фКопия

Дело № 2-127/2024 66RS0038-01-2024-000020-92

Мотивированное 

решение

 

принято 20.02.2024 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Невьянск 13.02.2024 

Невьянский городской суд Свердловской области 

в составе председательствующего судьи Уфимцевой И.Н., 

при ведении протокола помощником судьи Шибаковой Е.Ю., 

с участием лиц, участвующих в деле:

представителя истца ФИО1 – ФИО2, 

представителя ответчика администрации Невьянского городского округа – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к администрации Невьянского городского округа, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 о защите наследственных и жилищных прав,

установил:

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 обратилась в суд с иском, уточнив его, к администрации Невьянского городского округа со следующими требованиями:

включить в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО3, умершего 00.00.0000, реконструированный жилой дом, поврежденный пожаром, расположенный по адресу: ...., ***, площадью застройки 149,1 кв.м, с кадастровым номером ***

признать право собственности на 1/3 доли на реконструированный жилой дом, поврежденный пожаром, расположенный по адресу: ...., ***, площадью застройки 149,1 кв.м, с кадастровым номером ***

возложить обязанность на администрацию Невьянского городского округа предоставить по договору социального найма жилое помещение, в виде квартиры, общей площадью не менее 49,7 кв.м, находящееся в черте г. .... отвечающее установленным санитарным и техническим требованиям, взамен утраченного, в результате пожала, жилья. (том 1 л.д. 2-6, 189)

В обосновании требований указано, что ФИО1 на праве собственности принадлежит 1/3 доля (1/4 доля получена по договору дарения от 00.00.0000 и 1/12 доля по наследству, после смерти супруга ФИО3, последовавшей 00.00.0000) жилого ...., в ...., площадью здания в контурах капитальных стен 151,4 кв.м., с кадастровым номером *** что подтверждается техническим паспортом строения, выполненным по состоянию на 00.00.0000, выданным Филиалом СОГУП «Невьянское БТИ».

00.00.0000 скончался супруг ФИО1 - ФИО3, после его смерти открылось наследство, состоящее из недвижимого имущества: 1/4 доли жилого ...., в ...., площадью здания в контурах капитальных стен 151,4 кв.м, на земельном участке, с кадастровым номером ***, с разрешенным видом использования - индивидуальное жилищное строительство, категория земель - земли населенных пунктов.

ФИО1 является наследником первой очереди по закону, принявшим наследство. Кроме того, у наследодателя есть еще двое наследников первой очереди.

Нотариус в выдаче свидетельства отказала, по тем основаниям, что дом пострадал в пожаре 00.00.0000.

00.00.0000 ФИО1 подготовила пакет документов и обратилась в администрацию Невьянского городского округа с заявлением о принятии истца и ее сына ФИО12 на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях. По результата проделанной работы, администрацией Невьянского городского округа было постановлено включить семью ФИО1 в составе 2-х человек во внеочередной список граждан, проживающих на территории Невьянского городского округа, на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, что подтверждается постановлением Невьянского городского округа от 00.00.0000 ***-п.

Жилое помещение ***, расположенное по ...., в .... признано непригодным для проживания, что подтверждает заключением *** от 00.00.0000 межведомственной комиссии администрации Невьянского городского округа.

00.00.0000 ФИО1 обратилась в администрацию Невьянского городского округа с заявлением об изъятии для муниципальных нужд ее доли жилого помещения, расположенного по указанному выше адресу, с прекращением права собственности на данный объект недвижимости, установив размер выкупной цены соразмерно доли, принадлежащей истцу. Ответа не последовало. Вместе с тем, из общения со специалистами администрации Невьянского городского округа, истцу указали на то, что согласно сведениям ЕГРН, площадь жилого дома составляет не 151,4 кв.м, а 37,7 кв.м, исходя из чего и будет происходить расчет выкупной цены, с чем истец не согласен.

Согласно техническому паспорту здания по состоянию на 00.00.0000 площадь здания в контурах капитальных стен составляла 151,5 кв.м., а не 37,7 кв.м.

В 2014 году ООО «РосСтеп» был составлен отчет *** об оценке рыночной стоимости жилого дома по ...., ***, в ...., которая составляет 3 072 000,00 рублей. В заключении сделаны выводы относительно рыночной стоимости жилого дома, исходя из площади 151,4 кв.м.. Таким образом, необходимо установить выкупную стоимость с учетом реальных убытков собственника изымаемого имущества, то есть исходя из фактической площади жилого дома.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве ответчиков были привлечены ФИО5, ФИО6 и ФИО7, в качестве третьих лиц привлечены ФИО8 и ГУ ФССП по Свердловской области.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 поддержала в судебном заседании заявленные требования и просила их удовлетворить. 

Представитель Администрации Невьянского городского округа ФИО4 возражая против удовлетворения исковых требований ФИО1, пояснила следующее.

Согласно сведениям ЕГРН от 00.00.0000 истец является собственником 1/4 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером *** площадью 37,7 кв.м, помимо истца собственниками долей в праве общей долевой собственности на жилой дом являются: ФИО7 (1/2 доли) и ФИО3 (1/4 доли). ФИО3 00.00.0000 умер, у ФИО3 есть два сына - ФИО5 и ФИО6, которые в силу закона являются наследниками первой очереди, обратились к нотариусу за принятием наследства после смерти отца. В отношении жилого дома зарегистрированы обременения в виде нескольких запретов на совершение регистрационных действий.

Согласно справке о пожаре *** от 00.00.0000, в результате пожара, произошедшего 00.00.0000, уничтожено строение .....

Из акта обследования помещения от 00.00.0000, подготовленного межведомственной комиссией Невьянского городского округа по признанию помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, следует, что в результате пожара строение ...., повреждено по всей площади. 

Заключением межведомственной комиссии *** от 00.00.0000 жилой ...., в .... признан непригодным для проживания.

На текущее время на земельном участке ***, по ...., располагаются фрагменты объекта, поврежденного пожаром, и, судя по фотографиям, со степенью сохранности менее 50%. Жилой дом площадью 149,1 кв.м, указанный в уточненных исковых требованиях, в натуре не существует, в связи с чем не может являться предметом судебного спора.

Сведения раздела III «Сведения о правообладателях» технического паспорта, выполненного 00.00.0000 кадастровым инженером ФИО13, не соответствуют действительности, в п. 2, 3, 7, 8 раздела II «Благоустройство объекта ИЖС» указано, что наружные стены и перегородки повреждены пожаром, оконные и дверные проемы уничтожены, однако в плане первого этажа, являющегося приложением в техническому паспорту, наружные стены, перегородки, оконные и дверные проемы отражены как существующие в натуре в полном объеме.

Согласно сведениям раздела VII «Экспликация к поэтажному плану жилого дома» технического паспорта, составленного 00.00.0000 кадастровым инженером ФИО13, площадь всех частей здания составляет 126,6 кв.м, однако в выводе (под экспликацией) указана общая площадь жилого дома - 133,9 кв.м, при этом расчет или иное обоснование площади в 133,9 кв.м, отсутствуют.

Технический паспорт, составленный 00.00.0000 кадастровым инженером ФИО13, не соответствует реальности, не предусмотрен Федеральными законами от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности», от 00.00.0000 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» в качестве документа-основания для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав, непригоден для внесения в Единый государственный реестр недвижимости новых сведений об объекте.

Из технического паспорта по состоянию на 00.00.0000, следует, что жилой ...., площадью 37,7 кв.м располагался в восточной части земельного участка, примерно с одинаковым отступом от северной и южной границ земельного участка.

Согласно сведениям раздела IV «Ситуационный план» технического паспорта, составленного 00.00.0000 кадастровым инженером ФИО13, спорный жилой дом размещен в северо-восточной части земельного участка, при этом частично за северной границей земельного участка на землях неразграниченной государственной собственности, не предоставленных истцу на каком-либо праве. В связи с чем усматриваются признаки самовольного занятия земель государственной собственности и признаки самовольной постройки. 

Согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости от 00.00.0000 земельный участок ***, по ...., с кадастровым номером *** принадлежит на праве постоянного бессрочного пользования ФИО8, и на праве общей долевой собственности - ФИО7 (1/2 доли).

ФИО1, умерший ФИО3 никогда не являлись и на текущее время не являются правообладателями земельного участка ***, по ...., а значит, ФИО1, ФИО3, наследники ФИО3 не могут быть и правообладателями реконструированного объекта.

Истцом не представлено доказательств существования в натуре реконструированного жилого дома, поврежденного пожаром, площадью застройки 149,1 кв.м.. Более того, объект, поврежденный пожаром, расположенный на текущее время на земельном участке ***, по ...., имеет признаки самовольной постройки, поскольку возведен на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, разрешенное использование земельного участка не допускает строительство на нем такого объекта, объект возведен с нарушением градостроительных норм и правил.

Спорный жилой дом не является многоквартирным, в установленном законом порядке аварийным и подлежащим сносу не признавался. 

В региональную адресную программу «Переселение граждан .... из аварийного жилищного фонда в 2019 - 2025 годах», утвержденную постановлением .... ***-ПП от 00.00.0000, спорный жилой ...., в ....,не включен.

Решение об изъятии земельного участка *** по .... с кадастровым номером *** и расположенных на нем объектов, администрацией Невьянского городского округа не принималось, основания и необходимость для принятия такого решения отсутствуют. 

Изъятие индивидуального жилого дома для государственных или муниципальных нужд, в связи с его непригодностью для проживания, действующим законодательством не предусмотрено.

Также законодательством не предусмотрена обязанность органа местного самоуправления по предоставлению на условиях социального найма жилого помещения взамен непригодного для проживания индивидуального жилого дома его собственникам.

Факт, что жилой дом является непригодным для проживания, сам по себе основанием для принятия администрацией действий, направленных на изъятие и выкуп жилого дома и земельного участка, расположенного под ним не является. 

Также, факт признания жилого дома, принадлежащего истцу на праве общей долевой собственности, непригодным в установленном законом порядке, при отсутствии решение об изъятии жилого помещения для муниципальных нужд органом местного самоуправления, соглашения между сторонами о предоставлении истцу другого жилого помещения, равно как и отсутствие доказательств включения в региональную адресную программу по переселению граждан из аварийного жилищного фонда жилого дома истца, признанного непригодным для проживания, не влечет обязанность органов местного самоуправления по обеспечению истца жилым помещением по договору социального найма во внеочередном порядке.

Постановлением администрации Невьянского городского округа ***-п от 00.00.0000, договором *** от 00.00.0000 ФИО1 предоставлено благоустроенное жилое помещение, общей площадью 34,4 кв.м, расположенное по адресу: ...., на условиях найма специализированного жилого помещения маневренного фонда.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались своевременно и надлежащим образом. При этом, ранее ответчики ФИО5 и ФИО7, действующая в своих интересах и в интересах ответчика ФИО6, возражали против удовлетворения заявленных требований истца.

Выслушав лиц, участвующих в деле, и исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

На основании ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом требований ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела, установлено судом и не оспаривалось сторонами, согласно сведениям ЕГРН право собственности на жилой ...., в ...., площадью 37,7 кв.м, с кадастровым номером 66:15:1501004:502, зарегистрировано в праве общей долевой собственности: за ФИО3 – 1/4 доля, за ФИО1 – 1/4 доля и за ФИО7 – 1/2 доля. (том 1 л.д. 182-185)

00.00.0000 в результате пожара было уничтожено строение дома, расположенное по адресу: ...., ***. (том 1 л.д. 10)

00.00.0000 ФИО3 умер. (том 1 л.д. 27)

В установленный законом срок с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО3 обратились: сын ФИО5; сын ФИО6; жена ФИО1. (том 1 л.д. 213-227) 

Разрешая требования истца о включении в состав наследства объекта, поврежденного пожаром, и признании права собственности на него, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации, к объектам гражданских прав относятся вещи (включая наличные деньги и документарные ценные бумаги), иное имущество, в том числе имущественные права (включая безналичные денежные средства, в том числе цифровые рубли, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права); результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

К недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость), согласно ч. 1 ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение, в силу ч. 1 и ч. 2 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами. В случаях, предусмотренных законом, наряду с государственной регистрацией могут осуществляться специальная регистрация или учет отдельных видов недвижимого имущества.

На основании п. 6 и п. 7 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», государственной регистрации подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество и сделки с ним в соответствии со статьями 130, 131, 132, 133.1 и 164 Гражданского кодекса Российской Федерации. Государственный кадастровый учет недвижимого имущества - внесение в Единый государственный реестр недвижимости сведений о земельных участках, зданиях, сооружениях, помещениях, машино-местах, об объектах незавершенного строительства, о единых недвижимых комплексах, а в случаях, установленных федеральным законом, и об иных объектах, которые прочно связаны с землей, то есть перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, которые подтверждают существование такого объекта недвижимости с характеристиками, позволяющими определить его в качестве индивидуально-определенной вещи, или подтверждают прекращение его существования, а также иных предусмотренных настоящим Федеральным законом сведений об объектах недвижимости.

Статья 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, регламентирует, что право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил. Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка. Право собственности на самовольную постройку не может быть признано за указанным лицом, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, либо создает угрозу жизни и здоровью граждан.

На основании ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В ходе рассмотрения дела, судом было установлено, что до уничтожения, в результате пожара, жилой дом, расположенный по адресу: ...., ***, был реконструирован. Государственная регистрация права собственности на реконструированный дом произведена не была.

По состоянию на 00.00.0000 площадь здания в контурах капитальных стен, расположенного по адресу: ...., ***, составляла 151,40 кв.м, из нее: жилые помещения общая площадь 100,2 кв.м. (жилые комнаты – 58,1 кв.м.); не жилые помещения общая площадь 51,2 кв.м.. (том 1 л.д. 29-40)

Согласно декларации об объекте недвижимости от 00.00.0000 площадь жилого дома, расположенного по адресу: ...., ***, составляла 100,2 кв.м., год завершения строительства – 2015. (том 1 л.д. 65-68)

Факт реконструкции жилого ...., в ...., площадью 37,7 кв.м., также подтверждается техническим заключением по выполненной реконструкции жилого дома и отчетом об оценке рыночной стоимости жилого дома. (том 1 л.д. 74-154)

Из технического паспорта от 00.00.0000 следует, что площадь всех частей здания, поврежденного пожаром, расположенного по адресу: ...., ***, составляет 126,6 кв.м., фундамент у данного объекта – ленточный заливной (том 1 л.д. 190-195). При этом, стороны пояснили, что площадь жилых помещений, согласно данному техническому паспорту составляет 73,6 кв.м.

Из ст. 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации следует, что разрешение на строительство дает застройщику право осуществлять строительство, реконструкцию объекта капитального строительства. Строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей. Разрешение на строительство выдается органом местного самоуправления по месту нахождения земельного участка. В ч. 17 данной статьи указаны случаи, когда выдача разрешения на строительство не требуется.

Как следует из указанных выше документов, собственниками жилого ...., расположенного по указанному выше адресу, произведено изменение объекта капитального строительства, которое затрагивает его конструктивные элементы. При этом, допустимых и достоверных доказательств получения разрешения на реконструкцию здания, с площадью 151,40 кв.м, суду не представлено. 

Вместе с тем, судом установлено, что постановлением главы администрации муниципального образования «....» от 00.00.0000 ***-п было разрешено строительство теплого пристроя к дому ***, по ...., в ...., площадью 25,50 кв.м.. (том 2 л.д. 81)

Таким образом, учитывая изложенное выше, суд приход к выводу, что требования истца подлежат удовлетворению частично, в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО3, следует включить объект недвижимости, поврежденный пожаром, площадью 63,20 кв.м (37,7 кв.м (площадь дома, согласно сведениям ЕГРН) + 25,50 кв.м (разрешенная площадь пристроя), расположенный по адресу: ...., ***. При этом, суд учитывает, что данный объект был возведен на земельном участке, предоставленном в соответствии с законом. 

Следовательно, за ФИО1 следует признать право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на объект недвижимости, поврежденный пожаром, площадью 63,20 кв.м, поскольку 1/4 доля жилого ...., в ...., принадлежала истцу, на основании договора дарения от 00.00.0000, а 1/12 доля перешла истцу, как наследнику, после смерти супруга ФИО3. Вынесенный судебный акт по данному делу является основанием для внесения изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Разрешая требования истца по предоставлению жилого помещения, суд приходит к следующему.

Заключением межведомственной комиссии *** от 00.00.0000, на основании акта обследования помещения от 00.00.0000, жилое помещение ***, по ...., в ...., признано непригодным для проживания. (том 1 л.д. 12-13)

Постановлением администрации Невьянского городского округа ***-п от 00.00.0000 семья ФИО1 в составе 2 человек признана малоимущей и поставлена на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении в общий список. По состоянию на 00.00.0000 номер очереди в общем списке - 269. (том 2 л.д. 78, 80)

Постановлением администрации Невьянского городского округа ***-п от 00.00.0000 семья ФИО1 в составе 2 человек включена во внеочередной список граждан, нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма. По состоянию на 00.00.0000 номер очереди во внеочередном списке - 23. (том 1 л.д. 24, том 2 л.д. 76)

Постановление администрации Невьянского городского округа ***-п от 00.00.0000, договором *** от 00.00.0000 ФИО1 и ее сыну ФИО12 предоставлено благоустроенное жилое помещение, общей площадью 34,4 кв.м, расположенное по адресу: ...., общей площадью 34,4 кв.м, на условиях найма специализированного жилого помещения маневренного фонда. (том 1 л.д. 186-187)

Конституция Российской Федерации провозглашает Россию социальным правовым государством, в котором гарантируется равенство прав и свобод человека и гражданина и политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (статьи 1, 7, 18 и 19). Эти конституционные начала взаимодействия личности, общества и государства в социальной сфере распространяются и на отношения, связанные с осуществлением права на жилище. Гарантируя данное право и недопустимость произвольного лишения жилища, Конституция Российской Федерации возлагает на органы государственной власти и местного самоуправления обязанность создавать условия для осуществления данного права и поощрять жилищное строительство; малоимущим и иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов по установленным законом нормам (статья 40).

Как подчеркнул Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 16.12.1997 № 20-П, обозначенные в Конституции Российской Федерации цели социальной политики предопределяют обязанность государства заботиться о благополучии своих граждан, в том числе в жилищной сфере. Соответственно, государство должно не только определить порядок принятия решения о признании помещения непригодным для проживания, а дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции в целях оказания содействия в обеспечении нормальных жилищных условий всем лицам (и особенно лишенным жилища в результате природных и техногенных катастроф), но и гарантировать судебную защиту прав заинтересованных лиц (Постановление от 15.12.2022 № 55-П).

Основания и порядок приобретения гражданами, нуждающимися в жилище, права пользования жилым помещением непосредственно Конституцией Российской Федерации не закреплены. В силу ее статьи 72 (пункт "к" части 1) такое регулирование относится к компетенции законодателя, который в целях реализации предписания ее статьи 40 (часть 3) предусмотрел в ч. 2 ст. 49 Жилищного кодекса Российской Федерации, что малоимущим гражданам, признанным по установленным данным Кодексом основаниям нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, жилые помещения муниципального жилищного фонда по договорам социального найма предоставляются в установленном данным Кодексом порядке; малоимущими являются граждане, если они признаны таковыми органом местного самоуправления в порядке, установленном законом субъекта Российской Федерации, с учетом дохода, приходящегося на каждого члена семьи, и стоимости имущества, находящегося в собственности членов семьи и подлежащего налогообложению. В большинстве муниципальных образований к малоимущим относят граждан, чей доход не превышает прожиточного минимума по региону.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 51 Жилищного кодекса Российской Федерации одним из оснований для признания граждан нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, является их проживание в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям. В силу части 4 статьи 15 данного Кодекса жилое помещение может быть признано непригодным для проживания, а многоквартирный дом - аварийным и подлежащим сносу или реконструкции. Во исполнение этой нормы Правительство Российской Федерации Постановлением от 00.00.0000 *** утвердило Положение о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом. В его разделе II перечислены требования, которым должно отвечать жилое помещение, в пункте 33 вредные факторы среды обитания человека, не позволяющие обеспечить безопасность жизни и здоровья, указаны в качестве причины для признания жилого помещения непригодным для проживания, а в пункте 34 сказано, что многоквартирный дом признается аварийным и подлежащим сносу или реконструкции (а жилые помещения в нем - непригодными для проживания) при аварийном состоянии его несущих конструкций или дома в целом, когда исчерпана несущая способность и есть опасность обрушения дома или потери им устойчивости.

В ч. 1 ст. 57 Жилищного кодекса Российской Федерации законодатель в качестве общего правила закрепил, что жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очередности исходя из времени принятия на учет. В исключение из этого правила в части 2 той же статьи предусмотрено внеочередное предоставление жилья, в том числе в ее пункте 1 - тем гражданам, чьи жилые помещения признаны в установленном порядке непригодными для проживания и ремонту или реконструкции не подлежат. Будучи дополнительной гарантией права на жилище для граждан, нуждающихся в особой поддержке государства, данная норма направлена на защиту их интересов. Такое регулирование согласуется со статьей 40 (часть 3) Конституции Российской Федерации, которая обязывает обеспечить дополнительные гарантии жилищных прав путем предоставления жилища бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов.

Положения ст. 57 Жилищного кодекса Российской Федерации, закрепляющие порядок предоставления жилья с учетом общеправового принципа справедливости, не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права. При этом ее часть 2, гарантируя внеочередное предоставление жилых помещений по договорам социального найма указанным в ней гражданам, направлена на защиту их интересов, притом, что законодатель в рамках дискреционных полномочий вправе определять категории граждан, нуждающихся в жилище, а также конкретные формы, источники и правила обеспечения жильем с учетом экономических и иных возможностей, имеющихся у государства (в частности определения Конституционного суда Российской Федерации от 25.02.2013 № 192-О, от 23.04.2013 № 636-О, от 24.12.2013 № 2071-О, от 20.02.2014 № 386-О, от 20.03.2014 № 560-О, от 17.07.2014 № 1662-О).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, ни из статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации, ни из каких-либо других его норм не следует, что обязательным условием внеочередного предоставления жилья гражданам, жилые помещения которых признаны непригодными для проживания, является их проживание в жилых помещениях на основании договора социального найма, договора найма жилых помещений жилищного фонда социального использования. Законодатель не связывает возможность признания гражданина нуждающимся во внеочередном предоставлении жилья с конкретным правом, на котором ему принадлежит или ранее принадлежало жилое помещение, а потому нуждающимся может быть признан как наниматель по договору социального найма, так и собственник жилого помещения. Кроме того, пункт 1 части 2 той же статьи по своему смыслу в системе действующего регулирования не исключает возможности предоставления жилых помещений малоимущим гражданам по договорам социального найма во внеочередном порядке, если на момент утраты жилища они не состояли на учете в качестве нуждающихся в жилье (определения от 05.03.2009 № 376-О-П, от 27.02.2018 № 429-О и от 20.07.2021 № 1610-О). Это предопределяется конституционной обязанностью государства заботиться о социальной защищенности граждан и обеспечении им нормальных условий существования и корреспондирующим ей правом на поддержку со стороны государства и общества, если гражданин в силу объективных причин не способен самостоятельно достичь достойного уровня жизни (определения от 15.02.2005 № 17-О, от 05.03.2009 № 376-О-П, от 12.04.2011 № 551-О-О, от 17.01.2013 № 36-О).

Жилье может предоставляться гражданам не только по нормам статей 57 и 58 Жилищного кодекса Российской Федерации, но и по фактической площади утраченного помещения. Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что внеочередное обеспечение жильем граждан, переселяемых из признанных непригодными для проживания жилых помещений, носит компенсаторный характер. Цель законодателя в данном случае не улучшение жилищных условий по количественным показателям, а сохранение имеющейся обеспеченности жильем (чтобы права граждан при выселении не были ущемлены) с одновременным улучшением жилищных условий с точки зрения безопасности. При этом граждане, которым в связи с выселением предоставлено другое равнозначное жилье, сохраняют право состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, если для них не отпали основания состоять на таком учете (статья 55 данного Кодекса) (определения от 03.11.2009 № 1368-О-О, от 29.05.2012 № 928-О, от 24.09.2012 № 1573-О, от 26.03.2019 № 729-О и др.).

При этом малоимущим гражданам, жилые помещения которых признаны непригодными для проживания и которые состоят на учете в качестве нуждающихся в жилье, оно может быть не только предоставлено по договорам социального найма во внеочередном порядке в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 57 Жилищного кодекса Российской Федерации. Собственники такого помещения могут приобрести благоустроенное жилье вне очереди и при выселении из такого помещения в связи с изъятием для государственных или муниципальных нужд земельного участка, на котором оно расположено или расположен дом, где оно находится, по основаниям, предусмотренным ст. 32 данного Кодекса.

Конституционный Суд Российской Федерации регламентируя отношения, связанные с изъятием для государственных и муниципальных нужд земельных участков, на которых расположены, в том числе многоквартирные дома, и закрепляя право собственников жилых помещений в таких домах на справедливое возмещение за изымаемое помещение, ее часть 1 обеспечивает права этих собственников и отвечает их интересам (Определение от 21.11.2022 № 3108-О). Части 8 и 10 той же статьи, предусматривая возможность как принудительного изъятия жилых помещений по решению суда, так и договорного способа их передачи, в том числе путем предоставления взамен другого жилого помещения, учитывают принцип свободы договора, направлены на защиту интересов собственников изымаемых помещений и конкретизируют предписания статей 35 (часть 3) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации о недопустимости произвольного лишения жилища и принудительного отчуждения имущества для публичных нужд без предварительного и равноценного возмещения (определения от 25.03.2021 № 528-О и от 24.06.2021 № 1187-О).

Однако конституционно допустимые варианты понимания статей 32 и 57 Жилищного кодекса Российской Федерации применительно к вопросу об условиях и порядке обеспечения потребностей в жилье малоимущих граждан в случае признания принадлежащего им единственного жилого помещения непригодным для проживания не были предметом изучения Конституционного Суда Российской Федерации. 

В настоящее время Конституционный Суд Российской Федерации согласно Постановления от 25.04.2023 № 20-П "По делу о проверке конституционности частей 1, 8 и 10 статьи 32 и пункта 1 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 2 и части 3 статьи 16 Федерального закона "О Фонде содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства" в связи с жалобами граждан Б., Л.А. и Л.Т., Р." относительно защиты жилищных прав малоимущих граждан, состоящих на учете в качестве нуждающихся в жилье и имеющих в собственности единственное жилое помещение, признанное непригодным для проживания, указал, что части 1, 8 и 10 статьи 32 и пункт 1 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации не соответствуют Конституции Российской Федерации, поскольку они не обеспечивают системного решения вопроса об условиях и порядке удовлетворения жилищных потребностей граждан, признанных малоимущими и состоящих на учете в качестве нуждающихся в предоставлении жилых помещений, являющихся собственниками единственного жилого помещения, признанного непригодным для проживания (включая жилое помещение, входящее в состав многоквартирного дома, признанного аварийным и подлежащим сносу или реконструкции), когда жилищные права этих граждан не осуществляются в рамках региональной адресной программы по переселению из аварийного жилищного фонда.

Конституционным судом в вышеуказанном постановлении указано, что Положения статей 32 и 57 Жилищного кодекса Российской Федерации - по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой в системе действующего законодательства, - исключают внеочередное предоставление жилья гражданам, которые признаны малоимущими, состоят на учете нуждающихся в жилье, являются собственниками единственного жилого помещения, признанного в установленном порядке непригодным для проживания и не подлежащим ремонту или реконструкции, и проживают в домах, признанных аварийными и подлежащими сносу, но не включенных в региональную адресную программу по переселению граждан из аварийного жилищного фонда. Иные же эффективные механизмы удовлетворения их жилищных потребностей отсутствуют.

Собственники жилых помещений, признанные малоимущими и состоящие на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий, могут рассчитывать на получение жилья или денежного возмещения за изымаемое жилое помещение в связи с изъятием земельного участка в порядке ст. 32 Жилищного кодекса Российской Федерации. Предусмотренное этой нормой денежное возмещение за изымаемое жилое помещение, признанное непригодным для проживания, может быть направлено на приобретение другого жилья, в том числе с использованием дополнительно собственных или кредитных средств. Сказанное согласуется с требованиями статей 210 и 211 Гражданского кодекса Российской Федерации о бремени содержания и риске гибели или повреждения имущества, возлагаемых, по общему правилу, на его собственника и общих для любого имущества, включая жилые помещения.

Соответственно, правовой механизм, закрепленный ст. 32 Жилищного кодекса Российской Федерации, неразрывно связан с гражданско-правовым институтом собственности, один из элементов которого - возможность изъять имущество для государственных или муниципальных нужд, и в силу данного обстоятельства он не касается непосредственно защиты жилищных прав граждан, не обладающих ресурсами, чтобы самостоятельно, без участия государства решить вопрос о приобретении жилых помещений взамен пришедших в негодность, утраченных в силу пожара и прочих чрезвычайных ситуаций. Кроме того, данная статья не предполагает и обязанности публичных органов по предоставлению жилья взамен, оставляя этот вопрос на усмотрение самих участников правоотношения (часть 8), действующих в русле гражданско-правового принципа свободы договора и автономии воли его сторон.

В свою очередь, ст. 95 Жилищного кодекса Российской Федерации предусматривает, что жилые помещения маневренного фонда предназначены для временного проживания, в частности, граждан, у которых единственное жилье стало непригодным для проживания в результате чрезвычайных обстоятельств (пункт 3), и тех, чье жилье стало непригодным для проживания в результате признания многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции (пункт 3.1). Согласно статье 106 данного Кодекса жилые помещения маневренного фонда предоставляются из расчета не менее 6 кв. м жилой площади на человека (часть 1) и договор найма жилого помещения маневренного фонда заключается, в частности, на период до завершения капитального ремонта или реконструкции дома и до завершения расчетов с гражданами, чье жилье стало непригодным для проживания в результате признания многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, либо до предоставления им жилых помещений, но не более чем на два года (пункты 1 и 3.1 части 2).

Следовательно, применительно к самой распространенной ситуации срок пользования маневренным жилищным фондом ограничен без привязки к удовлетворению жилищных потребностей другим способом, а завершение расчетов не означает получения той суммы, которая позволяет решить жилищный вопрос самостоятельно. Реализация приведенных положений статьи 95 данного Кодекса также зависит от наличия свободных помещений маневренного фонда, притом, что он не охватывает жителей индивидуальных домов, признанных непригодными для проживания вследствие естественного износа, а его природа несовместима с проживанием на постоянной основе.

Малоимущие граждане не могут воспользоваться и улучшением жилищных условий на основании договора найма жилых помещений жилищного фонда социального использования (пункт 2 части 1 статьи 91.3 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В сложившейся ситуации права малообеспеченных граждан зависят от принятия соответствующих решений государственными и муниципальными органами, в том числе о включении конкретного многоквартирного дома в региональную программу по расселению или об изъятии земельного участка, где расположен жилой дом, с предоставлением возмещения (по возможности в натуральной форме - в виде другого жилого помещения). Принятие такого рода решений, непосредственно зависящих от наличия бюджетных средств, от их распределения и включения в расходные обязательства, может быть отложено на довольно долгий срок. Таким образом, правовые механизмы закрепленные в статьях 32 и 57 Жилищного кодекса Российской Федерации и ориентированные на защиту жилищных прав граждан в указанных в этих нормах случаях, равно как и любые другие жилищно-правовые институты, ни в каком сочетании - с учетом их явных и скрытых взаимосвязей - не образуют единого системного механизма, рассчитанного на обеспечение интересов лиц, нуждающихся в предоставлении социального жилья, не позволяют малоимущим гражданам - собственникам помещений, признанных непригодными для проживания, быть в достаточной степени уверенными в реализации их прав.

Соответственно, действующее правовое регулирование как указано Конституционным Судом Российской Федерации не обеспечивает системной реализации права на жилище малоимущими гражданами, которым оно в силу прямого указания Конституции Российской Федерации должно предоставляться бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами (статья 40, часть 3).

Для малоимущих граждан - собственников жилых помещений, дальнейшая эксплуатация которых без риска для жизни и здоровья невозможна, безусловной и конституционно значимой необходимостью является законодательное решение вопроса об условиях и порядке их обеспечения благоустроенными жилыми помещениями. Люди, оказавшиеся в такой тяжелой жизненной ситуации, как непригодность для проживания единственного жилья при отсутствии средств не только на приобретение другого, но нередко и на наем жилья, нуждаются в ясном и понятном регулировании, которое позволило бы им планировать свои действия для выхода из данной ситуации, а также определило бы обязанности публичной власти по содействию им.

При этом в равной мере должны быть удовлетворены - в должной правовой форме - и требования о сбалансировании их прав с правами других лиц, нуждающихся в улучшении жилищных условий. Нормы же частей 1, 8 и 10 статьи 32 и пункта 1 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи с иными законодательными и подзаконными актами и по их смыслу в правоприменительной практике не просто порождают пробел в правовом регулировании, но ведут к перерастанию отдельных нормативных погрешностей в такое состояние правового института, когда даже при всем наборе юридических фактов гражданин не в силах - в том числе обратившись в компетентный орган власти, а затем и в суд - сформировать уверенные ожидания в отношении возможности и способа удовлетворения своих жилищных потребностей. Это вступает в противоречие с конституционными гарантиями достоинства личности и права на жилище, с принципами равенства, справедливости и соразмерности ограничений прав и свобод, а также их эффективной государственной, прежде всего судебной, защиты.

Как подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, если пробельность закона ведет к правоприменению, угрожающему соблюдению конституционных прав, законодателю предписывается преодолеть такой пробел, включая те случаи, когда он подтверждается устойчивой практикой, выработавшей единообразное понимание конкретного регулирования (постановления от 14.11.2005 № 10-П, от 02.03.2010 № 5-П, от 06.12.2011 № 27-П и от 31.03. 015 № 6-П).

С учетом вышеизложенного Конституционный Суд Российской Федерации указал, что, части 1, 8 и 10 статьи 32 и пункт 1 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 7, 18, 19 (части 1 и 2), 40, 45, 46 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 75.1, в той мере, в какой они - в том числе во взаимосвязи с иными нормативными положениями - не обеспечивают системного решения вопроса об условиях и порядке удовлетворения жилищных потребностей граждан, которые признаны малоимущими, состоят на учете в качестве нуждающихся в предоставлении жилых помещений и являются собственниками единственного жилого помещения, признанного в установленном порядке непригодным для проживания (включая жилое помещение, входящее в состав многоквартирного дома, признанного аварийным и подлежащим сносу или реконструкции), когда жилищные права этих граждан не осуществляются в рамках региональной адресной программы по переселению из аварийного жилищного фонда.

В связи с изложенным, при рассмотрении данной категории споров, применительно к фактическим обстоятельствам дела, до внесения соответствующих изменений в действующее правовое регулирование, следует исходить из того, что указанные граждане подлежат внеочередному обеспечению по договору социального найма благоустроенными жилыми помещениями, равнозначными по общей площади ранее занимаемым жилым помещениям, подлежащим изъятию для государственных или муниципальных нужд без оплаты возмещения, либо - если уполномоченными органами установлено, что нахождение в жилом помещении, признанном в установленном порядке непригодным для проживания, невозможно или создает непосредственную опасность для жизни или здоровья и при этом внеочередное обеспечение жилым помещением по договору социального найма не может быть осуществлено, - незамедлительному обеспечению жилыми помещениями маневренного фонда на весь период до решения вопроса о способе удовлетворения их жилищных потребностей. 

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 50 Жилищного кодекса Российской Федерации нормой предоставления площади жилого помещения по договору социального найма является минимальный размер площади жилого помещения, исходя из которого определяется размер общей площади жилого помещения, предоставляемого по договору социального найма. Норма предоставления устанавливается органом местного самоуправления в зависимости от достигнутого в соответствующем муниципальном образовании уровня обеспеченности жилыми помещениями, предоставляемыми по договорам социального найма, и других факторов.

Постановлением главы МО «Невьянский район» от 16.09.2005 № 1494-п установлена норма предоставления площади жилого помещения по договорам социального найма в размере 15 кв. метров общей площади на 1 человека.

Судом установлено, что семья ФИО1, в составе 2 человек, признана малоимущей и поставлена на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении, как в общий список, так и во внеочередной список граждан, нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма.

ФИО1, в силу имущественного положения, не имеет возможности обеспечить себя самостоятельно жилым помещением пригодным для проживания.

Срок пользования маневренным жилищным фондом истцом составляет более трех лет.

Учитывая изложенное выше, а также длительность проживания истца с ребенком-инвалидом в жилом помещении маневренного фонда, суд считает необходимым удовлетворить требования истца частично, возложив на администрацию Невьянского городского округа обязанность предоставить семье ФИО1, в составе 2 человек, вне очереди благоустроенное жилое помещение по договору социального найма, отвечающее установленным жилищным законодательством требованиям, находящееся в г. Невьянске, Свердловской области, общей площадью не менее 30,0 кв.м..

При разрешении данного спора, суд также учитывает положения приказа Минздрава России от 29.11.2012 № 987н «Об утверждении перечня тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире», зарегистрированного в Минюсте России 18.02.2013 № 27154, и приказа Минздрава России от 30.11.2012 № 991н «Об утверждении перечня заболеваний, дающих инвалидам, страдающим ими, право на дополнительную жилую площадь», зарегистрированного в Минюсте России 29.12.2012 № 26442, и не находит оснований для предоставления истцу дополнительной жилой площади, с учетом состояния здоровья ребенка ФИО1, поскольку согласно справке от 00.00.0000 (том 1 л.д. 21) сын истца имеет заболевание, которое не включено в перечень заболеваний, дающих право на дополнительную жилую площадь.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Включить в состав наследственного имущества, открывшегося после смерти ФИО3, умершего 00.00.0000, 1/4 долю в праве общей долевой собственности на объект недвижимости, поврежденный пожаром, площадью 63,20 кв.м, с кадастровым номером ***, расположенный по адресу: ...., ***. 

Признать за ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серии ***) право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на объект недвижимости, поврежденный пожаром, площадью 63,20 кв.м, с кадастровым номером *** расположенный по адресу: ...., ***.

Принятый судебный акт по данному делу является основанием для внесения изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Возложить обязанность на администрацию Невьянского городского округа (ИНН *** предоставить семье ФИО1, в составе 2 человек, вне очереди благоустроенное жилое помещение по договору социального найма, отвечающее установленным санитарным и техническим правилам и нормам, находящееся в ...., общей площадью не менее 30,0 кв.м..

Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательное форме путем подачи апелляционной жалобы через Невьянский городской суд. 

Судья: И.Н. Уфимцева 

Копия верна:

Судья: Секретарь: