Судья Осипов Н.В. 

Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Санкт-Петербург 28 октября 2021 года 

Ленинградский областной суд в составе: 

председательствующего судьи Городничевой Т.В.,

при секретаре Буйко А.А.,

с участием: 

государственного обвинителя - прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Орлова И.С.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Сарварова И.А.., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевшего Потерпевший №1 и его представителя- адвоката ФИО5, представившей удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе потерпевшего ФИО6, апелляционной жалобе адвоката Сарварова И.А., в защиту интересов осужденного ФИО1, на приговор Кингисеппского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, несудимый, 

осужден по ч.3 ст. 264 УК РФ к 3 (трем) годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 (два) года.

На основании ст.73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком на 2 (два) года, с возложением на осужденного определенных обязанностей.

Гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 удовлетворен частично: взыскано с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 

<

данные изъяты> рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Приговором разрешен вопрос о мере пресечения, вещественных доказательствах.

Выслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Сарварова И.А., поддержавших апелляционную жалобу адвоката, возражавших против апелляционной жалобы потерпевшего, прокурора Орлова И.С., возражавшего против удовлетворения доводов апелляционных жалоб, потерпевшего Потерпевший №1 и его представителя – адвоката ФИО5, поддержавших доводы апелляционной жалобы потерпевшего, возражавших против удовлетворения жалобы защитника, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что являясь лицом, управляющим автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в период с 06 часов 25 минут по 06 часов 33 минуты на участке автодороги «

<

данные изъяты>» со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя в совершении преступления не признал, указал, что утром ДД.ММ.ГГГГ выехал на автомашине «

<

данные изъяты>» г.р.з. № с прицепом г.р.з. №, по дороге из 

<

адрес> в 

<

адрес>. Он двигался на 100-м километре автодороги «

<

данные изъяты>», выехал из-за поворота и увидел, что ему навстречу движется фура, которую не было видно из-за поворота. Друг-друга толком не видели, поскольку оба ехали с большой скоростью. Он не смог затормозить, не успел ничего сделать. Увидел, что фура движется навстречу ему, вроде и по своей полосе, но в то же время начинает заезжать и на его полосу движения. Тогда он интуитивно дернул руль в правую сторону. Через мгновение его выкинуло на обочину, он вылез из машины. 

В апелляционной жалобе адвокат Сарваров И.А. выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

По мнению автора жалобы, предварительное следствие по делу проведено не полно, с обвинительным уклоном, доводы, приводимые его подзащитным о непричастности к совершенному преступлению, надлежащим образом не проверены, судебное следствие происходило с нарушением принципа состязательности и равноправия сторон в процессе.

Указывает, что сторона защиты подавало на имя следователя ходатайство о проведении следственного эксперимента, для воссоздания обстановки на месте ДТП, установления трассологических следов столкновения автомобилей в период времени и погодных условиях, соответствующих ДТП, в проведении которого следователем было отказано с учетом требований ст.6.1 УПК РФ.

Отмечает, что с учетом того, что свидетелей и очевидцев данного ДТП не установлено, поэтому не понятно, как без проведения следственного эксперимента, были назначены и проведены автотехнические экспертизы, сделан вывод о виновности ФИО1

Обращает внимание, что ФИО1 был ознакомлен с постановлением о назначении экспертиз и с заключением данных экспертиз после возбуждения в отношении него уголовного дела, и тем самым следователь лишил прав ФИО1, предусмотренных ст.198 УПК РФ, а именно: знакомиться с постановлением о назначении экспертизы при её назначении, право заявить отвод эксперту или ходатайство о проведении экспертизы в конкретном экспертном заведении, ходатайствовать о постановке эксперту дополнительных вопросов, присутствовать при производстве экспертизы.

Указывает, что в ходе производства доследственной проверки были изъяты показания тахографов автомобилей, участвовавших в ДТП, однако указанные показания тахографов, имеющие значение для дела, с целью установления скорости движения автомобилей, отсутствую и не приобщены к делу.

Обращает внимание, что также отсутствуют сведения о перегрузе автомобиля 

<

данные изъяты> более чем на 50% общей массы, сведения о грузе, его характеристиках и данных о загрузке автомобиля цементом. Указанные обстоятельства имеют значение для специалистов- автотехников с целью установления механизма ДТП, влияния перегруза на движение автомобиля, на его торможение, на сцепление шин автомобилей с дорожным покрытием, на механизм столкновения и расположение автомобилей на проезжей части, как до ДТП, так и после.

Указывает, что в ходе судебного следствия защите было отказано в проведении следственного эксперимента, отказано в истребовании показаний тахографов автомобилей, участвовавших в ДТП, отказано в истребовании на Сланцевском цементном заводе «

<

данные изъяты>» сведений о загрузке автомобиля 

<

данные изъяты>.

Обращает внимание, что в ходе судебного следствия было приобщено к материалам уголовного дела заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ (трасолого-автотехническое исследование), согласно которому водитель ФИО1 не имел возможности предотвратить данное ДТП, и наоборот водитель ФИО7 имел объективную возможность предотвратить данное ДТП. Указанное заключение признано судом недопустимым доказательством. При этом суд первой инстанции не устранил противоречия, возникшие в судебном заседании, не дал им оценку, не назначил повторную или дополнительную экспертизу в порядке ст.207 УПК РФ.

Отмечает, что свидетель Свидетель №1, допрошенный в судебном заседании, показал, что им составлялся протокол осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, после чего он повез ФИО1 на медицинское освидетельствование. Когда он привез его обратно, понятых уже не было. Так как дорога к тому времени высохла, то свидетель обнаружил на ней следы на полосе движения цементовоза, предположительно от соприкосновения кабины, рамы с проезжей частью. Сделал фотографии, в дальнейшем передал их в следственный отдел. Так как понятых уже не было, свидетель не стал заносить указанные следы в протокол осмотра и схему ДТП. С учетом изложенного защита полагает, что данная схема ДТП должна быть признана недопустимым доказательством. 

Указывает, что судом не дана оценка фрагментам кузова автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО7, которые находились на полосе движения автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО1, что свидетельствует, по мнению адвоката, что автомобиль 

<

данные изъяты> на полосу встречного движения, и указанные следы зафиксированы в фото таблице и осмотрены в судебном заседании.

Полагает, что свидетели ФИО19, Свидетель №1, Свидетель №2 не являлись очевидцами данного ДТП, их показания являются предположениями, поэтому суд, который принял за основу показания косвенных свидетелей, построил приговор на предположениях. Считает, что в данной ситуации должна действовать презумпция невиновности ФИО1, все сомнения должны трактоваться в пользу последнего. 

Оценивая доказательства в их совокупности, автор жалобы обращает внимание, что материалы уголовного дела содержат прямые доказательства невиновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №1 полагает, что приговор суда подлежит изменению в связи с тем, что судом по настоящему делу не в полной мере выполнены требования, предусмотренные п.4 ст.389.15, ч.2 ст.389.18 УПК РФ.

Полагает, что характер подсудимого, непризнание им своей вины и обстоятельства совершения преступления не в достаточной степени учтены судом и не могли служить основанием к применению ст.73 УК РФ.

Обращает внимание, что подсудимый просил публично у него прощение не за то, что нарушил правила дорожного движения, в результате чего погиб его (Потерпевший №1) брат, а за то, что в тот день он выехал на работу. Считает, что судом несправедливо применены данные извинения, как обстоятельство, смягчающее наказание по ч.2 ст.61 УК РФ, так как ФИО1 в своей речи заявил, что это он (потерпевший) и его (потерпевшего) родители должны просить прощения у его родителей, а не он у них.

Отмечает, что все судебное следствие подсудимый пытался свою вину переложить на его погибшего брата.

Считает, что суд неправильно применил уголовный закон, назначил наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности подсудимого. По мнению автора жалобы, наказание является несправедливым вследствие чрезмерной мягкости, и приговор подлежит изменению в части назначения ФИО1 наказания с реальным лишением свободы.

Потерпевший также не согласен с суммой компенсации, взысканной судом. Указывает, что за время, прошедшее с момента смерти брата, боль утраты только усилилась, родители страдают от потери старшего сына, стали чаще жаловаться на плохое самочувствие. После смерти брата осталось двое несовершеннолетних детей, которые очень тяжело пережили смерть отца, он старается помочь им и утешить. Полагает, что суд не учел в полной мере степень его нравственных страданий и некорректное поведение подсудимого в суде, в связи с чем считает, что заявленный им иск должен быть удовлетворен в полной мере. 

Просит изменить приговор, назначить ФИО1 наказание, связанное с изоляцией его от общества без применения ст.73 УК РФ, удовлетворить его исковые требования о взыскании с ФИО1 в его пользу компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Сарварова И.А. потерпевший Потерпевший №1 просит апелляционную жалобу адвоката Сарварова И.А. оставить без удовлетворения, изменить приговор по доводам, изложенным в его (потерпевшего) апелляционной жалобе.

В возражениях на апелляционные жалобы адвоката Сарварова И.А. и потерпевшего Потерпевший №1 старший помощник Кингисеппского городского прокурора ФИО8 полагала, что приговор суда в отношении ФИО1 является законным, обоснованным, мотивированным, а назначенное наказание справедливым, оснований для отмены или изменения приговора не имеется. 

Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы, а также – возражений потерпевшего и государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения приговора, исходя из следующего.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре, достоверность которых сомнений не вызывает. 

Так, из показаний свидетеля ФИО9 следует, что ФИО7 работал у него водителем с ДД.ММ.ГГГГ года, управлял автомобилем «

<

данные изъяты>», который был технически исправен, на котором ФИО7 работал с ДД.ММ.ГГГГ года. ФИО7 всегда следовал по маршруту Сланцевский цементный завод-Санкт-Петербург. В 05 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ происходила загрузка сухим цементом на заводе. На место ДТП он прибыл в 07 часов, где увидел ФИО1. Шел ливень. 

Из телефонограммы (т.1 л.д. 2), поступившей в ОМВД России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ в 06 ч. 33 м. следует, что на 12 км от 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие. 

Из показаний свидетеля Свидетель №1, инспектора ДПС отдельной роты ДПС № по 

<

адрес> и 

<

адрес>, следует, что утром ДД.ММ.ГГГГ по сообщению о дорожно-транспортном происшествии от дежурного он выехал на 101 километр в сторону 

<

адрес>. Шел сильный дождь. На месте дорожно-транспортного происшествия он увидел два грузовика: один из них цементовоз, а другой –грузовик с контейнером. Оба находились по правой стороне полосы дорожного движения в сторону 

<

адрес>. ФИО2 цементовоза была сильно разбита. У второго грузовика поврежден прицеп. Он составлял схему к протоколу места дорожно-транспортного происшествия. Все фиксировалось со слов водителя грузовика с контейнером-ФИО1. После составления документов ФИО1 повезли в медицинское учреждение для установления состояния возможного алкогольного опьянения. Когда он прибыл обратно на место происшествия, дорога высохла, на ней проявились следы на полосе движения цементовоза от соприкосновения кабины, рамы автомашины цементовоза с проезжей частью. Поскольку понятые уже были отпущены, он не мог внести данную информацию в протокол. Сделал фотографии, сохранил себе на флешнакопитель, в дальнейшем передал в следственный отдел. Полагает, что столкновение произошло на полосе движения цементовоза.

Из протокола осмотра указанного флешнакопителя (т.2 л.д. 57-59), следует, что в его памяти имеется 6 фотографий с места дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ на 100 км(+680 метров) автодороги «

<

данные изъяты> 

<

адрес>, которые вместе с двумя фотографиями осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ были записаны на оптический диск.

Из протокола осмотра вышеуказанного оптического диска (т.2 л.д. 62-65), следует, что на одном из фото установлено, что проезжая часть на момент фиксации сухая, на проезжей части нанесена дорожная разметка. На полосе движения автомобиля «

<

данные изъяты>» со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> имеется осыпь стекла, пластика, грязи, различных деталей автомобилей, а на полосе движения автомобиля «

<

данные изъяты>» со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> имеются повреждения дорожного покрытия в виде царапин, оставленные нижней частью кабины автомобиля «

<

данные изъяты>» в момент дорожно-транспортного происшествия.

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия, схемы и фототаблицы от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 49-62), следует, что при осмотре автодороги «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес> на 100 км (+680м) установлено, что покрытие – асфальт, мокрый, видимость с выключенными фарами составляет 0 метров, с включенными светом дальних фар-100 метров, ближних фар-50 метров; автомобиль «

<

данные изъяты>» направлен в сторону 

<

адрес>, расположен на правой по ходу движения обочине, полуприцеп развернут перпендикулярно проезжей части в кювете, находится на расстоянии 553 метра до задней оси автомобиля «

<

данные изъяты>», который расположен на левой полосе по ходу движения; осыпь стекла и пластика расположена на правой полосе проезжей части длиной 68,5 метров, шириной 8 метров; на месте происшествия также обнаружен труп мужчины с повреждениями.

Согласно показаниям потерпевшего Потерпевший №1, погибший ФИО7 приходился ему братом. В 09 ч. 30 м. ДД.ММ.ГГГГ ему позвонила супруга брата- ФИО20 и сообщила, что его брат разбился в дорожно-транспортном происшествии в районе 

<

адрес>.

Согласно оглашенных показаний свидетеля ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ он выехал на автобусе, в качестве водителя, из 

<

адрес> в сторону Эстонской Республики по автодороге «Нарва». Было темное время суток, пасмурная погода, шел дождь. Ехал со скоростью около 85 км/час, в 

<

адрес> заехал в 06 ч. 25 м. В этот момент в зеркало заднего вида он увидел грузовой автомобиль, который ехал за ним на небольшом от него расстоянии. Когда они доехали до прямого участка дороги, двигавшаяся за ним грузовая автомашина, обогнала его и двигавшийся впереди него легковой автомобиль. Когда грузовой автомобиль его обгонял, он заметил, что прицеп указанного грузового автомобиля носило по дороге из стороны в сторону, при этом сама кабина двигалась прямо. Скорость у грузового автомобиля была больше, чем скорость его автобуса и скорость легкового автомобиля. После чего грузовой автомобиль скрылся за поворотом. Когда он проехал указанный поворот, спустя полторы минуты, увидел на проезжей части грузовой автомобиль, кабина которого находилась в кювете справа по его направлению движения, а прицеп-цистерна располагалась на его полосе движения почти перпендикулярно. У данного грузового автомобиля была повреждена кабина. Примерно в 50 метрах от данного автомобиля он увидел в правом по ходу его движения кювете тот автомобиль, который ранее его обгонял. Он был направлен в сторону 

<

адрес>, также как и прицеп, а контейнер, стоящий на нем, развернуло под углом почти 90 градусов. По его мнению, при повороте, прицеп грузового автомобиля с контейнером выкинуло на полосу встречного движения, по которой ехал грузовой автомобиль с цистерной, в результате чего и произошло столкновение. Он осуществлял на свой мобильный телефон фото и видео фиксацию места дорожно-транспортного происшествия.

Из протокола осмотра диска (т.2 л.д. 46-47, 48-50) следует, что запись осуществлена устройством с места водителя в темное время суток при объезде грузового автомобиля, кабина которого находится в кювете справа, а прицеп-цистерна располагается на правой полосе движения почти перпендикулярно, кабина данного транспортного средства повреждена, примерно в 50 метрах от данного автомобиля в правом кювете находится еще один грузовой автомобиль, контейнер, стоящий на прицепе, развернуло под углом почти 90 градусов.

Из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что ДД.ММ.ГГГГ он ехал на работу на своем автомобиле. После 06 часов 00 минут двигался по автодороге «Нарва» в 

<

адрес> в темное время суток, было пасмурно, шел дождь, дорожное покрытие асфальтированное- мокрое. На проезжей части была нанесена дорожная разметка- сплошная линия. Он двигался по своей полосе движения со скоростью 80-90 км/час. Сзади него двигался грузовой автомобиль- цементовоз с прицепом зеленого цвета. В процессе движения водитель цементовоза совершил обгон его транспортного средства, не создавая помех в движении ни ему, ни другим участникам движения. Затем цементовоз скрылся из вида за поворотом в левую сторону. Он услышал громкий хлопок, доехал до данного поворота и увидел на дороге массу обломков, цементовоз, который ранее его обгонял, который располагался на противоположной обочине. Он остановился и позвонил по номеру «112», сообщив о случившемся. Полагает, что в данном дорожно-транспортном происшествии виноват водитель контейнеровоза, так как последний был пустой, его могло вынести на полосу встречного движения, то есть на полосу, по которой двигался цементовоз.

Согласно осмотра транспортных средств и фото таблиц (т.2 л.д. 19-20, 21-23, 31-32, 33-34), автомобиль «

<

данные изъяты>», г.р.з. №, внешних повреждений не имеет, у полуприцепа без марки №, повреждена рама, с левой стороны сорваны с креплений мосты, три левых колеса в сборе, контейнер полуприцепа имеет повреждения по центру, левый задний фонарь сорван с креплений; автомобиль «

<

данные изъяты>», г.р.з. №, имеет полную деформацию кабины; на полуприцепе 

<

данные изъяты>, внешних повреждений не обнаружено.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №-Э от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 107-120), смерть ФИО17 наступила от тупой сочетанной травмы головы, шеи, груди, живота, верхних и нижней конечности, с множественными переломами костей черепа, тела 5 шейного позвонка, ребер, левой лопатки, локтевых, лучевых костей, бедренных костей, надколенников, правых малоберцовой и большеберцовой костей, правой таранной кости, 1-3 плюсневых костей в верхней трети, проксимальной фаланги 1 пальца правой стопы, 5 плюсневой кости левой стопы в верхней трети, левой таранной кости, с кровоизлияниями под оболочки и желудочки головного мозга, под мягкую мозговую оболочку спинного мозга, под плевру в области переломов ребер, клетчатку грудного отдела аорты, с разрывами плевры в области переломов левых ребер, аорты, селезенки, брыжейки тонкой и толстой кишки, большого сальника, осложнившейся отеком головного, спинного мозга, легких, кровоизлияниями в левую плевральную и брюшную полости, жировой эмболией ветвей легочной артерии слабой степени. Даная сочетанная травма состоит в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием от ДД.ММ.ГГГГ. 

Как следует из заключения эксперта №/Э/А/1556-19 от ДД.ММ.ГГГГ автотехнической судебной экспертизы (т.1 л.д. 148-186), автомобиль «DAF FT» перед столкновением двигался в сторону 

<

адрес>; автомобиль «

<

данные изъяты>» перед столкновением двигался в сторону 

<

адрес>; первоначальный контакт транспортных средств произошел между кабиной автомобиля «

<

данные изъяты>» в районе левой двери и 10 ребра жесткости контейнера автомобиля «

<

данные изъяты>». После контактирования автомобиль 

<

данные изъяты>» под действием инерционных сил продолжил движение вперед, а под действием угловых ускорений и крутящего момента разворачивался вокруг своего центра тяжести по часовой стрелке и занял положение, отраженное в протоколе осмотра места происшествия и схеме к нему. После контактирования автомобиль «

<

данные изъяты>» под действием инерционных сил продолжил движение вперед, а под действием угловых ускорений и крутящего момента разворачивался вокруг своего центра тяжести по часовой стрелке и занял положение, зафиксированное в протоколе осмотра места происшествия и схеме к нему.

Как следует из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ судебной-автотехнической экспертизы (т.1 л.д. 198-237), водитель автомашины «

<

данные изъяты> с полуприцепом ФИО7 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями п.10.1 абзац 2 Правил дорожного движения РФ, а именно: при обнаружении опасности для движения в виде двигавшегося во встречном направлении по полосе его движения полуприцепа автомашины «

<

данные изъяты> должен принять возможные меры к снижению скорости движения вплоть до остановки. При этом согласно представленным для производства экспертизы материалам, в действиях ФИО7ю несоответствий требований Правил дорожного движения РФ с технической точки зрения не усматривается. Водитель автомобиля «

<

данные изъяты>, с полуприцепом ФИО1 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями пунктов 9.1(1) и 9.10 Правил дорожного движения РФ, а именно: не выезжать на предназначенную для встречного движения полосу, если она отделена линией разметки 1.1, а также обеспечивать безопасный боковой интервал до встречного направления движения. В действиях ФИО1 с технической точки зрения усматриваются несоответствия требованиям пунктов 9.1(1) и 9.10 Правил дорожного движения РФ, при полном и своевременном выполнении которых (при осуществлении движения без выезда на полосу встречного направления движения) он располагал возможностью предотвратить имевшее место дорожно-транспортное происшествие. Указанное водителем автомобиля «

<

данные изъяты> с полуприцепом ФИО1 и отраженное в схеме к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия место столкновения транспортных средств с технической точки зрении наиболее вероятно является несостоятельной. Место столкновения автомобиля «

<

данные изъяты>, и автомобиля «

<

данные изъяты> наиболее вероятно располагалось в полосе первоначального движения автомобиля «

<

данные изъяты> (правой по направлению 

<

адрес>) в области расположения места начала отнесенных ко второй группе следов (глубоких выбоин, задиров и царапин).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ автотехнической судебной экспертизы (т.2 л.д. 8-16), водитель ФИО1 в своих действиях должен был руководствоваться требованиями п.1.3 (дорожной разметки 1.1) Правил дорожного движения РФ. В действиях водителя ФИО1 усматривается несоответствие требованиям указанных пунктов Правил дорожного движения РФ. В случае полного выполнения требований Правил дорожного движения РФ водитель ФИО1 имел возможность избежать столкновения, следуя по своей стороне проезжей части. Версия водителя ФИО1 относительно места столкновения на стороне проезжей части автомобиля «МАН» с технической точки зрения не состоятельна. Усматривается механизм происшествия, при котором полуприцеп автомобиля «МАН» перед столкновением выехал на сторону проезжей части автомобиля «DAF». Произошло встречное столкновение левой стороной кабины автомобиля «DAF» с левой стороной полуприцепа «МАН». Силы удара проходили в стороне от центров тяжести транспортных средств и вызвали их разворот. В процессе столкновения автомобиль «DAF» сместился несколько вправо под действием поперечной составляющей силы удара. После столкновения автомобиль «DAF» в результате разворота против часовой стрелки (при столкновении) и контакта с дорогой стал смещаться влево (относительно направления своего движения) и выехал на встречную сторону дороги. Полуприцеп автомобиля «МАН» при ударе получил вращение против часовой стрелки, стал двигаться с боковым юзом и смещением вправо, увлекая за собой тягач. В результате автомобиль «МАН» с полуприцепом выехал вправо за пределы проезжей части. Столкновение автомобиля «DAF» с полуприцепом автомобиля «МАН» произошло на стороне проезжей части автомобиля «DAF».

Также вина ФИО1 подтверждается и другими доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и подробно приведенными в приговоре.

Указанные и иные доказательства, приведенные в приговоре, полно и объективно исследованы в судебном заседании, их анализ, а равно их оценка, подробно изложены в приговоре. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Вся совокупность доказательств является достаточной для установления виновности осужденного ФИО1 в совершении инкриминированного ему деяния.

Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего и свидетелей при даче показаний в отношении осужденного, оснований для оговора ими осужденного, равно как и существенных противоречий в их показаниях об юридически значимых обстоятельствах дела, ставящих эти показания под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1, судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд первой инстанции обоснованно критически оценил показания ФИО1 о том, что автомашина под управлением погибшего ФИО17 начинала заезжать на его полосу движения, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие, поскольку показания последнего полностью опровергаются исследованными судом доказательствами, подробно приведенными в обжалуемом приговоре.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах и соответствуют им.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, вывод суда о том, что водитель ФИО1, управляя технически исправным транспортным средством «МАН», в нарушение п.9.10 и п. 9.1.1 ПДД РФ, не обеспечил безопасный боковой интервал до встречного направления движения и пересек линию дорожной разметки 1.1 ПДД РФ, выехал на полосу дорожного движения, предназначенную для встречного движения, где произвел столкновение с двигающимся во встречном направлении грузовым автомобилем «DAF» под управлением водителя ФИО7, что повлекло за собой по неосторожности для ФИО1 смерть потерпевшего ФИО7, и между нарушением Б.В.АБ. правил дорожного движения и наступившими последствиями в виде причинения смерти ФИО7 имеется прямая причинно-следственная связь, сделан на основании оценки и анализа заключений судебно-автотехнических экспертиз в совокупности с иными доказательствами по делу, подробно приведенными в приговоре в том числе в совокупности с показаниями свидетелей Свидетель №1, ФИО16 и Свидетель №2. Данный вывод суда аргументирован, подтверждается материалами уголовного дела, протоколом судебного заседания, и оснований не согласиться с указанным выводом у суда апелляционной инстанции не имеется.

Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела на основе совокупности рассмотренных в судебном заседании доказательств и обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления и правильно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Нарушение ФИО1 указанных требований правил дорожного движения РФ находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения смерти ФИО7

Суд апелляционной инстанции не соглашается с доводами о том, что суд не учел всех обстоятельств, которые существенно могли повлиять на выводы суда. Исходя из положений ст. 73 УПК РФ, на основе совокупности исследованных доказательств судом достоверно установлено, какие конкретные пункты Правил дорожного движения были нарушены водителем ФИО1 в сложившейся дорожной ситуации, и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Право осужденного на защиту нарушено не было. Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 были разъяснены процессуальные права, как на стадии предварительного следствия, так и в судебном заседании. Защиту осужденного на стадии предварительного следствия и в суде осуществлял адвокат Сарваров И.А, позиция которого по уголовному делу - соответствовала позиции ФИО1 

Судебное разбирательство проведено в установленном законом порядке при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Из протоколов судебных заседаний следует, что участникам процесса судом были созданы необходимые условия для реализации предоставленных им процессуальных прав и осуществления ими процессуальных обязанностей, все ходатайства сторон были в установленном законом порядке разрешены, с заслушиванием мнений сторон по каждому ходатайству, по ним судом приняты законные и обоснованные решения. 

Выводы суда основаны, в том числе, на заключениях трех автотехнических судебных экспертиз, которые согласуются с иными доказательствами по делу. При ознакомлении с назначением данных судебных автотехнических экспертиз, а также с заключениями указанных судебных автотехнических экспертиз в ходе предварительного следствия ФИО1 и его защитником –адвокатом не заявлялось каких-либо возражений, а также дополнений и ходатайств. В ходе предварительного расследования все заявленные стороной защиты ходатайства разрешались по существу, по ним были приняты обоснованные решения. 

Дело расследовано и рассмотрено в соответствии с требованиями закона, судом тщательно проверены доводы стороны защиты о невиновности осужденного, которые не нашли своего объективного подтверждения.

Заключения экспертов по проведенным по делу: судебно-медицинской экспертизы и трех судебно-автотехнических экспертиз, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, и судом первой инстанции правильно сделан вывод о том, что данные экспертизы научно обоснованы, в них изложены все необходимые данные и обстоятельства, исследованы необходимые документы и материалы дела, даны ответы на все поставленные вопросы, указанные заключения согласуются с иными доказательствами по делу. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции после исследования представленного стороной защиты заключения специалиста № ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ в совокупности с иными доказательствами по делу, обоснованно признал данное заключение недопустимым, поскольку материалы уголовного дела специалисту для дачи заключения не передавались, специалист не был предупрежден перед производством исследования за дачу заведомо ложного заключения.

Утверждения стороны защиты о том, что приговор построен на предположениях, поскольку за основу суд принял показания косвенных свидетелей ФИО21 Свидетель №1 и Свидетель №2, суд неправильно определил юридически значимые обстоятельства по делу, поскольку стороне защиты было отказано в проведении следственного эксперимента, в истребовании показаний тахографов автомобилей, в истребовании сведений о загрузке автомобиля «DAF», являются несостоятельными по изложенным выше основаниям.

Суд полно и объективно исследовал все юридически значимые для дела обстоятельства, дал правильную оценку всем доказательствам- как каждому в отдельности, так и их совокупности. Положенные в основу обвинения ФИО1 доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость сомнений не вызывает.

Показания допрошенных по делу лиц, а также письменные доказательства были оценены судом в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Данных о необъективности суда, допущенной в отношении ФИО1, материалы уголовного дела не содержат.

Из материалов дела следует, что все следственные и процессуальные действия были проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, в связи с чем суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, и они получили надлежащую оценку в приговоре.

По мнению суда апелляционной инстанции, материалы дела в судебном заседании всесторонне исследованы и в дополнительной проверке не нуждаются.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного недопустимых доказательств, судом апелляционной инстанции не установлено, а также – не добыто сведений об искусственной создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов.

Каких-либо оснований полагать, что судебное разбирательство проведено с обвинительным уклоном, а стороне защиты судом чинились препятствия к сбору и предоставлению доказательств, судом апелляционной инстанции не установлено. 

По вопросу предоставления и исследования доказательств суд, прежде чем закончить судебное следствие, обсуждал возможность его окончания с учетом исследованных доказательств, на что все участники процесса возражений не высказали. Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что права участников процесса, в том числе и осужденного, нарушены не были.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, регламентирующих порядок принятия судебного решения, а также ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого в отношении ФИО1 судебного решения, в ходе расследования настоящего дела и рассмотрения его судом не допущено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшего Потерпевший №1, при назначении наказания осужденному ФИО1 суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, сведения о личности виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Исследованием личности ФИО1 установлено, что он на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту регистрации характеризуется удовлетворительно, к административной ответственности не привлекался, воспитывает двоих малолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 судом правомерно признаны в соответствии с п. «г» ч.1 ст. 61 и ч.2 ст.61 УК РФ- наличие у осужденного малолетних детей и принесение публичных извинений потерпевшему Потерпевший №1.

Вывод суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы условно с применением ст.73 УК РФ, необходимости назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, а также – об отсутствии оснований для применения к осужденному положений ст.64 УК РФ, в приговоре надлежащим образом мотивирован и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Назначенное осужденному наказание соответствует требованиям закона, целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, и не является чрезмерно мягким.

В соответствии с ч.4 ст.42 УПК РФ по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом, в том числе при рассмотрении уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшего Потерпевший №1, указанное требование уголовно-процессуального закона судом первой инстанции соблюдено, размер возмещения в денежном выражении причиненного потерпевшему Потерпевший №1 морального вреда определен судом в соответствии с требованиями ст.ст.151, 1101 ГК РФ, с учетом индивидуального характера нравственных страданий, перенесенных потерпевшим, с учетом материального положения осужденного, в соответствии с требованиями разумности и справедливости.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 06 августа 2021 года в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Апелляционные жалобы адвоката Сарварова И.А. в защиту осужденного ФИО1, потерпевшего Потерпевший №1 - оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу. Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий -