Дело № 2-94/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

пгт. Змиёвка 11 июля 2018 года

Свердловский районный суд Орловской области в составе: 

председательствующего судьи Конкиной Е.А., с участием 

истца ФИО1,

представителя ответчика Ночевки А.С.,

при секретаре судебного заседания Синичкиной Э.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Свердловского районного суда Орловской области гражданское дело по иску ФИО1 к Бюджетному учреждению здравоохранения Орловской области «Свердловская ЦРБ» (далее по тексту БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» или больница) об отмене изменений трудового договора и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» об отмене изменений трудового договора. В исковом заявлении указал, что с 28 августа 2004 года он работает в должности 

<

данные изъяты> поликлиники. В соответствии с п. 6.1 трудового договора от 20.08.2015 ему установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота, воскресенье) с продолжительностью рабочего дня 6,6 часов, начало рабочего дня – 8 часов 00 минут, место работы – хирургический кабинет поликлиники. Пунктом 6.2 трудового договора установлена сокращенная продолжительность рабочего времени – 33 часа в неделю, в соответствии с Постановлением правительства РФ от 14 февраля 2003 года № 101.

02 февраля 2018 года он получил уведомление № 30 о внесении в существенные условия трудового договора с 05 апреля 2018 года следующих изменений:

1) продолжительность рабочего дня - 7, 42 часа,

2) продолжительность рабочего времени в неделю – 38, 5 часов.

Предварительно с ним не велось переговоров об изменении условий договора и не объяснялись причины вносимых изменений. Он был вынужден подписать уведомление под угрозой увольнения. Никаких организационных или технологических изменений условий труда в работе хирургического кабинета не произошло, оснований для изменения трудового договора по инициативе работодателя нет.

05 апреля 2018 года он получил текст дополнительного соглашения к трудовому договору № 169 от 20 августа 2015 года, в котором продолжительность рабочего дня увеличивается до 7, 42 часа, вводится перерыв на обед с 13 часов 00 минут до 13 часов 30 минут.

По условиям работы хирургического кабинета БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» невозможно выделить фиксированное время для отдыха и питания, поэтому в соответствии с законом работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Исходя из этого введение фиксированного перерыва в работе врача-хирурга поликлиники невозможно и нецелесообразно, так как может поставить под угрозу своевременность оказания медицинской помощи пациентам.

Таким образом, дополнительным соглашением вводятся изменения в существенные условия трудового договора, о которых он (ФИО1) не был предупрежден не позднее, чем за два месяца.

Просил суд изменения условий трудового договора № 169 от 20 августа 2015 года в виде увеличения продолжительности рабочего дня 

<

данные изъяты> поликлиники, рабочего времени в неделю, введения перерыва на обед отменить.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 свои исковые требования увеличил, просил суд помимо заявленных требований взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 свои исковые требования поддержал, на их удовлетворении настаивал, суду пояснил, что в законодательстве не произошло никаких изменений, чтобы вносились существенные изменения в трудовой договор. Введение перерыва подрывает доступность в оказании медицинской помощи пациентам. Профилактический осмотр, просветительские работы он проводит, когда к нему приходят пациенты, поскольку где-либо еще он их не может проводить. Консультативная помощь другим врачам им оказывается только по документации. Руководство работой медицинского персонала проводит только в рамках амбулаторного приема больных. Занятия по повышению квалификации медицинского персонала он не имеет права проводить, так как это образовательная деятельность, а лицензии на это у ответчика нет.

Представитель ответчика БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» Ночевка А.С. исковые требования не признал, суду пояснил следующее. Сокращенный режим рабочего дня истцу был установлен неправильно, так как он занимается профосмотром, оказанием платных услуг, оказанием консультативной помощи другим врачам. На 2018-2020 годы принят новый коллективный договор и внесены изменения в правила внутреннего трудового распорядка. По предложению членов профкома в соответствии со ст.108 ТК РФ введен обеденный перерыв продолжительностью 30 минут, о чем истец оповещен при ознакомлении с коллективным договором и на совещании с персоналом больницы.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, исследовав представленные доказательства, суд находит исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 1 Трудового кодекса РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В соответствии с ч. 1 ст. 350 ТК РФ для медицинских работников устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени не более 39 часов в неделю. В зависимости от должности и (или) специальности продолжительность рабочего времени медицинских работников определяется Правительством Российской Федерации.

Врач поликлиники, занимающийся проведением исключительно амбулаторного приема больных, в соответствии с приложением 2 Перечня должностей и (или) специальностей медицинских работников, организаций, а также отделений, палат, кабинетов и условий труда Постановления Правительства РФ от 14 февраля 2003 года № 101 «О продолжительности рабочего времени медицинских работников в зависимости от занимаемой ими должности и (или) специальности» имеет право на сокращенную 33-часовую рабочую неделю.

В судебном заседании установлено, что 20 августа 2015 года между БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» и ФИО1 был заключен трудовой договор № 169, по условиям которого истец был принят на работу в БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» в должности 

<

данные изъяты> поликлиники, дата начала работы с 28 августа 2004 года. В соответствии с п. 6.1 трудового договора ФИО1 установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота, воскресенье) с продолжительностью рабочего дня – 6,6 часа, начало рабочего дня – 08 часов 00 минут, место работы – 

<

данные изъяты> кабинет поликлиники. Пункт 6.2 договора предусматривает, что работнику устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени - 33 часа в неделю, в соответствии с Постановлением правительства РФ от 14 февраля 2003 года № 101. Перерыв не установлен (л.д. 4-7). Факт работы истца в указанной должности в БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» подтверждается также трудовой книжкой ФИО1 от 27 августа 1990 года.

Согласно положениям должностной инструкции 

<

данные изъяты> поликлиники БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» он обязан оказывать квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, используя современные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, разрешенные для применения в медицинской практике (п. 2.1), определять тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами (п. 2.2), разрабатывать план обследования больного, уточнять объем и рациональные методы обследования пациента с целью получения в минимально короткие сроки полной и достоверной диагностической информации (п. 2.3), на основании клинических наблюдений и обследования, сбора анамнеза, данных клинико-лабораторных и инструментальных исследований устанавливать (или подтверждать) диагноз (п. 2.4), в соответствии с установленными правилами и стандартами назначать и контролировать необходимое лечение, организовать или самостоятельно проводить необходимые диагностические, лечебные, реабилитационные и профилактические процедуры и мероприятия (п. 2.5), вносить изменения в план лечения в зависимости от состояния пациента и определять необходимость дополнительных методов обследования (п. 2.6), оказывать консультативную помощь врачам других подразделений ЛПУ по своей специальности (п. 2.7), руководить работой подчиненного ему среднего и младшего медицинского персонала (при его наличии), содействовать выполнению им своих должностных обязанностей (п. 2.8), контролировать правильность поведения лечебных процедур, рационального использования лекарственных препаратов (п. 2.9), участвовать в проведении занятий по повышению квалификации медицинского персонала (п. 2.10), планировать свою работу и анализировать показатели своей деятельности (п. 2.11), обеспечивать своевременное и качественное оформление медицинской и иной документации в соответствии с установленными правилами (п. 2.12), проводить санитарно-просветительскую работу (п. 2.13), соблюдать правила и принципы врачебной этики и деонтологии (п. 2.14), участвовать в проведении экспертизы временной нетрудоспособности и готовить необходимые документы для медикосоциальной экспертизы (п. 2.15), квалифицированно и своевременно исполнять приказы, распоряжения и поручения руководства учреждения, а также нормативно-правовые акты по своей профессиональной деятельности (п. 2.16), соблюдать правила внутреннего распорядка, противопожарной безопасности и техники безопасности, санитрно-эпидемиологического режима (п. 2.17), оперативно принимать меры, включая своевременное информирование руководства, по устранению нарушений техники безопасности, противопожарных и санитарных правил, создающих угрозу деятельности учреждения здравоохранения, его работникам, пациентам и посетителям (п. 2.18), систематически повышать свою квалификацию (п. 2.19) (л.д. 8-10).

02 февраля 2018 года ФИО1 получил уведомление об изменении существенных условий трудового договора № 169 от 20 августа 2015 года, согласно которому он был извещён о том, что в связи с выполняемыми им должностными обязанностями в соответствии с должностной инструкцией врача-хирурга поликлиники в существенные условия трудового договора с 05 апреля 2018 года будут внесены следующие изменения:

1) продолжительность рабочего дня – 7,42 часа,

2) продолжительность рабочего времени в неделю – 38,5 часов. 

Если он (ФИО1) не согласен продолжать работу в новых условиях, ему может быть в письменной форме предложена другая имеющаяся в БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» работа (как вакантная должность или работа, соответствующая квалификации работника, так и вакантная нижестоящая должность или нижеоплачиваемая работа), которую он может выполнять с учетом состояния здоровья. При отсутствии указанной работы или его отказе от предложенной работы трудовой договор с ним будет прекращен в соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (л.д. 11).

В этот же день за защитой своих прав истец обратился в прокуратуру Свердловского района Орловской области (л.д. 12-13), которая направила заявление истца в Государственную инспекцию труда в Орловской области, в соответствии с ответом которой от 12 марта 2018 года № 57/7-182-18 работодателем БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» ФИО1 вручено под роспись уведомление об изменении продолжительности рабочего времени по сравнению с условиями трудового договора, о чем работодатель уведомил за два месяца. Дополнительное соглашение с работодателем не подписано. Трудовые права работника не нарушены. Изменение существенных условий трудового договора наступит 05 апреля 2018 года (л.д. 14-15). 

Согласно дополнительному соглашению от 05 апреля 2018 года к трудовому договору от 20 августа 2015 года № 169, в связи с выполняемыми работником должностными обязанностями в соответствии с должностной инструкцией 

<

данные изъяты> поликлиники, в трудовой договор с работником внесены следующие изменения:

- пункт 6.1. Пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота, воскресенье) с продолжительностью рабочего дня: 7,42 часа, начало рабочего дня: 8 часов 00 минут, перерыв на обед с 13 часов 00 минут до 13 часов 30 минут, место работы: хирургический кабинет поликлиники.

- пункт 6.2. Продолжительность рабочего времени в неделю работника – 38.5 часов.

Остальные условия ранее заключенного трудового договора остаются прежними, и стороны подтверждают принятые по ним обязательства.

Настоящее дополнительное соглашение является неотъемлемой частью трудового договора от 20 августа 2015 года № 169 и вступает в силу с 05 апреля 2018 года.

В спорном дополнительном соглашении имеется подпись истца ФИО1, который указал, что настоящий текст составлен не 05 апреля 2018 года, а 09 апреля 2018 года, слово «Работодатель» написано неверно, в адресе места регистрации и проживания необходимо дополнительно указать: 

<

адрес>.

Как пояснил истец ФИО1 в судебном заседании дополнительное соглашение было подписано им и соблюдается с 09 апреля 2018 года, поскольку в случае невыполнения нового рабочего распорядка он будет уволен, что так же подтверждается табелем учета использования рабочего времени и подсчета за апрель 2018 года.

Согласно акту проверки Государственной инспекции труда в Орловской области от 18 мая 2018 года, в ходе проверки выявлены нарушения обязательных требований или требований, установленных муниципальными правовыми актами (с указанием положений (нормативных) правовых актов: согласно п. 6.2 трудового договора № 169 от 20 августа 2015 работника учреждения ФИО1 – указана сокращенная продолжительность рабочего времени – 33 часа в неделю в соответствии с Постановлением Правительства от 14 февраля 2003 № 101. Однако, вышеуказанное Постановление сокращенную рабочую неделю определяет врачам, которые проводят исключительно амбулаторный прием больных. Статьей 73 Федерального Закона от 27 ноября 2011 года № 323-ФЗ определено, что медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями. В должностной инструкции 

<

данные изъяты> предусмотрено помимо проведения амбулаторного приема больных, проведение приемов с профилактической целью, участие в профилактических осмотрах, оказание консультативной помощи врачам других подразделений учреждения по своей специальности, руководство работой подчиненного ему среднего персонала, участие в проведении занятий по повышению квалификации медицинского персонала, проведение санитарно-просветительской работы. Таким образом, трудовая деятельность ФИО1 не подпадает под действующее Постановлением правительства РФ от 14 февраля 2003 года № 101, которое устанавливает сокращенную 33-часовую рабочую неделю 

<

данные изъяты>.

Истец ФИО1 просил не принимать в качестве доказательства вышеуказанный акт проверки, поскольку в нем указано, что он осуществляет проведение приемов с профилактической целью, а также участвует в профилактических осмотрах, что не соответствует действительности.

Рассматривая этот довод истца, суд приходит к выводу о его несостоятельности, поскольку он опровергается сводными реестрами объемов медицинской помощи, оказанной застрахованным лицам в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования, согласно которым в январе 2018 года 

<

данные изъяты> ФИО1 принял 1 больного с профилактической целью, в феврале 2018 года – 14 больных, в марте 2018 года – 13 больных, в апреле 2018 года-17 больных, медицинскими амбулаторными картами пациентов, а также данными о посещении больных врачей за январь-март 2018 года, и за январь-апрель 2018 года.

Согласно приказу №3 от 09.01.2017 главного врача больницы, организованы платные медицинские услуги, в их перечень входит освидетельствование: водителей индивидуальных транспортных средств; на право приобретения и ношения оружия; при поступлении на работу, для оформления медицинской справки (врачебное профессионально-консультативное заключение) формы 086/у лицам старше 18 лет (по требованию учебных заведений); предрейсовые и послерейсовые медицинские осмотры водителей транспортных средств. На основании приказа №1а от 09 января 2017 года установлено, что 

<

данные изъяты> ФИО1 включен в состав комиссии по проведению обязательного предварительного и периодических медицинских осмотров (обследований). 

При изучении копий медицинских карт амбулаторного больного на имя ССА, ФИО6, ФИО7, ЦВВ, ХВА, АЛА, ФИО11, ФИО12 судом установлено, что истцом проводился профосмотр указанных лиц.

Обосновывая свои доводы о необходимости внесения изменения в трудовой договор с ФИО1 представитель ответчика Ночевка А.С. представил суду коллективный договор Свердловской центральной районной больницы на 2018-2020 годы, принятый на общем собрании трудового коллектива (протокол № 3 от 21 декабря 2017), от работников на котором выступал председатель профсоюзного комитета БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» Свидетель №1, от работодателя – главный врач БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» ФИО14, а также правила внутреннего трудового распорядка, согласно которым в течение рабочего дня (смены) работнику предоставляется перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более 1-го часа и не менее 30 минут, и в рабочее время не включается. На работах, где по условиям работы предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время (п. 5.2). В соответствии с п. 5.1. правил внутреннего трудового распорядка БУЗ «Свердловская ЦРБ» установлено следующее время начала и окончания работы и перерыва для отдыха и питания:

Часов в неделю 

40 

38,5 

36 

33 

30 

Начало работы 

8.00 

8.00 

8.00 

8.00 

8.00 

Перерыв на обед 

С 13 до 13-45 

С 13 до 13.30 

С 13 до 13.30 

С 13 до 13.30 

С 13 до 13.30 

Окончание работы пятница 

17.0015.45 

16.12 

15.42 

15.06 

14.30 

Согласно акту от 16 января 2018 года ФИО1 отказался ставить свою подпись в листе ознакомления с коллективным договором, о чем имеются подписи Ночевки А.С., Свидетель №1 и Свидетель №2 

Как пояснила в судебном заседании свидетель Свидетель №2, ей как заместителю председателя профкома больницы было поручено ознакомить всех сотрудников больницы с коллективным договором. Она принесла коллективный договор с листом ознакомления в хирургический кабинет и оставила, истца на тот момент в кабинете не было. Коллективный договор длительное время был в хирургическом кабинете. В листе ознакомления с коллективным договором сотрудники хирургического кабинета не поставили подписи, она лично его потом забирала у них. Акт был составлен в связи с отказом ФИО1 от подписи в листе ознакомления с коллективным договором, о чем она поставила свою подпись. 

Как пояснила в судебном заседании свидетель ТЕВ истец проводит профилактические осмотры в рамках оказания платных услуг. Все посещения пациентов согласно отчетных данных больницы и тарифного соглашения имеют классификацию: посещения с профилактической целью, посещения по неотложной помощи, посещения по заболеванию. Все посещения внесены в таблицу на основании талонов, составленных врачами.

Как пояснила в судебном заседании свидетель Свидетель №1 она является председателем профсоюзного комитета больницы. На заседании совместной комиссии, в которую вошли члены профкома, экономист и представители администрации больницы было решено установить обеденный перерыв. На общем собрании коллектива 21.12.2017 г. был принят коллективный договор на 2018-2020 годы. ФИО1 знакомился с проектом коллективного договора, а в нем было предусмотрено введение перерыва с 13 до 13 часов 30 минут. На собрании истца не было, так как он находился в отпуске. Акт был составлен, так как ФИО1 отказался подписывать листок ознакомления с коллективным договором.

Как пояснила в судебном заседании свидетель СДА, она работает медсестрой хирургического кабинета. Истец прием пациентов проводит только в хирургическом кабинете, а она и другая медицинская сестра –ТОВ, выполняют его назначения. Пациенты приходят с жалобами и для прохождения профилактического осмотра. Ранее, когда у истца был сокращенный рабочий день и он уходил с работы, а на прием приходили пациенты, то, если тяжелый случай у пациента, то вызывали другого врача из стационара, если не тяжелый – говорили пациенту прийти на следующий день. С проектом коллективного договора они были ознакомлены в 2017 году. В январе 2018 года медсестра ФИО2 находилась на больничном, она одна выполняла свою работу и обязанности другой медсестры, поэтому приносили в тот период к ним в кабинет текст утвержденного коллективного договора или нет, она не помнит.

Свидетель НЮА в судебном заседании сообщил, что является заместителем главного врача больницы по медицинской части. В связи с тем, что был принят новый коллективный договор, где оговорены новые условия труда, режим работы и был введен обеденный перерыв с 13 часов до 13 часов 30 минут, эту информацию он довел до всех медицинских работников и врачей на планерке.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они логичны, последовательны, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, в связи с чем суд считает необходимым принять их в качестве доказательства по делу.

Истец заявил, что оказанием консультативной помощи врачам других подразделений ЛПУ по своей специальности он занимается исключительно по документации в процессе приема в хирургическом кабинете поликлиники, в подтверждение чего представил копии медицинских карт амбулаторных больных и талонов амбулаторных пациентов на имя ПНН и КНН Однако, свидетель СДА суду пояснила, что по вызову скорой медицинской помощи или других врачей ФИО1 уходит из кабинета к ним для оказания помощи. Таким образом, установлено, что истцом консультативная помощь другим врачам оказывается не только в рамках амбулаторного приема им больных. 

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований, поскольку, работая в должности врача-хирурга БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ», помимо амбулаторного приема истец проводит профосмотр пациентов, оказывает консультативную помощь другим врачам, кроме того, согласно должностной инструкции должен участвовать в проведении занятий по повышению квалификации медицинского персонала (п. 2.10), планировать свою работу и анализировать показатели своей деятельности (п. 2.11), проводить санитарно-просветительскую работу (п. 2.13).

Должностные обязанности ФИО1 не изменились, что в судебном заседании сторонами не оспаривалось.

Довод истца ФИО1 о том, что вся его трудовая деятельность связана исключительно с амбулаторным приемом больных, не может являться основанием для освобождения его от вышеуказанных должностных обязанностей, в том числе и в случае их невыполнения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец не относится к категории врачей, в отношении которых в соответствии с Постановлением правительства Российской Федерации от 14 февраля 2003 года № 101 может быть установлена сокращенная продолжительность рабочего времени, в связи с чем у работодателя изначально не имелось оснований для установления истцу нормы рабочего времени продолжительностью 33 часа в неделю. При этом фактическое внесение изменений в существенные условия трудового договора с ФИО1 направлено на устранение в БУЗ ОО «Свердловская ЦРБ» допущенных ранее нарушений норм трудового законодательства, регулирующего труд медицинских работников.

Доводы истца ФИО1 о том, что ответчик, внося изменения в существенные условия трудового договора с ним, должен был действовать по правилам ст. 74 ТК РФ, оснований для удовлетворения требований истца не образуют, поскольку фактически изменение условий трудового договора истца применительно к положениям ст. 74 ТК РФ не производилось, норма рабочего времени работодателем приведена в соответствии с нормами трудового законодательства.

Рассматривая внесенные изменения об установлении перерыва истцу, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 108 ТК РФ в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается. Правилами внутреннего трудового распорядка или трудовым договором может быть предусмотрено, что указанный перерыв может не предоставляться работнику, если установленная для него продолжительность ежедневной работы (смены) не превышает четырех часов.

Время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка или по соглашению между работником и работодателем.

На работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Перечень таких работ, а также места для отдыха и приема пищи устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка.

Правилами внутреннего трудового распорядка БУЗ ОО «Свердловской ЦРБ» не установлено, что врач-хирург поликлиники относится к работникам, которым невозможно установить перерыв для отдыха и питания, и которым работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснял, что с 09.04.2018 после подписания дополнительного соглашения к трудовому договору предоставленным перерывом он пользуется в полном объеме, во время перерыва он выезжает за пределы больницы.

Таким образом, суд приходит к выводу, что установление получасового перерыва не влечет нарушение трудовых прав истца и не мешает приему больных в поликлинике, в связи с чем в удовлетворении исковых требований в этой части следует отказать.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, то и требования истца о компенсации морального вреда, суд находит не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Бюджетному учреждению здравоохранения Орловской области «Свердловская ЦРБ» об отмене изменений трудового договора и компенсации морального вреда отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Орловский областной суд в течение месяца со дня вынесения в мотивированном виде, путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд Орловской области. 

Председательствующий Е.А. Конкина