РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

<

адрес> 5 августа 2025 г.

Сургутский городской суд Ханты - 

<

адрес> –Югры, 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Хуруджи В.Н.,

при секретаре Петровой А.Д., 

с участием прокурора Клементьевой А.А., истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Сургутского городского суда гражданское дело № по иску ФИО1 (ИНН:№) к Публичному акционерному обществу «Сургутнефтегаз» (ОГРН:

<

***>) о признании акта о расследовании несчастного случая не законным, возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

Истец обратился в суд с исковыми требованиями к ответчику о признании акта о расследовании несчастного случая не законным, возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, взыскании компенсации морального вреда.

Свои требования мотивирует тем, что истец является работником ЦБПО ПРНСиНО ПАО «Сургутнефтегаз». ДД.ММ.ГГГГ он прибыл транспортом работодателя - ответчика на место производства работ на кустовую площадку № Северо-Лабатьюганского месторождения ПАО «Сургутнефтегаз» и приступил к работе. Перед этим он прошел очередной осмотр медицинского работника, который допустил его до работы. ДД.ММ.ГГГГ, в период работы в ЦБПО ПРНСиНО ПАО «Сургутнефтегаз» в должности машиниста подъемника 7 разряда с ним произошел несчастный случай на производстве: около 12 часов 00 минут при выходе из вагон-дома, расположенного на кустовой площадке № Северо-Лабатьюганского месторождения, который расположен около 50 метров от подъемного агрегата, установленного на устье скважины, ему в правый глаз попало инородное тело. На тот момент он решил, что в глаз попала мошка или укусила, и продолжил работу, выполняя свои должностные обязанности в интересах работодателя. Рабочая вахта продолжалась до ДД.ММ.ГГГГ. В течение времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ его состояние здоровья ухудшалось. Это видели свидетели, которые в тот момент также находились на рабочей вахте вместе с ним. Также то, что его состояние здоровья ухудшается видел и ответственный на кустовой площадке № ФИО4. На кустовую площадку приезжал старший механик цеха ФИО5, который не отстранил его от работы, хотя обязан был это сделать, но он напротив оставил его на рабочем месте и сказал продолжать работу вахты. Ему не была оказана медицинская помощь, и не было предложено ни кем из руководства выехать с кустовой площадки для обращения к врачу. Самостоятельно он выехать с кустовой площадки не мог. По окончании рабочей вахты ДД.ММ.ГГГГ транспортом работодателя он выехал в 

<

адрес>. По приезду с рабочей вахты обратился в поликлинику по месту жительства с жалобой на боль в глазу, но офтальмолог не вел прием. Состояние здоровья продолжало ухудшаться и ДД.ММ.ГГГГ он обратился за медицинской помощью в БУ ХМАО-Югры «Сургутская окружная клиническая больница» 

<

адрес>, где стал проходить лечение. Ему был поставлен диагноз: Язва роговицы правого глаза. В результате данного заболевания истец перенес несколько операций, перестал полностью видеть правым глазом. В настоящее время ему была сделана трансплантация роговицы глаза. До настоящего времени находится на больничном листке нетрудоспособности, проходит лечение и курс реабилитации. В связи с травмой глаза ДД.ММ.ГГГГ, он обратился к ответчику с заявлением о создании комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, просил признать несчастный случай произошедший с ним несчастным случаем на производстве и составлении акта по форме Н-1. Однако ответчиком в этом было отказано и составлен акт о том, что случай заболевания глаза, произошедший с ним, не связан с производством и не подлежит оформлению актом формы Н-1. С данным актом он не согласен; полагает, что действиями и бездействиями ответчика ему причинен моральный вред, который выразился в том, действиями ответчика были созданы неудобства, он вынужден обращаться за защитой своих прав в суд, находясь на больничном с невидящим глазом, что затрудняет его передвижение. Ответчик добровольно не желает установить факт несчастного случая связанного с производством и ставить акт по форме Н-1. Полагает, что ответчик грубо нарушил трудовое законодательство. Он пребывает в стрессовом состоянии. Считает, что размер морального вреда должен составлять 100 000 рублей.

Истец просит суд признать акт о расследовании несчастного случая (по заявлению работника) от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, незаконным, признать несчастный случай, имевший место с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ на производственной территории ПАО «Сургутнефтегаз» Сургутская центральная база производственного обслуживания по прокату и ремонту нефтепромысловой спецтехники и навесного оборудования, связанным с производством и возложить обязанность на ПАО «Сургутнефтегаз» Сургутская центральная база производственного обслуживания по прокату и ремонту нефтепромысловой спецтехники и навесного оборудования составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, взыскать с ПАО «Сургутнефтегаз» Сургутская центральная база производственного обслуживания по прокату и ремонту нефтепромысловой спецтехники и навесного оборудования 100 000 рублей компенсацию морального вреда в связи с нарушением трудового законодательства.

Истец в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настаивал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Истец уточнил исковые требования в части основания взыскания компенсации морального вреда, указав что полагает, что моральный вред вытекает из незаконных действий работодателя связанных с нарушением его трудовых прав и в частности отказ от проведения надлежащей проверки факта получения травмы на производстве и составления акта по форме Н-1. Кроме того, истец пояснил, что никакими лекарственными препаратами до получения травмы он не пользовался, после полученной травмы глаз промывал обычной кипяченной водой в связи с отсутствием других медикаментов. Никаких заболеваний глаза и лечения до полученной травмы он не проходил, на учете по данному заболеванию не состоял. Перед вахтой проходил медосмотр и никаких замечаний по зрению у него не было. Истец также не отрицает, что не настаивал на его немедленной отправки в больницу, поскольку надеялся, что в оставшиеся дни вахты травма не разовьется и после окончания вахты сможет купировать травму. Также пояснил, что по прибытию с вахты незамедлительно к врачам не обращался, так как надеялся залечить зрение путем приобретения глазных капель которые посоветовала ему родственница, однако в связи с осложнениями обратился в поликлинику, однако спасти зрение врачи не смогли.

Представители ответчика в судебном заседании возражали относительно удовлетворения исковых требований, представили отзыв на исковое заявление, согласно которого наличие трудовых отношений между работником и работодателем само по себе не может иметь определяющего значения при квалификации несчастного случая и определять его связь с производством. Проведенным созданной комиссией по заявлению истца расследованием указанного несчастного случая факт получения истцом травм на производстве ДД.ММ.ГГГГ не нашел подтверждения. Травма признана не связанной с производством, не подлежащей оформлению актом Н-1. Истцом так же не представлено каких-либо доказательство о том, что травма правого глаза была получена им при указанных обстоятельствах. Вагон-дом, где проживал истце, расположен около 50 метров от подъемного агрегата, установленного на устье скважины. Опасные и (или) вредные производственные факторы в указанном месте отсутствуют. При опросе комиссией очевидцев, указанных истцом в его объяснении, доводы истца о получении им травмы правового глаза не подтвердились. Опрошенные лица отрицают получение травмы истцом при указанных обстоятельствах, а так же жалобы истца на ухудшение состояния здоровья. Более того, истец в день, когда с ним якобы произошел несчастный случай, не поставил об этом в известность работодателя. С заявлением о расследовании несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, он обратился к работодателю только ДД.ММ.ГГГГ, спустя более пяти месяцев. Из объяснительной записки от ДД.ММ.ГГГГ, протокола опроса от ДД.ММ.ГГГГ старшего механика цеха по эксплуатации подъемных агрегатов № следует, что при упоминании истцом болезненности правового глаза старшим механиком было предложено сообщить об этом начальнику цеха и поехать в больницу, однако истец отказался, мотивируя тем, что до конца рабочей вахты осталась одна смена. Из объяснительной записки от ДД.ММ.ГГГГ начальника цеха, непосредственного начальника истца следует, что только ДД.ММ.ГГГГ истец сообщил ему о том, что будет обращаться с заявлением о расследовании несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ До указанной даты истец при неоднократном общении с ним не упоминал о полученной им какой-либо произведенной травме. Согласно ответу БУ ХМАО-Югры «Сургутская окружная клиническая больница» от ДД.ММ.ГГГГ №-исх-865 за подписью заместителя главного врача на запрос о характере и степени тяжести травмы, с которой обратился истец, сведений о наличии производственной травмы в лечебном учреждении не установлено. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал во вторую (ночную) смену вместе с машинистом подъемника седьмого разряда цеха, который, в свою очередь, при проведении расследования несчастного случая сообщил, что истец применял капли для закапывания в глаз, однако помощнику мастера истец о проблеме с глазом не сообщил. В выписном эпикризе от ДД.ММ.ГГГГ из БУ ХМАО-Югры «Сургутская окружная киническая больница» указано, что истец ДД.ММ.ГГГГ обратился с жалобами, в том числе на чувство инородного тела в правом глазу, болеет 7-10 дней, к врачу не обращался, лечился самостоятельно. Учитывая применение истцом, находясь на кустовой площадке, указанных лекарственных препаратов, при том, что за медицинской помощью он в период рабочей вахты с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не обращался, можно сделать вывод о том, что у истца имелось заболевание глаза и медицинскую помощь он получил еще до прибытия на кустовую площадку. Какие-либо доказательства обращения истца в медицинские учреждения по факту получения им повреждения здоровья ДД.ММ.ГГГГ непосредственно после указанной даты отсутствуют. Просят отказать в удовлетворении заявленных требований. 

Представитель третьего лица Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, представил отзыв на исковое заявление, согласно которого просил учитывать положения ст. 3 Закона №125-ФЗ, статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерацией, пункты 9 и 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №. Ходатайствовали о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель третьего лица государственной инспекции труда в ХМАО-Югре в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. 

Дело рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие представителей третьих лиц в порядке ст.167 ГПК РФ.

Выслушав сторон, заключение прокурора 

<

адрес>, который полагал исковые требования подлежащими удовлетворению, изучив письменные материалы дела, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Частью 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2); принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи (абзац 16).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда.

Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац второй пункта 1 статьи 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее также - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ).

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Вопросы расследования несчастных случаев на производстве определены положениями статей 227 - 231 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью первой статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с нормативными положениями части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности, если указанные события произошли в том числе при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно ч. 5 ст. 228.1 ТК РФ о несчастных случаях, которые по прошествии времени перешли в категорию тяжелых несчастных случаев или несчастных случаев со смертельным исходом, работодатель (его представитель) в течение трех суток после получения сведений об этом направляет извещение по установленной форме в соответствующие территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, территориальное объединение организаций профсоюзов и территориальный орган соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, если несчастный случай произошел в организации или на объекте, подконтрольных этому органу, а о страховых случаях - в исполнительный орган страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя).

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть седьмая статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно частям первой и второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек.

В соответствии с частью первой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации при расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.

В соответствии с частью шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации расследуются в установленном порядке и по решению комиссии (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая) в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством:

смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом;

смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества;

несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние.

Согласно части седьмой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В силу статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации акт о несчастном случае на производстве является документом, который подлежит составлению по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего (часть первая).

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве (часть четвертая).

Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" в силу положений статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

- относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

- указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

- соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации;

- произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ);

- имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Из изложенного правового регулирования следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

По общему правилу несчастным случаем на производстве признается и подлежит расследованию в установленном порядке событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Для расследования несчастного случая работодателем (его представителем) образуется комиссия. По ее требованию в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая за счет средств работодателя для проведения расследования могут привлекаться специалисты-эксперты, заключения которых приобщаются к материалам расследования. На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в том числе обстоятельства и причины несчастного случая с работником, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем, и квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Следовательно, суду с учетом приведенных норм о расследовании, оформлении и учете несчастных случаев, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации при разрешении спора о признании несчастного случая, произошедшего с работником при исполнении им трудовых обязанностей, как связанного или не связанного с производством, необходимо каждый раз принимать во внимание конкретные обстоятельства, при которых с работником произошел несчастный случай, в том числе находился ли пострадавший в момент несчастного случая при исполнении трудовых обязанностей, был ли он допущен работодателем к исполнению трудовых обязанностей.

В соответствии с требованиями ст.ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Суд установил, что ФИО1 со ДД.ММ.ГГГГ работает машинистом подъемника 7 разряда ПАО «Сургутнефтегаз», местом работы истца является кустовая площадка № Северо-Лабатьюганского месторождения, где работа осуществлялась вахтовым методом.

На основании графика работы, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на работе - кустовой площадке № Северо-Лабатьюганского месторождения ПАО «Сургутнефтегаз».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к работодателю с заявлением расследовать факт получения травмы правого глаза, полученного ДД.ММ.ГГГГ на Северо-Лабатьюганского месторождения ПАО «Сургутнефтегаз».

ДД.ММ.ГГГГ Сургутской центральной базой производственного обслуживания по прокату и ремонту нефтепромысловой спецтехники и навесного оборудования ПАО «Сургутнефтегаз» вынесен приказ о создании комиссии о расследовании несчастного случая №.

Приказом Сургутской центральной базой производственного обслуживания по прокату и ремонту нефтепромысловой спецтехники и навесного оборудования ПАО «Сургутнефтегаз» вынесен приказ о внесении изменений в приказ от ДД.ММ.ГГГГ № «О создании комиссии по расследованию несчастного случая», где введены изменения в составе членов комиссии.

ДД.ММ.ГГГГ истцом даны объяснения по факту произошедшего случая, согласно которого ДД.ММ.ГГГГ истец прошел предрейсовый медицинский осмотр, истец был осмотрен врачом, повреждений на истце не было, в результате чего истец был допущен к работе. ДД.ММ.ГГГГ истец прибыл на рабочее место на Северо-Лабатьюганского месторождения ПАО «Сургутнефтегаз» и приступил к работе. Состояние здоровья было удовлетворительное. ДД.ММ.ГГГГ во время межсменного отдыха около 12 часов дня, истец вышел из жилого вагона на улицу, в этот момент в правый глаз истца попало инородное тело(предположительно мошка). Изначально, истец не обратил внимания на данное обстоятельство, подумав, что в глаз попала соринка. Вместе с тем, в течение нескольких дней глаз покраснел и начал воспаляться. Несмотря на данное обстоятельство, истец продолжил выполнять свои обязанности. О том, что в глаз попала соринка истец сообщил помощнику мастера ФИО4, старшему механику цеха ФИО6 Кроме того, за состояние истца наблюдали другие работники, в том числе ФИО7, ФИО8, ФИО9 С каждым днем глаз воспалялся. Начальнику цеха ФИО10 на тот момент истец не сообщил, поскольку ранее уже сообщал помощнику мастера и полагал, что этого достаточно. Примерно в 20 числах августа 2021 г. на демонтаж подъемника приезжал старший механик ФИО6, которого истец так же поставил в известность о случившемся. К концу вахты состояние здоровья истца ухудшилось. По приезду с работы истец обратился к врачу. 

Согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ о расследовании несчастного случая (по заявлению работника) ДД.ММ.ГГГГ машинист подъемника 7 разряда цеха по эксплуатации подъемных агрегатов № ПБПО ПРНСиНО ПАО «Сургутнефтегаз» ФИО1 транспортом работодателя был доставлен на место производства работ к заказчику - Управление по капитальному ремонту скважин и повышению нефтеотдачи пластов ПАО «Сургутнефтегаз» на кустовую площадку № Северо-Лабатьюганского месторождения ПАО «Сургутнефтегаз» для работы во вторую смену в составе бригады на подъемном агрегате. Вместе с ФИО1 на рабочую вахту заехали другие работники. Ответственным должностным лицом на кустовой площадке № был помощник мастера ФИО11 В период с 05 по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работал во вторую (ночную) смену с 20.00 до 08.00. Согласно заявлению ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов 00 минут при выходе из вагона-дома (расположенного на указанной кустовой площадке), где он отдыхал после рабочей (ночной) смены, ему в правый глаз попало инородное тело. Из протокола опроса машиниста подъемника ФИО9 следует, что он под конец рабочей вахты слышал, как ФИО1 в разговоре с машинистом и помощником машиниста говорил, что ему в глаз попала мошка. Начальнику цеха ЭПА № ЦБПО ПРНСиНО ПАО «Сургутнефтегаз» ФИО10, помощнику мастера ФИО4 о том, что ему что-то попало в глаз, ФИО1 не сообщал. С 30 по ДД.ММ.ГГГГ на кустовую площадку приезжал старший механик цеха ФИО6, в разговоре с ним 31 августа 2021 года ФИО1 сказал, что у него что-то с глазом, на предложение сообщить об этом начальнику цеха ФИО10 и выехать с кустовой площадки для обращения к врачу, ФИО1 отказался, сказав, что у него осталась одна рабочая смена и он обратится в больницу по месту жительства. По окончании рабочей вахты ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ транспортом работодателя выехал в 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился за медицинской помощью в БУ «Сургутская окружная клиническая больница».

Самим актом расследования несчастного случая указано, что несчастный случай с машинистом подъемника седьмого разряда произошел ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов 00 минут при выходе из вагон-дома, расположенного на кустовой площадке № Север-Лабатьюганского месторождения. Вагон-дом, где проживал ФИО1 расположен около 50 метров от подъемного агрегата, установленного на устье скважины.

Фактически судом установлено, что место межсменного отдыха истца и другим работников прибывающим совместно с ФИО1 на вахту расположено в непосредственной близости по месту осуществления работ. 

По результатам проведенного расследования произошедший с ФИО1 случай признан не связанным с производством, не подлежащим оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации в ЦБПО ПРНСиНО ПАО «Сургутнефтегаз».

В период расследования несчастного случая с сотрудников, указанных истцом в объяснительной записке, взяты объяснения по факту произошедшего случая.

Из протокола опроса помощника мастера ФИО4 следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на рабочей вахте на кустовой площадке № Северо-Лабатьюганского месторождения. В данный период жалоб от машиниста подъемного агрегата седьмого разряда ФИО1 не поступало, при проведении ежесменного инструктажа на рабочем месте проблем со здоровьем выявлено не было.

Из протокола опроса старшего механика цеха по эксплуатации подъемных агрегатов № ФИО6 следует, что с ДД.ММ.ГГГГ и до конца рабочей вахты ФИО1 жалоб и обращений не поступало. 30 и ДД.ММ.ГГГГ он был на кустовой площадке № Северо-Лабатьюганского месторождения для проведения демонтажа подъемного агрегата и его перегона. ДД.ММ.ГГГГ при проведении демонтажа истец в разговоре упомянул болезненности правового глаза, на что старший механик предложил ему сообщить начальнику цеха и поехать в больницу. Вместе с тем, истец отказался, пояснив, что до конца вахты осталась одна рабочая смена, после которой он поедет в поликлинику по месту жительства.

Из протокола осмотра машиниста подъемника ФИО12 следует, что в начале рабочей вахты состояние здоровья истца было удовлетворительным, однако под конец вахты при разговоре с машинистом и помбуром, когда истца спросили, что произошло с его глазом, истец сообщил, что в глаз попала мошка. 

Из протокола опроса машиниста подъемника ФИО13 следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал с истцом. По факту получения травмы истца пояснить ничего не смог. 

Из протокола опроса машиниста подъемника ФИО8 следует, что в начале вахты после заезда на куст у истца жалоб на глаз не было, однако под конец вахты опрошенный узнал о том, что у истца заболел глаз. 

Из протокола опроса машиниста подъемника следует, что ФИО7 следует, что ДД.ММ.ГГГГ заехав на рабочую вахту, истец уже находился на кустовой площадке №. По заезду машинист обратил внимание на воспаленный глазу истца, на протяжении вахты наблюдал как истец использовал глазные капли.

Сам ФИО1 отрицает использование глазных капель в связи с отсутствием возможности их приобретения на месте дислокации на месторождения и отсутствия таковых при прибытии на вахту, поскольку никаких заболеваний у него не имело место. 

Из объяснительной записки от ДД.ММ.ГГГГ начальника цеха ФИО10 следует, что ему об указанных обстоятельствах никто не сообщал, в том числе сам истец. ДД.ММ.ГГГГ на сотовый телефон позвонил ФИО1, который сообщил о госпитализации в больницу для лечения правого глаза. При этом, о том, что ему в глаз что-то попало в период трудовой деятельности истец не сообщил. 

Данные объяснения совпадают с показаниями, данными в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ

Таким образом, из показаний истца, свидетелей ФИО14, ФИО8, ФИО6, ФИО7, суд приходит к выводу о том, что начало воспалительного процесса глаза у истца произошло в период нахождения ФИО1 на рабочих сменах с 05.08.2021 по 02.09.2021, о чем свидетельствуют вышеуказанные свидетели и что совпадает с пояснениями ФИО1 о времени получения травмы глаза ДД.ММ.ГГГГ.

Из копии медицинской карты амбулаторного больного № ФИО1, оформленной в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» 

<

адрес>, следует, что в результате осмотра офтальмолога ДД.ММ.ГГГГ зафиксировано: «В анамнезе герпетический кератит», ДД.ММ.ГГГГ: Анамнез - «Кератит ОД в детстве»; ДД.ММ.ГГГГ осмотр врача-офтальмолога - диагноз: «Исход кератита».

Согласно выписному эпикризу БУ «Сургутская окружная клиническая больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на лечении в офтальмологическом отделении. При поступлении предъявлял жалобы на низкую остроту зрения, чувство инородного тела, слезотечение, светобоязнь в правом глазу, сообщив, что болеет 7-10 дней, к врачу не обращался, лечился самостоятельно: левомицетином 0,25% и дексаметазоном 0,1% закапывал каждый час, баларпан 2 раза в день, диклофенак 0,1% каждый час, находился на месторождении, 3 дня назад начал принимать антибиотик азитромицин 500 мг. 1 раз в день. В стационаре проведено обследование и лечение, выписан с диагнозом: Язва роговицы правового глаза (Н16.0) Заключительный, Сопутствующий. Хронический вирусный гепатит С (В18.2).

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на лечении в офтальмологическом отделении БУ «Сургутская окружная клиническая больница» с диагнозом: Десцеметоцеле правого глаза. ДД.ММ.ГГГГ выявлено десцеметоцеле, госпитализирован в плановом порядке для конъюнктивальной пластики правого глаза. Проведено лечение. Получена телемедицинская консультация НМИЦ им. Гельмгольца, возможна сквозная или послойная кератопластика по ВМП в плановом порядке после проведения аутоконъюнктивальной пластики роговицы. Выписан на амбулаторное лечение.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на лечении в офтальмологическом отделении БУ «Сургутская окружная клиническая больница» с диагнозом: Состояние после аутоконъюнктивальной пластики свободным лоскутом от ДД.ММ.ГГГГ. Назначено лечение. Выписан на амбулаторное лечение.

Согласно выписному эпикризу из медицинской карты стационарного пациента № ФИО1 с 21 по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении во 2 микрохирургическом отделении ГБУ «Уфимский научно-исследовательский институт глазных болезней» с диагнозом: Состосния после биопокрытия роговицы (по поводу угрозы перфорации роговицы), ранний послеоперационный период. Отек транспланта. Моипия слабой степени. ДД.ММ.ГГГГ проведена операция. Сквозная кератопластика. Назначено лечение. Выписан для наблюдения и лечения амбулаторно по месту жительства.

Из ответа БУ «Сургутская окружная клиническая больница» от ДД.ММ.ГГГГ №-исх-865 следует, что в период лечения ФИО1 сведений о производственной травме истцом не заявлялось.

Для установления данных обстоятельств, связанным с причинами возникновения заболевания у истца, моментом его возникновения, установления механизма и давности образования заболевания, определения могло ли данное заболевание быть вызвано механической травмой или является следствием инфекционного заболевания, установления причинно-следственной связи между возникшим заболеванием и наступившими последствия судом была назначена судебная экспертиза.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы, проведенной экспертами казенного учреждения 

<

адрес> - Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №, следует, что на момент обращения ДД.ММ.ГГГГ в офтальмологическое отделение у ФИО1 имелось длительно текущее, не менее 1 недели воспалительное заболевание правого глаза с формированием язвы роговицы правого глаза. Одной из причин формирования язвы роговицы является попадание в глаз инородного тела либо механическое повреждение роговицы. С учетом объяснений ФИО1 о попадании в глаз инородного тела комиссия не исключила, что заболевание правого глаза у ФИО1 образовалось в срок и при обстоятельствах, указанных истцом, 10 августа 2021 г.

Вместе с тем у комиссии возникли вопросы по поводу того, где ФИО1 приобрел глазные капли, которые он использовал при лечении заболевания правого глаза (левомицетин, дексаметазон, баларпан, диклофенак), т.к. капли специфичные назначаются при воспалительных заболеваниях глаз, не все из них можно приобрести в обычном аптечном киоске, а на момент заболевания глаза ФИО1 находился на рабочем месте вахтовым методом. С учетом специфичности применявшихся ФИО1 глазных капель у комиссии экспертов возникло обоснованное подозрение в том, что ФИО1 после заболевания правого глаза (попадания в глаз инородного тела или т.п.) был осмотрен специалистом (врачом-офтальмологом), который и назначил ему данные капли.

Эксперты отметили, что язвы роговицы являются распространенным заболеванием глаз человека и обусловлены травмами, в частности, растительными веществами, также химическими травмами, контактными линзами и инфекциями. Другими причинами язвы роговицы могут быть энтропион (заворот век), дистихиаз (дополнительный ряд ресниц, повреждающий роговицу), дистрофия роговицы и кератоконъюктивит (сухой глаз). Точно сказать, что именно привело у ФИО1 к развитию заболевания роговицы правого глаза, невозможно, в том числе по причине отсутствия данных по осмотру потерпевшего сразу после попадания ему в глаз инородного тела.

На вопрос об утрате у ФИО1 трудоспособности эксперты ответили, что с учетом возникновения травмы у ФИО1 в августе 2021 г., на 21 апреля 2022 г. (последние имеющиеся медицинские данные у комиссии экспертов) длительность расстройства здоровья у ФИО1 была более 120 дней, что позволяет дать оценку процентов стойкой утраты общей трудоспособности (с учетом имеющихся документов) - 35%. Процент утраты профессиональной трудоспособности определяет Бюро медико-социальной экспертизы. Для ответа на вопрос о наличии (отсутствии) причинно-следственной связи между возникшим у ФИО1 заболеванием «язва роговицы правого глаза» и наступившими последствиями - утратой трудоспособности по занимаемой ФИО1 должности (при ее наличии) комиссии экспертов необходимо иметь данные Бюро медико-социальной экспертизы по поводу утраты профессиональной трудоспособности и возможности ФИО1 работать по ранее занимаемой должности.

Из заключения судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной экспертами казенного учреждения 

<

адрес> - Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы», следует, что невозможно однозначно утверждать, в результате чего образовалась язва роговицы у ФИО1 - в результате попадания инородного тела 10 августа 2021 г. или в результате воспаления уже имеющегося помутнения роговицы (как исход кератита в детстве), которое могло обостриться как в результате травмирующего фактора, так и без травмирующего фактора. Из данных профмедосмотра от ДД.ММ.ГГГГ известно, что у ФИО1 имеется периферическое помутнение роговицы правого глаза на 18 часов. В момент обращения к офтальмологу ДД.ММ.ГГГГ гола отмечается: OD (правый глаз) – смешанная инъекция сосудов глазного яблока, роговица мутная, отечная, всю оптическую с переходом на параоптическую зону занимает язва роговицы, округлой формы с нечеткими краями, глубиной до средних слоев строма, вокруг язвы перифокальный отек роговицы, дно язвы выполнено слизисто-гнойным отделяемым, на 11,12,6 условного циферблата часах неоваскуляризация роговицы. Механизм - воспаление роговицы правого глаза, как самостоятельное заболевание (чаще вследствие инфекции), так и в результате травмирующего фактора («мошка», инородное тело). Давность образования заболевания «язва роговицы правого глаза» - не позднее ДД.ММ.ГГГГ гола (дата осмотра офтальмологом и выставления диагноза «язва роговицы правого глаза»).

Эксперты отменили, что заболевание «язва роговицы правого глаза», диагностированное у ФИО1 и описанное в исковом заявлении, может быть, как следствием инфекционного заболевания, также может быть вызвано механической травмой, попаданием инородного тела (мошки). 

На вопрос о наличии причинно-следственной связи между заболеванием «язва роговицы правого глаза», диагностированным у ФИО1 после произошедшего с ним случая ДД.ММ.ГГГГ и имевшимся заболеванием «Кератит», «Исход кератита», зафиксированным в медицинской карте амбулаторного больного №, эксперты однозначно установить не смогли. 

При этом эксперты указали, что попадание в правый глаз ФИО1 инородного тела 10 августа 2021 г. могло стать причиной обострения у него заболевания «Кератит», «Исход кератит», в результате травмирующего фактора, однако не исключено обострение воспалительного процесса в правом глазу по причине инфекционного фактора. Трудоспособность ФИО1 в результате заболевания «язва роговицы правого глаза» была временно утрачена на период воспалительного процесса и период проведения оперативных вмешательств, послеоперационной реабилитации. 

На вопрос установления процента утраты общей трудоспособности у ФИО1 эксперты со ссылкой на ранее проведенную экспертизу (экспертиза по материалам дела №) определили ее в размере 35% согласно пункту 24 таблицы.

Согласно протоколу ВК (врачебной комиссии) по экспертизе профессиональной пригодности № от ДД.ММ.ГГГГ (медицинская карта №) ФИО1 признан постоянно непригодным по состоянию здоровья к выполнению отдельных видов работ (профессия ФИО1 слесарь-ремонтник). Комиссия экспертов считает, что имеется прямая причинно-следственная связь между возникшим у ФИО1 заболеванием «язва роговицы правого глаза» и наступившими последствиями в виде непригодности его к выполнению определенного вида работ по занимаемой им должности. 

У суда нет оснований не доверять данным заключениям, поскольку экспертизы назначались судом в соответствии с требованиями ст. 79 ГПК РФ, проводилась компетентными специалистами, оформлены надлежащим образом, эксперты предупреждены об уголовной ответственности на основании ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Выводы экспертов полностью соответствуют описательной и исследовательской частям заключениям. 

Исходя из выводов вышеуказанных медицинских заключений следует, что однозначно установить причину образования заболевания «язва роговицы правого глаза» невозможно (попадание инородного тела в правый глаз или обострение заболевания), однако комиссия экспертов не исключает, что заболевание правого глаза ФИО1 образовалось в срок и при обстоятельствах, указанных в определении, а именно ДД.ММ.ГГГГ.

Истец в судебном заседании пояснил, что в период с 10 августа 2021 г. по 2 сентября 2021 г. промывал глаз кипяченой водой, никаких препаратов в указанный период при себе не имел и не использовал; пояснения машиниста подъёмника ФИО7 отрицает, поясняя тем, что сам ФИО7 при расследовании несчастного случая не смог пояснить какие глазные капли использовал истец, не назвал форму и цвет глазных капель.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО15, супруга истца, пояснила, что перед заездом на рабочие смены ДД.ММ.ГГГГ у него не было проблем со зрением, жалоб по поводу болей, дискомфорта глаз он не высказывал, визуально какого-либо покраснения не было заметно.

В дополнение к вышеуказанным показаниям, истец представил чеки, подтверждающие приобретение специфических рецептурных лекарственных препаратов, пояснил, что приобрел их в аптеке в 

<

адрес> после возращения с рабочей смены по рекомендации сестры, которая имеет медицинское образование, является медицинским работником, а также фармацевта. Чека о приобретении препаратов у него не сохранилось.

Доказательств того, что ФИО1 заехал на вахту имея заболевание глаза, ответчиком суду, вопреки ст. 56 ГПК РФ не представлено; как и не доказан факт наличия при себе препаратов для лечения глаза. 

Более того, на основании заключения периодического медицинского осмотра от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 признан годным к работе с вредными и/или опасными условиями в газовой промышленности, ответчиком не оспаривалось прохождение медицинского осмотра истцом перед прибытием на месторождение, которым каких-либо противопоказаний к работе выявлено не было, как и не было установлено проблем с глазами (покраснения, жалобы на состояние глаз).

Кроме того, согласно п.3 (краткая характеристика места(объекта), где произошел несчастный случай) спорного акта расследования несчастного случая установлено комиссией что «несчастный случай с машинистом подъемника 7 разряда произошел ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов 00 минут при выходе из вагон-дома, расположенного на кустовой площадке № Северо-Лабатьюганского месторождения. Вагон-дом, где проживал ФИО1, расположен около 50 метров от подъемного агрегата, установленного на устье скважины». 

Из системного толкования исследованных в суде доказательств, факт получения травмы правого глаза истцом ФИО1 при обстоятельствах указанных им нашел свое подтверждение.

При этом, течение заболевание и его развитие после получения травмы глаза ДД.ММ.ГГГГ было обусловлено местом выполнения работ на вахте на кустовой площадке № Северо-Лабатьюганского месторождения. Проживания непосредственно в близи рабочего места предопределялось как характером посменного выполнения работ, так и расположением рабочего места в полевых условиях на значительном удалении от населенных пунктов, в том числе от места жительства истца и места нахождения головного офиса ответчика в 

<

адрес>. Как установлено судом, травма получена в непосредственной близости от рабочего места истца(50 метров); фактически межсменный отдых истца организован в месте выполнения основной работы.

Развитие и течение заболевания после полученной ДД.ММ.ГГГГ травмы глаза обусловлена и тем обстоятельством, что для работающих на указанной кустовой площадке № не было надлежащим образом организована первоначальная медицинская помощь, позволяющая надлежащим образом в данной сложившейся ситуации оценить угрозу возможного течения заболевания.

При этом, само по себе организованное место меж сменного отдыха в близи непосредственно работающих механизмов и оборудования, также не отвечает общепризнанным санитарно-эпидемиологическим принципам исключающем расположение мест отдыха работников в близи производств.

Согласно пункту 2 статьи 25 Федерального закона N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" индивидуальные предприниматели и юридические лица обязаны осуществлять санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия по обеспечению безопасных для человека условий труда и выполнению требований санитарных правил и иных нормативных правовых актов Российской Федерации к производственным процессам и технологическому оборудованию, организации рабочих мест, коллективным и индивидуальным средствам защиты работников, режиму труда, отдыха и бытовому обслуживанию работников в целях предупреждения травм, профессиональных заболеваний, инфекционных заболеваний и заболеваний (отравлений), связанных с условиями труда.

Определить суду в настоящее время точную причину получения травмы правого глаза истца, как полученную в результате попадания в глаз, либо укуса мошки имеющейся на месторождении, либо получения травмы от осуществления производственно-хозяйственной деятельности расположенных в близи места организации между сменного отдыха промышленных механизмов и оборудования, не представляется возможным, поскольку как указывают эксперты данная травма не была осмотрена изначально ДД.ММ.ГГГГ специалистом.

В любом случае суд полагает, что в силу специфики работы на вахте в полевых условиях на работодателе лежала обязанность организовать производство, которое обеспечивало бы надлежащие санитарно-гигиенические условия пребывания работников на вахте, в том числе путем как проведения специальных дезинсекционных мероприятий от мошки, так и выдачи специальных индивидуальных защитных анти москитных средств, средств защиты глаз, с целью избежание получения травм, в том числе и от воздействия окружающей природы. 

Факт получения травмы в период вахты ДД.ММ.ГГГГ нашел свое подтверждение. 

Предположения и домыслы ответчика о возможных заболеваний у истца имевших место до получения травмы ДД.ММ.ГГГГ не нашли свое подтверждение и не имею правового значения для квалификации травмы как приобретенной в быту, поскольку травма получена ДД.ММ.ГГГГ в период вахтовой работы; отсутствие надлежащего лечения (получения первой медицинской помощи) привело к развитию заболевания которое находиться в непосредственной причинно-следственной связи с наступившими последствиями - утрате трудоспособности истца. 

Таким образом, оценивая представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии обстоятельств, предусмотренных ч. 6 ст. 229.2 ТК РФ, при наличии которых в данном случае произошедшее с ФИО1 можно квалифицировать как несчастный случай, не связанный с производством.

В силу ст. 297 ТК РФ вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания. Вахтовый метод применяется при значительном удалении места работы от места постоянного проживания работников или места нахождения работодателя в целях сокращения сроков строительства, ремонта или реконструкции объектов производственного, социального и иного назначения в необжитых, отдаленных районах или районах с особыми природными условиями, а также в целях осуществления иной производственной деятельности. Работники, привлекаемые к работам вахтовым методом, в период нахождения на объекте производства работ проживают в специально создаваемых работодателем вахтовых поселках, представляющих собой комплекс зданий и сооружений, предназначенных для обеспечения жизнедеятельности указанных работников во время выполнения ими работ и междусменного отдыха, либо в приспособленных для этих целей и оплачиваемых за счет работодателя общежитиях, иных жилых помещениях.

Согласно ч. 1, абз. 17 ч. 2 ст. 214 ТК РФ работодатель обязан обеспечить: санитарно-бытовое обслуживание и медицинское обеспечение работников в соответствии с требованиями охраны труда, а также доставку работников, заболевших на рабочем месте, в медицинскую организацию в случае необходимости оказания им неотложной медицинской помощи.

Северо-Лабатьюганское месторождение находится на значительном удалении от населенных пунктов, что обуславливает вахтовый метод работы ФИО1. на данном месторождении в режиме постоянного нахождения в месте осуществления работы. 

Доводы ФИО1 о том, что он не имел реальной возможности воспользоваться медицинской помощью непосредственно на Северо-Лабатьюганское месторождении соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку здравпункт (медпункт) работодателем на данном месторождении не был оборудован, в здравпункты, в близлежащих месторождениях ФИО1 доставлен не был. 

Истец был вынужден находиться в месте выполнения работ в силу специфики организации вахтового метода работы у ответчика. Данные действия(нахождение в месте расположения производства) осуществлялись в интересах работодателя, обусловлены трудовыми отношениями с работодателем и совершались в его интересах на территории страхователя. Травма получена истцом в период вахты, на территории в близи производственных объектов(оборудования) в местах организованного меж сменного отдыха на производстве и следовательно подлежит квалификации как несчастный случай на производстве, что согласуется с разъяснениями, содержащихся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2.

Частью 5 ст. 229.2 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В соответствии с подп. в) п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №, расследованию в порядке, установленном статьями 228 и 229 Кодекса и настоящим Положением (далее - установленный порядок расследования), подлежат события, в результате которых работниками или другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, были получены увечья или иные телесные повреждения (травмы), в том числе причиненные другими лицами, включая: тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током (в том числе молнией); укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения травматического характера, полученные в результате взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных ситуаций, и иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием на пострадавшего опасных факторов, повлекшие за собой необходимость его перевода на другую работу, временную или стойкую утрату им трудоспособности либо его смерть (далее - несчастный случай), происшедшие: при следовании к месту работы или с работы на транспортном средстве работодателя или сторонней организации, предоставившей его на основании договора с работодателем, а также на личном транспортном средстве в случае использования его в производственных целях в соответствии с документально оформленным соглашением сторон трудового договора или объективно подтвержденным распоряжением работодателя (его представителя) либо с его ведома.

Пунктами 23, 26 вышеуказанного положения предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения государственных нормативных требований охраны труда, вырабатывает мероприятия по устранению причин и предупреждению подобных несчастных случаев, определяет, были ли действия пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос об учете несчастного случая и, руководствуясь требованиями пунктов 2 и 3 настоящего Положения, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством. Несчастные случаи, квалифицированные комиссией или государственными инспекторами труда, проводившими их расследование, как несчастные случаи на производстве, подлежат оформлению актом о несчастном случае на производстве по форме 2, предусмотренной приложением N 1 к настоящему Постановлению (далее - акт формы Н-1).

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о незаконности акта расследования несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ, квалифицировавшего произошедшее ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 как несчастный случай не связанный с производством и не подлежащий оформлению актом формы Н-1, в связи с чем требование истца о признании незаконным оспариваемого акта является обоснованным и подлежащим удовлетворению, с возложением на ПАО «Сургутнефтегаз» обязанности по оформлению акта о несчастном случае на производстве в отношении ФИО1 по форме Н-1.

Согласно пункта 6.22.5 правил внутреннего трудового распорядка ПАО «Сургутнефтегаз» работодатель обязан обеспечить разработку мер, направленных на обеспечение безопасных условий и охраны труда, оценку уровня профессиональных рисков перед вводом в эксплуатацию производственных объектов, вновь организованных рабочих мест.

Работодатель обязан принимать необходимые меры по профилактике несчастных случаев и повреждений здоровья работников; информировать работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья; при каждом несчастном случае немедленно организовать первую медицинскую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; принимать необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая; обеспечить санитарно-бытовое обслуживание и медицинское обеспечение работников в соответствии с требованиями охраны труда, а также доставку работников, заболевших на рабочем месте, в медицинскую организацию в случае необходимости оказания им неотложной медицинской помощи.

Обязанность по обеспечению безопасности работником при выполнении трудовой функции возложена на работодателя, указанная обязанность ответчиком надлежащим образом выполнена не была, поскольку ФИО6, являющийся непосредственным руководителем истца, подтвердивший в судебном заседании, что истец обращался к нему с жалобами на боли в глазе, мер по уведомлению вышестоящего руководства не предпринял, от работы истца не отстранил, оказание необходимой первой медицинской помощи(консультации медспециалиста) не организовал.

Тот факт, что работник отказался от направления в больницу по мотиву окончания вахты не освобождает работодателя от принятия мер по организации оказания ему надлежащей медицинской помощи.

Более того, суд полагает, что при своевременном получении первоначальной медицинской консультации, направлении истца на лечение (направление в медицинскую организацию) и отстранении от работы, последствия несчастного случая могли иметь иной характер, нежели тот, который возник в настоящее время.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Поскольку в ходе рассмотрения дела установлен факт нарушения трудовых прав истца в связи, чем истцом, безусловно, причинены нравственные страдания, суд считает, что в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда.

В судебном заседании ФИО1 суду пояснил, что моральный вред который он оценил в размере 100000 рублей причинен работодателем в результате незаконных действий последнего выразившихся в отказе оформить акт о расследовании несчастного случая на производстве по форме Н-1, в связи с чем истец испытывал нравственные страдания выразившиеся в переживании в связи с длительным нарушением его прав.

При разрешении вопроса о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из тех обстоятельств, что вина ответчика в нарушении прав истца при проведении самого расследования несчастно случая, составлении акта расследования несчастного случая нашла свое подтверждение; работодатель не обоснованно уклонился от квалификации несчастного случая как связанного с производством, оформлении акта расследования несчастного случая по установленной форме.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия руководствуется положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», учитывает конкретные обстоятельства дела, длительность периода нарушения трудовых прав и значимость для истца защищаемого права, характер и степень причиненного вреда, обстоятельства его причинения, степень вины работодателя, принципы разумности и справедливости, в связи с чем, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей. 

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета 

<

адрес> подлежит взысканию государственная пошлина в размере 900 рублей, поскольку истец при подаче иска, в силу ст. 333.36 НК РФ, был освобожден от ее уплаты.

Руководствуясь ст. ст. 98 – 101, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Сургутнефтегаз» о признании акта о расследовании несчастного случая не законным, возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, взыскании компенсации морального вреда- удовлетворить частично.

Признать акт о расследовании несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ по заявлению ФИО1 – незаконным.

Признать несчастный случай произошедший с машинистом подъемника 7 разряда ФИО1 имевший место ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов 00 минут при выходе из вагон-дома, расположенного на кустовой площадке № Северо-Лабатьюганского месторождения на производственной территории ПАО «Сургутнефтегаз» связанным с производством и возложить на Публичное акционерное общество «Сургутнефтегаз» обязанность составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Сургутнефтегаз» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В остальной части исковых требований ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Сургутнефтегаз»- отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Сургутнефтегаз» в местный бюджет 

<

адрес> государственную пошлину в размере 900 рублей.

Настоящее решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-мансийского автономного округа - Югры через Сургутский городской суд в течении месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья В.Н. Хуруджи

Копия верна: В.Н.Хуруджи