказ от 31.10.2018 № 143 вынесен с нарушениями действующего законодательства и является незаконным. 

Относительности незаконности, изданного ответчиком приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. обратили внимание суда, что в приказе не содержатся ссылки на конкретные должностные обязанности, которые нарушил ФИО1

В то же время, в приказе об увольнении от 12.11.2018 указывается, что ФИО1 отказывался выполнять поручения директора по производству - ФИО4. При этом служебную записку о бездействии на рабочем месте ФИО1 подготовил ФИО5, в которой указал, что ФИО1 не выполняет должностные обязанности. При этом задания предоставленные в письменном виде ФИО4 предназначались, по мнению истца, третьему лицу «мастеру участка ФИО1у» ( не указаны имя и отчества ), кроме того не соответствовали трудовому договору – п.6. Указали и на то, что в промежуток времени с 13.00 до 16.40, выполнить задания было не возможно, в связи с их объемом.

Также обратили внимание суда на факт, что задания от ФИО4 предоставлены ФИО1 уже после вынесения приказа о дисциплинарном взыскании, это подтверждается датами, указанными на данных заданиях: 01.11.2018;02.11.2018 и т. д. 

Истец просит: признать незаконными приказы о привлечении к дисциплинарной ответственности № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ.; признать незаконным приказ № от ДД.ММ.ГГГГ. о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) мастера цеха производственного участка; обязать ответчика издать приказ об увольнении работника по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ от 13.02.2018г. и внести в трудовую книжку запись об увольнении по указанному основанию.

Истец просит взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула в размере 209266,14 руб.; компенсации морального вреда 300000 руб. и судебных расходов 26300 руб. 

В судебном заседании истец и его представитель просили не исследовать доводы, приведенные в исковом заявлении о лишении премии истца в размере 30%, указав, что эти доводы являются ошибочными.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал в полном объеме, и просил отказать в их удовлетворении. Считает, что доводы истца, приведенные в обоснование заявленных требований, не соответствуют фактическим обстоятельствам, и не подтверждаются письменными доказательствами.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Белгородской области в суд не явился, направлено письменное ходатайство о рассмотрении настоящего дела в отсутствии представителя названного юридического лица.

Суд исследовал обстоятельства по представленным доказательствам, приходит к следующим выводам. 

В силу п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным п. п. 5, 6, 9 или 10 ч. 1 ст. 81, п. 1 ст. 336 или ст. 348.11 настоящего Кодекса, а также п. п. 7, 7.1 или 8 ч. 1 ст. 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

В соответствии с разъяснениями, содержащими в п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

В соответствии с п. 35 того же Постановления неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.). Работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого поступка и обстоятельства, при которых он совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (п. 53).

Согласно п. 35 Постановления, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между сторонами 04 июля 2018г. был заключен трудовой договор№ №, по условиям которого истец была принят на должность мастера цеха. 

Согласно обязанностям, закрепленным в: п.п.4 п.1 этого трудового договора мастер цеха подчиняется Директору по производству.

Согласно п.6 данного договора работник обязан, в т. ч.: руководить участком по сборке металлоконструкций, участком сварки, зачистки металлоконструкций; осуществлять контроль за выполнением работ, вверенных ему участков; проверять качество, выпускаемой продукции или выполняемых работ; осуществлять мероприятия по предупреждению брака и повышению качества продукции; добросовестно исполнять трудовые обязанности, возложенные на него настоящим договором и должностной инструкцией.

Доводы стороны истца о том, что должностная инструкция мастера участка утверждена 20 октября 2011 года ( на л.д. л.д. 145-148) неизвестным лицом, а печать на должностной инструкции не той организации опровергаются следующем. 

Из материалов дела ( л.д.л.д. 162-163), содержания письменного отзыва и пояснений в суде представителя ответчика следует, что Щ. А.А. являлся руководителем АО «Рустехногруп» более 10 лет. В апреле 2018 г. советом директоров было принято решение назначить на должность Генерального директора ФИО6, поэтому должностная инструкция 2011 года была подписана надлежащим лицом. Печать на должностной инструкции принадлежит АО «Рустехногрупп», а юридический адрес на печати указывается верно, так как до октября 2018 года предприятие было зарегистрировано в г. Санкт Петербурге. Решением собрания акционеров АО «Рустехногрупп» в июне 2018 г. был изменен юр. адрес предприятия на г. Строитель. Решение было обусловлено тем, что основное производство находиться в г. Строителе, а, следовательно, и исполнительный орган предприятия должны находиться в г. Строитель.

В суде представитель ответчика утверждал, что ответчик уклонился от подписи в должностной инструкции в графе «ознакомлен».

При этом в суде истец не отрицал, что названный трудовой договор он подписал, т. е. никаких замечаний, возражений не имел, следовательно, согласился с условиями, закрепленными в данном трудовом договоре.

Таким образом, довод о том, что он не знал своих обязанностей, так как ему не был выдан трудовой договор, не состоятелен. В трудовом договоре № 33-18 от 4 июля 2018 г. стоит подпись работника, которая подтверждает, что он ознакомлен и согласен с условиями трудового договора, а также то, что договор составлен в двух подлинных экземплярах, один из которых находиться у работника.

Кроме того, ФИО1 подтверждает факт выполнения указанной обязанности, что следует из его объяснительной записки по факту привлечения истца к дисциплинарной ответственности приказом №.

Так, из материалов дела следует, что 03 октября 2018 г. на участке покраски были выявлены изделия П1-58, П1 59, П1-60, П1-25, П1 -28 с дефектом, в связи с чем было проведено служебное расследование начальником службы безопасности Д. Д.Г.

Факт проведения служебного расследования подтверждается следующими доказательствами.

Так, из письменных объяснительных истца ФИО1 от 04.10.2018г. следует, что ( далее по тексту) «… в связи с некорректной работой кран-балки в третьем пролете данные связи находились длительное время и сложенными в хаотичном порядке. В момент перемещения груза на покраску 02.10.2018г. увидеть деформированные связи было нельзя, стопка связей была перемещена на покраску. На связах штамп ОТК присутствовал». И также ( далее по тексту) «…04.10.2018г. произошла поломка кран-балки во втором пролете в 15 час. 30 мин (были прослабленные тормоза). Вызвали механика для устранения не исправности, в результате чего простой смены составил 20 минут».

Однако в письменной объяснительной записке гл. механика Е. Е.Ю. усматривается, что 02 октября 2018г. в третьем пролете кран-балка работала в штатном режиме, никаких сообщений о ее неисправности он не получал, 04 октября 2018г. перебоев в работе кран-балки также не было. 

Аналогичные объяснения дал в письменной записке К. С.В.(однофамилец истца) инженер-энергетик, указал и то, что освещение цехов было обеспечено в полном объеме, заявок на ремонт какого-либо оборудования нем поступало.

В судебном заседании, допрошенные со стороны ответчика свидетели, сотрудники ответчика Д. Д.Г. ( начальник службы безопасности), М. А.Н. (начальник цеха) и А. А.В. ( директор по производству) показали, что по результатам служебного расследования было выявлено, что на участке сборки и сварки были изготовлены металлические конструкции с браком, которые в последствие были переданы на участок покраски и далее на участок упаковки. Лица причастные к изготовлению брака дали свои объяснения, руководитель предприятия изучил материалы проверки и наложил дисциплинарное взыскание. В отношении мастера цеха ФИО1 было принято решение наложить дисциплинарное взыскание в виде выговора, так как он не проконтролировал работу на его участке, допустил изготовление бракованных изделий. 

Таким образом, подтвержден довод представителя ответчика, что указанный проступок для предприятия мог повлечь за собой значительные материальные потери в виде штрафов за поставку некачественной продукции, сорвать сроки монтажа металлоконструкций, а также значительные затраты на перевозку изделия для устранения недостатков так как объект поставки расположен в Ленинградской области.

Названные выше свидетели со стороны ответчика подтвердили также и следующие обстоятельства. В соответствии с п. 6 трудового договора № от 04 июля 2018 г. ФИО1 обязан проверять качество выпускаемой продукции или выполняемых работ, осуществлять мероприятия по предупреждению брака и повышению качества продукции.

03 октября 2018 г. на участке упаковки готовой продукции начальником цеха М. А.Н. была выявлена бракованная продукция. О данном факте начальник цеха ФИО7 доложил генеральному директору К. Н.Н. 

Генеральным директором было поручено директору по производству А. А.В. провести служебное расследование и доложить его результаты.

Директор по производству А. А.В. опросил сотрудников причастных к изготовлению бракованной продукции мастера цеха ФИО1, мастера цеха участка покраски Д. А.А.

Из объяснительной записки ФИО8 в ночь со 2.10.2018 г. на 3.10.2018 г. ему на участок поступили изделия КМ 20: П1-58, П1 -28; П1 -60, П1 59, П1 – 25. Указанные изделия были очищены от дефектов сварки и окалин. Так как к качеству очистки претензий не было, детали были окрашены и переданы на участок упаковки и отгрузки.

Свидетели со стороны ответчика подтвердили то, что при покраске указанные детали деформироваться не могли, из чего следует, что детали могли быть изготовлены не качественно на участке сборки и сварки которым руководит ФИО1 

В данном судебном заседании истец ФИО1 пояснял, что после изготовления изделий, они хранились на его участке в хаотичном порядке, и при их перемещении увидеть деформацию было не возможно.

Суд считает обоснованным довод представителя ответчика, что данное обстоятельство не освобождает его от обязанности контролировать процесс изготовления качественной продукции.

Также в суде начальник цеха М. А.Н. показал, что металлопрокат, который является сырьем для изделий, имеет свойство деформироваться при его нагревании в процесс сборки и сварки, поэтому проверка геометрии изготовленных деталей является обязательным мероприятием, которую выполняет мастер цеха соответствующего участка, в настоящем случае- истец ФИО1

Учитывая приведенные обстоятельства, и на основании выше названных условий, содержащихся в трудовом договоре истца, заслуживает внимание довод представителя ответчика, что мастер цеха- истец ФИО1 обязан осуществлять контроль качества производимой продукции. Дефект изготовленных деталей мог быть допущен только на участке сборки и сварки, о чем ФИО1 не мог не знать.

В соответствии со ст. 193 ТК РФ ФИО1 предоставлено право дать объяснения по выявленному браку, а также предоставлена возможность ознакомиться с приказом, однако от ознакомления с приказом он отказался.

Указанное обстоятельство по существу не оспаривается истцом в суде, а также подтверждается письменным актом от 05.10.2018г., за подписями начальника службы безопасности Д. Д.Г., директором по производству А. А.В., и юристом ФИО3 ( л.д. 122), пояснениями представителя истца ФИО3, показаниями допрошенных в суде свидетелей Д. Д.Г. и А. А.В.

В связи с этим несостоятелен довод истца в том, что он не обязан контролировать качество производимой продукции в цеху, поскольку такой довод прямо противоречит его должностным обязанностям, закрепленным в пункте 6 трудового договора. По этим причинам судом не принимается довод истца о том, что у ответчика отсутствует должностная инструкция мастера цеха участков по сборке металлоконструкций, сварки и зачистки металлоконструкций, поскольку истец привлечен к дисциплинарной ответственности за невыполнение обязанностей, закрепленных в договоре. Трудовой договор истцом подписан, прочитан, т. е истец по существу знаком со своими должностными обязанностями. Следовательно, довод истца о том, что его обязанности нигде не зафиксированы также не соответствуют действительности- в трудовом договоре основные обязанности его указаны и ссылка в приказе на пункт договора присутствует.

Таким образом, приказ о привлечении истца к дисциплинарной ответственности № от ДД.ММ.ГГГГ. был вынесен в установленные законом сроки, при выборе меры дисциплинарной ответственности работодателем соблюдены требования ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ- учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, о чем указано выше. Так, по утверждению представителя ответчика указанный проступок для предприятия мог повлечь за собой значительные материальные потери в виде штрафов за поставку некачественной продукции, сорвать сроки монтажа металлоконструкций, а также значительные затраты на перевозку изделия для устранения недостатков так как объект поставки расположен в Ленинградской области. Приведенный ответчиком довод истцом не опровергнут в суде.

Относительно требования истца о признании незаконного приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде замечания. 

В соответствии с ч.3 ст. 91 ТК РФ работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного времени каждым работником. Для обеспечения единообразия учета использования рабочего времени и расчета с персоналом по оплате труда Госкомстатом России утверждены унифицированные формы документации: форма № Т-12 «Табель учета рабочего времени и расчета оплаты труда» и форма №Т-13 «Табель учета рабочего времени» 

Судом установлено, что ФИО1, начиная с августа 2018г. осуществлялась работа по учету рабочего времени сотрудников АО «Рустехногрупп» на участках сварки и зачистки. Указанное обстоятельство подтверждается Табелем учета рабочего времени за август и сентябрь 2018 г. Также данное обстоятельство подтверждается свидетельскими показаниями свидетелей со стороны ответчика, в том числе и допрошенными в суде свидетелями со стороны истца ФИО9, К. А.В. и Л. Е.В.

В суде истец не отрицал, что исполнял обязанности по ведению табеля учета рабочего времени по фактическому исполнению по устному распоряжению работодателя, начиная с августа 2018г., никаких претензий к работодателю в связи сданным поручением не предъявлял. 

Из материалов дела следует, что при учете рабочего времени сотрудников АО «Рустехногрупп» участка зачистки были внесены недостоверные сведения, относительно фактического времени, отработанного зачистником Ч. В.Н. (на л.д. 131- заявление ФИО10). 

На л.д.135 объяснительная записка контролера ОТК Г. Ю.С., из которой следует, что действительно в период времени 8,15,22,29 сентября 2018г. зачистник Ч. В.Н. находился на рабочем месте. 

Так, в объяснительной записке ФИО1 пояснил о том, что он 8, 15, 22, 29 сентября 2018 года не выходил на работу и поэтому не мог знать о том, кто работал в эти дни.

Согласно табелю учета, предоставленного ФИО1 в бухгалтерию, в указанные дни он выходил на работу, а, следовательно, его объяснения не соответствуют действительности.

Кроме того, согласно объяснениям директора по производству А. А.В., когда он попросил ФИО1 разобраться в возникшем вопросе, он сослался на то, что не помнит, о том работал Ч. В.Н. в спорный период или нет. Данное обстоятельство подтвердил в суде, допрошенный свидетель А. А.В.

Однако согласно объяснительной записке ФИО1 он вел черновики, в которых отражал отработанное время его подчиненных, с которыми давал знакомиться подчинённым под роспись. При наличии таких документов проверить достоверность внесенных сведений не предоставляет какой-либо сложности.

Доводы истца о том, что он не должен был выполнять указанную работу, не соответствуют действительности. 

Обоснован довод представителя ответчика, что руководство участком сборки и сварки предполагает обязанность руководителя доводить до сотрудников рабочие задания ежедневно, а также планировать и контролировать выход сотрудников на работу. 

На л.д. 129 служебная записка начальника СБ АО «Рустехногрупп» Д. Д.Г., адресованная генеральному директору АО «Рустехногрупп» К. Н.Н. по факту допущения нарушений требований постановления Госкомстата РФ от 05 января 2004г. №1- в табель учета рабочего времени ( за сентябрь 2018г,) не было внесено фактически отработанное Ч. В.Н. рабочее время 8,15,22,29 сентября 2018г. 

Учитывая приведенные обстоятельства, судом установлено, что согласно ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание было наложено после проведения служебной проверки, сотруднику была дана возможность дать объяснения по выявленным фактам, также была предоставлена возможность ознакомиться с приказом о привлечении к дисциплинарной ответственности.

На л.д. 128 копия приказа № от ДД.ММ.ГГГГ., с которым истец отказался ознакомиться, что лично подтвердил в суде и допрошенный свидетель Д. Д.Г. (начальник службы безопасности), а также подтверждается подписями с фамилиями сотрудников ответчика ( на л.д.лд. 164-167- список сотрудников ответчика).

Относительно сроков привлечения к дисциплинарной ответственности, судом установлено, что указанный срок не был нарушен, так как факт нарушения был выявлен 26 октября 2018 г., а согласно ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание может быть наложено в течение месяца с момента его обнаружения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. «Б» п. 33 Пленума Верховного суда РФ № 2 от 17.03. 2004 г. днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.

Судом отклоняется как несостоятельный довод истца о признании приказа №143 незаконным в части несоблюдения требований унифицированной формы №Т-13, поскольку табель учета рабочего времени, который вел истец, имеет несущественные недостатки в сравнении с требованиями ведения унифицированной формы документации: форма №Т-13 «Табель учета рабочего времени».

Так, суду предоставлен копия табеля учета рабочего времени, дата составления 31.10.2018г., в которой содержатся необходимые графы для заполнения; №п/п; ф.и.о; должность ( специальность, профессия); отметки о явках и неявках на работу по числам месяца; отработано ( за половину месяца и месяц).

Далее судом установлено, что приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за то, что 30.10.2018г. в период времени с 13 час. до 16 час. мастер цеха ФИО1 находился в цехе АО «Рустехногрупп», однако в указанный период времени, трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором ( п.6) не выполнял ( ст. 21 ТК РФ). Указанные обстоятельства подтверждаются объяснениями руководителя проекта П. И.А., начальника цеха М. А.Н. ( на л.д. 136).

Кроме того судом установлено, что работодателем в приказе №№ была допущена описка в части указания даты невыполнения истцом своих должностных обязанностей, а именно не 30 октября 2019г., а 29 октября 2019г., что по существу подтвердил истец в суде, а также допрошенный в качестве свидетеля Д. Д.Г., который проводил проверку по факту невыполнения истцом должностных обязанностей с составлением служебной записки на имя директора К. Н.Н. Также обстоятельство подтвердил в суде и свидетель М. А.Н.

Так, судом установлено, что именно 29 октября, а не 30 октября 2019г. истец в 8 час. пришел на работу, пояснил, что находился на больничном листе с 22.10.2018г. по 29.10.2018г., однако больничный лист забыл дома. В связи с не предоставлением документов, подтверждающих его не трудоспособность, истец ФИО1 начальником службы безопасности был отстранен от работы на весь период времени для устранения обстоятельств, по которым истец был не допущен к исполнению трудовых обязанностей. Допуск ФИО1 к работе возможен, после предоставления им больничного листа. Это обстоятельство подтверждается письменным актом об отстранении от работы от 29.10.2018г., показаниями допрошенных в суде свидетелей со стороны ответчика Д. Д.Г. и А. А.В., не отрицается самим истцом в письменном объяснительной записке ( л.д. 140) и в судебном заседании.

Затем истцом 29 октября 2019г. в 13 час. был предоставлен больничный лист ( копия больничного листа на л.д. 132) и передан начальнику службы безопасности Д. Д.Г., однако находясь на рабочем месте истец трудовые обязанности не исполнял без уважительных причин, он просто наблюдал как идет работа. Этот факт подтверждается: письменным объяснениями сотрудников работодателя П. И. А. (руководителем проекта на л.д. 142) и М. А. (начальником цеха на л.д. 143), показаниями допрошенных в суде свидетелей М. А.Н. и Д. Д.Г.( начальником СБ), служебной запиской Д. Д.Г. в адрес генерального директора АО «Рустехногрупп» К. Н.Н. 

Работодатель в соответствии со ст. 193 ТК РФ предоставил право дать ФИО1 объяснения по данному факту. В письменном объяснении от 30.10.2019г. ( на л.д. 141) истец ФИО1 подтверждает то, что именно 29.10. 2019г. он в 13 час. привез больничный лист и отдал его начальнику службы безопасности, после чего до конца смены- до 19 час. находился на своем рабочем месте в цехе.

Однако в судебном заседании, допрошенный в качестве свидетеля М. А.Н. (начальнику цеха) обстоятельно утверждал, что истец действительно находился в цеху, но не приступил к исполнению трудовых обязанностей, закрепленных в п.6 трудового договора, он был в роли наблюдателя, в связи с этим обязанности мастера цеха пришлось выполнять ему, М. А.Н. ( л.д. 143).

Аналогичные показания по данному факту дал в суде, допрошенный свидетель директор по производству А. А.В.

Показания допрошенных в суде свидетелей со стороны ответчика у суда не вызывают сомнения в своей правдивости согласуются с письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Допрошенные в суде свидетели со стороны истца Б. С.М., К. А.В., Л. Е.В. в суде по существу не подтвердили то, что именно 29 октября 2019г. с 13 час. до 19 час. истец, находясь на рабочем месте, выполнял обязанности мастера цеха, предусмотренные п.6 трудового договора от 04 июля 2018г.

Довод ФИО1 о том, что его не ознакомили с приказом, не состоятелен по тем основаниям, что ФИО1 отказался от ознакомления с приказом, о чем в приказе №№ от ДД.ММ.ГГГГ. содержится соответствующая запись и подписи лиц, присутствовавших при его отказе. В судебном заседании истец по существу не отрицал данное обстоятельство, которое также подтверждается показаниями, допрошенного свидетеля Д. Д.Г.

Таким образом, судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о незаконности приказа №№ от ДД.ММ.ГГГГ., т. е. не установлено допущения ответчиком нарушений закона при привлечении истца к дисциплинарной ответственности. При этом суд не считает существенным обстоятельством к признанию приказа №№ незаконным ошибочное указание в тексте приказа даты нарушения трудовой дисциплины - 30 октября 2018г. вместо 29 октября 2019г., поскольку установлен, что названный факт нарушения трудовой дисциплины имел место.

Относительно отказа от выполнения письменных указаний директора по производству ФИО4 судом установлено следующее. 

Из материалов дела следует, что 7 ноября 2018 г. и 8 ноября 2018 г. директором по производству А. А.В. были выданы письменные задания для мастера цеха ( на л.д. 152) и письменное задание для мастера ФИО1 от 08.11.2018г.

ФИО1 получил задания, что подтверждается подпись работника. Однако эти задания он не выполнил, что подтверждается служебной запиской от 08.11.2018г. директора по производству А. А.В., ( л.д. 150) и его служебной запиской от 09.11.2018г. а также актами о предложении работнику дать письменные объяснения на лд. 151 от 07.11.2018г. и от 09.11.2018г. по невыполнению задания от 08.11.2018г. Работник, истец ФИО1 отказался давать письменные объяснения по данному факту ( на л.д 149).

Таким образом, опровергается довод истца в том, что истцом не было выполнено задание только за 07.11.2018г, поскольку истец не приступил к выполнению задания за 08.11.2018г., порученные ему задания от 01.11.2018г. и от 02.11.2018г. истец выполнил, и претензий к нему со стороны работодателю по ним не имеется. 

В суде представитель ответчика утверждал, что на момент отказа от выполнения задания директора по производству ФИО1 ознакомился с должностной инструкцией, однако все равно отказался от выполнения задания ( на л.д 144- акт от 01.11. 2018г. об отказе работника ФИО1 с ознакомлением должностной инструкции). Данное обстоятельство подтвердили в суде допрошенные свидетели Д. Д.Г. и А. А.В.

Тот факт, что в письменное задание адресовано «для мастера ФИО1а» без указания инициалов не имеет существенного значения, поскольку данные письменные задания поручил на руки лично истец ФИО1, и в момент получения у него не было сомнений, что именно ему директор по производству поручает выполнить эти письменные задания. 

Довод истца о том, что для выполнения поручений директора по производству от 07.11.2018г. и от 08.11.2018г. было недостаточно рабочего времени, судом не принимается, поскольку истец своевременно не поставил в известность об этом директора по производству А. А.В., и отказался предоставить письменные объяснения о причинах неисполнения трудовых обязанностей ( для применения дисциплинарного взыскания), хотя при этом истцу разъяснялись положения ст. 193 ТК РФ.

В судебном заседании истец, по сути, не оспаривал то, что задания, указанные в поручениях директора по производству А. С.В. 07.11.2018г. и 08.11.2018г. входят в его должностные обязанности мастера цеха. 

Приведенные выше обстоятельства подтвердили в суде допрошенные свидетели Д. Д.Г. и А. А.В.

При изложенных обстоятельствах, исследовав и оценив все представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что у работодателя имелись основания для привлечения работника к дисциплинарной ответственности на основании названных приказов№№: 141 (выговор), 143 (замечание), 144 ( выговор) и 112 от 12.11.2018г. ( об увольнении с работы по основанию п.5 ч.1 ст. 81 ТК РФ- неоднократное нарушение трудовой дисциплины, в отказе от исполнения письменных поручений директора по производству).

На л.д. 158- копия приказа№112 от 12.11.2018г. об увольнении истца с работы по основанию п.5 ч.1 ст.81 ТК РФ, с приказом истец ознакомился 12.11.2018г, копию приказа получил, о чем имеется его личная подпись. 

Судом установлено, что сроки привлечения к ответственности работодателем не нарушены с учетом правил ст. 14 Трудового кодекса РФ; до объявления взыскания от работника были истребованы объяснения; копии приказов доведена до сведения работника-истца, что подтверждается соответствующими письменными актами об отказе в подписи истцом в ознакомлении; приказы об объявлении дисциплинарных взысканий подписаны уполномоченным лицом; при выборе меры дисциплинарной ответственности работодателем соблюдены требования ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ.

Таким образом, суд приходит к выводу о правомерности привлечения истца ФИО1 к дисциплинарной ответственности, как в виде замечаний, выговоров так и в виде увольнения в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, поскольку факт неоднократного неисполнения возложенных на него служебных обязанностей нашел подтверждение в ходе рассмотрения дела, порядок, процедура и сроки применения к истцу названных дисциплинарных взысканий со стороны работодателя были соблюдены. Данные выводы суд основывает на оценке представленных по делу доказательств в их совокупности, с учетом, представленных в материалы дела документов, чем судом подробно указано выше.

Учитывая, что суд признает необоснованными и не подлежащими требования истца о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности № от ДД.ММ.ГГГГ, №№ от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ.; признании незаконным приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) мастера цеха производственного участка, следовательно не полежат удовлетворению и последующие требования истца о: возложении обязанности издания приказа об увольнении работника по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ от 13.02.2018г. и внесением в трудовую книжку записи об увольнении по указанному основанию; взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 209266,14 руб.; компенсации морального вреда 300000 руб. и судебных расходов 26300 руб. 

Руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ 

Р Е Ш И Л:

Признать необоснованными и отказать в удовлетворении требований ФИО1 к АО «Рустехногрупп» о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ.; признании незаконным приказа №112 от 12.11.2018г. о прекращении ( расторжении ) трудового договора с работником (увольнении) мастера цеха производственного участка; возложении обязанности издания приказа об увольнении работника по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ от 13.02.2018г. и внесением в трудовую книжку записи об увольнении по указанному основанию; взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 209266,14 руб.; компенсации морального вреда 300000 руб. и судебных расходов 26300 руб. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда, в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья