Дело № 2-438/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 мая 2019 года

Свердловский районный суд г. Костромы в составе:

председательствующего судьи Морева Е.А.,

при секретаре Бебешко П.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения. Требования мотивированы тем, что 05.11.2013 года, 05.12.2013 года, 17.12.2013 года, 21.04.2014 года, 08.05.2014 года, 12.05.2014 года, 20.06.2014 года, 24.06.2014 года истец внес на расчетный счет №

<

***> ИП ФИО2 в качестве займа для осуществления предпринимательской деятельности по производству ювелирных изделий денежные средства на общую сумму 357 000 рублей. Непосредственно при перечислении денежных средств договор займа не подписывался. Ответчик обещал подписать договор займа после перечисления денежных средств на его счет, но впоследствии отказался заключать договор займа без объяснения причин. Факт перечисления денежных средств на расчетный счет ответчика подтверждается квитанциями от 05.11.2013 года, 05.12.2013 года, 17.12.2013 года, 21.04.2014 года, 08.05.2014 года, 12.05.2014 года, 20.06.2014 года, 24.06.2014 года. ФИО2 обязанность вернуть денежные средства признавала, возвращала их частями, а именно: 06.03.2014 года - 53200 рублей, 21.10.2014 года - 6500 рублей, 05.11.2014 года - 6500 рублей, 26.11.2014 года - 6500 рублей, 19.12.2014 года - 5400 рублей, 28.01.2015 года - 7000 рублей, 18.02.2015 года - 7000 рублей, 02.03.2015 года - 64000 рублей, 21.09.2016 года - 5000 рублей, 26.10.2016 года - 5000 рублей, 26.01.2017 года - 5000 рублей, 09.03.2017 года - 5000 рублей, 19.04.2017 года -5000 рублей. Всего ответчиком было возвращено 181100 рублей. 

Таким образом, сумма неосновательного обогащения на данный момент составляет 175 900 рублей. В досудебном порядке урегулировать спор не представляется возможным, так как ФИО2 отказалась исполнять свои обязательства по возврату денежных средств. Таким образом, сумма 181 100 рублей, перечисленная истцом ответчику, представляет собою неосновательное обогащение ответчика и подлежит возврату истцу. В соответствии с п. 2 ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами, размер которых за период с 22.11.2015 года 22.11.2018 г. составил 47648,01 руб. На основании изложенного истец просит взыскать с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 175900 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 47648,01 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 5435 рублей. 

Истец ФИО1 исковые требования в судебном заседании поддержал по основаниям указанным в иске. Дополнительно пояснил, что денежные средства передавал с целью развития бизнеса ответчика по изготовлению ювелирных изделий. В дальнейшем по договоренности с ответчиком она обязалась по его требованию вернуть денежные средства. Денежные средства предполагалось вернуть с прибылью. Истец по его требованию стала возвращать денежные средства. Однако в дальнейшем прекратила перечисление денежных средств на счет истца ссылаясь на тяжелое материальное положение. 

Представитель истца по ордеру адвокат Иванова О.В. в судебном заседании исковые требования истца поддержала по основаниям указанным в заявлении.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании не присутствует. В предыдущем судебном заседании исковые требования не признала, ссылаясь на то, что денежные средства истец передавал ей с целью развития совместного бизнеса. Данная договоренность подразумевала обоюдное несение риска. Из-за низкого спроса изготовление и продажа ювелирной продукции стала убыточной. В связи с чем она прекратила хозяйственную деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. Учитывая изложенное, считает, что оснований для возврата перечисленных ей денежных средств, не имеется.

Представитель ответчика по доверенности адвокат Егорова О.Н. в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что с 2013 по 2014 год истец с ответчиком совместно осуществляли предпринимательскую деятельность, бизнес был на паях: ответчик взяла кредит, а истец вложил денежную сумму, полагая, что будет прибыль и действовал в своих интересах. Они вели совместный бизнес, ИП было оформлено на ответчика. Ответчик выплатила истцу денежную сумму, которая являлась заработной платой. Договор займа между истцом и ответчиком не заключался. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 ст. 1102 ГК РФ).

По смыслу указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, как указано в статье 1109 Гражданского кодекса РФ: 1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; 2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; 3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; 4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне подлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Юридически значимыми и подлежащими установлению по делу являются обстоятельства, касающиеся того в счет исполнения каких обязательств истцом осуществлялись платежи, произведен ли возврат ответчиком данных средств, либо отсутствия у сторон каких-либо взаимных обязательств.

При этом именно на приобретателе имущества (денежных средств) лежит бремя доказывания законности и обоснованности приобретения имущества (денежных средств), а также доказывания и того, что лицо, требующее возврата, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, истец ссылается на то, что перечислил ответчику ФИО2 осуществлявшей предпринимательскую деятельность по производству ювелирных изделий на развитие бизнеса в период с 05.11.2013 г. по 24.06.2014 г. денежные средства на общую сумму 357000 рублей.

Факт перечисления ФИО1 денежных средств на указанную сумму на расчетный счет ФИО2 подтверждается представленными в материалы дела квитанциями: № от 05.11.2013 на сумму 25000 рулей., № от 05.12.2013 на сумму 50000 рублей, № от 17.12.2013 на сумму 250000 рублей, № от 21.04.2014 на сумму 2000 рублей, № от 08.05.2014 на сумму 5000 рублей, № от 12.08.2014 на сумму 5000 рублей, № от 20.06.2014 на сумму 5000 рублей, № от 24.06.2014 на сумму 15000 рублей.

В свою очередь ФИО2 в период времени с 06.03.2014 г. по 19.04.2017 г. осуществляла периодические платежи в пользу ФИО1, что подтверждается выписками по счету №, а также платежными поручениями: № от 06.03.2014 на сумму 53200 рублей, № от 21.10.2014 на сумму 6500 рублей, № от 04.11.2014 на сумму 6500 рублей, № от 26.11.2014 на сумму 6500 рублей, № от 19.12.2014 на сумму 5400 рублей, № от 28.01.2015 на сумму 7000 рублей, № от 18.02.2015 на сумму 7000 рублей, № от 01.03.2015 на сумму 64000 рублей (в качестве основания оплаты в платежных поручениях указано - за бухгалтерские услуги). Всего ответчиком на счет истца было перечислено 181 100 рублей.

Факт перечисления денежных средств как истцом, так ответчиком сторонами не оспаривался.

Вместе с тем, доказательств того, что между истцом и ответчиком заключен договор займа, материалы дела не содержат.

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО2 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя с 09.04.2013 года, прекратила деятельность 02.02.2016 года. Истец ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 04.05.2010 года по настоящее время.

Суд, исследовав и оценив вышеназванные документы, объяснения сторон и показания свидетелей, приходит к выводу, что ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих об обоснованном получении им оспариваемых денежных сумм, поскольку из этих документов не следует, что у истца возникли какие-либо обязательства по передаче денежных средств ответчику.

Между сторонами возникли правоотношения из неосновательного обогащения, поскольку истец передал денежные средства ответчику в целях инвестирования, однако последний свои обязательства в части возврата денежных средств не исполнил.

Доводы ответчика о том, что денежные средства вкладывались в совместный бизнес по производству ювелирных изделий с высокими рисками, суд находит несостоятельными, поскольку доказательств, указанных доводов ответчика, отвечающим требованиям относимости и допустимости материалы дела не содержат. Деятельность по изготовлению и торговле ювелирными изделиями в качестве индивидуального предпринимателя осуществляла именно ответчик, что следует из содержания выписки из единого реестра индивидуальных предпринимателей. В свою очередь истец, будучи зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя такого вида экономической деятельности не осуществляет. 

Кроме того, из его пояснений следует, что денежные средства он перечислял как физическое лицо, что также подтверждается представленными в материалы дела платежными документами. 

В силу положений ст.2 ГК РФ лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Именно ответчик был зарегистрирован в качестве в качестве индивидуального предпринимателя, осуществляющего деятельность по изготовлению и торговле ювелирными изделиями. 

В свою очередь доводы ФИО2 о том, что денежные средства она перечисляла в качестве заработной платы истцу, также какими-либо объективными доказательствами не подтверждаются. Трудового или гражданско-правового договора между сторонами не заключалось, выполнением какой – либо систематической трудовой функции (в том числе по профессии бухгалтер), характеризующейся определенным графиком и характером работы истец не занимался. Само по себе оказание истцом услуг по представлению интересов ответчика в банковских учреждениях не свидетельствует об этом. Как пояснил, истец он действительно оказывал содействие ФИО2, рассчитывая в дальнейшем получить прибыль от вложенных в ее бизнес денежных средств.

При этом доказательств того, что истец фактически представлял интересы ФИО2 при подписании договоров на основании доверенности от 1 марта 2015 года суду не представлены. 

Кроме того ответчиком платежи в пользу истца вносились в разном размере и не носили систематический (постоянный) характер. Данные платежи ФИО2 продолжала вносить даже после прекращения предпринимательской деятельности. Данные обстоятельства позволяют утверждать, что перечисленные ответчиком в пользу истца денежные средства нельзя расценивать как заработную плату или оплату услуг по гражданско-правовому договору. 

В данном случае оснований полагать, что между сторонами состоялись отношения, регулируемые договором простого товарищества (ст.1041 ГК РФ) также не имеется, поскольку такого договора между сторонами не заключалось, а истец не выдавал доверенность на представление его интересов в рамках осуществляемой ответчиком хозяйственной деятельности, что прямо предусмотрено ч.2 ст.1044 ГК РФ. Как указывалось ранее истец, передавая денежные средства ответчику действовал как физическое лицо, а деятельность по изготовлению и продаже ювелирных изделий не мог осуществлять, поскольку у него как ИП отсутствует такой вид разрешенной экономической деятельности. 

В свою очередь показания свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 о взаимоотношениях истца и ответчика в связи с ведением хозяйственной деятельности по производству ювелирных изделий не свидетельствуют об их действительной воле при передаче денег, в том числе об их передаче в рамках договора простого товарищества. 

Перечисленные ответчику денежные суммы не подпадают под категорию денежных средств, приравненных к заработной плате (пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы) и предоставленных гражданину в качестве средства к существованию, переданы в отсутствие каких-либо обязательств между сторонами, оснований полагать, что денежные средства переданы в целях благотворительности, не имеется, в связи с чем, установленные статьей 1109 Гражданского кодекса РФ ограничения для взыскания неосновательного обогащения не подлежат применению в данном деле.

Напротив действия ответчика свидетельствовали о намерении вернуть денежные средства.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ответчик осуществил возврат суммы в размере 181100 рублей, однако истец в результате неосновательного обогащения ответчика не получил причитающиеся ему денежные средства в размере 175900 рублей (357 000 – 181 100), законного основания на получение которых ответчик не имел, суд приходит к выводу, что эта сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Доказательств возврата оставшейся суммы в размере 175900 руб. ответчиком не представлено.

Пунктом 2 статьи 1107 Кодекса установлено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

По смыслу закона, проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат уплате с момента, когда должник узнал о неправомерном удержании денежных средств, либо уклонился от их возврата, либо узнал о неосновательности получения этих средств.

Как видно из дела, ответчик внес последний платеж 19 апреля 2017 года. Из объяснений ФИО2 следует, что в дальнейшем она больше не намеревалась принимать меры к возврату истцу денежных средств, полагая отсутствующими какие-либо обязательства перед ним. В свою очередь истец пояснил, что срок возврата денежных средств оговорен не был. Денежные средства возвращались истцом на основании устной договоренности по мере возможности. 

Таким образом, о неосновательности сбережения, принадлежащих истцу денежных средств, ответчик узнала не позднее 20 апреля 2017 года, т.е. с момента, когда в одностороннем порядке приняла решение о прекращении перечисления денежных средств, т.е. фактически уклонилась от их возврата. 

Исходя из изложенного с истца в пользу ответчика подлежат взысканию в соответствии со ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 22 464,60 рублей за период с 20.04.2017 года по 22.11.2018 года исходя из следующего расчета:

- с 20.04.2017 по 01.05.2017 (12 дн.): 175 900 x 12 x 9,75% / 365 = 563,84 руб.

- с 02.05.2017 по 18.06.2017 (48 дн.): 175 900 x 48 x 9,25% / 365 = 2 139,72 руб.

- с 19.06.2017 по 17.09.2017 (91 дн.): 175 900 x 91 x 9% / 365 = 3 946,91 руб.- с 18.09.2017 по 29.10.2017 (42 дн.): 175 900 x 42 x 8,50% / 365 = 1 720,45 руб.- с 30.10.2017 по 17.12.2017 (49 дн.): 175 900 x 49 x 8,25% / 365 = 1 948,15 руб.- с 18.12.2017 по 11.02.2018 (56 дн.): 175 900 x 56 x 7,75% / 365 = 2 091,52 руб.- с 12.02.2018 по 25.03.2018 (42 дн.): 175 900 x 42 x 7,50% / 365 = 1 518,04 руб.- с 26.03.2018 по 16.09.2018 (175 дн.): 175 900 x 175 x 7,25% / 365 = 6 114,33 руб.- с 17.09.2018 по 22.11.2018 (67 дн.): 175 900 x 67 x 7,50% / 365 = 2 421,64 руб.Итого: 22 464,60 руб.

Представителем ответчика в ходе рассмотрения дела заявлено об отказе в удовлетворении исковых требований по основанию пропуска срока исковой давности. 

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства.

Как следует из материалов дела, срок исполнения обязательства ФИО2 по возврату денежных средств документально не установлен. Из объяснений истца следует, что требование о возврате денежных средств он заявил в мае 2018 года. Однако данные обстоятельства иными доказательствами не подтверждены. Из его объяснений также следует, что между сторонами была достигнута договоренность о возврате «по мере возможности» денежных средств путем внесения периодических платежей. Как указывалось ранее, данные платежи вносились ответчиком до 19 апреля 2017 года. В связи с чем истец не мог узнать о нарушении своих прав ранее указанной даты.

Поскольку с указанной даты до момента обращения в суд с настоящим исковым заявлением прошло менее трех лет оснований полагать, что истцом пропущен срок исковой давности для предъявления требований о возврате неосновательного обогащения не имеется.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения и процентов подлежат частичному удовлетворению. 

В соответствии с требованиями ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

С учетом разъяснений Пленума ВС РФ, содержащихся в постановлении от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», с ответчика ФИО2 в пользу истца подлежат взысканию понесенные истцом расходы по уплате госпошлины в размере 5 167 рублей 29 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194,198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 неосновательное обогащение в размере 175 900 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 22 464 рубля 60 копеек, расходы по уплате госпошлины в размере 5 167 рублей 29 копеек. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме в Костромской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд г. Костромы. 

Судья Е.А. Морев