Дело № 2-24/2020 20 января 2020 года

78RS0008-01-2019-000914-75 Санкт-Петербург

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой Н.А.,

при секретаре Шмыглиной П.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании договора уступки права требования недействительным, встречному исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО1 о признании договора заключенным и действительным,

с участием представителя ответчика ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально ФИО1 обратилась в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга к ИП ФИО2, просит признать договор уступки права требования от 05.10.2017 недействительным (л.д. 1-3 т. 1).

В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что в производстве Арбитражного суда Санкт-Петербурга находится дело по иску ИП ФИО2 к ООО «СК «Дальпитерстрой» о взыскании убытков, неустойки, штрафа. Основанием для предъявления требований является договор уступки права требования от 05.10.2017, якобы подписанный между ФИО1 и ИП ФИО2 между тем истец указанный договор не подписывала, поскольку ей подписывались пустые листы, которые в последствие были использованы матерью ответчика для составления договора уступки.

В последствие уточнив основания требований, истец просила признать недействительными договоры уступки права требования от 05.10.2017 и 21.11.2017 со всеми приложениями, также ссылаясь на неполучение денежных средств по договору цессии и на введение ее в заблуждение о правовой природе заключенной сделки (л.д. 76-85 т. 1, л.д. 1-19 т. 2). 

В ходе рассмотрения дела ответчиком предъявлено встречное исковое заявление о признании договора уступки права требования от 05.10.2017 заключенным и действительным (л.д. 196-200 т. 2).

В обоснование встречного иска ИП ФИО2 указывает, что им действий по фальсификации спорного договора не осуществлялось, договор является действующим, поскольку сторонами осуществлялись действия по его исполнению, так по договору переданы все сопутствующие документы, ФИО1 принимала участие в судебных заседаниях в Арбитражном суде Санкт-Петербурга и Ленинградской области при рассмотрении дела ИП ФИО2 к ООО «СК «Дальпитерстрой», претензий к исполнению договора не имела, по договору уступки ИП ФИО2 произведена оплата. Также указывает на наличие в действиях истца по первоначальному иску признаков злоупотребления правом. Кроме того, ответчик ссылается на пропуск истцом срока обращения в суд.

Истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО1 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, в связи с чем, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии истца.

Ответчик по первоначальному иску и истец по встречному иску индивидуальный предприниматель ФИО2, в судебное заседание не явился, ранее направил суду письменные возражения и ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 41 т. 1).

Представитель ответчика – ФИО3, действующая на основании доверенности 78 АБ 6750804 от 31.03.2019 сроком на 19 лет, в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала по основаниям, изложенным в письменных возражениях, просила в удовлетворении требований отказать. Требования встречного искового заявления поддержала, просила его удовлетворить.

Выслушав объяснения представителя ответчика, изучив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела между гражданкой ФИО1 (Цедент) и ИП ФИО2 (Цессионарий) заключен договор уступки права требования от 05.10.2017, измененный Дополнительным соглашением №1 от 23.10.2017 по условиям которого Цедент уступает цессионарию право требования возмещения расходов на устранение недостатков в квартире 

<

№>, допущенных при строительстве дома 

<

адрес> сумме 161 693 рублей 00 копеек, стоимости услуг по определению стоимости восстановительного ремонта в размере 7000 рублей, право требования пеней и штрафа в соответствии с нормами Закона «О защите прав потребителей», а также право требования иных штрафов неустоек, связанных с обязанностью Должника возместить ущерб, причиненный строительными недостатками в квартире (л.д. 7-8 т.1). Материалами дела подтверждается, что 12.10.2017 Цедентом переданы, а Цессионарием приняты документы, подтверждающие наличие задолженности о чем подписан соответствующий акт приема-передачи (л.д. 202 т. 2). В тот же день ФИО1 в адрес Должника (ООО «СК «Дальпитерстрой») направлено уведомление о переходе права требования к ИП ФИО2 (л.д. 206 т. 2). Согласно приобщенной к материалам дела копии Соглашения об оплате по договору уступки права требования от 05.10.2017 размер оплаты за уступаемое право составил 168 693 рублей 00 копеек (л.д. 203 т. 2). Заключенным 02.12.217 года Агентским договором (новацией) первоначальное обязательство цессионария перед цедентом было изменено на выплату ФИО1 80 % от суммы, подлежащей взыскании на основании исполнительного документа по находящемся в производстве арбитражного суда делу №А56-90871/2017, а также возмещение уплаченной государственной пошлины (л.д. 205 т. 2). В связи с поступлением в адрес ИП ФИО2 сообщения от ФИО1, Агентский договор от 02.12.2017 был расторгнут и прекращен (л.д. 10 т. 3). Как следует из копии Уведомления от 01.02.2019 ИП ФИО2 уведомил ФИО1 о переводе на ее банковский счет денежной суммы во исполнение обязательств по Договору уступки права требования от 05.10.2017 в размере 168 693 рублей 00 копеек (л.д. 13 т. 3). Принадлежность счета ФИО1 подтверждается копией Реквизитов счета, выданной ПАО «Сбербанк» (л.д. 204 т. 2). Перевод суммы размере 168 693 рублей 00 копеек подтверждается представленным в материалы дела копией банковского чек-ордера №68-19 от 01.02.2019 (л.д. 12 т. 3). Из приобщенной к материалам дела копии описи вложений в ценное письмо, 02.02.2019 по адресу регистрации ФИО1 направлено уведомление о платеже от 01.02.2019(л.д. 13 т. 3).

Также 21.11.2017 был составлен Договор уступки права требования по условиям которого ФИО1 уступила ИП ФИО2 право требования возмещения убытков, возникших в результате залития 15.08.2015 и 06.07.2016 квартиры 

<

адрес> (л.д. 46 т.1). Материалами дела подтверждается, что Цедентом переданы, а Цессионарием приняты документы, подтверждающие наличие задолженности о чем подписан соответствующий акт приема-передачи (л.д. 47 т. 1). Уведомлением, подписанным ФИО1, должник – ООО «УК «Единый город» был уведомлен о совершенной уступке права (т. 1 л.д. 49). Согласно приобщенной к материалам дела копии Соглашения об оплате по договору уступки права требования от 21.11.2017 размер оплаты за уступаемое право составил 98 489 рублей (т. 1 л.д. 48). Как следует из копии уведомления от 23.02.2019 ИП ФИО2 уведомил ФИО1 о переводе на ее банковский счет денежной суммы во исполнение обязательств по Договору уступки права требования от 21.11.2017 в размере 98 489 рублей (т. 1 л.д. 56). Принадлежность счета ФИО1 подтверждается копией Реквизитов счета, выданной ПАО «Сбербанк» (т. 1 л.д. 54). Перевод суммы размере 98 489 рублей подтверждается представленным в материалы дела копией банковского чек-ордера №82-19 от 23.02.2019 (т. 1 л.д. 55). Из приобщенной к материалам дела копии описи вложений в ценное письмо, 25.02.2019 по адресу регистрации ФИО1 направлено уведомление о платеже от 23.02.2019(т. 1 л.д. 57-58).

В производстве суда находилось дело №2-2585/2019 по иску ФИО1 к ИП ФИО2 о признании договора уступки права требования от 21.11.2017 недействительным. Истцом в рамках рассмотрения двух дел подаются в суд одинаковые документы, в связи с чем в рамках настоящего дела судом рассматриваются требования истца о признании недействительным договора уступки права требования от 21.11.2017.

В процессе рассмотрения дела - в связи с наличием у истца по первоначальному иску довода о подписании ею чистых листов на которых в последствии был нанесен текст оспариваемого договора, судом по ходатайству истца по первоначальному иску назначена судебная техническая экспертиза.

Производство экспертизы поручено Научно-исследовательскому институту судебных экспертиз. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Перед экспертами был поставлен следующие вопросы: «1. Какова последовательность внесения в дополнительном соглашении №1 от 23.10.2017 к договору уступки права требования от 05.10.2017 печатного текста документа и подписи от имени ФИО1 (что выполнено раньше); 2. В какой период выполнен документ – «реквизиты счета для рублевых и валютных зачислений на карту №4276**** **** 4643»?» (л.д. 21-23 т. 3).

В силу ч. 4 статьи 86, статьи 216 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с назначением экспертизы рассмотрение дела было приостановлено. 

После поступления 30 декабря 2020 года в материалы дела заключения экспертов от 05 ноября 2019 года №СЭ-1103-2019 рассмотрение дела возобновлено.

Согласно приобщенному к материалам дела заключению, отвечая на поставленные судом вопросы, экспертами сделан вывод, что по вопросу 1 последовательность нанесения (выполнения) печатного текста (в т.ч. и линий графления) дополнительного соглашения №1 от 23.10.2017 к договору уступки права требования от 05.10.2017, и подписи от имени ФИО1 следующая: первоначально на лист бумаги наносился печатный текст дополнительного соглашения №1, затем поверх печатного текста выполнялась подпись от имени ФИО1 (т.е. ранее – наносился печатный текст, затем - подпись); по вопросу 2 установить период времени выполнения документа «реквизиты счета для рублевых и валютных зачислений на карту №4276**** **** 4643» не подставляется возможным (л.д. 27-66 т. 3).

Суд не находит оснований ставить под сомнение достоверность заключения экспертизы. 

Заключение экспертизы от 05 ноября 2019 года №СЭ-1103-2019 получено без нарушения норм закона, подготовлено компетентными специалистами в соответствующих областях знаний, оснований сомневаться в компетентности и объективности экспертов не имеется, на основании п. 6 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» оно может быть признано допустимым доказательством в рамках настоящего дела и быть положено в основу решения суда. 

Доказательств, указывающих на недостоверность экспертизы от 05 ноября 2019 года №СЭ-1103-2019 либо ставящих под сомнение ее выводы, в материалах дела не имеется. 

Ходатайств о проведении повторной либо дополнительной экспертизы заявлено не было.

Исходя из норм ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами, действующим в момент его заключения.

В соответствии со п. 1 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.Согласно ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Согласно разъяснениям абз. 2 п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам. Вместе с тем на основании закона новый кредитор в силу его особого правового положения может обладать дополнительными правами, которые отсутствовали у первоначального кредитора, например правами, предусмотренными Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей».

В силу ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Согласно п. 2 ст. 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

В соответствии с разъяснениями абз. 1 п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 статьи 455 ГК Российской Федерации договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование). Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом. Соглашением сторон может быть предусмотрено, что будущее требование переходит позднее (пункт 2 статьи 388.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 389 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, должно быть зарегистрировано в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что договор, на основании которого производится уступка по сделке, требующей государственной регистрации, должен быть зарегистрирован в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом. Такой договор, по общему правилу, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации (пункт 2 статьи 389, пункт 3 статьи 433 ГК Российской Федерации). 

В отсутствие регистрации указанный договор не влечет юридических последствий для третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о его заключении, однако не может безусловно повлечь недействительность такого договора для его сторон в случае, если он заключен в соответствии с нормами гражданского законодательства.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», при наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу.

Материалами дела подтверждается воля ФИО1 на заключение и исполнение договора уступки права требования от 05.10.2017, договор составлен в письменной форме, подписаны обеими сторонами, что ими не оспаривается, заявлений о фальсификации подписей не заявлено, доказательств подложности документов в материалы дела не представлено. 

ФИО1 совершены конклюдентные действия направленные на исполнение условий договора, переданы документы, необходимые для исполнения договора цессии, направлено уведомление о переуступке прав, истец принимала участие в судебных заседаниях Арбитражного суда. 

Таким образом, у суда отсутствуют основания для признания оспариваемого ФИО1 договора уступки права требования от 05.10.2017.

Таким образом, факт фальсификации договора как единого документа в рассматриваемом случае не установлен, поскольку из представленных по делу письменных доказательств устанавливается предмет и существенные условия договора, а также фактическое исполнение сторонами этих условий.

Неоплата цессионарием цены уступаемого права не является основанием для признания сделки недействительной, а влечет иные правовые последствия, как то: право требовать оплаты цены договора либо расторжения договора.

Таким образом, у суда отсутствуют основания, позволяющие признать договор уступки права требования от 05.10.2017 недействительной сделкой.

В этой связи, встречное исковое заявление ИП ФИО2 также подлежит отклонению. 

В силу части 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

ФИО1 в ходе рассмотрения дела отвечающих требованиям главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств того, что при подписании соглашения ответчик ввел истца в заблуждение относительно природы сделки, в материалы дела не представила.

В соответствии с ч. 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В нарушение приведенной нормы доказательств, позволяющих суду сделать вывод о наличии порока воли при заключении оспариваемых сделок, либо доказательств, позволяющих сделать вывод о несоответствии сделок требованиям закона по его форме и содержанию истцом в материалы дела не представлено.

В ходе рассмотрения настоящего дела ответчиком по первоначальному иску заявлено о пропуске истцом срока для оспаривания договора уступки права требования от 05.10.2017.

В свою очередь ФИО1 ходатайствовала о восстановлении срока для оспаривания сделки, однако доказательств уважительности пропуска срока суду не представила.

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, для оспаривания рассматриваемой сделки установлен срок исковой давности - 1 год. Течение срока исковой давности начинается с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении его права.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 является участником гражданских дел №А56-111829/2017 и №А56-90871/2017, рассматриваемых Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по иску ФИО2 к ООО «УК «Единый город» и ООО «Строительная компания «Дальпитерстрой», которые рассматривались судом с 28.12.2017.

С учетом активной гражданской позиции ФИО1, участия ее в судебных разбирательствах по указанным делам, перепиской с представителем ответчика по первоначальному иску, она не была лишена возможности знать о наличии договора уступки права требований от 05.10.2017 в установленный законом срок. Об условиях договора уступки права требования от 05.10.2017 ФИО1 знала с момента передачи документов по указанному договору, что ею не оспаривается.

С настоящим требованием истец обратился в суд 08.02.2019, то есть за пределами годичного срока исковой давности.

В силу ст. 199 ГК Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Оснований предусмотренных законом для восстановления пропущенного срока для обращения в суд ФИО1. не указала, доказательств уважительности пропуска указанного срока суду не представила. С учетом изложенного суд первой инстанции приходит к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании договора уступки права требования недействительным отказать.

В удовлетворении встречного искового заявления индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО1 о признании договора заключенным и действительным отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме– с 27 января 2020 года путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга. 

Судья /подпись/ 

Мотивированное решение изготовлено 27 января 2020 года