Дело № 1–75/2018 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Нижний Тагил 

24 июля 2018 года Пригородный районный суд Свердловской области в составе председательствующего Мульковой Е.В., при секретарях судебного заседания Кокориной Н.В., Артемьевой К.О., с участием:

государственного обвинителя Парадеева Е.Ю., 

потерпевших, гражданских истцов – Л., Р.,

подсудимого, гражданского ответчика – ФИО1, и его защитников Бызовой О.В., Рахимовой Р.Р., Шихторкина Д.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина 

<

...>, не судимого,

с мерой пресечения по данному уголовному делу в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении трех преступлений, предусмотренных пунктом «а» части третьей статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, одного преступления, предусмотренного пунктом «б» части второй статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО1 совершил четыре кражи, то есть: тайное хищение имущества АМ. с незаконным проникновением в жилище; тайное хищение имущества Д. с незаконным проникновением в помещение; тайное хищение имущества Л. с незаконным проникновением в жилище; тайное хищение имущества Р. с незаконным проникновением в жилище.

Преступления совершены на территории Пригородного района Свердловской области при следующих обстоятельствах.

В один из дней в начале июля 2015 года, в дневное время, ФИО1, находясь у 

<

адрес>, достоверно зная, что в доме имеются спиртные напитки, принадлежащие АМ., в ходе внезапно возникшего умысла, направленного на тайное хищение имущества АМ., с незаконным проникновением в жилище, осуществляя свои преступные намерения, подошел к окну вышеуказанного дома и через приоткрытую створку окна, незаконно проник внутрь вышеуказанного дома, откуда умышленно, из корыстных побуждений, тайно похитил имущество, принадлежащее АМ., а именно:

одну бутылку водки, объёмом 0,5 л, стоимостью 300 руб.;

четыре бутылки шампанского, объемом 0,125 л каждая, на сумму 250 руб.;

одну пачку сигарет «Донской табак» стоимостью 30 руб.

Присвоив похищенное, ФИО1, с места преступления скрылся, впоследствии похищенным распорядился по своему усмотрению. Преступными действиями ФИО1, потерпевшему АМ. причинен материальный ущерб в размере 580 руб. 

В один из дней начале июля 2016 года, в дневное время, ФИО1, находясь у 

<

адрес>, в ходе внезапно возникшего умысла, направленного на тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение, воспользовавшись отсутствием лиц, которые могли бы воспрепятствовать его преступным действиям, через незапертые на запорные устройства двери, незаконно проник в крытый двор 

<

адрес>, после чего через незапертую дверь незаконно проник в помещение веранды, откуда умышленно, из корыстных побуждений, тайно похитил шуруповёрт «Makita» стоимостью 6 000 руб., принадлежащий Д. Присвоив похищенное, ФИО1 с места преступления скрылся, впоследствии похищенным распорядился по своему усмотрению. Преступными действиями ФИО1 потерпевшему Д. причинен материальный ущерб в размере 6 000 руб. 

В период с 29 по 30 сентября 2016 года, в дневное время, ФИО1, находясь на 

<

адрес>, имея умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в жилище, воспользовавшись отсутствием лиц, которые могли бы воспрепятствовать его преступным действиям, выставив раму окна, незаконно проник в 

<

адрес>, откуда умышленно, из корыстных побуждений, тайно похитил ДВД–плеер, стоимостью 1 000 руб., принадлежащий Л. Присвоив похищенное, ФИО1 с места преступления скрылся, впоследствии похищенным распорядился по своему усмотрению. Преступными действиями ФИО1 потерпевшей Л. причинен материальный ущерб в размере 1 000 руб. 

25 ноября 2017 года в дневное время, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, у 

<

адрес>, в ходе внезапно возникшего умысла, направленного на тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в жилище, воспользовавшись отсутствием лиц, которые могли бы воспрепятствовать его преступным действиям, при помощи не установленного следствием предмета, взломал навесной замок на калитке забора, после чего незаконно проник внутрь открытого двора вышеуказанного дома. Затем ФИО1 в продолжение своего преступного умысла, находясь в открытом дворе указанного дома при помощи не установленного следствием предмета, взломал замки на двери, после чего незаконно проник внутрь 

<

адрес>, откуда умышленно, из корыстных побуждений, тайно похитил дрель–шуруповёрт аккумуляторную марки JOZ–HG 16-12, стоимостью 2 600 руб., принадлежащую Р. Присвоив похищенное, ФИО1, с места преступления скрылся, впоследствии похищенным распорядился по своему усмотрению. Преступными действиями ФИО1 потерпевшей Р. причинен материальный ущерб в размере 2 600 руб. 

Потерпевшими заявлены исковые требования о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлениями. При этом потерпевший АМ. просит взыскать с подсудимого ФИО1 сумму 580 руб. (т. 1 л.д. 186); потерпевший Д. – сумму 6 000 руб. (т. 1 л.д. 230); потерпевшая Л. – сумму 1 000 руб. (т. 2 л.д. 20), потерпевшая Р. – сумму 2 600 руб. (т.1 л.д. 103).

В судебном заседании подсудимый ФИО2 признал вину в краже имущества АМ., не признал свою вину в совершении краж имущества Л., Д., Р., ссылаясь на то, что в ходе предварительного расследования уголовного дела признался в кражах имущества Л., Д., Р. под психологическим давлением сотрудников полиции. В судебном заседании ФИО3 пояснил суду, что летом 2015 года совершил кражу спиртных напитков и сигарет из дома АМ., которому помогал по хозяйству и знал, место нахождения спиртных напитков. Он рассказал сотрудникам полиции обстоятельства кражи из дома АМ., когда его опрашивали в связи с кражей имущества Р.. Потерпевшему АМ. он уплатил 600 руб. в возмещение имущественного вреда и извинился перед потерпевшим за содеянное. Совершение краж имущества других потерпевших по рассматриваемому уголовному делу подсудимый отрицал в судебном заседании. 

Вина ФИО1 в совершении четырех краж имущества граждан в 

<

адрес> подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, являющихся относимыми, допустимыми, достоверными. 

По эпизоду кражи имущества АМ.

В заявлении в полицию от 11.12.2017 АМ. просил привлечь к уголовной ответственности неизвестного, который в начале июля 2015 года, незаконно проник в его дом 

<

адрес>, откуда тайно похитил принадлежащее ему имущество, а именно бутылку водки, объёмом 0,5 л, 4 бутылки шампанского в одной упаковке, объёмом 0,125 л каждая, материальный ущерб для него составил 550 руб. (т. 1 л.д. 163)

В этот же день был осмотрен 

<

адрес> с составлением протокола осмотра места происшествия и иллюстрационной таблицы к нему. В ходе осмотра обнаружены и изъяты: две этикетки с бутылки (т. 1 л.д. 170 – 175).

Согласно протокола осмотра предметов с иллюстрационной таблицей от 15.12.2017 в ходе предварительного следствия осмотрены: две этикетки, имеющие значение для уголовного дела. В этот же день постановлением следователя две этикетки признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу (т. 1 л.д. 177 – 179, 180, 181).

Из оглашенных в судебном заседании с согласия сторон показаний потерпевшего, данных в ходе предварительного следствия следует, что 25.06.2015, а может и позже на пару дней, в связи с юбилейной датой у него в доме было много родственников и друзей, в том числе ФИО1 Его дети подарили ему на юбилей подарочную бутылку водки, объемом 0,5 л, с этикеткой с изображением лиц его самого и его детей. Также ему подарили упаковку в небольшой коробочке, где находилось 4 бутылки шампанского объемом по 0,125 л. В начале июля 2015 года, он просил ФИО5 распилить ему горбыль во дворе его дома, в его отсутствие, так как они с женой жили в тот период в 

<

адрес>. После своего юбилея он приехал с женой домой, увидел, что горбыль у него во дворе распилен как он и просил ФИО5, мусор прибран в телегу, а в ней лежит упаковка из – под коробки с шампанским. Когда они зашли в дом, то все запорные устройства не были повреждены, окно на кухне могло быть приоткрыто. Войдя в дом, он сначала не обнаружил пропажу какого–либо имущества, но позже – спустя несколько дней он в доме Х. увидел бутылку из–под водки, объемом 0,5 л, с этикеткой с изображением своего лица. При этом Х. сообщил, что бутылку принес ФИО3 и они совместно распили водку. Он забрал пустую бутылку у Х. дома отклеил этикетки со своим изображением, которые оставил себе на память. Позже ему от сотрудников полиции стало известно, что кражу его спиртных напитков совершил ФИО3. Кроме того тот украл у него сигареты «Донской табак», стоимостью 30 руб., бутылку водки объемом 0,5 л оценивает в 300 руб., коробку с шампанским в 250 руб. Всего ущерб от хищения его имущества составил 580 руб., значительным для него не является (т.1 л.д. 186–188).

В ходе предварительного следствия при проверке показаний на месте с составлением протокола следственного действия от 14.12.2017 с иллюстрационной таблицей, ФИО1 возле 

<

адрес>, затем во вдоре указанного дома и в самом доме рассказал об обстоятельствах совершения кражи имущества АМ. (том 2 л.д. 69–74). 

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля Г., данных в ходе предварительного следствия, следует, что 27.06.2015 по адресу: 

<

адрес>, они отмечали юбилей мужа – АМ. Их дети подарили мужу бутылку водку объёмом 0,5 л с этикетками, на которых был изображен муж и дети, 4 бутылки шампанского объёмом по 0,125 л. В начале июля 2015 года она обратила внимание, что в телеге с мусором, который убирал со двора ФИО3, лежала упаковка из–под бутылок с шампанским в количестве 4 шт. В доме, в спальне под стулом упаковка с шампанским отсутствовала. Пропажу бутылки водки с подарочной этикеткой и пачки сигарет на подоконнике заметил муж. Следов взлома в дом не было, была приоткрыта форточка окна на кухне. Позже муж рассказал ей, что в доме Х. нашел свои этикетки с бутылки водки, которую принес в этот дом ФИО3 (т.1 л.д. 199–200). 

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля ВЯ., данных в ходе предварительного следствия, следует, что в один из дней лета 2015 года к нему в дому приходил местный житель ФИО3 с бутылкой водки, объёмом 0,5 л. ФИО3 был трезвый, они с ним в огороде выпили бутылку водки, которую принес ФИО3 и разошлись. После распития водки с ФИО3 он обнаружил изображение АМ. на этикетке и сообщил ему об этом. АМ. опознал свою бутылку, которую у него похитили из дома, забрал этикетки с его изображением, а бутылку выкинул (т. 1 л.д. 202–203).

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетелей Н. и А., данных в ходе предварительного следствия, усматривается, что 14.12.2017 свидетели были понятыми при проверки на месте показаний ФИО1 в д. Новая, где ФИО3 в спокойной обстановке рассказывал и показывал присутствовавшим дом и места в доме, откуда летном 2015 года он похитил бутылку водки, упаковку с шампанским и пачку сигарет (т.1 л.д. 146–148, 150–152).

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля ЛАВ., данных в ходе предварительного следствия, усматривается, что 11.12.2017 ему как старшему участковому уполномоченному полиции в беседе ФИО3 рассказал, что летом 2015 года в дневное время выполнял хозяйственные работы по просьбе местного жителя АМ. в д. Новая. Затем ФИО3 рассказал, что из-за похмелья решил совершить кражу спиртных напитков из дома АМ., и обстоятельства совершения им кражи. Обстоятельства совершения кражи из дома АМ. ФИО3 подтвердил при проверке показаний на мете 14.12.2017. Кроме того, 11.12.2017 свидетель участвовал в осмотре места происшествия – дома АМ., во время которого потерпевший указал местонахождение двух этикеток с его изображением, с бутылки водки, подаренной ему на юбилей детьми. При этом АМ. пояснил, что данные этикетки он забрал у местного жителя Х.. При опросе Х. рассказал, что данные этикетки у него оказались с того времени как к нему домой в летний период 2015 года пришел ФИО3 с бутылкой водки (т. 1 л.д. 207–211).

Оценив в совокупности изложенные доказательства, суд приходит к выводу, что вина ФИО1 в совершении данного преступления установлена, подтверждается показаниями самого подсудимого, потерпевшего АМ., которые полностью согласуются с показаниями свидетелей обвинения, письменными и вещественными доказательствами.

Исходя из протокола осмотра места происшествия, протокола проверки показаний ФИО1 на месте с соответствующими иллюстрационными таблицами, штампа в общегражданском паспорте потерпевшего о регистрации по месту жительства в 

<

адрес> (т. 1 л.д. 189–192), наличие в обвинении подсудимого квалифицирующего признака кражи имущества АМ. «с незаконным проникновением в жилище» является обоснованным.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в жилище. 

По эпизоду кражи имущества Д. 

В протоколе явки с повинной от 14.12.2017 ФИО1 указал, что летом 2016 года, он пришёл к П., принёс отходы для хозяйства. Находясь во дворе, покричал хозяйку, не никто не отозвался. Веранда была открыта, он понял, что за его действиями никто не наблюдает. Он решил пройти на веранду и похитить что–либо ценное. Прошёл на веранду, где увидел шуруповёрт и похитил его. Похищенное взял и отнёс домой. Через одну неделю продал шуруповёрт человеку, проживающему в д. Новая, по адресу, который может показать. Продал шуруповёрт за 1,5 л спирта. В содеянном раскаивается, обязуется возместить ущерб (т. 2 л.д. 77).

Свидетель АИ. показал суду, что ему как старшему участковому уполномоченному полиции 14.12.2017 обратился житель д. Новой – ФИО3, пожелавший рассказать о краже летом 2016 года шуруповерта у ФИО4 изложил обстоятельства кражи и дальнейшей продажи шуруповерта, который был в рабочем состоянии. ФИО3 были разъяснены его право, предусмотренное ст. 51 Конституции Российской Федерации, право на защиту. Он заявил, что раскаивается и желает самостоятельно написать явку с повинной (т. 1 л.д. 245–246).

В заявлении от 14.12.2017 Д. просил привлечь к уголовной ответственности неизвестного, который в июле 2016 года в дневное время тайно проник на веранду 

<

адрес>, откуда тайно похитил принадлежащий ему шуруповёрт «Makita», причинив ему материальный ущерб в сумме 6 000 руб., ущерб для него незначительный (т. 1 л.д. 212).

В этот же день был осмотрен двор 

<

адрес>, о чем составлен протокол осмотра места происшествия от 14.12.2017, с прилагаемой к нему иллюстрационной таблицей (т.1 л.д. 218–223).

Из оглашенных в судебном заседании на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний ФИО1, данных в качестве подозреваемого 14.12.2017 следует, что в июле 2016 года, точную дату он не помнит, в дневное время в трезвом виде он пошел купить молока и отнести очистки от картошки местной жительнице проживающей напротив его дома наискосок – П., которая держит гусей, баранов, свиней, быка, коров, куриц. Когда он прошел к веранде дома П., обойдя его с правой стороны как обычно, калитка забора не закрывается. Он покричал П., но ему никто не откликнулся, в огороде её также нигде не было, тогда в этот момент у него возник умысел похитить что – либо ценное со двора дома П., так как видел до этого лежащие на полу электроинструменты. Он осмотрелся, вокруг никого не было, он понимал, что он совершает кражу, так как ему во двор дома П. заходить не разрешала, тем более брать что–либо из её имущества. Он видел, что дверь на веранду дома не заперта, тогда через незапертую на запорные устройства дверь, он прошел внутрь двора дома, где на полу на веранде увидел гаечные ключи и шуруповерт. Он решил украсть только шуруповерт, так как его проще было продать, и он является более дорогим в цене, чем ключи. Он оставил очистки на веранде, при этом забрал шуруповерт «Makita» в корпусе зелёного цвета, и вышел из двора дома. В дом к П. он не заходил. Когда он уходил, то его никто не видел. С похищенным шуруповертом он пришел домой, где положил его на верстак, в крытом дворе дома, чтобы мать не видела его. Спустя примерно 5-6 дней, он поехал в 

<

адрес>, где сдал похищенный у П. шуруповерт в комиссионный магазин «

<

...> возле железнодорожного вокзала за 300 руб., без документов, на свое имя и паспортные данные. На руках у него никаких документов о том, что он сдал в магазин шуруповерт не остался. Деньги потратил на приобретения спиртных напитков (т. 2 л.д. 90–93).

При проверке показаний на месте, о чем 14.12.2017 составлен протокол следственного действия с иллюстрационной таблицей, ФИО1 указал на одноэтажный деревянный дом между домами № и № по 

<

адрес>, перед которым имеется навес из поликарбоната и забор высотой около 1 м из металлического профлиста. ФИО1 попросил всех участников следственного действия обойти дом с правой стороны где указал на двухстворчатые двери, после чего предложил всем участникам в присутствии хозяйки Т. пройти внутрь крытого двора, где указал слева на веранду и показал, что похитил лежащий на полу шуруповёрт «Makita» в июле 2016 года, который продал в магазин 

<

...>» (т. 2 л.д. 94–97).

Из оглашенных с согласия сторон показаний потерпевшего Д., данных в ходе предварительного следствия, следует, что в 

<

адрес> проживает его тёща Б., которую называют по фамилии «П. На веранде дома тещи он хранил принадлежащий ему шуруповёрт «Makita» без упаковки. В июле 2016 года, точную дату он не помнит, его тёща либо он сам обнаружил пропажу шуруповёрта «Makita» с зарядным устройством с веранды, в тот момент, когда дома никого не было, а дверь веранды в дневное время тёща не закрывает. Данный шуруповёрт «Makita», в корпусе зеленого цвета, 18 Вольт, он купил в мае 2016 года в комиссионном магазине без документов на него, чеки на приобретение не сохранились. Шуруповёрт «Makita» оценивает в 6 000 руб., ущерб для него незначительный. С заявлением в полицию не стал сразу обращаться, так как хотел сам найти свой похищенный шуруповёрт. Позже ему от сотрудников полиции стало известно, что кражу его шуруповёрта совершил ФИО3, поэтому он решил написать заявление в полицию (т. 1 л.д. 230–231, 232–234).

Свидетель Т. суду показала, что в июле 2016 года к ней в гости приехали дочь с зятем Д. и последний обнаружил, что с веранды дома, в котором она проживает пропал шуруповёрт, принадлежащий Д.. Зять хранил шуруповерт на полу веранды в крытом дворе дома, без упаковки и коробки. В декабре 2017 года к ней в дом приезжали сотрудники полиции совместно с ФИО3, который в присутствии понятых в спокойной обстановке показал на место на веранде, откуда с пола похитил шуруповёрт, принадлежащий её зятю Д.. При этом ФИО3 рассказал как зашел на веранду, когда в доме никого не было. Она заходить во двор своего дома ФИО3 не разрешала, тем более брать имущество на веранде (т. 1 л.д. 241–243).

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетелей Н. и А., данных в ходе предварительного следствия, усматривается, что 14.12.2017 свидетели были понятыми при проверке на месте показаний ФИО1 в д. Новая, где ФИО3 в спокойной обстановке рассказывал и показывал присутствовавшим дом Б., крытый двор дома и веранду, откуда похитил шуруповёрт (т.1 л.д. 146–148, 150–152). 

Судом не установлено факта оказания на ФИО1 какого–либо давления при написании им явки с повинной. При составлении протокола явки с повинной ФИО1 излагал обстоятельства, которые были известны только ему. Кроме того, давая показания в качестве подозреваемого в ходе предварительного следствия он в присутствии защитника подробно рассказывал об обстоятельствах совершения им преступления, подтверждая свои показания подписью.

Суд оценивает показания ФИО1 в судебном заседании, как избранную им линию защиту, с целью избежать ответственности за содеянное. Его показания в судебном заседании опровергаются совокупностью исследованных по делу доказательств. Утверждение подсудимого о том, что в период следствия на него оказывалось давление со стороны сотрудников полиции голословно и ничем не подтверждено.

Проанализировав доказательства, собранные по делу в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимого ФИО1 в совершении кражи имущества Д. с незаконным проникновением в помещение, нашла свое подтверждение в ходе судебного следствия. Исследованные судом доказательства согласуются между собой, являются непротиворечивыми и получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Исходя из протокола осмотра места происшествия, показаний потерпевшего Д., свидетеля Т., показаний ФИО1 в ходе предварительного следствия и при проверке его показаний на месте наличие в обвинении подсудимого квалифицирующего признака кражи имущества Д. «с незаконным проникновением в помещение» является обоснованным.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по п. «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение. 

По эпизоду кражи имущества Л.

В протоколе явки с повинной от 16.12.2017 ФИО1 собственноручно указал, что примерно в конце сентября 2016 года он, проходя по 

<

адрес>, увидел, что в одном из домов открыто окно. Он решил проникнуть в дом через окно с целью хищения спирта либо другого ценного имущества. Он залез в окно и в комнате справа увидел ДВД – плеер, который убрал в свою спортивную куртку, вылез обратно в окно и ушёл домой. Плеер он впоследствии продал за 3000 руб. в г. Н. Тагиле (т. 2 л.д. 98).

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля СН., данных в ходе предварительного следствия, следует, что занимая должность участкового уполномоченного полиции, он во время дежурства 16.12.2017 составил протокол явки с повинной от жителя д. Новая, который представился ФИО1, и сообщил обстоятельства кражи в сентябре 2016 года из одного из домов по 

<

адрес>. Он рассказал, что через окно залез внутрь дома, и в комнате, с тумбочки взял ДВД–плеер, отсоединив провода и убрав его в спортивную куртку, в которую был одет. Спиртные напитки в доме он не нашел, с похищенным ДВД–плеером он вылез через окно на улицу. В дальнейшем ДВД–плеер продал в 

<

адрес>. О данном преступлении ФИО3 сообщил добровольно, без оказания на него какого–либо давления со стороны сотрудников полиции. Свидетель разъяснял ФИО3 его право, предусмотренное ст. 51 Конституции Российской Федерации (т.2 л.д. 32–33). 

При очной ставке между свидетелем СН. и подозреваемым ФИО1, проведенной 22.01.2018 во время предварительного следствия, ФИО2 полностью согласился с показаниями свидетеля СН. об обстоятельствах написания явки с повинной о краже ДВД–плеера из дома Л. (т. 2 л.д. 128–130).

В заявлении от 16.12.2017 Л. просила привлечь к уголовной ответственности неизвестного, который в период с 29.09.2016 по 30.09.2016, незаконно проник в 

<

адрес>, откуда тайно похитил принадлежащий ей ДВД–плеер, чем причинил ей материальный ущерб на сумму 1 000 руб. (т. 2 л.д. 1).

В этот же день был осмотрен 

<

адрес> с составлением протокола осмотра места происшествия иллюстрационной таблицей к нему (т. 2 л.д. 6–15).

Потерпевшая Л. суду показала, с марта по ноябрь проживает в 

<

адрес>, унаследованном после смерти родителей. В конце сентября 2016 года, точную дату она не помнит, но примерно 28 – 29 числа она приехала в свой дом из 

<

адрес>. В доме все было в порядке. На следующий день она с утра ездила в город, а по возвращению, в половине четвертого дня, собираясь посмотреть телевизор обнаружила пропажу ДВД–плеера. Она сразу осмотрела дом и увидела, что рама окна в кухне выставлялась, так как она была не плотно прижата к проему окна, как она ранее её ставила, также гвозди были плохо прижаты к раме. По данному факту написала заявление в полицию после того как участковый уполномоченный полиции ЛАВ. сообщил ей, что ФИО3 признался в хищении её ДВД–плеера. Ущерб она оценивает в 1 000 руб.

Согласно показаниям свидетеля М., данным в ходе предварительного следствия и подтвержденным в судебном заседании, ему в конце ноября 2017 года, во время совместного распития спиртных напитков ФИО3 сказал, что залазил в дома Р. Раи и Л., где совершал кражи имущества, какого конкретно не говорил (т. 1 л.д. 155–156).

Оценив в совокупности изложенные доказательства, суд приходит к выводу, что вина ФИО1 в совершении кражи ДВД-плеера из дома Л., подтверждается показаниями потерпевшей, которые полностью согласуются с показаниями свидетелей обвинения и письменными материалами дела, кроме того, согласуются с заявлением ФИО1, изложенным в явке с повинной. 

Доказательств того, что явка с повинной написана подсудимым под давлением сотрудников полиции, судом не добыто. Основания для признания протокола явки с повинной недопустимым доказательством отсутствуют, поскольку подсудимый написал явку с повинной после разъяснения ему положений ст. 51 Конституции Российской Федерации, последствий дачи показаний, при последующем отказе от них, а также после разъяснения права на защиту. Сведения, изложенные ФИО1 в явке с повинной, полностью подтвердились в судебном заседании.

Отрицание ФИО1 во время судебного следствия своей причастности к краже имущества Л. суд оценивает как избранную им линию защиты с целью избежать ответственности за содеянное. 

Действия ФИО1 суд квалифицирует по п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в жилище. 

Квалифицирующий признак кражи имущества Л. – «с незаконным проникновением в жилище» подтвержден протоколом осмотра места происшествия, показаниями потерпевшей, протоколом явки с повинной, исходя из которых судом установлены обстоятельства тайного хищения имущества из дома, используемого потерпевшей для постоянного проживания в летний период года.

По эпизоду кражи имущества Р.

В протоколе явки с повинной от 11.12.2017 ФИО1 сообщил, что в конце ноября 2017 года в дневное время он подошёл к дому Р., в тот момент её не было дома. С собой у него был топор. Топором он сломал замок и проник в дом. Из данного дома он взял дрель – шуруповёрт, который в последующем продал неизвестному мужчине в 

<

адрес> за одну бутылку спирта. В последующем он водку выпил. Умысел на кражу из дома Р. у него возник до того как он вошёл в дом, так как он знал, что её нет дома. В настоящее время в содеянном раскаивается, обязуется возместить ущерб (т. 2 л.д. 34).

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетелей С. и АВ., данных ими в ходе предварительного следствия, следует, что 11.12.2017 в ходе проведения свидетелями оперативно – розыскных мероприятий по факту хищения дрели – шуруповерта из 

<

адрес>, в период с 20.10.2017 по 02.12.2017, с целью проверки оперативной информации о причастности к хищению имущества ФИО1, данный гражданин был приглашен в отделение полиции № 1. ФИО1 в присутствии свидетелей добровольно рассказал об обстоятельствах кражи дрели–шуруповерта из дома Р. и дальнейшей его продажи за бутылку водки. ФИО1 добровольно, без оказания на него какого –либо давления со стороны сотрудников полиции написал явку с повинной (т. 1 л.д. 157–159).

Из оглашенных в судебном заседании на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний ФИО1, данных в качестве подозреваемого 11.12.2017 следует, что в период с 25 по 27 ноября 2017 года он ежедневно употреблял спиртные напитки, поэтому когда 25.11.2017 у него закончились деньги он пошел к своему другу ЮА., для того чтобы поколоть ему дрова и заработать себе денег, для этого взял с собой из дома топор. По пути к дому Ю. он проходил мимо дома Р. по 

<

адрес>, номер дома не знает, может показать визуально, увидел, что у неё дом закрыт на замки, поэтому решил совершить кражу из её дома, с целью хищения спиртных напитков либо другого ценного имущества. Ранее у Р. он был во дворе дома один раз. Он подошел с целью кражи к центральным входным деревянным воротам, где открыл дверь в створке ворот при помощи нажатия на язычок расположенный над ручкой на двери, после чего зашел в открытый двор дома. Где прошел к дому Р. и при помощи топора взломал навесной замок на двери, ведущей в сени дома, далее прошел в само помещение дома, дверь в которое запорных устройств не имело. Когда он находился в помещении дома, он сразу в первую очередь увидел, дрель – шуруповерт, в корпусе светлого оранжевого цвета с подставкой черного цвета, который стоял на тумбочке возле телевизора в комнате дома. Он подошел к тумбочке, взял данную дрель – шуруповерт в руки и вышел из дома. Когда он вышел из дома, то забыл свой топор у металлического контейнера, расположенного возле помещения дома в открытом дворе дома Р., где справил естественные надобности. Взламывал ли он запорные устройства при помощи топора на хозяйственных постройках в открытом дворе Р., он точно не помнит, так как находился в состоянии алкогольного опьянения. Похищенную дрель – шуруповерт он продал знакомому дачнику по имени Ан. или Се, точно он не помнит, номер дома может показать визуально, в этот же день за бутылку водки (т. 2 л.д. 48–51).

При проверке показаний на месте 14.12.2017, о чем составлен протокол следственного действия с иллюстрационной таблицей, ФИО1 указал на одноэтажный деревянный дом с палисадником и воротами под № по 

<

адрес>, пояснив, что 25.11.2017 он в состоянии алкогольного опьянения проходил мимо указанного дома, который принадлежит Р.. Он шел с топором в руках, так как шел на подработку, которая сорвалась, и решил в дневное время совершить кражу спиртных напитков или продуктов питания, либо другого ценного имущества, из дома Р., которое можно продать и купить на вырученные деньги спиртные напитки. Он с целью кражи подошёл к воротам, где на тот момент навесного замка не было, надавил на язычок ручки и прошел во двор дома, где стал топором взламывать запорные устройства на хозяйственных постройках, искал имущество которое можно похитить. После чего топором взломал навесной замок в сени дома, после чего через незапертую дверь проник внутрь дома, откуда похитил дрель–шуруповёрт (т. 2 л.д. 52–55).

Потерпевшая Р. показала суду, что у неё в собственности имеется 

<

адрес>, в котором она проживает летом, а зимой приезжает один раз в месяц для проверки сохранности дома и имущества. В начале декабря 2017 года в один из своих приездов она увидела, что на калитке у входных ворот справа отсутствует навесной замок. Войдя в открытый двор, она увидела, что разбито стекло в бане, взломаны замки на входных дверях в баню, в хозяйственную постройку, в сам дом. При осмотре строений она решила, что ничего не пропало, поэтому позвонила в полицию и сообщила о том, что в доме взломаны замки. В этот же день её знакомый М. заменил сломанные замки на новые после того как сотрудники полиции осмотрели место происшествия. После того как уехали сотрудники полиции, она на следующий день обнаружила пропажу из дома дрели–шуруповерта с аккумулятором стоимостью 2 600 руб. Кроме того, она в этот же день как уехали сотрудники полиции, обнаружила у себя возле металлического контейнера на улице чужой топор.

Согласно рапорта оперативного дежурного ДЧ отделения полиции № 1 МУ МВД России «Нижнетагильское» от 02.12.2017, 02.12.2017 в 11:45 в дежурную часть отделения полиции по телефону от Р. поступило сообщение о том, что в период с 20.10.2017 по 02.12.2017 неизвестный, взломал замки и проник в дом заявителя по адресу: 

<

адрес>, что похищено не известно (т. 1 л.д. 20).

В этот же день были осмотрены двор дома и дом под № по 

<

адрес>. В ходе осмотра обнаружены и изъяты: навесной замок и фрагмент древесины со следами орудия взлома. Составлен протокол осмотра места происшествия от 02.12.2017 и иллюстрационная таблица к нему (т. 1 л.д. 36–45).

В заявлении от 11.12.2017 потерпевшая Р. просила привлечь к уголовной ответственности неизвестного, который в период с 20.10.2017 по 02.12.2017, незаконно проник в её 

<

адрес>, откуда тайно похитил принадлежащую ей дрель–шуруповёрт, стоимостью 2 600 руб., причинив тем самым материальный ущерб в размере 2 600 руб. (т. 1 л.д. 19).

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля В., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что в начале декабря 2017 года, точную дату он не помнит, он по просьбе Р. возил её в 

<

адрес> с целью покупки новых замков на постройки в её открытом дворе и в сам дом, так как у неё всё взломано. После их возвращения в 

<

адрес> из 

<

адрес> приехали сотрудники полиции и осмотрели территорию дома и сам дом Р., так как она сообщила, что к ней проникли неизвестные. После осмотра он заменил врезные замки на дверях в баню, в хозяйственную постройку, в сени дома. Сначала Р. ничего похищенного не заметила. Позже она обнаружила на поддонах с левой стороны от контейнера чужой топор. После ему стало известно от Р., что пропал шуруповёрт (т. 1 л.д. 153–154). 

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетелей Н. и А., данных в ходе предварительного следствия, усматривается, что 14.12.2017 свидетели были понятыми при проверки на месте показаний ФИО1 в д. Новая, где ФИО3 в спокойной обстановке рассказывал и показывал присутствовавшим дом Р., где взломал замок и похитил шуруповёрт (т.1 л.д. 146–148, 150–152). 

Согласно показаниям свидетеля М., данным в ходе предварительного следствия и подтвержденным в судебном заседании, ему в конце ноября 2017 года, во время совместного распития спиртных напитков ФИО3 сказал, что залазил в дома Р. и Л., где совершал кражи имущества, какого конкретно не говорил (т. 1 л.д. 155–156).

В ходе предварительно следствия по постановлению следователя у потерпевшей Р. произведена выемка топора, о чем составлен протокол выемки от 17.12.2017, с прилагаемой к нему иллюстрационной таблицей. В этот же день топор осмотрен с составлением протокола осмотра предметов, признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т. 1 л.д. 89, 90–92, 93–95, 96).

По заключению эксперта от 26.12.2017 № 5066, изъятый при осмотре места происшествия 02.12.2017 – 

<

адрес> в д. Новая навесной замок был взломан путем вырывания запираемого конца дужки из корпуса замка, при этом замок находился в запертом положении. По механизму образования – два объемных статистических следа давления. Ответить на вопрос о взломе замка топором, выданным Р., не представилось возможным в виду непригодности следов, обнаруженных на навесном замке для идентификации орудия (инструмента) их оставивших. Следы на фрагменте древесины оставлены не топором (т. 1 л.д. 69–74). 

В ходе предварительного следствия были осмотрены навесной замок и фрагмент древесины со следами орудия взлома, изъятые при осмотре места происшествия 02.12.2017 – 

<

адрес>, составлен протокол осмотра предметов от 29.12.2017, с прилагаемой к нему иллюстрационной таблицей. Указанные предметы по постановлению следователя от 29.12.2017 признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д. 80–85, 86).

Потерпевшая Р. в ходе предварительного следствия представила инструкцию на дрель – шуруповерт аккумуляторную марки JOZ – HG 16-12, которая была осмотрена с составлением протокола осмотра документов от 18.12.2017, по постановлению следователя копия инструкции признана вещественным доказательством и приобщена к уголовному делу (т. 1 л.д. 113–114, л.д. 115).

Оценив в совокупности изложенные доказательства, суд приходит к выводу, что вина ФИО5 в совершении кражи дрели – шуруповерта из жилого дома Р. установлена, подтверждается показаниями самой потерпевшей, которые полностью согласуются с показаниями свидетелей обвинения, письменными и вещественными доказательствами. Кроме того, собранные по делу доказательства согласуются с показаниями ФИО1 данными на предварительном следствии в качестве подозреваемого, при проверке его показаний на месте. 

Доводы ФИО1 о том, что вышеприведенные показания им были даны в результате оказанного на него сотрудниками полиции давления, что в данных показаниях он себя оговорил, несостоятельны, поскольку ФИО1 допрашивался с соблюдением требований уголовно-процессуального закона (ст. ст. 189, 190 Уголовно–процессуального кодекса Российской Федерации), после разъяснения процессуальных прав (ст. 46 Уголовно–процессуального кодекса Российской Федерации) в присутствии адвоката, что исключало оказание незаконного воздействия. При этом правильность записи показаний в протоколах удостоверена как самими подсудимым, так и его защитником, каких–либо дополнений, жалоб ими при этом не заявлялось.

Доказательств того, что явка с повинной написана подсудимым под давлением сотрудников полиции, судом не добыто. Основания для признания протокола явки с повинной недопустимым доказательством отсутствуют, поскольку подсудимый написал явку с повинной после разъяснения ему положений ст. 51 Конституции Российской Федерации, последствий дачи показаний, при последующем отказе от них, а также после разъяснения права на защиту. Сведения, изложенные ФИО1 в явке с повинной, он подтвердил при проверке его показаний на месте совершения преступления. 

Отрицание ФИО1 во время судебного следствия своей причастности к краже имущества Р. суд расценивает как избранную им линию защиты, с целью избежать уголовной ответственности. 

Квалифицирующий признак кражи имущества Р.– «с незаконным проникновением в жилище» подтвержден протоколами осмотра места происшествия и проверки показаний ФИО1 на месте, показаниями потерпевшей, протоколом явки с повинной, исходя из которых судом установлены обстоятельства тайного хищения имущества из жилого дома потерпевшей.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в жилище. 

При определении вида и размера наказания суд руководствуется требованиями ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, целями восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, а также учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступлений, личность подсудимого, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Подсудимым ФИО1 совершено три оконченных преступления, квалифицируемых по п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, против собственности АМ., Л., Р., относящиеся согласно ч. 4 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации к тяжким преступлениям, и одно оконченное преступление, квалифицируемое по п. «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, против собственности Д. относящееся, согласно ч. 3 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации к преступлениям средней тяжести.

ФИО1 на учете у психиатра и нарколога не состоит (т.2 л.д. 158), у суда нет оснований сомневаться в его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

У суда не возникло сомнений в психической полноценности подсудимого, поэтому суд признает его вменяемым. 

По эпизоду кражи имущества АМ. суд на основании п. п. «и», «к» ч. 1, ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает в качестве смягчающих наказание обстоятельств полное признание подсудимым вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, что выразилось в даче признательных показаний, в ходе которых он подробно рассказал об обстоятельствах преступления, о похищенном имуществе, добровольное возмещение имущественного ущерба потерпевшему, состояние здоровья подсудимого. 

По эпизодам кражи имущества Д., Л., Р. суд на основании п. «и» ч. 1, ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает в качестве смягчающих наказание обстоятельств явки подсудимого с повинной (т. 2 л.д. 34, 77), активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, что выразилось в даче признательных показаний, в ходе которых он подробно рассказал об обстоятельствах преступлений, о похищенном имуществе, состояние здоровья подсудимого. 

В связи с тем, что по эпизодам краж имущества АМ., Д., Л. отягчающие наказание обстоятельства отсутствуют, суд принимает во внимание положения ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, согласно которой срок или размер наказания не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей частью ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

По эпизоду кражи имущества Р. отягчающим наказание ФИО1 обстоятельством суд признает совершение инкриминируемого ему преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя (ч.1.1. ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации), поскольку данное состояние, как следует из обстоятельств дела, существенно повлияло на совершение преступления. 

ФИО1 не судим, к административной ответственности не привлекался, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, как лицо замеченное в употреблении спиртных напитков (т. 2 л.д. 156, 162, 164). 

Учитывая тяжесть совершенных преступлений, степень их общественной опасности, данные о личности подсудимого, суд не усматривает оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, то есть для изменения категории преступлений на менее тяжкую.

Суд считает нецелесообразным назначение основного наказания в виде штрафа, в связи с материальным положением подсудимого.

Учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, личность подсудимого, влияние назначенного наказания на его исправление, суд избирает ФИО1 наказание не связанное с лишением свободы, поскольку полагает, что его исправление возможно без изоляции от общества. При назначении наказания в виде лишения свободы суд на основании ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации считает возможным применить к подсудимому условное осуждение.

Исключительных обстоятельств, предусмотренных ч. 1, ч. 2 ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за совершенные преступления, а также оснований для применения при назначении наказания положений ст. 53.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не усматривает. 

Дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы суд считает возможным не назначать исходя из достаточности основного вида наказания. 

Меру пресечения подсудимому в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении суд считает необходимыми оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после вступления приговора в законную силу отменить. 

В ходе предварительного расследования по уголовному делу государством понесены процессуальные издержки на оплату услуг защитника в связи с оказанием обвиняемому юридической помощи в размере 10 338 руб. 50 коп., в ходе судебного разбирательства уголовного дела государством также понесены судебные расходы по оплате услуг защитников в размере 7 889 руб., что в совокупности составляет 18 227 руб. 50 коп. 

В соответствии с ч. 1 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. Подсудимым, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства уголовного дела, оказана квалифицированная юридическая помощь. Обстоятельств, предусмотренных ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые являлись бы основанием для освобождения подсудимого от возмещения процессуальных издержек полностью или частично в ходе судебного заседания не установлено. 

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что процессуальные издержки подлежат взысканию с подсудимого. 

При рассмотрении уголовного дела потерпевшими поддержаны в судебном заседании исковые требования о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлениями. 

Исковые требования потерпевших – гражданских истцов Д., Л., Р. подсудимый – гражданский ответчик ФИО1 не признал. 

Исходя из положений ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, учитывая то, что размер причиненного имущественного вреда подтвержден справкой индивидуального предпринимателя К. о стоимости дрели-шуруповерта аккумуляторной марки JOZ – HG 16-12, шуруповёрта «Makita» (т. 1 л.д. 125), а также сведениями о стоимости ДВД-плееров, продаваемых посредством интернета (т. 2 л.д. 26), суд приходит к выводу, что исковые требования Д., Л., Р. о возмещении материального вреда, причиненного преступлениями, подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Исковые требования АМ. о возмещении имущественного вреда в размере 580 руб. удовлетворению не подлежат в связи с их добровольным возмещением подсудимым, что подтверждается распиской АМ. от 25.01.2018. 

Решая судьбу вещественных доказательств, суд руководствуется требованиями ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 Уголовно–процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении трех преступлений, предусмотренных пунктом «а» части третьей статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, одного преступления, предусмотренного пунктом «б» части второй статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание:

по трем преступлениям, предусмотренным п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, в виде одного года лишения свободы за каждое преступление;

по одному преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, в виде ста двадцати часов обязательных работ.

На основании части третьей статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, с учетом положений пункта «г» части первой статьи 71 Уголовного кодекса Российской Федерации о том, что при сложении наказаний одному дню лишения свободы соответствуют восемь часов обязательных работ, назначить ФИО1 наказание в виде двух лет одного месяца лишения свободы.

На основании статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком два года, в течение которого ФИО1 своим поведением должен доказать свое исправление.

Обязать ФИО1 в период испытательного срока: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных; ежемесячно являться в указанный орган на регистрацию в установленные им сроки; получить консультацию нарколога и в случае необходимости пройти курс лечения от алкоголизма; трудоустроиться.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, после чего отменить.

Исковые требования Д. к ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением удовлетворить. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Д. сумму 6 000 рублей в возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением. 

Исковые требования Л. к ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением удовлетворить. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Л. сумму 1 000 рублей в возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением. 

Исковые требования Р. к ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением удовлетворить. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Р. сумму 2 600 рублей в возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением. 

АМ. отказать в иске к ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением. 

Процессуальные издержки по делу в размере 18 227 рублей 50 копеек – расходы на оплату услуг защитников в ходе предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства уголовного дела взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета. 

Вещественные доказательства по уголовному делу: две этикетки, копию инструкции на дрель – шуруповерт аккумуляторную марки JOZ – HG 16-12 хранить в материалах уголовного дела; топор, навесной замок и фрагмент древесины со следами орудия взлома, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств отделения полиции № 1 МУ МВД России «Нижнетагильское» - уничтожить после вступления приговора в законную силу. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы (представления) через Пригородный районный суд Свердловской области в течение 10 суток со дня провозглашения приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденным, другими участниками процесса, а также в случае принесения представления прокурором, осужденный вправе ходатайствовать в указанный срок о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также о желании иметь в суде апелляционной инстанции защитника по своему выбору либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, о чем должно быть указано в его жалобе либо подано соответствующее заявление.

Судья-подпись

Судья-подпись

Судья-подпись

Судья-подпись

Судья-подпись

Судья-подпись