№ 2-34/2024

УИД 74RS0036-01-2023-000655-17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 февраля 2024 года г. Пласт 

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Петрова А.С.,

при секретаре Петровой О.А.,

с участием прокурора Бутюгиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ТТА к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда, взыскании компенсации в соответствии с п. 7.5.1 отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014 -2016 гг., к страховому акционерному обществу «ВСК» о взыскании страхового возмещения, штрафа,

иску МЕБ к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда,

иску РИА к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда,

установил:

ТТА (мать) обратилась в суд с иском (с учетом уточнений) к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее АО «ЮГК») о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью на производстве ее сына ШСГ в размере 5000000 руб., компенсации в соответствии с п. 7.5.1 отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014 -2016 гг. в размере 600000 руб.; к страховому акционерному обществу «ВСК» о взыскании страхового возмещения в соответствии со ст. 8 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» в сумме 2000000 руб., штрафа в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» в размере 50%.

В обоснование требований указала, что является матерью ШСГ, который был трудоустроен в АО «ЮГК». ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай в результате которого ШСГ погиб. По результатам расследования случай был признан несчастным случаем на производстве. В связи с гибелью близкого родственника ШСГ истец испытывает нравственные страдания. Указывает на то, что ей не была выплачена работодателем компенсация в соответствии с п. 7.5.1 отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014 -2016 гг. САО «ВСК» не была произведена своевременно страховая выплата в соответствии со ст. 8 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» в связи с чем подлежит взысканию штраф.

РИА. (сестра) обратилась в суд с иском к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее АО «ЮГК») о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью на производстве ее брата ШСГ в размере 2000000 руб.

В обоснование указала, что ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай в результате которого ШСГ погиб. По результатам расследования случай был признан несчастным случаем на производстве. В связи с гибелью близкого родственника ШСГ она испытывает нравственные страдания.

МЕБ (сестра) обратилась в суд с иском к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее АО «ЮГК») о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью на производстве ее брата ШСГ в размере 2000000 руб.

В обоснование указала, что ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай в результате которого ШСГ погиб. По результатам расследования случай был признан несчастным случаем на производстве. В связи с гибелью близкого родственника ШСГ она испытывает нравственные страдания.

Истцы ТТА, РИА, МЕБ. в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом, ходатайствовали о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель ответчика АО «ЮГК» в судебном заседании участия не принимал, извещен судом надлежащим образом.

Представитель ответчика САО «ВСК» в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом.

Заслушав заключение прокурора, о необходимости частичного удовлетворения исковых требований, исследовав и оценив представленные письменные доказательства, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцами требований, и их частичном удовлетворении в связи со следующим.

В силу п.1 и п.2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ владелец источника повышенной опасности обязан возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

В соответствии с п.1 ст.1068 Гражданского кодекса РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как следует из п. 3 ст. 8 Федерального закона №125-ФЗ от 24.07.1998г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем СО 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 143 УК РФ. По факту нарушения неустановленными лицами из числа руководителей АО «ЮГК» требований охраны труда, повлекших причинение ДД.ММ.ГГГГ смерти работникам ШСГ ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также БАС ДД.ММ.ГГГГ года рождения в шахте «Центральная» 

<

адрес>.

Постановлением Заместителя руководителя СО 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ указанное уголовное дело в отношении ЧЮА, ВЕА, по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 216 УК РФ по прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием состава в их деяниях состава преступления.

Указанным постановлением установлено, что в период времени с 03.00 час. до 06.30 час. ДД.ММ.ГГГГ в блоке № горизонта 700 метров в шахте «Центральная» АО «ЮГК» в 

<

адрес> произошел обвал горной породы, которой придавило, находящиеся в блоке работников ШСГ, БАС и БМС В результате чего ШСГ и БАС причинена смерть, БМС причинен тяжкий вред здоровью.

Решением Пластского городского суда Челябинской области от 11 сентября 2019 года вступившим в законную силу 17 октября 2019 года по гражданскому делу № по иску БМС к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ на шахте «Центральная» АО «ЮГК» участок «Север» произошел обвал горной массы, проходчики БМС, БАС и ШСГ оказались под завалами горной массы, в результате чего проходчики БАС и ШСГ погибли, БМС получил многочисленные телесные повреждения.

Также указанным решением установлено и следует из акта № о несчастном случае на производстве Формы Н-1, что по факту несчастного случая на производстве была создана комиссия по расследованию несчастного случая с тяжелым исходом и проведено расследование, по результатам которого составлен акт № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ формы Н-1. 

Как следует из указанного акта, комиссией установлено, что причинами несчастного случая являются: нарушение технологического процесса: ведение очистных работ в подэтажном штреке № блока № гор. 700 м при отсутствии крепи на участке штрека протяженностью 6 м., ведение очистных работ в двух сближенных параллельных жилах, расположенных на расстоянии 18-20 метров друг от друга, что привело к наложению зон концентрации горного давления и увеличению значений напряжений в краевых частях очистных пространств; ведение горных работ с оставление неотработанных целиков в блоках по жиле; нарушение требований ст. 9, 11 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п. 7, 8, 10, 11, 19, 24, 37, 83 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11 декабря 2013 года № 599; неудовлетворительная организация производства работ в части отсутствия на предприятии службы прогнозов и предупреждения горных ударов; недостаточный производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности на шахте «Центральная»; нарушение ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации; нарушение работниками трудового распорядка и дисциплины труда (п. 6.6. правил внутреннего трудового распорядка).

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, признаны: главный инженер АО «ЮГК» ЧЮА, не обеспечивший производственный контроль за соблюдением работниками опасных производственных объектов требований промышленной безопасности: создание службы прогноза и предупреждения горных ударов; главный технический руководитель по охране труда и промышленной безопасности АО «ЮГК» ШВГ, не обеспечивший производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте; начальник шахты «Центральная» ТЕА, не обеспечивший производственный контроль за соблюдением работниками опасных производственных объектов требований промышленной безопасности, не обеспечил создание службы прогноза и предупреждения горных ударов; главный инженер шахты «Центральная» ВЕА, не обеспечивший производственный контроль за соблюдением работниками опасных производственных объектов требований промышленной безопасности, не обеспечил создание службы прогноза и предупреждения горных ударов; заместитель главного инженера по промышленной безопасности и производственному контролю шахты «Центральная» БАВ, не обеспечивший систематический контроль соблюдения руководителями участков и служб действующих постановлений и распоряжений по предприятию, законодательных актов о труде, инструкций и норм по промышленной безопасности; начальник подземного горного участка «Север» шахты «Центральная» ВИН, не обеспечивший осуществление производственного контроля и создание безопасных условий труда на участке, контроля за соблюдением паспортов крепления; соблюдения технологического процесса; не проверившего качество выполнения работ во всех сменах; горные мастера подземного горного участка «Север» КО и ЗАВ, не обеспечившие безопасное производство работ, контроль за качеством крепления горных выработок при производстве работ, за соблюдением работниками правил охраны труда и промышленной безопасности, при обходе рабочих мест не проверил выполнение выданного наряда работникам; проходчик подземного горного участка «Север» БАС, который нарушил трудовой распорядок и дисциплину труда, в том числе находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения и самовольно покинул рабочее место без изменения наряд-задания горным мастером участка; проходчик подземного горного участка «Север» ШСГ, который нарушил трудовой распорядок и дисциплину труда, в том числе находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения и не возвел постоянную крепь в подэтажном штреке № блока № гор. 700 м на протяжении восьми метров между рудопусками; проходчик подземного горного участка «Север» БМС, который нарушил трудовой распорядок и дисциплину труда, в том числе не возвел постоянную крепь в подэтажном штреке № блока № гор. 700 м на протяжении восьми метров между рудопусками и самовольно покинул рабочее место без изменения наряд-задания горным мастером участка.

Проходчиком ШСГ были допущены нарушения п. 2.2 в части несоблюдения личной безопасности и безопасности товарищей по работе, не допускать риск, лихачество, которые могут привести к несчастному случаю и аварии; п. 3.4 в части несвоевременного крепления выработок материалами в соответствии с паспортами крепления, инструкции № по охране труда для рабочих подземных специальностей (общая); п. 1.3 инструкции № по охране труда для проходчиков в части несоблюдения правил внутреннего распорядка, действующего на предприятии; п. 6.6а правил внутреннего трудового распорядка в части нахождения на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения (0,6 промиле). Установлен факт грубой неосторожности со стороны проходчиков БАС, ШСГ в размере 25%. 

Из постановления заместителя руководителя СО 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, акта о несчастном случае формы Н-1, следует, что согласно заключения судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ШСГ наступила от множественной сочетанной травмы, в комплекс которой вошли следующие повреждения: открытая краниовертебральная травма: размозжение головы, открытые раны левой и правой половины головы, проникающие в полость черепа, с многооскольчатым фрагментарным переломом костей свода и основания черепа, разрывами твердой мозговой оболочки, размозжением головного мозга, перелома всех лицевых костей, ссадины и раны щечных областей, задней поверхности шеи, лобной области справа, инородные тела в полости черепа (фрагменты горной породы), разрыв левого атланто-затылочного сочленения, перелом отростков и дуги осевого позвонка, перелом 3 шейного позвонка с полным разрывом позвоночного столба и спинного мозга между 2 и 3 шейными позвонками, переломы тел и правых поперечных отростков 7 шейного-5 грудного позвонков справа; торакоабдоминальная травма: перелом 1-12 ребер слева по всем анатомическим линиям, 1-11 ребер справа по нескольким анатомическим линиям, перелом тела и отростков правой лопатки, разрыв верхней доли правого легкого, отрыв правого главного бронха, разрыв левого главного бронха, разрыв верхней полой вены, разрыв правой легочной артерии, гемоторакс справа 500 мл, слева 50 мл, разрыв сердечной сорочки, разрывы диафрагмальной поверхности правой доли печени, гемоперитонеум, разрыв правого надпочечника, разрыв мочевого пузыря; переломы костей таза: разрыв лобкового симфиза, переломы тела и ветвей левой лобковой кости, перелом тела левой подвздошной кости, разрыв правого подвздошно-крестцового сочленения; закрытый перелом костей правой голени: головки малоберцовой кости и ее диафиза в нижней трети, перелом диафиза большеберцовой кости в средней трети; ссадины правых предплечья и кисти, обоих бедер, передней брюшной стенки слева, рана левого плеча. Повреждения прижизненные, образовались одновременно, от действия тупых твердых объектов, обладающих значительной массой и травмирующей поверхностью, по механизмам удара, компрессии, раздавливания. 

В соответствии со ст. ст. 22, 212 Трудового кодекса РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте. 

В соответствии с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, который отметил, что закрепленное в абз. 2 п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абз. 2 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (ст. 20, ч. 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (ст. 41 ч. 1 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, положения абз. 2 п. 2 ст. 1083 и абз. 2 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (ст. 1 ч. 1; ст. 7 ч. 1, Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из ст. 55 ч. 3 Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

С учетом положений ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, абз. 5 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Однако доказательств отсутствия своей вины в несчастном случае на производстве в соответствии с требованиями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ ответчиком не представлено.

С учетом изложенного и выявленных комиссией нарушений, суд приходит к выводу о том, что работодателем не были обеспечены работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела достоверно установлено и ответчиком не опровергнуто, что несчастный случай, повлекший гибель ШСГ, произошел по вине работников Общества, нарушивших требования охраны труда и не обеспечивших безопасные условия труда погибшего. Ответственность за действия указанных лиц в силу ст. 1068 Гражданского кодекса РФ несет Общество как работодатель. Кроме того, ответчик как владелец источника повышенной опасности (опасного объекта) несет ответственность за причиненный вред. 

Из представленных свидетельств о заключении брака и расторжении брака, свидетельства о рождении следует, что ТТА ДД.ММ.ГГГГ года рождения является матерью ШСГ ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 14, 15, 16).

Из представленных свидетельств о расторжении брака, свидетельства о рождении следует, что РИА ДД.ММ.ГГГГ года рождения является сестрой ШСГ ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 1 л.д. 137, 138).

Из представленных свидетельств о расторжении брака, справок о заключении брака, свидетельства о рождении, объяснений сторон, следует, что МЕБ ДД.ММ.ГГГГ года рождения является сестрой ШСГ ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 1 л. 

<

...>, 164, 165).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В объяснениях в ходе судебного заседания и дополнении к исковому заявлению, истец ТТА указала, что ШСГ ее родной сын. Он был любящим ребенком, жили они рядом, общались дружно, вместе проводили праздники, виделись почти каждый день. Он был человеком открытой души. Работал бригадиром на шахте, где и погиб с бригадой, работал по 8-12 часов в день, иногда сутками не выходил из шахты. О происшествии на шахте ей сказала, соседка работавшая медсестрой. Потом сообщили, что ШСГ не могут три дня достать из шахты, объяснили, что это был выброс чего-то. Из руководителей шахты ей никто не сообщил, что сын погиб. После гибели сына по ее обращению ей и семье сына выплатили материальную помощь в сумме 500000 руб. на двоих. После смерти сына ее здоровье ухудшилось, начались провалы в памяти, она стала терять сознание. В марте заболела сильно, поставили на учет. Полагает, что все это связано с потерей сына, ее здоровье ухудшилось. Сын был единственной опорой в жизни. Ей тяжело о мыслях о сыне, о его несостоявшейся полноценной жизни, и о том, что она больше никогда его не сможет увидеть и общаться. Он часто сниться ей, она не может нормально спать. После его гибели испытала большой стресс.

В объяснениях в ходе судебного заседания и дополнении к исковому заявлению, истец РИА. указала, что ШСГ ее средний брат. Она работала поваром на шахте, виделись с ним каждый день, они здоровались, интересовались как дела друг у друга. Они всегда дружно общались, отмечали вместе праздники, семейные события, приходил в гости часто. Видела в последний раз его накануне смерти 22 апреля. Узнала о том, что ШСГ погиб, от матери. ШСГ был их общей опорой. Он им помогал, с какой бы просьбой не обратишься, по всем хозяйственным вопросам помогал. Когда приезжал с вахты всегда приходил в гости, примерно 2 раза в месяц. Созванивались часто. С 2015 по 2017 г. всегда часто виделись, никогда не конфликтовали, всегда виделись и общались. Ей тяжело о мыслях брате, о его несостоявшейся полноценной жизни, и о том, что она больше никогда его не сможет увидеть и общаться с ним. После его гибели испытала большой стресс.

В объяснениях в ходе судебного заседания и дополнении к исковому заявлению, истец МЕБ указала, что ШСГ ее младший брат, у них разница три года, они росли вместе. Она помогала и ухаживала за ним. До 16 лет были с ним «не разлей вода». Когда ШСГ пришел с армии жил у нее, помогал ей с ремонтом, помогал материально и по хозяйству. После того как он женился, стали видеться только по праздникам. О гибели ШСГ ей сообщила сестра по телефону, у нее был шок. После смерти ШСГ у нее пошатнулось здоровье, и потом признали онкологию. К брату она была очень привязана, ее сын тоже работал на шахте, с дядькой встречался часто, то что ШСГ погиб, очень большая потеря для их всех. Они с братом были очень близки, и ей очень тяжело, что ничем помочь не могут. Он звонил ей раз в неделю, а когда приезжал с вахты приходил в гости. Виделись по возможности, примерно раз в месяц. Он всегда интересовался чем может помочь, делами интересовался, помогал по хозяйству Ей тяжело о мыслях брате, о его несостоявшейся полноценной жизни, и о том, что она больше никогда его не сможет увидеть и общаться с ним. После его гибели испытала большой стресс, ухудшилось здоровье.

Суд учитывает ценность защищаемого права на жизнь и охрану здоровья, закрепленных в Конституции РФ, обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных истцами ТТА (матерью), РИА. (сестра) и МЕБ. (сестра) страданий в результате утраты сына, брата, смерть близкого человека, что является невосполнимой утратой, перенесением стресса и ухудшении общего самочувствия и состояния здоровья, нарушении семейных связей, что безусловно, влечет нравственные страдания.

С учетом изложенного, суд считает разумным и справедливым, с учетом установленных обстоятельств, определить размер подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда в пользу ТТА в размере 1500000 руб., в пользу РИА. в размере 700000 руб., в пользу МЕБ. в размере 700000 руб.

Разрешая требования искового заявления ТТА о взыскании компенсации в соответствии с п. 7.5.1 отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014 -2016 гг., суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 7.5.1 Отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014 - 2016 гг., действие которого продлено на 2017 - 2019 гг. Соглашением от 22.12.2016, в случае гибели работника в результате несчастного случая на производстве или острого отравления, связь с производственной деятельностью которого подтверждена материалами акта установленной формы, работодатель в качестве возмещения морального вреда выплачивает сверх установленных законодательством сумм единовременное пособие в размере не менее годового заработка на каждого члена семьи погибшего работника, включая нетрудоспособных и родившихся после его смерти детей (в случае беременности вдовы на момент гибели работника), исчисленного за последние 12 месяцев, в срок не более 6 месяцев со дня смерти работника. Иные формы и сроки выплаты возмещения определяются по соглашению между работодателем и семьей погибшего. Данное возмещение может производиться через страховые компании. Коллективным договором могут устанавливаться более высокие нормы материальной поддержки семьи погибшего. Указанные выплаты не производятся, если в законодательно определенном порядке установлено, что работник находился в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Истец РИА в исковом заявлении, по существу, настаивает на наличии у работодателя обязанности выплатить компенсацию морального вреда дважды: и по решению суда в сумме, определенной на основании положений ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, и в соответствии с п. 7.5.1 Отраслевого тарифного соглашения, в размере годового заработка погибшего работника. Однако данное утверждение истца ошибочно и основано на неверном толковании содержания указанного пункта. Предусматривая обязанность работодателя выплатить компенсацию морального вреда в размере годового заработка погибшего работника сверх установленных законом сумм, п. 7.5.1 Отраслевого тарифного соглашения фактически устанавливает минимальный размер такой компенсации, в котором она подлежит выплате в любом случае при доказанности факта гибели работника в результате несчастного случая на производстве. Слова "сверх установленных законом сумм" толкуется истцом как относящиеся к размеру компенсации морального вреда ошибочно, поскольку законодательно такой размер не установлен. В данном случае, речь идет об иных установленных законом суммах, в частности, страховых выплатах, предусмотренных ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ, сверх которых работодатель и обязан произвести выплату в счет возмещения морального вреда в размере годового заработка погибшего работника в силу п. 7.5.1 Отраслевого тарифного соглашения. 

Таким образом, вопреки мнению истца ТТА, положения п. 7.5.1 Отраслевого тарифного соглашения не свидетельствуют о наличии у истца ТТА права на получение компенсации морального вреда в размере среднегодового заработка сверх той суммы компенсации морального вреда, которая определена ей судом (1500000 руб.). 

Также, как установлено актом о несчастном случае Формы Н-1, ШСГ находился в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем в соответствии с п. 7.5.1 Отраслевого тарифного соглашения, предусмотренные указанным пунктом выплаты, не могут быть произведены.

При таких обстоятельствах в удовлетворении исковых требований ТТА о взыскании компенсации в соответствии с п. 7.5.1 отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014-2016 гг. следует отказать.

Также суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований ТТА к страховому акционерному обществу «ВСК» о взыскании страхового возмещения в соответствии со ст. 8 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» в сумме 2000000 руб., поскольку указанное страховое возмещение ей было выплачено в сумме 2000000 руб. на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, что не отрицалось истцом в судебном заседании.

Поскольку Закон Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» возникшие между сторонами спорные правоотношения по поводу выплаты страхового возмещения в связи с причинением вреда в результате аварии на опасном производственном объекте не регулирует, суд приходит к выводу об отказе ТТА в удовлетворении требований о взыскании штрафа на основании ч. 6 ст. 13 Закон Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей».

В соответствии с ч. 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Поскольку, истец освобожден от уплаты госпошлины, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст. ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ТТА к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда, взыскании компенсации в соответствии с п. 7.5.1 отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014-2016 гг., к страховому акционерному обществу «ВСК» о взыскании страхового возмещения, штрафа, - удовлетворить частично.

Исковые требования МЕБ к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Исковые требования РИА к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ТТА компенсацию морального вреда в размере 1500000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ТТА к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда, взыскании компенсации в соответствии с п. 7.5.1 отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2014 -2016 гг., и к страховому акционерному обществу «ВСК» о взыскании страхового возмещения, штрафа, - отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу МЕБ компенсацию морального вреда в размере 700000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований МЕБ о компенсации морального вреда – отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу РИА компенсацию морального вреда в размере 700000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований РИА о компенсации морального вреда – отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца с момента составления решения в окончательной форме через суд, вынесший решение.

Председательствующий Петров А.С.

Мотивированное решение суда изготовлено 16 февраля 2024 года.