Дело № 2-2165/2025

УИД 26RS0029-01-2025-006532-91

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 сентября 2025 года г. Пятигорск

Пятигорский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Приходько О.Н.

при секретаре Степаненко И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в Пятигорском городском суде Ставропольского края гражданское дело по исковому заявлению ФИО5а ФИО26 к ФИО5 ФИО27, ФИО1 ФИО28 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, встречному исковому заявлению ФИО1 ФИО28 к ФИО5 ФИО27, ФИО5у ФИО26 о признании добросовестным приобретателем недвижимого имущества, 

УСТАНОВИЛ:

Истец по первоначальному иску и ответчик по встречному ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3 и ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, в котором просил первоначально признать недействительной сделку - договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2025 года, заключенный между ФИО5 ФИО27 и ФИО4 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый номер № расположенного по адресу: 

<

адрес> Применить последствия недействительности сделки, погасив запись о регистрации права № № в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о регистрации права собственности за ФИО1 ФИО28 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый номер № расположенного по адресу: 

<

адрес>

Впоследствии ФИО2 уточнены в порядке ст. 39 ГПК РФ исковые требования, согласно которым окончательно просил:

Признать недействительной сделку — договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2025 года, заключенный между ФИО5 ФИО27 и ФИО1 ФИО28 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый номер № расположенного по адресу: 

<

адрес>

Применить последствия недействительности сделки путем приведения сторон в первоначальное положение, а именно:

погасить запись о регистрации права № № в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о регистрации права собственности на ФИО4 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый номер № расположенного по адресу: 

<

адрес>

исключить сведения о регистрации права ФИО1 ФИО28 в отношении недвижимого имущества: жилого дома с кадастровым номером 26№, общей площадью 173,6 кв.м.,

восстановить в регистрационных данных сведения о ФИО5 ФИО27 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый - номер № расположенного по адресу: 

<

адрес>.

В обоснование требований ФИО2 в исковом заявлении и его представителем ФИО7 АВ.С. в судебном заседании указано, что с 27 августа 2014 года ФИО5 ФИО26 состоял в зарегистрированном браке с ФИО5 ФИО27. Решением суда от 14 ноября 2022 года брак расторгнут.

В период брака стороны - супруги приобрели на совместные денежные средства по договору купли-продажи от 05.04.2017 года садовый участок площадью 353 кв.м., с кадастровым номером № расположенный по адресу: 

<

адрес>

Договор купли-продажи был заключен ответчиком ФИО5 ФИО27 от своего имени.

Указанное спорное имущество, приобретено сторонами в период брака, за счет общих доходов, регистрация права собственности на указанный объект недвижимости произведена на имя ФИО3, на данное имущество распространяется режим совместной собственности, поскольку сторонами брачный договор не заключался и иной режим имущества не предусматривался.

В связи с данными обстоятельствами истец обратился в суд с исковым требованием признании имущества совместно нажитым, признании долей супругов в совместно нажитом имуществе равными, разделе общего имущества супругов.

Решением Пятигорского городского суда от 14 августа 2024 года Признано совместно нажитым имуществом супругов ФИО5 ФИО26 №.р., паспорт № и ФИО5 ФИО27 № г.р., паспорт № следующее имущество: земельный участок площадью 353 кв.м., земли населенных пунктов, для садоводства, кадастровый номер № расположенный по адресу: 

<

адрес>

Произведен раздел совместно нажитого имущества супругов ФИО5 ФИО26 и ФИО5 ФИО27 и признаны доли супругов ФИО5 ФИО26 и ФИО5 ФИО27 в совместно нажитом имуществе: земельном участке площадью 353 кв.м., земли населенных пунктов, для садоводства, кадастровый номер № расположенном по адресу: 

<

адрес> - равными, определено по ХА доли каждому из супругов.

Признано за ФИО2 право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на объект недвижимости - земельный участок площадью 353 кв.м., земли населенных пунктов, для садоводства, кадастровый номер № расположенный по адресу: 

<

адрес>

Признано за ФИО3 право собственности на долю в праве общей долевой собственности на объект недвижимости - земельный участок площадью 353 кв.м., земли населенных пунктов, для садоводства, кадастровый номер № расположенный по адресу

<

адрес>

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 21 ноября 2024 года решение Пятигорского городского суда Ставропольского края от 14 августа 2024 года в части удовлетворения искового заявления ФИО2 к ПАО Сбербанк отменено. В отмененной части в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ответчику ПАО Сбербанк - отказано. В остальной части оставлено без изменения.

Судебным решением, вступившим в законную силу 21 ноября 2024 года, указанный земельный участок был признан совместно нажитым имуществом и разделен на равные доли.

В мае месяце 2025 года истец обратился в Росреестр за регистрацией права собственности согласно Решения Пятигорского городского суда, в регистрации было отказано с пояснениями, о том, что данное Решение исполнить не представляется возможным, так как на основании договора купли-продажи от 17.04.2025 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4, право собственности на указанный земельный участок зарегистрировано за ФИО4

Таким образом, истцу стало известно, что имущество, которое является совместно нажитым, продано ФИО3 без согласия истца, который также является собственником указанного недвижимого имущества.

Указанная сделка - заключение договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2025 года не может считаться законной и является недействительной сделкой.

Земельный участок, площадью 353 кв.м., кадастровый номер № расположенный по адресу: 

<

адрес>

<

адрес>, является их совместным имуществом, не является личным имуществом ФИО5 ФИО27, соответственно ответчик не имел право самостоятельно распоряжаться спорным недвижимым имуществом.

Истец не выражал свое волеизъявление производить отчуждение недвижимого имущества, и не давал своего согласия на его отчуждение. Нотариальное согласие на отчуждение указанного недвижимого имущества, как требует Закон в соответствии со ст.35 СК РФ, истцом не оформлялось и не выдавалось.

Кроме того ФИО3 и ФИО4 (т.к. не задолго до заключения договора истец с ним встречался и говорил о том, что данный земельный участок приобретен им совместно с супругой) достоверно было известно, что имущество является совместно нажитым в семье и о том, что имеется решение суда о разделе совместно нажитого имущества, однако, действовали вопреки нормам, в связи с чем, истец считает, что ответчики действовали недобросовестно.

Как следует из правоустанавливающих документов, нотариально удостоверенного согласия на совершение указанной сделки ФИО3 от супруга ФИО2 получено не было, таким образом, исходя из приведенных норм материального права считают, что заключенный 17.04.2025 года между ФИО3 и ФИО4 договор купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: Ставропольский 

<

адрес> кадастровый номер №, является недействительной сделкой, так как данная сделка заключена в нарушении положений п.3 ст.35 Семейного кодекса РФ, кроме того, ФИО3 продала не только имущество, которое принадлежит ей, но и имущество которое принадлежит на праве собственности согласно решению суда истцу. Просили первоначальный иск удовлетворить, в удовлетворении встречных исковых требований отказать. 

Ответчик ФИО4 не признавая исковые ФИО2 в полном объеме, обратился к ФИО2 и ФИО3 со встречными исковыми требованиями, согласно которым просил:

Признать ФИО4, добросовестным приобретателем земельного участка площадью 353 кв.м., кадастровым номер № расположенного по адресу: 

<

адрес>

В обоснование встречного искового заявления указал, что ранее земельный участок с кадастровый номером №, общей площадью 353 кв.м., принадлежал на праве собственности его супруге ФИО6 на основании договора купли-продажи от 03.07.2008 г.

Сразу после приобретения земельного участка, они приступили к строительству дома. По состоянию на октябрь 2011 г. готовность объекта строительства садового дома составляла 67 процентов. 

В связи с семейными обстоятельствами, учитывая близкие дружеские отношения, 05.04.2017 г. был, формально заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером № общей площадью 353 кв.м., между ФИО6 и ФИО3 Никаких денежных средств при этом не передавалась. Так как сделка была временной и формальной он продолжил строительство садового дома, вплоть до его оформления на праве собственности на свое имя. Истец не препятствовал строительству на протяжении многих лет. 

ФИО3 и ФИО2 находились в зарегистрированном браке и совместно проживали. С истцом и ответчиком они дружили семьями. ФИО3 является крестной матерью его дочери Алены ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а ФИО2 крестным отцом его сына Кирилла ДД.ММ.ГГГГ года - рождения.

Так как, практически он проживал в жилом доме по данному адресу с 2014 г., а его семья вселилась в 017 году, ФИО3 и ФИО2 неоднократно посещали его семью как в период с строительства жилого дома, так и после его возведения, о чем имеются фото-видео материалы.

В 2019 г. он обратился к ФИО3, просьбой переоформить земельный участок обратно на него или ФИО6, согласно ранее достигнутой договоренности, ФИО3 и ФИО2 не возражали, но потребовали в счёт уплаты за обратное переоформление 2 млн. рублей. Так как у него не было выхода, он согласился. 

Однако, оформить сделку сразу не представилось возможным, так как на все имущество, принадлежащее ФИО3, в том числе и на земельный участок с кадастровым номером № общей площадью 353 кв.м., был наложен арест. 

ФИО3 постоянно обещала погасить имеющуюся у нее задолженность, снять обременение и переоформить земельный участок. Но все заканчивалось лишь обещаниями и отсрочками по надуманным причинам.

В конце 2024 г., в связи с окончанием строительства, им было принято решение погасить всю задолженность, имеющуюся у ФИО3, с целью отмены всех арестов и оформлений сделки. Об этом он сообщил ФИО3

ФИО3 и ФИО2, а все решения они принимали совместно, потребовали с него 4 500 000 рублей в счет купли-продажи земельного участка. В случае его несогласия на этих условиях, переоформлять отказались.

Так каким были вложены значительные средства на строительство дома, он был вынужден согласиться.

17.04.2025 г. между им и ФИО3 заключен договор купли - продажи земельного участка с кадастровый номером № общей площадью 353 кв.м, за 4 500 000 рублей. Согласно п. 3 Договора купли-продажи, до подписания настоящего, Договора, покупатель передал 4 500 00 рублей, что является полной объекта, что является существенным условием настоящего Договора. 

После заключения договора купли - продажи и подачи документов в МФЦ для регистрации перехода права собственности в этот же день 17.04.2025 года с согласия и ведома ФИО3, он внес на счет ГОПС ГУ ФССП по СК в счет погашения задолженности ФИО3 денежные средства в размере 1257 586 рублей, после чего, аресты с земельного участка были сняты. 

Право собственности на земельный участок было зарегистрировано на ФИО4 21. 04.2025 г.

Так как к этому моменту полностью завершено строительство жилого дома, 13.05.2025 за ФИО4 было зарегистрировано право собственности на жилой дома с кадастровым номером 26:33:2700207:296 по адресу: Ставропольский край, г. Пятигорск, СНТ «Полиграфист», массив № 13, садовый участок 2.

При оформлении сделки никакие правовых препятствий не имелось.

ФИО2 фактически согласился на распоряжение земельным участком, поскольку:

с 2017 года не препятствовал строительным работам;

с 2017 года не заявлял никаких требований к нему, хотя знал о строительстве;

и лишь в мае 2025 г., как указано исковом заявлении ФИО2, при обращении в Росреестр за регистрацией права собственности, согласно решения Пятигорского городского суда от 14.08.2024 г., ему стало известно о договоре купли-продаже земельного участка от 17.04.2025 г. между им и ФИО3

О том, что между ФИО3 и ФИО2 решением мирового судьи от 14.11.2022 г. был расторгнут брак, 24.04.2024 г. выдано свидетельство о расторжении брака, а решением Пятигорского Городского суда от 14.08.2024 г. земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 353 кв.м, признан совместно нажитым имуществом с признанием за ФИО2 и ФИО3 права собственности на 1/2 доли в праве общей долевой собственности, ему известно не было.

Только после оформления права собственности на земельный участок и оформления дома на имя ФИО4, ФИО2 подал иск, что свидетельствует о злоупотреблении правом (ст. 10 ГК РФ).

При заключении договора купли – продажи ФИО4 проявил разумную степень осмотрительности заботливости, которая требовалась от него при совершении данной сделки. Были сняты аресты (обременения) за счёт ФИО4, получены выписки из Росреестра и праве собственности за продавцом, согласно сведений из которых ФИО3 была единственной собственницей земельного участка,- произвел процентную оплату до подписания договора. ФИО3 добровольно выдала нотариально удостоверенную доверенность на совершение указанной сделки.

Указанные обстоятельства по мнению ответчика свидетельствуют о том, что земельный участок был свободен от любых прав третьих лиц, а соответственно он - ФИО4 является добросовестным приобретателем. |

Как видно из всех обстоятельств дела с момента вынесения Пятигорским городским судом решения о признании имущества совместным и признания за ФИО2 права собственности на ? доли земельного участка от 14.08.2024 г. и до совершения сделки ФИО3, ФИО2 не предпринимал до мая 2025 г. никаких правовых действий по оформления за собой права собственности.

Он - ФИО4 добросовестно приобрел участок и построил дом, проверил право собственности продавца и отсутствие обременений на основании выписки из ЕГРН перед заключением сделки, погасил самостоятельно все имеющиеся задолженности продавца ФИО3, вложил значительные средства в строительство с согласия продавца и ее супруга, ответчика по настоящему делу.

Он не знал и не мог знать возможных притязаниях бывшего супруга ФИО3 - ФИО2, так как с 2017 г. не было возражений по строительству на данном земельном участке им жилого дома. О расторжении брака между супругами ФИО5 не знал, с семьей ФИО5 продолжали общаться семьями вплоть до совершения сделки купли-продажи 17.04.2025 г. Ответчик ФИО2 права собственности по судебному акту о разделе совместно нажитого имущества не зарегистрировал в ЕГРН (как видно из обстоятельств дела, предположительно умышленно, что подтверждается отсутствием даже попыток регистрации). Несмотря на расторжение брака, о чем ФИО4 не было известно, ФИО2?участвовал во всех переговорах по сделке, определения цены, получении денежных средств и встречах по оформлению сделки.

При таких обстоятельствах лишение ФИО4 прав на имущество недопустимо, так как это нарушит баланс интересов.

ФИО2 знал о сделке, но не оспаривал её. Покупатель ФИО4 добросовестно полагался на законность сделки.

Верховный Суд РФ последовательно придерживается принципа защиты добросовестного приобретателя, Особенно в случаях, когда третьи лица пытаются оспорить сделку в ущерб покупателю. Добросовестность приобретателя — главный критерий. Покупатель не знал и не должен был знать о нарушениях при совершении сделки. Принял разумные меры для проверки правомочий продавца. При таких обстоятельствах он сохраняет право собственности, даже если сделка оспаривается. 

В судебное заседание стороны, их представители, третьи лица, будучи надлежащим образом извещенными не явились. Ходатайств об отложении рассмотрения дела не поступило. 

Суд посчитал возможным рассмотреть гражданское дело при указанной явке. 

Ранее в судебном заседании представитель истца ФИО2- ФИО7 поддержала заявленные требования по основаниям указанным в исковом заявлении, при этом не подтвердила и не опровергла обстоятельства изложенные ответчиком и истцом во встречном исковом заявлении. Встречные исковые требования ФИО4 не признала по основаниям изложенным в письменных возражения ( т.1 л.д. 214-216, т.2 л.д. 6-7)

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО8 исковые требования ФИО3 признала в полном объеме, также не подтвердила и не опровергла факта получения денежных средств в заявленном размере продавцом ФИО3 по оспариваемой сделке купли - продаже от покупателя ФИО4 Пояснила, что ее доверитель вынуждена была заключить сделку и после заключения сделки к спорному имуществу она потеряла интерес. Встречные исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменной позиции по спору ( т.2 л.д. 11-13) 

Ответчик ФИО4 и его представители исковые требования ФИО2 не признали в полном объеме, по обстоятельствам изложенным в письменных возражениях ( т.1.л.д. 64-70, л.д.236-250), просили встречные исковые требования удовлетворить. 

Суд, ранее выслушав стороны, их представителей, третье лицо, свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, пришел к следующему:

Истцом, ФИО2, заявлен иск о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2025 г., заключенного между ФИО5 ФИО27 и ФИО1 ФИО28 в отношении недвижимого имущества: земельного участка площадью 353 кв.м, кадастровый номер № расположенного по адресу: Ставропольский край, г. Пятигорск, СЫТ «Полиграфист», массив № 13, садовый участок 2 (далее по тексту - Участок, спорный участок). Согласного уточненным исковым требованиям истец ФИО2 просит применить последствия недействительности сделки в виде исключения сведении о регистрации права ФИО4 в отношении недвижимого имущества: жилого дома с кадастровым номером №, общей площадью 173,6 кв.м.

Исковые требования ФИО2 основывает на положениях статьи 35 СК РФ регламентирующей порядок владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов и предусматривающей, что для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки. Опираясь на это, а также на положения статьей 166-168 ГК РФ, регламентирующих порядок и последствия признания сделки недействительной ФИО2 и требует признания недействительным договора купли – продажи недвижимости, заключенного 14 июня 2017 года между ответчиками по первоначальному иску ФИО3 и ФИО4 

ФИО4 заявлен встречный иск о признании ФИО4 добросовестным приобретателем земельного участка площадью 353 кв.м, кадастровый номер № расположенного по адресу: 

<

адрес>

Решением мирового судьи судебного участка №м 4 города Пятигорска от 14.11.2022 г. брак между ФИО2 и ФИО3 расторгнут, решением Пятигорского городского суда от 14.08.2024 г. спорное имущество признано совместно нажитым, произведен раздел совместно нажитого имущества и признаны доли супругов ФИО2 и ФИО3 равными по ? доли каждому. 

Земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 353 кв.м., ранее принадлежал на праве собственности супруге ФИО4 - ФИО6 на основании договора купли-продажи от 03.07.2008 г.

Сразу после приобретения земельного участка, супруги Ш-ны приступили к строительству дома. По состоянию на октябрь 2011 г. готовность объекта строительства садового дома составляла 67%, что подтверждено представленным суду техническим паспортом. Указанное стороной ответчика ФИО3 и представителем истца ФИО2 не оспаривалось. 

05.04.2017 г. заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером № общей площадью 353 кв.м, между ФИО6 и ФИО3. 

Ш-ны продолжали строительство садового дома, вплоть до его оформления на праве собственности, на имя ФИО4

Фактически земельный участок не выбывал из пользования семьи Ш-ных, они несли бремя его содержания, производили уплату налога на землю, коммунальные платежи за воду, за газ.

Согласно заключению специалиста № 2025/060601-3 от 06.06.2025, представленного в судебном заседании ФИО4, по результатам окончания строительства стоимость дома составила 10 485 000 руб.

Однако, в судебном заседании, представители ФИО7 и ФИО9 поясняли, что никакого дома не было вообще, как на момент оформления права собственности на ФИО3 в 2017 г., так и на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи от 17.04.2025 г., а было некое строение, но точно, что именно, пояснить не могут.

Вопреки доводам представителей ФИО3 и ФИО2, что они совместно не проживают длительное время, не общаются, а соответственно ФИО2 о сделке ничего не было известно, допрошенный в судебном заседании свидетель истца ФИО10 пояснил, что ФИО2 является его близким другом и он до настоящего времени проживает со своей супругой ФИО3 

Указанное обстоятельство подтвердили в судебном заседании третье лицо ФИО11, а также свидетели, как со стороны истца, так и со стороны ответчика. В частности свидетель со стороны истца Сукман, являющийся родным сыном ФИО3, который пояснил, что на протяжении длительного времени их семьи дружили, часто совместно отмечали различные праздники именно в указанном доме, где проживала семья Ш-ных. Дом строили именно Ш-ны, а он со своей семьей проживали рядом в съемном жилье. О том, что земельный участок принадлежал, его матери ему не было ранее известно.

Аналогичные показания дали свидетели ФИО12 и ФИО13

Как следует из показаний ответчика ФИО4 ему было известно, что ФИО3 и ФИО2 находились в зарегистрированном браке и совместно проживали. Он с истцом и ответчиком общались и дружили семьями. ФИО3 является крёстной матерью его дочери Алёны ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а ФИО2 крёстным отцом его сына Кирилла ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Он проживал в спорном доме с 2014 г., его семья вселилась в 2017 г., ФИО3 и ФИО2 неоднократно посещали его с семьей как в период строительства жилого дома, так и после его возведения, о чем имеются фото и видео материалы.

В 2019 г. ФИО4 обратился к ФИО3 с просьбой переоформить земельный участок обратно на него или его супругу ФИО14 

В указанный период на имущество, принадлежащее ФИО3, в том числе и на земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 353 кв.м., был наложен арест, в связи с наличием у ФИО3 задолженностей по кредитам и неизвестным платежам.

17.04.2025 г. между ФИО4 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, общей площадью 353 кв.м., за 4 500 000 рублей. 

Согласно п.3 Договора купли-продажи, до подписания настоящего Договора, покупатель передал продавцу денежную сумму в размере 4 500 000 рублей, что является полной оплатой стоимости объекта, что является существенным условием настоящего Договора.

17.04.2025 г. Шинкин внес на счет ГОСП ГУФССП по СК в счет погашения задолженности ФИО3 денежные средства в размере 157 586 рублей, после чего, аресты с земельного участка были сняты. Чеки по операциям от 17.04.2025 г. о внесении ФИО4 за ФИО3 на счёт ФССП вышеуказанной суммы представлены в судебном заседании. Данное обстоятельство представитель ФИО3 не отрицала.

Право собственности на земельный участок было зарегистрировано на ФИО4 21.04.2025 г.

13.05.2025 г. за ФИО4 было зарегистрировано право собственности на жилой дом с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>

Истец ФИО2 заявляет, что в мае 2025 г. при обращении в Росреестр за регистрацией права собственности, согласно решению Пятигорского городского суда от 14.08.2024 г., ему стало известно о договоре купли-продаже земельного участка от 17.04.2025 г. между ФИО4 и ФИО3

Между ФИО3 и ФИО2 решением мирового судьи от 14.11.2022 г. был расторгнут брак, 24.04.2024 г. выдано свидетельство о расторжении брака. Доказательств о наличии извещения ответчика ФИО4 о том, что супруги ФИО5 расторгли брак, на дату совершения спорной сделки, сторонами сделки, либо иными лицами, в деле нет. 

Как установлено в судебном заседании ФИО3 выдала нотариальную доверенность третьему лицу на продажу всего земельного участка, а не на принадлежащую ей на тот период 1/2 долю земельного участка.

Только после оформления права собственности на земельный участок и оформления дома на имя ФИО4 в 2025 г., истец ФИО2 обратился за оформлением своего права собственности на 1/2 доли земельного участка, то есть спустя полтора года после вынесения решения суда.

Статья 256 ГК РФ, указывает на то, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также полученное одним из супругов во время брака в дар или в порядке наследования, является его собственностью. 

Более детально понятие совместно нажитого имущества дано в нормах семейного законодательства, в частности статье 34 СК РФ, в соответствии с которой имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода.

Согласно ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Основания возникновения прав собственника и права собственности при нарушении его прав регламентированы ст.ст. 218, 302-304 ГК РФ.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли- продажи.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать своё имущество из чужого незаконно владения.

Согласно п.1 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело право его отчуждать, о чём приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или иным лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения помимо их воли.

Как предусмотрено статьями 55, 56 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В ходе судебного разбирательства, сторонами не было представлено доказательств, отвечающих требования относимости и допустимости, которые бы свидетельствовали о том, что спорное недвижимое имущество земельный участок, площадью 353 кв.м., кадастровый номер № расположенный по адресу: 

<

адрес> был приобретен на иных, отличающихся от указанных в договоре купли-продажи доли недвижимого имущества, условиях (т. 1 л.д. 136-37). Помимо этого отсутствуют сведения о том, что указанный договор после его подписания был оспорен либо отменён, признан недействительным.

В соответствии со статьей 2 СК РФ семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, брак между ФИО2 и ФИО3 расторгнут 14.11.2022 г. (т.1 л.д. 32,33)

Оспариваемый истцом договор купли – продажи недвижимости заключен 17.04.2025 г., то есть тогда, когда ФИО2 и ФИО3 перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 СК РФ, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Таким образом, исходя из положений вышеприведенных правовых норм, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению в ходе рассмотрения настоящего дела и разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, кроме установления полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом следовало установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

В соответствии со ст. ст. 12, 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Суд считает, что в ходе судебного разбирательства не было представлено никаких доказательств тому, что ФИО3 не имела права совершать оспариваемую сделку купли-продажи, а равно и доказательств тому, что ФИО2 возражал и был против заключения указанной сделки. 

В ходе судебного разбирательства были получены достоверные и неопровержимые доказательства тому, что ФИО3 на момент совершения сделки в соответствии с правоустанавливающими документами являлась собственником спорного недвижимого имущества. Наличие каких-либо ограничений на отчуждение спорного имущества не имелось. Сведений о том, что какие-либо лица, в том числе и истец ФИО2 заявляют претензии и претендуют на спорное имущество, отсутствовали. Как следует из пояснения стороны истца по первоначальному иску за регистрацией своего права собственности на ? долю земельного участка ФИО2 обратился уже после заключения оспариваемой сделки между ФИО3 и ФИО4 

Указанные обстоятельства подтверждается, исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, в том числе договором купли-продажи земельного участка от 05.04.2017 г. (т.1 л.д. 133-135).

Применительно к спорным правоотношениям именно ФИО2 должен доказать отсутствие своего согласия на продажу земельного участка, а также, что ФИО4 знал о его несогласии на отчуждение земельного участка. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации, ее статьями 1, 8 (часть 2), 18, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 40 (часть 1), в Российской Федерации как правовом государстве каждый вправе иметь в собственности имущество, владеть, пользоваться и распоряжаться им на основе принципов юридического равенства и справедливости, свободы экономической деятельности, в том числе свободы договора, защиты равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности; при этом право собственности и свобода договора как необходимые элементы конституционного статуса личности, наряду с другими непосредственно действующими правами и свободами, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Согласно Конституции Российской Федерации право собственности и иные имущественные права гарантируются посредством права на судебную защиту (статья 46, часть 1), которая в силу ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) должна быть полной и эффективной, отвечать критериям пропорциональности и соразмерности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников; возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, не иметь обратной силы и не затрагивать существо, основное содержание данных конституционных прав; сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей.

Неприкосновенность собственности и свобода договора являются необходимыми гарантиями беспрепятственного использования каждым своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, реализации иных прав и свобод человека и гражданина и надлежащего исполнения соответствующих обязанностей ("собственность обязывает") на основе принципов юридического равенства и справедливости и вытекающего из них критерия добросовестности участников правоотношений, в том числе в сфере гражданского оборота. Следовательно, под действие указанных конституционных гарантий подпадают имущественные права лица, владеющего вещью на законных основаниях, включая ее добросовестного приобретателя.

Правовая определенность закона является одним из необходимых условий стабильности и предсказуемости в сфере гражданского оборота, надлежащего уровня взаимного доверия между его участниками. Вместе с тем требование определенности правового регулирования, обязывающее законодателя формулировать правовые предписания с достаточной степенью точности, позволяющей гражданину сообразовывать с ними свое поведение - как запрещенное, так и дозволенное, не исключает использование оценочных или общепринятых понятий, значение которых должно быть доступно для восприятия и уяснения субъектами соответствующих правоотношений либо непосредственно из содержания конкретного нормативного положения или из системы взаимосвязанных положений, рассчитанных на применение к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций, либо посредством выявления более сложной взаимосвязи правовых предписаний, в частности с помощью даваемых судами разъяснений; именно судебная власть, действующая на основе принципов самостоятельности, справедливого, независимого, объективного и беспристрастного правосудия (статьи 10, 118 и 120 Конституции Российской Федерации), по своей природе в наибольшей мере предназначена для решения споров на основе законоположений, в которых законодатель использует в рамках конституционных предписаний оценочные понятия (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 апреля 2008 года N 7-П, от 5 марта 2013 года N 5-П, от 31 марта 2015 года N 6-П и от 4 июня 2015 года N 13-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 апреля 2009 года N 484-О-П).

Вытекающий из Конституции Российской Федерации, ее статей 1, 15 (части 1 и 2), 17 (части 1 и 3), 18, 21 (часть 1) и 49, принцип добросовестности участников правоотношений реализуется статьей 10 ГК Российской Федерации, которая устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5), а используемое в пункте 1 его статьи 302 оценочное понятие "добросовестный приобретатель" определено в самой норме - это приобретатель, который не знал и не мог знать, что лицо, у которого приобретено имущество, не имело права его отчуждать. Вместе с тем поскольку зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке, то и добросовестность приобретателя спорного имущества, зарегистрированное право на которое предполагается, может быть опровергнута только в результате рассмотрения конкретного дела в суде. Исходя из этого Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П пришел к выводу, что содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, не противоречат Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьей 302 данного Кодекса они не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом. Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что защита лица, считающего себя собственником имущества, возможна путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя, т.е. лица, которое не знало и не могло знать о том, что имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать.

Разъяснения, связанные с понятием «добросовестный приобретатель», содержатся, в совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно пункту 38 которого приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРП) было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества; в то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя; ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

В обзорах судебной практики по делам, связанным с истребованием имущества от добросовестных приобретателей, (утверждены Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 1 октября 2014 года и 25 ноября 2015 года) называются обстоятельства, учитываемые судами при решении вопроса о признании приобретателя добросовестным, в том числе наличие записи в ЕГРП о праве собственности отчуждателя имущества, была ли проявлена гражданином разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество; производился ли приобретателем осмотр помещения до его приобретения и ознакомился ли он со всеми правоустанавливающими документами; иные факты, обусловленные конкретными обстоятельствами дела, в том числе связанными с возмездностью приобретения имущества; при этом обязанность доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на истца.

Добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права. Соответственно, указанное законоположение в части, относящейся к понятию «добросовестный приобретатель», не может рассматриваться как неправомерно ограничивающее права, гарантированные Конституцией Российской Федерации, в том числе ее статьями 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 55 (часть 3).

Суд считает, что у ФИО4 отсутствовали основания сомневаться в правомочиях ФИО3 на отчуждение спорной недвижимости, поскольку сведения о ней, как о собственнике спорного имущества, были внесены в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним. Само недвижимое имущество имелось в наличии, признаков подделки правоустанавливающих документов не имелось, сведения об аресте, судебном споре в отношении спорной недвижимости на момент совершения сделки отсутствовали. В противном случае, регистрация права собственности ответчика на спорное недвижимое имущество регистрирующим органом не была бы произведена. ФИО4 как заявляет длительное время производил строительство садового дома на данном земельном участке, фактически проживал с семьей в указанном доме, ранее с семьей ФИО5 дружили семьями. Таким образом, покупателем ФИО15 были приняты все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение указанного имущества, он проявил осмотрительность и разумную осторожность при оформлении договора купли-продажи от 17.04.2025 г.

Указанные обстоятельства подтверждаются правоустанавливающими документами на имя предыдущего собственника спорного земельного участка, показаниями свидетелей. Судом установлено, что на момент совершения сделки между ФИО3 и ФИО4 у последнего отсутствовали сведения об аресте, судебном споре в отношении спорной недвижимости.

Между тем, истцом не представлено суду доказательств, отвечающих требованиям ст. 59 и 60 ГПК РФ, и достоверно свидетельствующих о том, что ответчики знали о его несогласии с продажей домовладения и земельного участка.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд считает, что не имеется оснований полагать, что ФИО15 заведомо должен была знать о несогласии истца на продажу ему спорного имущества. В материалах дела отсутствуют какие – либо доказательства, позволяющие установить, что ФИО4, приобретая у ФИО3 спорный земельный участок, был осведомлен о том, что истец по первоначальному иску ФИО2 был против продажи земельного участка. 

Поскольку в удовлетворении требований о признании сделки недействительными суд отказывает, отсутствуют основания и для применения последствий ее недействительности, предусмотренных ст. 167 ГК РФ. 

В уточненном исковом заявлении ФИО2 просит суд исключить сведения о регистрации права ФИО4 в отношении недвижимого имущества: жилого дома с кадастровым номером 26:33:270207:296, общей площадью 173,6 кв.м.

Подпунктом 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации закреплен принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Согласно п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В отношении недвижимого имущества законом установлено, что государственная регистрация прав на это имущество является юридическим актом признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на данное имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества. Государственная регистрация права в силу закона признается доказательством существования зарегистрированного права.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце четвертом п. 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (в том числе, если право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, применение данного способа защиты возможно при условии исчерпания иных способов защиты (признание права, виндикация) и установления факта нарушения прав и законных интересов заинтересованного лица.

По смыслу вышеприведенных правовых норм и разъяснений выбор способа защиты вещного права, квалификация спорного отношения судом и разрешение вещно-правового конфликта зависит от того, в чьем фактическом владении находится спорное имущество.

Возможность обращения с требованием о признании права собственности на недвижимое имущество отсутствующим предоставлена лицу, в чьем владении находится спорное имущество, являющемуся одновременно с другим лицом собственником этого имущества в силу записи в ЕГРН. Удовлетворение такого требования возможно, если истец является владеющим собственником недвижимости, право которого зарегистрировано в ЕГРН.

Иск о признании права отсутствующим относится к искам о правах на недвижимое имущество. При этом обязательным основанием иска о признании права отсутствующим является отсутствие у другого лица (ответчика) титула (основания) возникновения данного права на конкретный объект и наличие такового у истца.

В соответствии со ст. 1 Федеральный закон от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственный кадастровый учет недвижимого имущества предполагает внесение в Единый государственный реестр недвижимости сведений о земельных участках, зданиях, сооружениях, помещениях, машино-местах, об объектах незавершенного строительства, о единых недвижимых комплексах, а в случаях, установленных Федеральным законом, и об иных объектах, которые прочно связаны с землей, то есть перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно (далее также - объекты недвижимости), которые подтверждают существование такого объекта недвижимости с характеристиками, позволяющими определить его в качестве индивидуально определенной вещи.

Ответчиком по иску, направленному на оспаривание зарегистрированного права или обременения, является лицо, за которым зарегистрировано спорное право или обременение (п. 53 Постановления N 10/22).

Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРН.

Таким образом, иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим по смыслу указанного пункта постановления является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

Дом является недвижимой вещью, прочно связанной с земельным участком (ст. 130 ГК РФ).

Исключение сведений о регистрации права в отношении недвижимого имущества: жилого дома с кадастровым номером № площадью 173,6 кв.м., по мнению истца является последствием признания сделки купли-продажи земельного участка № № недействительным, с чем суд не может согласиться, поскольку исковых требований относительно оспаривания возведения строения на спорном земельной участке, либо иного искового требования в отношении жилого дома истцом ФИО2 к ответчику ФИО4 не заявлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО2 о признании недействительным договора купли – продажи недвижимого имущества от 17.04.2025 года, заключенного между ФИО5 ФИО27 и ФИО1 ФИО28 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый номер №, расположенного по адресу: Ставропольский край, г. Пятигорск, с/т « Полиграфист», массив №м13, садовый участок 2 и применении последствий недействительности сделки в виде погашения записи о регистрации права № № в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о регистрации права собственности на ФИО4 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый номер №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, исключения сведений о регистрации права ФИО1 ФИО28 в отношении недвижимого имущества: жилого дома с кадастровым номером №, общей площадью 173,6 кв.м., восстановления в регистрационных данных сведения о ФИО5 ФИО27 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый - номер №, расположенного по адресу: 

<

адрес> – удовлетворению не подлежат.

Согласно п.3.1. Постановление Конституционного Суда РФ от 21.04.2003 N 6-П "По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 и ФИО20" «Когда по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело право его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке ст. 302 ГК РФ с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество /виндикационный иск /. Если же в такой ситуации собственником заявлен иск о признании сделки купли-продажи недействительной и о применении последствий ее недействительности в форме возврата переданного покупателю имущества, и при разрешении данного спора судом будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований в порядке ст. 167 ГК РФ должно быть отказано».

Следовательно, права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя /безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др./

По мнению суда, истец ФИО2 не лишен возможности защитить свои права и интересы, если они по его мнению нарушены ответчиками, иным установленным статьей 12 Гражданского кодекса РФ способом.

Как следует из встречного искового заявления, поддержанного в судебном заседании истцом по встречному иску и его представителем, ФИО4 в обоснование своих доводом указывает, что спорное имущество приобретено им по возмездному договору, после заключения оспариваемого договора, ФИО15 обратился в регистрационный орган с заявлением о регистрации перехода права собственности на земельный участок и впоследствии зарегистрировал за собою право собственности на строение. 

Согласно ст. 35 Конституции РФ гражданам гарантировано право быть собственниками имущества, владеть, пользоваться, распоряжаться им. В соответствии со статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем признания права, иными способами предусмотренными законом.

В соответствии с ч. 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности могут возникнуть из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему, из судебного решения, установившего гражданские прав и обязанности. Права на имущество, подлежащее государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

В соответствии с п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 223 ГК РФ недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента государственной регистрации его права в ЕГРП, за исключением предусмотренных статей 302 ГК РФ случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Рассматривая требования истца по встречному исковому заявлению ФИО4 суд руководствуясь статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации и учитывая разъяснения, данные в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суд исходит из того, что возмездность приобретения сама по себе не свидетельствует о добросовестности приобретателя. Приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знала и не должна была знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

В условиях состязательности процесса, ФИО2 и ФИО3 как ответчиками по встречному исковому заявлению не было представлено суду свидетельств ставящих под сомнение приобретением ФИО4 спорного имущества каким – либо иным способом кроме договора купли – продажи недвижимого имущества от 17.04.2025 г. Так же сторонами не оспаривается возмездность указанного договора. 

Действующее процессуальное законодательство не содержит императивного требования о предъявлении встречного искового заявления о признании добросовестным приобретателем в случае, если сторона спора таковым себя полагает.

Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума ВАС Российской Федерации N 22 от 29.04. 2010г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неправомочным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Признание добросовестным приобретателем, как самостоятельный способ защиты права, не указан ни в статье 12 ГК РФ, ни в главе 20 ГК РФ, выводы о добросовестности истца как приобретателя могут быть сделаны только при рассмотрении дела, основанного на положения п. 1 ст. 302 ГК РФ (при оспаривании истребования имущества из владения ответчика) и должны быть основаны на совокупности доказательств, исследованных при рассмотрении такого дела, однако иск предъявлен по другим основаниям.

В связи с изложенным суд приходит к выводу, что истцом по встречному иску избран ненадлежащий способ защиты права, поскольку в силу положений ст. 3 ГПК РФ в суд может обратиться только заинтересованное лицо, то есть лицо, чьи права, свободы или законные интересы нарушены.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 04.06.2013 N 19-КГ13-4

В ходе судебного заседания представителем ответчика ФИО8 заявлено признания иска ответчиком ФИО3

Признание иска ответчиком (ст. 39 ГПК РФ) это распорядительное действие, которое прекращает спор по существу. Однако если это нарушает права другого ответчика, суд может не принять признание (ч. 2 ст. 39 ГПК РФ).

Суд (ст. 16 ГПК РФ) в таком случае проверяет, не нарушены ли права второго ответчик из-за признания иска. 

Признание ответчиком исковых требований, в данном случае в соответствии со ст. ст. 39, 173 ГПК РФ, не может быть принято судом и служить основанием для удовлетворения иска о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, поскольку это влечет нарушение прав второго участника сделки купли-продажи, в частности ФИО4

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5а ФИО26 к ФИО5 ФИО27, ФИО1 ФИО28 о признании недействительной сделки — договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.04.2025 г., заключенного между ФИО5 ФИО27 и ФИО1 ФИО28 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый номер № расположенного по адресу: 

<

адрес> применении последствий недействительности сделки путем приведения сторон в первоначальное положение, а именно:

погасить запись о регистрации права № № Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о регистрации права собственности на ФИО1 ФИО28 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый номер 26№, расположенного по адресу: 

<

адрес>

исключить сведения о регистрации права ФИО4 в отношении недвижимого имущества: жилого дома с кадастровым номером №, общей площадью 173,6 кв.м.

восстановить в регистрационных данных сведения о ФИО3 в отношении недвижимого имущества: земельного участка, площадью 353 кв.м., кадастровый - номер №, расположенного по адресу: 

<

адрес> – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО28 к ФИО5у ФИО26 и ФИО5 ФИО27 о признании ФИО1 ФИО28 добросовестным приобретателем земельного участка площадью 353 кв.м., кадастровым номер № по адресу: 

<

адрес> – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда в течение месячного срока со дня изготовления в полном объеме. 

Мотивированное решение изготовлено 25 сентября 2025 года.

Судья О.Н. Приходько