Дело № 2-514/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Енисейск 17 октября 2018 г.

Енисейский районный суд Красноярского края в составе 

председательствующего судьи Ларионовой Н.М. 

при секретаре Черноусовой О.А. 

с участием прокурора Яричиной Т.П. 

с участием истца ФИО1 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 ФИО19 к КГБУЗ «Енисейская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате необеспечения безопасных условий труда, взыскании материального ущерба, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к КГБУЗ «Енисейская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда в размере 400000 рублей. 

Свои требования мотивировала тем, что состояла с ответчиком в трудовых отношениях в должности буфетчицы инфекционного отделения, с ДД.ММ.ГГГГ переведена на ставку уборщика служебных помещений, работает по настоящее время. 

ДД.ММ.ГГГГ при исполнении обязанностей в интересах работодателя, находясь пассажиром в служебном автомобиле УАЗ 3909 г/н №, направлялась в пищеблок, расположенный по адресу 

<

адрес>А, для получения пищи для больных. На пересечении проезжих частей улиц Бабкина и Каурова служебный автомобиль УАЗ 3909 г/н № столкнулся с автомобилем Lada-219010, г/н №. В результате ДТП она получила телесные травмы, а именно: 

<

данные изъяты>, что подтверждается «Медицинским заключением № о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести». Указанная травма согласно п.6.1.10 Приказа МЗ и СР РФ №194н от 24.04.2008 года отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда опасного для жизни человека. По указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека (ППРФ №522 от 17.08.2007г.), квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Ссылаясь на положения ст.ст. 21, 22, 212, 237 ТК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей, указывая, что работодатель не обеспечил безопасных условий и охраны труда, при этом, вина ответчика доказана актом о несчастном случае на производстве. 

В ходе рассмотрения дела истец дополнила исковые требования требованием о взыскании с ответчика материального ущерба, в размере 44626 рублей, потраченных на приобретение лекарственных средств для восстановления здоровья, поврежденного в результате вышеуказанного ДТП. Данные требования основывала на положениях ст. 1079, 1083, 1084, 1085 Гражданского кодекса РФ. 

Представителем ответчика КГБУЗ «Енисейская районная больница» был представлен отзыв на исковое заявление, в котором просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме, ссылаясь на то, что приговором Енисейского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 264.1, ч.2 ст. 264 УК РФ, в рамках уголовного дела, удовлетворены требования ФИО5 (ФИО6) Е.В., взыскано с ФИО7 в счет компенсации морального вреда 300000 рублей. Приговор обжалован не был, вступил в законную силу. Виновным в ДТП признан ФИО7, причинение вреда здоровью наступило вследствие неправомерных действий именно ФИО7, вины ответчика нет, причинно-следственной связи между действием (бездействием) ответчика не установлено. Пунктом 10.2. Акта о несчастном случае на производстве установлено, что должностных лиц КГБУЗ «Енисейская РБ» виновных в нарушении требований охраны труда не установлено. 

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме. Настаивала на взыскание компенсации морального и материального ущерба с ответчика. 

Ответчик КГБУЗ «Енисейская районная больница» надлежащим образом извещенный о дате и времени слушания дела в судебное заседание не явился, о причинах неявки суд не уведомил, ходатайств об отложении слушания дела не заявлял. Ранее представители ответчика, участвуя в судебных заседаниях, возражали против удовлетворения исковых требований в полном объеме. 

Третьи лица, ФИО10, ФИО7, надлежащим образом извещенные о дате и времени слушания дела в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не уведомили, ходатайств об отложении слушания дела не заявляли. ФИО10 подано ходатайство о рассмотрении данного дела в его отсутствие. 

В ходе рассмотрения дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО5 заключен брак, после заключения брака ФИО5 присвоена фамилия ФИО6, что подтверждается свидетельством II-БА №. 

ФИО6 (ФИО5) Е.В. приказом № от ДД.ММ.ГГГГ была принята санитаркой инфекционного отделения Енисейской районной больницы, временно на период отсутствия основного работника, приказом № от ДД.ММ.ГГГГ переведена на постоянное место работы, приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 - буфетчица инфекционного отделения переведена санитаркой палатной инфекционного отделения с ДД.ММ.ГГГГ на 1 ставку постоянно. ДД.ММ.ГГГГ между КГБУЗ «Енисейская районная больница» и ФИО1 заключен трудовой договор, по условиям которого ФИО1 принята на 1 ставку уборщика служебных помещений в инфекционное отделение.

Согласно Уставу КГБУЗ «Енисейская районная больница» - является некоммерческой организацией, созданной Красноярским краем для оказания услуг в целях реализации предусмотренных законодательством РФ полномочий в сфере здравоохранения. Учреждение имеет структурные подразделения, в том числе в г. Енисейске. Согласно пояснениям ответчика, инфекционное отделение КГБУЗ «Енисейская РБ» расположено по адресу: 

<

адрес>, пищеблок, расположен по адресу: 

<

адрес> А., в связи с чем, доставка пищи для стационарных больных инфекционного отделения ежедневно осуществлялась из пищеблока, расположенного по вышеуказанному адресу, на служебном автомобиле в сопровождении работников отделений. 

Должностной инструкцией санитарки палатной, утвержденной 28.09.2015 г. главным врачом МБУЗ «Енисейская центральная районная больница» предусмотрено, что в функциональные обязанности санитарки палатной входит, в том числе и оказание старшей медицинской сестре помощи при получении медикаментов, инструментов, оборудования и доставке их в отделение. 

Сторонами не отрицалось, что в силу своих должностных обязанностей истец, в том числе и ДД.ММ.ГГГГ в рабочее время должна была следовать на служебном автомобиле в пищеблок, для оказания помощи по доставке пищи в инфекционное отделение. 

Как следует из Акта № формы Н-1 о несчастном случае на производстве, утвержденным главным врачом ДД.ММ.ГГГГ в отношении буфетчицы инфекционного отделения ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в конце второй половины рабочего дня автомобиль «УАЗ-3909» государственный регистрационный знак № принадлежащий КГБУЗ «Енисейская РБ», под управлением водителя ФИО10, перевозил в фургоне работников учреждения: ФИО3 - буфетчицу родильного отделения, ФИО4 - буфетчицу терапевтического отделения, ФИО15 ФИО20 - буфетчицу инфекционного отделения от своих структурных подразделений, которые расположены в разных частях 

<

адрес>, для получения приготовленной пищи на больничном пищеблоке учреждения, который находится в 

<

адрес> вышеперечисленные работники учреждения, ехавшие в фургоне автомобиля УАЗ–3909, на момент несчастного случая, состояли в трудовых отношениях с КГБУЗ «Енисейская РБ» и их нахождение на месте было связано с исполнением обязанностей в интересах работодателя. ДД.ММ.ГГГГ, около 16 часов 20 минут, водитель ФИО8, в нарушение п. 2.7 действующих Правил дорожного движения РФ (далее - Правил), находясь в состоянии алкогольного опьянения, ухудшающем реакцию, внимание и ставящем под угрозу безопасность дорожного движения, управляя технически исправным автомобилем «Lada-219010», государственный регистрационный знак № RUS, двигался по проезжей части 

<

адрес>, со стороны перекрестка с 

<

адрес> в сторону перекрестка с 

<

адрес>, являющейся второстепенной по отношению к проезжей части 

<

адрес> края, а также в нарушение п. 10.1 Правил вел указанный автомобиль со скоростью, не обеспечивающей ему возможности постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, без учета интенсивности дорожного движения и дорожных условий. Подъезжая к перекрестку указанных проезжих частей, у водителя ФИО7 возникла опасность для движения, в виде двигающегося по проезжей части 

<

адрес> автомобиля «УАЗ-3909», которую он в состоянии был обнаружить, однако ФИО7, продолжая нарушать требования п. 10.1 Правил, мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства не принял и, в нарушении п. 13.9 Правил, предписывающего, что на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения, - не предоставил преимущество проезда автомобилю «УАЗ-3909», государственный регистрационный знак № RUS, под управлением ФИО17, двигавшегося по проезжей части 

<

адрес> в направлении перекрестка с 

<

адрес> края, и допустил с ним столкновение. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия «УАЗ-3909», государственный регистрационный знак № RUS, от сильного прямого удара в боковую часть фургона автомобилем «Lada-219010», государственный регистрационный знак №/124RUS, автомобиль «УАЗ-3909», государственный регистрационный знак №, перевернуло и он оказался лежать на крыше фургона, колесами вверх. На место происшествия были вызваны сотрудники ГИБДД, а также бригады скорой помощи. В результате ДТП все работники учреждения, ехавшие в фургоне автомобиля УАЗ -3909, государственный регистрационный знак №/24 RUS, получили повреждения здоровья. С места происшествия пострадавшие ФИО10, ФИО3, ФИО4, ФИО15, были доставлены в лечебное учреждение г. Енисейска КГБУЗ «Енисейская РБ», хирургический корпус, где их госпитализировали.

Согласно «Медицинскому заключению № о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» (форма 315У) выданное КГБУЗ «Енисейская РБ» от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО15 установлен диагноз и код по МКБ-10: 

<

данные изъяты>. Указанное повреждение относится к категории: тяжелое. Далее, в ходе проводимого лечения, выполнения хирургических операций, а также дополнительного обследования ФИО15 было установлено что, ей были и причинены телесные повреждения в виде: 

<

данные изъяты> Указанная травма согласно пункта 6.1.10 приказа МЗ и СР РФ № 194н от 24.04.2008 года отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда опасного для жизни человека. По указанному признаку, согласно правилам "Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека" (постановление Правительства РФ № 522 от 17.08.2007 года), квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Причины несчастного случая – нарушение ПДД водителем ФИО7 Должностных лиц КГБУЗ «Енисейская РБ», виновных в нарушении требований охраны труда не установлено. 

ФКУ ГБ МСЭ по Красноярскому краю Минтруда России Бюро № ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ установлена третья группа инвалидности по общему заболеванию на срок до ДД.ММ.ГГГГ 

Приговором Енисейского районного суда Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 264.1, ч. 2 ст. 264 Уголовного кодекса РФ и ему назначено окончательное наказание по совокупности преступлений 1 год 6 месяцев 10 дней лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года 6 месяцев, наказание в виде лишения свободы считать условным. Также суд в рамках уголовного дела признал гражданским истцом ФИО15 и удовлетворил её исковые требования к ФИО7 о возмещения морального вреда, причиненного преступлением в размере 300000 рублей. 

Из материалов уголовного дела, следует, что второй участник ДТП – ФИО10 виновным в нарушении ПДД не признавался, к административной ответственности, по результатам выяснения обстоятельств ДТП не привлекался, в результате ДТП ему был причинен легкий вред здоровью, нахождения в состоянии алкогольного опьянения не установлено, что подтверждается судебно-медицинским заключением от ДД.ММ.ГГГГ 

Судом также установлено, что приказом №-к-к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 принят водителем гаража на период больничного ФИО9, приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ переведен с ДД.ММ.ГГГГ водителем гаража на 1 ставку постоянно. В момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ находился при исполнении своих трудовых обязанностей, управляя автомобилем УАЗ-3909 1995 г.в., государственный регистрационный знак 

<

***>, принадлежащим на праве собственности КГБУЗ «Енисейская районная больница», что подтверждается представленными ОГИБДД МО МВД России «Енисейский» сведениями, в которых также отражено, что данный автомобиль снят с учета в связи с утилизацией ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно представленным графикам работы водителя ФИО10, ему была установлена 40 часовая 5-ти дневная рабочая неделя с двумя выходными днями с режимом работы с 08ч.00м. до 17ч.00 м. ДД.ММ.ГГГГ являлось первым рабочим днем ФИО10 после выходных 30 и ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 вышел в смену по графику, нарушений перерыва для отдыха не установлено. 

Заслушав объяснения истца ФИО16, исследовав материалы дела, выслушав заключение по делу прокурора Яричиной Т.П., полагавшей, что оснований для удовлетворения исковых требований истца не имеется, оценив представленные доказательства, доводы и возражения сторон, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к КГБУЗ «Енисейская РБ» о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба ввиду следующего.

Обращаясь в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда, истец указывает на то, что со стороны работодателя – ответчика были допущены нарушения положений ст. 212 ТК РФ, предусматривающей обязанность работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда, а именно при исполнении трудовых обязанностей истцу был причинен тяжкий вред здоровью в результате ДТП. 

В соответствии с положениями 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.Работодатель обязан обеспечить, в том числебезопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов;соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте;недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда;организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты;недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний;информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты;принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи;расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;ознакомление работников с требованиями охраны труда;разработку и утверждение правил и инструкций по охране труда для работников с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов и иное. 

В силу положений ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

В соответствии с п. 2 ст. 1 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ (пункт 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

Согласно ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Пунктом 3 статьи 8 названного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

Таким образом, из содержания указанных норм права и разъяснений Верховного Суда РФ в их системной взаимосвязи следует, что компенсировать моральный вред работнику причиненный профессиональным заболеванием и (или) несчастным случаем на производстве обязан работодатель, не обеспечивший безопасные условия труда, между тем, обязанность по возмещению вреда причиненного здоровью работника, в указанном случае, может быть возложена на работодателя, только если установлена недостаточность размера страховых выплат, предусмотренных Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", для полного возмещения вреда причиненного работнику соответствующим событием.

Вместе с тем, по смыслу закона для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения работодателя, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) работодателя и наступившими для работника неблагоприятными последствиями, при этом, отсутствие причинно-следственной связи между заявленными работником последствиями и указанными им действиями (бездействием) работодателя является основанием к отказу в удовлетворении иска рассматриваемой категории.

Проверяя доводы истца о том, что при исполнении её трудовых обязанностей 01 ноября 2016 г. ответчиком не были обеспечены безопасные условия труда, суд приходит к выводу о их несостоятельности ввиду следующего.

Как установлено выше, в результате ДТП, произошедшего 01 ноября 2016 г. с участием автомобиля «УАЗ-3909» государственный регистрационный знак №/24, принадлежащего КГБУЗ «Енисейская РБ», под управлением водителя ФИО10 и автомобиля «Lada-219010», государственный регистрационный знак №/124 RUS, под управлением водителя ФИО7, находящегося в состоянии алкогольного опьянения и управляющего угнанным автотранспортным средством, по вине водителя ФИО7 истцу ФИО1 был причинен тяжкий вред здоровью, что явилось основанием для привлечения ФИО7 к уголовной ответственности за совершенное преступление (приговор Енисейского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ). 

Согласно рапорту начальника ОГИБДД МО МВД России «Енисейский» ФИО11 на имя и.о. начальника УГИБДД ГУ МВД России по Красноярскому краю ФИО12 на момент ДТП у водителя ФИО10 признаков алкогольного опьянения не выявлено (был освидетельствован в КГБУЗ «Енисейская РБ» сотрудниками ГИБДД), в отношении ФИО10 вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении по ст. 12.33 КоАП РФ (повреждение дорог, ограждений и дорожных знаков), установлено наличие путевого листа № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором имеется отметка о прохождении водителем медосмотра в 07ч.34м. (медицинский работник ФИО13), в 08ч.00м. технического осмотра (механик ФИО14)., автомобиль УАЗ-3909. 1995 г.в. не тонирован, установлена шипованная резина. 

Таким образом, судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истец в силу своих должностных обязанностей следовала в пищеблок на технически исправном транспортном средстве, принадлежащем работодателю, управление транспортным средством осуществлялось водителем ФИО10, прошедшим медицинский осмотр, находящегося в момент ДТП в трезвом состоянии, соблюдающим при управлении транспортным средством ПДД. При этом судом отклоняется довод истца о том, что вина работодателя выражается в передвижении в вышеуказанном транспортном средстве не пристегнутой ремнем безопасности, поскольку из сведений, представленных на запрос суда ОГИБДД МО МВД России «Енисейский» следует, что в ходе оформления ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО10 к административной ответственности по ст. 12.6 КоАП (перевозка пассажиров, не пристегнуты ремнем безопасности) не привлекался, из рапорта начальника ОГИБДД МО МВД России «Енисейский» ФИО11 следует, что ремни безопасности не предусмотрены конструкцией транспортного средства, в связи с чем, нарушений ПДД в данной части не установлено. Вины водителя ФИО10 в произошедшем ДТП также не установлено. 

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о соблюдении работодателем в отношении работника ФИО1 требований положений ст. 212 ТК РФ в части обеспечения безопасных условий труда. 

Поскольку в ходе рассмотрения дела судом не установлено наличие какого-либо противоправного поведения работодателя, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) работодателя и наступившими для работника неблагоприятными последствиями, в виде повреждения здоровья, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья на основании норм действующего трудового законодательства. 

Суд также не усматривает оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в соответствии с положениями гл. 59 Гражданского кодекса РФ в виду следующего. 

На основании ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность являются нематериальными благами и защищаются законом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктов 1, 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства" регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с п. 3 ст. 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079 ГК РФ. 

Компенсация морального вреда, в соответствии с п. п. "б" ч. 2 ст. 6 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" к страховому риску не относится, и подлежит взысканию с причинителя вреда на общих основаниях.

Таким образом, поскольку истцу, как пассажиру автомобиля УАЗ-3909, вред здоровью причинен в результате взаимодействия источников повышенной опасности – автомобиля УАЗ-3909, государственный регистрационный знак №, принадлежащего КГБУЗ «Енисейская РБ» и автомобиля «Lada-219010», государственный регистрационный знак №124 RUS, под управлением водителя ФИО7, противоправно завладевшим данным автотранспортным средством, что подтверждается постановлением Енисейского районного суда о прекращении уголовного преследования в связи с примирением сторон от ДД.ММ.ГГГГ в силу прямого указания пунктов 2 и 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, КГБУЗ «Енисейская РБ» и ФИО7 несут перед ФИО1 солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079 ГК РФ. 

Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела № ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 обратилась с исковым заявлением, в котором просила признать её гражданским истцом по уголовному делу по факту ДТП, в результате которого ей был причинен тяжкий вред здоровью, и взыскать с виновных лиц моральный вред в размере 300000 рублей. 

Приговором Енисейского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО15 удовлетворены в полном объеме, с ФИО7 в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 300000 рублей. 

Как следует из мотивировочной части вышеуказанного приговора, разрешая исковые требования ФИО15 суд пришел в выводу о их обоснованности, и с учетом степени физических и нравственных страданий ФИО15, обстоятельств, при которых ей был причинен тяжкий вред, степени вины ответчика, а также требований разумности и справедливости определил размер компенсации морального вреда в сумме 300000 рублей. 

Таким образом, требования о взыскании компенсации морального вреда были предъявлены истцом только к одному из солидарных должников, что является его правом. Согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. В силу части 1 статьи 4, части 1 статьи 40 ГПК РФ право выбора ответчика принадлежит истцу. Предъявляя исковые требования только к одному солидарному должнику ФИО7 истец реализовала выбор способа защиты права кредитора в установленном законом порядке. При определении размера компенсации морального вреда в сумме 300000 рублей, судом были учтены все обстоятельства, в том числе степень причиненного вреда здоровью, обстоятельства при которых он был причинен, степень вины ФИО7, требования разумности и справедливости. С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения на ответчика, как владельца второго источника повышенной опасности, обязанности по возмещению компенсации морального вреда истцу, поскольку требования истца в части компенсации морального вреда уже были рассмотрены Енисейским районным судом Красноярского края ДД.ММ.ГГГГ 

Разрешая требования ФИО1 к КГБУЗ «Енисейская РБ» о взыскании материального ущерба в виде расходов на приобретение лекарственных средств, суд не находит оснований для их удовлетворения ввиду того, что КГБУЗ «Енисейская РБ», застраховавшее свою ответственность в СК «ВСК» является ненадлежащим ответчиком, поскольку в соответствии с частью 4 статьи 931 ГК РФ, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы. 

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела истец настаивала на требованиях о взыскании материального ущерба с КГБУЗ «Енисейская РБ», в связи с чем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 и в данной части. 

С учетом изложенного, руководствуясь положениями ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 ФИО21 к КГБУЗ «Енисейская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате необеспечения безопасных условий труда, взыскании материального ущерба, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Енисейский районный суд. 

Председательствующий Н.М. Ларионова 

мотивированное решение суда составлено 26 октября 2018 г. 

Судья Н.М. Ларионова