№2-1516/2018г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

11 сентября 2018 года г.Ставрополь

Октябрьский районный суд г. Ставрополя в составе:

председательствующей судьи Шевченко Ю.И.

при секретаре Ходаковой О.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 ( третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Росреестра по Ставропольскому краю) о признании недвижимого имущества совместно нажитой собственностью, о признании права собственности на 1/2 долю в праве на недвижимое имущество,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Октябрьский райсуд г. Ставрополя с иском к ФИО5, с учетом уточненного иска(л.д. 51):

- о признании имущества в виде жилого дома общей площадью 80.3 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, находящегося на земельном участке площадью 614 кв.м., кадастровый №, совместной собственностью между ФИО1 и ФИО3, умершим 21 января 1994 года; 

- о признании за ФИО1 права собственности на 1\2 долю жилого дома общей площадью 80.3 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, находящегося на земельном участке площадью 614 кв.м., кадастровый №;

- о признании за ФИО1 права собственности на 1/2 долю земельного участка площадью 614 кв.м., кадастровый №, расположенного: 

<

адрес>.

В качестве оснований исковых требований в иске указано, что ФИО1 зарегистрирована по адресу: 

<

адрес> проживает по данному адресу с 1970 года. В 1962 году она познакомилась с ФИО3 и вскоре они стали совместно проживать в станице Прочноокопской города Армавира. Оба работали на ферме в колхозе им.Кирова, который находится там же, истец работала дояркой, а он – разнорабочим. С ними проживала ее дочь от первого брака – Светлана, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которой на тот момент исполнился 1 год. ФИО3 принял и воспитывал Светлану как родную. От совместного проживания-сожительства ДД.ММ.ГГГГ у них родилась совместная дочь – Татьяна. В 1970 году они с сожителем – фактическим супругом переехали в г. Ставрополь и купили саманную хату, являющуюся предметом настоящего иска, расположенную по адресу: 

<

адрес>. общей площадью 80,3 кв.м. на земельном участке площадью 614 кв.м. При заключении договора купли-продажи имущества покупателем был указан фактический супруг, спора по этому вопросу у них не было, так как между ними была договоренность о том, что дом будет перестроен и в дальнейшем переоформлен в равных долях. В течение совместного проживания они постоянно вели совместное хозяйство, занимались улучшением жилищных условий, производили при необходимости соответствующие ремонтные работы, а именно: практически развалили старую хату, вначале обложив сломанные стены шлакоблоком, затем обложили кирпичом, фактически построив новый дом, подвели во двор воду и газ. С момента приезда в г. Ставрополь и до выхода на пенсию истец работала, у них с фактическим супругом был общий бюджет, который они тратили на приобретение продуктов питания, одежды, оплаты коммунальных платежей, строительного и отделочного материала, саженцев плодовых деревьев, семян и рассады для посадки огорода и т.д. 21.01.1994 года ее сожитель – фактический супруг умер, завещание на домовладение и земельный участок не оформил. Совместная дочь – ФИО4 в права наследования не вступала. Истец но настоящее время проживает в этом домовладении, оплачивает коммунальные услуги, несет бремя по оплате налогов. Причиной обращения в суд послужило то обстоятельство, что на протяжении длительного времени у них с совместной с ФИО3 дочерью Сложились конфликтные отношения, она ведет аморальный образ жизни, употребляет спиртные напитки, нигде не работает. Зная о том, что единственным собственником имущества но документам является ее отец, постоянно выгоняет мать из дома, устраивает скандалы, приводит в дом незнакомых людей. Все правоустанавливающие документы на имущество, домовая книга и т.д. находятся у ФИО4 Сведения о правообладателе на недвижимое имущество в соответствии с нормами действующего законодательства РФ в органах кадастра отсутствуют. Согласно статье 244 Гражданскою кодекса РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная, собственность). Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество. Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи), либо не подлежит разделу в силу закона. Общая собственность па делимое имущество возникает в случаях, предусмотренных законом или договором. По соглашению участников совместной собственности, а при не достижении согласия по решению суда на общее имущество может быть установлена долевая собственность этих лип. В силу статьи 254 указанного кодекса раздел общего имущества между участниками совместной собственности, а также выдел доли одного из них могут быть осуществлены после предварительного определения доли каждого из участников в праве на общее имущество. При разделе общего имущества и выделе из него доли, иное не предусмотрено законом, или соглашением участников, их доли признаются равными. По смыслу ст. 244 и ст. 218 ГК РФ при обращении с требованием о признании нрава общей собственности истец должен доказать, что обе стороны согласовали в договоре, либо иным образом выразили свою волю на поступление имущества в общую собственность либо то, что поступление имущества в общую собственность предусмотрено законом, а также то, обстоятельство, что лицо, требующее признания за ним права собственности, изначально имело намерение получить данное имущество в свою собственность в частности создавало его для себя.

В судебном заседании истица ФИО1 поддержала исковые требования, пояснив, что проживала с ФИО3 вместе одной семьей, приехали в Ставрополь, здесь купили дом, развалину, стали перестраивать. С 1959 года была в браке с Печерским, в 1983 году брак расторгли, то есть когда стала проживать с ФИО5 брак еще был зарегистрирован. ФИО7 давал деньги на дочь Светлану, талончики были, все выкинула, столько времени прошло, эти деньги на дочь истица не тратила, а скопила, потратила их на ремонт дома; за дом платила своих денег 2700 рублей, а ФИО5 отдал при покупке своих денег – 2000 рублей, ФИО5 записал дом на себя, так как сказал, что иначе не дадут строиться, истица не была против, истица юридически не грамотна, работала дояркой,потом приехали в Ставрополь; переучивалась, работала поваром, зарплату получала, работая дояркой, все время работала и зарабатывала. С ответчицей всегда были сложные отношения, она гуляла, пила, никогда не работала, после смерти ФИО3 она стала говорить, что истица никто, она хозяйка, наследница. 

Представитель истицы по доверенности ФИО8 пояснила, что изначально с истицей и ФИО21 проживала дочь Светлана, позднее родилась дочь Татьяна. Истица и ФИО21 вели общее хозяйство, улучшали свои жилищные условия, купив дом, потом стали его перестраивать, фактически они построили новый дом. После смерти ФИО21 истица поддерживала жилье в порядке и несла все расходы по его содержанию. Истица и ответчица часто ругаются, ответчица создает для истицы невыносимые условия для проживания, продает вещи истицы, оскорбляет ее, недавно вызывали милицию, ответчица злоупотребляет спиртными напитками, нигде не работает, угрожает ответчицу выгнать из дома, говорит, что истица в это доме никто, поэтому истица вынуждена обратиться в суд с иском и определить доли в праве собственности на спорный жилой дома.

Ответчица ФИО5, будучи извещенной о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд не явилась, ее представитель по ордеру ФИО9 возражал против исковых требований, пояснив, что В обоснование исковых требований указала, что будучи в зарегистрированном браке с гражданином Печерским с 1962 года стала сожительствовать с гражданином ФИО3. От совместно сожительства родила дочь - ФИО4. В 1970 году ее сожитель - ФИО3 приобрел домовладение 

<

адрес>, где они стали проживать совместно. В связи с этим считает, что домовладение по 

<

адрес> должно быть признано совместным имуществом. Брак с гражданином ФИО2 был расторгнут, в 1983 году. В связи с отсутствием зарегистрированного брака, нормы Семейного законодательства Российской Федерации не могут быть применены при решении вопроса признания имущества совместной собственностью. Имущество может быть совместно нажитым только супругами в официальном браке. Имущество, приобретенное при сожительстве является общей собственностью. Его раздел регулируется нормами Гражданского кодекса. В соответствии с Семейным кодексом основанием возникновения правоотношений по совместной собственности супругов является только брак, заключенный в установленном законом порядке, то есть в органах ЗАГСа. Фактические семейные отношения (сожительство) мужчины и женщины без государственной регистрации заключения брака, вне зависимости от их продолжительности не порождают права общей совместной собственности на имущество. Имущество, приобретенное во время сожительства, нужно признавать не совместно нажитым, а общей долевой собственностью с учетом размера денежного вклада, ссылаясь на положения статьи 244 Гражданского кодекса. Для удовлетворения требований истец должен доказать: факт сожительства и совместного ведения хозяйства в определенный отрезок времени, факт совместного приобретения имущества, которое считалось общим и не делилось, факт реального вложения денежных средств в спорное имущество. В связи с тем, что нормы о равном разделе имущества, закрепленные в Семейном кодексе при разделе имущества сожителей не действуют, истец может претендовать не на половину имущества, а на ту его часть, которую составляют средства, вложенные в его приобретение. При сожительстве, согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса, имущество принадлежит тому, кто его покупал. Истец денежных средств на приобретение домовладения по 

<

адрес> не вкладывала. Во время приобретения указанного домовладения она проживала со своим зарегистрированным супругом и лишь стала проживать совместно с отцом ответчика после приобретения домовладения. Доказательствами реального вложения денег могут быть только официальные платежные документы, в которых отражено, что плательщиком выступал истец, таких доказательств у истицы не имеется. Итак, ключевое обстоятельство в понятии «сожительство» – факт совместного проживания двух лиц. Отсутствие такого обстоятельства делает невозможным принятие положительного решения суда. Ключевым обстоятельством для раздела имущества сожителей – факт приобретения имущества для общего пользования и факт реального вложения денежных средств. С момента смерти отца ответчика в 1994 году, бремя содержания домовладения лежит лишь на ней. Истица никакого финансового участия в содержания дома, в оплате коммунальных услуг не принимает. Кроме того, фактически с 1994 года вплоть до подачи искового заявления, то есть в течение 24 лет, истица знала о нарушении ее жилищного права и без уважительных причин ни разу не обратилась в судебные органы. В соответствии со ст. 196 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к выяснению судом решения об отказе в иске.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, УправленияРосреестра по Ставропольскому краю, будучи извещенным о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд не явился, каких-либо ходатайств представлено не было, в связи с чем суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 244 Гражданскою кодекса РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная, собственность). Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество. Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи), либо не подлежит разделу в силу закона. Общая собственность па делимое имущество возникает в случаях, предусмотренных законом или договором. По соглашению участников совместной собственности, а при не достижении согласия по решению суда на общее имущество может быть установлена долевая собственность этих лип. 

В силу статьи 254 ГК РФ раздел общего имущества между участниками совместной собственности, а также выдел доли одного из них могут быть осуществлены после предварительного определения доли каждого из участников в праве на общее имущество. При разделе общего имущества и выделе из него доли, иное не предусмотрено законом, или соглашением участников, их доли признаются равными. 

По смыслу ст. 244 и ст. 218 ГК РФ при обращении с требованием о признании рава общей собственности истец должен доказать, что обе стороны согласовали в договоре, либо иным образом выразили свою волю на поступление имущества в общую собственность либо то, что поступление имущества в общую собственность предусмотрено законом, а также то, обстоятельство, что лицо, требующее признания за ним права собственности, изначально имело намерение получить данное имущество в свою собственность в частности создавало его для себя.

Судом установлено, что 26 января 1970 года ФИО3 заключил договор купли-продажи с ФИО14 1/2 доли домовладения, состоящего из саманного дома с пристройкой, жилой площадью 28,7 кв.м., полезной площадью 28,7 кв.м. с надворными сооружениями, расположенного на земельном участке мерой 487 кв.м. по 

<

адрес>. Стоимость имущества определена в 3000 рублей(л.д. 56).

15 апреля 1977 года решением МВК Октябрьского райисполкома г. Ставрополя разрешено ФИО3 пристройку лит. «а2»- разобрать и пристроить 2 жилых комнат, кухню и коридор, согласно прилагаемого чертежа.

Актом № от 12 сентября 1978 года принят в эксплуатацию дом, вытроенного ФИО15 и ФИО14, жилой площадью 59,3 кв.м., полезной площадью 78,5 кв.м., где лит. а,а1,а2- пристройки к дому, М- летняя кухня. Н- сарай- построены( л.д. 55). 

ФИО3 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти(л.д. 75).

Наследницей, принявшей наследство по закону, является дочь ФИО3 – ответчица по делу ФИО5( л.д. 76-77).

Согласно материалов наследственного дела, в наследственную массу вошло недвижимое имущество – жилой дом с земельным участком, расположенный по 

<

адрес>(л.д. 81-97).

Истица в качестве доводов иска указывает, что она проживала одной семьей с С.В. на момент приобретения дома по 

<

адрес>, вели совместный бюджет, являлись одной семьей, у них родилась дочь ФИО5.

Из свидетельства о рождении серии № следует, что ФИО10 родилась ДД.ММ.ГГГГ года рождения(л.д. 9).

Как пояснила истица, с 1959 года по 1984 год она находилась в зарегистрированном браке с Печерским, имя и отчество которого истица не сообщила.

Согласно ч.2 ст. 68 ГПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. 

Таким образом, в суде с достоверностью установлено, что на момент совместного проживания- сожительства с ФИО15 истица находилась в зарегистрированном браке с иным лицом- Печерским.

Истица утверждает также, что при заключении договора купли-продажи от 26 января 1970 года между ФИО3 и ФИО14 она платила лично принадлежащих ей 2700 рублей, 2000 рублей- отдал ФИО21. 

То есть, по утверждению истицы всего за приобретаемое домовладение было уплачено 4700 рублей, что противоречит условиям договора, где цена продаваемой недвижимости определена в 3000 рублей.

Истица также утверждала, что при осуществлении строительства пристроек и осуществлении фактической реконструкции домовладения она также вкладывала денежные средства, полученные в качестве алиментов от Печерского – отца ее дочери Светланы.

Однако, достоверных, допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих вложение истицей при приобретении жилого дома по 

<

адрес> денежных средств в размере 2700 рублей, а также вложение денежных средств при осуществлении перестройки и реконструкции данного жилого дома, суду не представлено. 

В частности, суду не представлено доказательств того, что истица в период 1960-х – 1970гг. работала, а также размер ее заработной платы за данный период времени.

Истца пояснила суду, что в 1977-1978гг. работала поваром в ресторане «Горка» в г. Ставрополе, размер зарплаты не помнит, ранее работала дояркой, где и каков размер зарплаты подтвердить не может, трудовая книжка была утрачена.

В представленной суду трудовой книжки истицы имеется первая запись о приеме ее на работу, датированная 14 июня 1979 года(л.д. 27 оборот), сведений о работе истицы до 1979 года трудовая книжка не содержит.

Свидетель ФИО16 показала в судебном заседании, что истица является ее матерью, ответчица- сестрой по матери. Свидетель жила с матерью в г.Армавире вместе с отцом, потом мать разошлась с отцом, свидетелю было 5 лет. Потом свидетель с матерью уехали к тете в Аргангельск. Потом приехал к ним отчим ФИО21, все вместе уехали в Ставрополь, сначала жили у сестры ФИО21 на 

<

адрес> тоже жил вместе с нами. Потом купли дом, у ФИО21 денег не было, деньги были у матери- истицы, у нее было 2700 рублей, 4500 рублей вложили они всего и в покупку, и в перестройку дома, матери алименты высылал отец свидетеля по 100 рублей, мать их не тратила, свидетель ходила в обносках, а эти деньги вложила в дом при его перестройке- реконструкции; а 2700 рублей мама заработала. На момент покупки дома свидетелю было 8 лет; до приезда в Ставрополь мама работала дояркой, сколько получала свидетель не знает; у отчима мама забирала все зарплату, так как он злоупотреблял спиртным, ответчица- сестра всегда проживала в матерью, замужем не была, работала всего пару лет; сейчас отношения между сторонами плохие; ФИО21 к концу их проживания с матерью ушел жить к другой женщине, где и умер в 1994 году. После его смерти в доме жили мать и сестра Татьяна. Ответчица всегда после смерти отчима выгоняла всех из дома, и говорила, что это ее дом, стала и матери говорить, что она там никто, угрожала ей, что выгонит, свидетель матери говорила, что надо что-то делать по дому, но мать никаких действий по оформлению своих прав на дом не предпринимала, говорила, что как –то обойдется, на что свидетель ей еще тогда сказал, что не обойдется. Свидетель предлагала матери все узаконить, но она не хотела этого делать, не хотела, чтобы ее таскали по судам, все терпела, она вообще терпеливая, поэтому терпит до сих пор.

Свидетель ФИО17 показала в судебном заседании, что живет по 

<

адрес>, с истицей познакомилась. Когда она приехала в 1969 году в Ставрополь с мужем Виктором и двумя детьми; купили дом недалеко от дома свидетеля. Дом купили она вместе с Виктором как муж и жена, знает свидетель об этом с их же слов, деньги при покупке вкладывали оба. ФИО21 это подтверждал, кто сколько вложил денег свидетель не помнит; деньги от алиментов на старшую дочь пошли на реконструкцию и перестройку дома; они приехали в Ставрополь уже с деньгами; работала истица дояркой до приезда, зарабатывала; откуда у ФИО21 были деньги свидетель не знает; строили дом ФИО3 и истица; дети конечно ничего не строили; что и на чьи деньги покупалось свидетель не знает; когда они приехали сюда, у них был совместный бюджет, вели общее хозяйство; как в браке они делали все вместе; совместные брачно-семейные отношения продолжались какое-то время, сколько именно свидетель не может сказать, когда умер ФИО21, они вместе уже не жили; в доме жила истица и дети; содержанием дома занималась истица; ответчик сейчас выгоняет из дома и бьет истицу,вызывали даже милицию.

Свидетель ФИО18 показала в судебном заседании, что она бывшая соседка истицы, она с ФИО21 купили у свидетеля комнату в доме; у них был гражданский брак, была дочь Света, родилась Татьяна; как у них было с деньгами при покупке комнаты свидетелю неизвестно; свидетель без ФИО21 сделала пристройку к дому, он уже ушел от нее, после смерти его она построила кухню, ванную,котельную; крышу в прошлом году перекрывала; ответчица гонит истицу из дома, ответчица в содержание дома ничего не вкладывала, после смерти ФИО21, когда свидетель приезжала из Мурманска, истица сказала, что ответчица выгоняет ее из дома, избивает, но ничего по оформлению своих прав не предпринимала.

Свидетель ФИО19 показал в судебном заседании, что познакомился с истицей 45 лет назад, как женился ; ответчица сейчас выгоняет истицу из дома; ФИО3 тоже свидетель знал; он был сожителем истицы, дом они купли с ним вместе, откуда взяли и чьи деньги на это потратили свидетелю неизвестно, не интересовался этим; крышу истица недавно со своей пенсии сделала, истца несмотря ни на что любит свою дочь- ответчицу; ФИО21 пожил с истицей, сколько лет свидетель не помнит, потом он ушел к другой женщине, когда именно свидетель не помнит; после смерти ФИО21 ответчица начала выгонять мать, свидетель слышал, что на момент сожительства с ФИО21 истица была в зарегистрированном браке с другим мужчиной; отношения истицы с ответчицей обострились недавно – неделю назад или раньше.

Проанализировав данные показания, сопоставив их с письменными доказательствами по делу, суд считает доказанным, что истица и ФИО3 проживали гражданским браком(сожительствовали), начиная примерно с 1969 года, на момент смерти ФИО3 в 1994 году фактические брачно-семейные отношения между ними уже прекратились.

Источник происхождения у истицы денежных средств в размере 2700 рублей, якобы вложенных лично истицей в приобретении спорного дома, а также суммы примерно 1800 рублей, вложенных якобы истицей в реконструкцию- перестройку дома, свидетель ФИО20 пояснить не смогла. 

Остальные свидетели в своих показаниях не смогли пояснить, какие денежные средства сложила истица в приобретение дома и в его реконструкцию, источник происхождения данных денег.

Показания свидетеля ФИО18 о том, что истица сама перестраивала дом, пристраивала кухню, котельную уже после смерти ФИО3, суд признает недостоверными,поскольку из акта № от 12 сентября 1978 года приемки дома в эксплуатацию следует, что в состав дома по 

<

адрес> входит пристройка лит. а,а1,а2; в экспликации к поэтажному плану дома по состоянию на 4 сентября 1978 года указано, что в пристройке лит.а2 к дому находится кухня и коридор; материалы подлинного инвентарного дела по 

<

адрес> не содержат сведений о наличии в доме отдельного помещения котельной, а также об осуществлении какого-либо строительства, реконструкции, перепланировке за период после 1978 года по настоящее время.

В связи с вышеизложенным, суд приходит к выводу, что на момент приобретения спорного дома истица и ФИО3 проживали одной семьей, вели совместное хозяйство, однако доказательств вложения истицей каких-либо денежных сумм в приобретение спорного дома и для его реконструкции суду не представлено.

Однако, показания свидетелей о наличии фактических брачно-семейных отношений между истицей и ФИО3 не имеют юридического значения для существа настоящего спора, поскольку положения семейного законодательства ( законодательства о браке и семьей РСФСР, действовавшего на момент существования данных фактических отношений)не подлежат применению в данном случае, к возникшим между сторонам правоотношениям подлежат применению гражданское законодательство об общей совместной(долевой) собственности.

Суду представлены ответчицей чеки и квитанции о понесенных ею фактических материальных затратах на содержание и ремонт спорного жилого дома( подлинники чеков и квитанций за период 2006-1018 гг.- приложение ), подтверждающие несение ею как наследницей спорного жилого дома расходов по содержанию и ремонту спорного жилого дома.

Между тем судом не были приняты как не относимые и допустимые доказательства квитанции от 3 декабря 2010 года, от 24 ноября 2010 года, товарный чек от 2 сентября 2013 года, товарный чек от 8 августа 2013 года, товарный чек от 10 августа 2013 года, накладная от 4 сентября 2013 года, товарный чек от 23 сентября 2013 года, товарный чек 11 августа 2016 года, товарный чек от 29 июля 2016 года, квитанция от 25 февраля 2015 года, товарный чек от 15 июня 2016 года, товарный чек от 1 февраля 2017 года.товарный чек от 8 ноября 2016 года, договор на выполнение строительных работ от 2 сентября 2009 года, поскольку в данных документах отсутствует либо подписи и печати, либо из данных документов не следует, либо какой товар или услуга по нему были оплачены.

Между тем, из показаний данных свидетелей следует, что после смерти ФИО3 в 1994 году ответчица знала о нарушении своего права, поскольку ответчица сразу стала утверждать, что она хозяйка в доме, истица никто и стала выгонять ее из дома.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года.

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Гражданским кодексом и иными законами.

Применение исковой давности производится судом по правилам статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Пункт 1 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации установил, что требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. 

Пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрел норму, согласно которой исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в Определении Конституционного суда Российской Федерации от 29.09.2015г. № 2106-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО6 на нарушение его конституционных прав положением статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации», установление в законе общего срока исковой давности, а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав и свобод (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 ноября 2008 года N 823-О-О, от 25 февраля 2010 года N 266-О-О, от 25 сентября 2014 года N 1833-О и др.).

При этом, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, истечение срока исковой давности, т.е. срока, в пределах которого суд общей юрисдикции обязан предоставить защиту лицу, право которого нарушено, является самостоятельным основанием для отказа в иске (пункт 2 статьи 199 ГК Российской Федерации). В случае пропуска гражданином срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, принудительная (судебная) защита прав гражданина невозможна, вследствие чего исследование иных обстоятельств спора не может повлиять на характер вынесенных судебных решений (определения от 20 марта 2008 года N 152-О-О, от 24 сентября 2012 года N 1704-О и др.).

Истица и ее представитель в судебном заседании пояснили, что срок исковой давности применен быть не может, нарушение прав истицы пошло с 2017 года, потому что обострились отношения между сторонами в начале 2017 года, когда после оформления опеки над ФИО11, у ответчицы появились деньги, она стала гулять, выпивать, стала приводить посторонних людей в дом, вывозить вещи истицы, вызывали полицию, угрожать, что выгонит истицу, поэтому возникла необходимость оформления доли истицы для того, чтобы себя обезопасить.

С данными доводами суд не может согласиться, поскольку из показаний свидетелей с достоверностью следует, что после смерти ФИО3 в 1994 году истица понимала, что не обладает никакой долей в собственности на спорный дом и /или на его реконструированную часть,отношения между истицей и ответчицей как между матерью и дочерью были всегда непростыми, после смерти ФИО3 они ухудшились, ответчица с того момента стала утверждать, что она хозяйка в доме, истица никто, угрожать ей выгнать ее из дома.

Таким образом, истица знала о своем нарушенном праве с 1994 года, ей было известно о том, что именно ответчица является единственной наследницей к имуществу после смерти ФИО3, однако, с 1994 года до настоящего времени не предпринимала никаких действий для защиты своих прав.

При таких обстоятельствах,не имеет правового значения утверждения истицы и ее представителя об обострении отношений с 2017 года по настоящее время между истицей и ответчицей,в связи с чем истица и была вынуждена была обратиться в суд с настоящим иском. 

В связи с вышеизложенным, суд приходит к выводу, что истицей пропущен установленный законом срок исковой давности для данной категории споров.

Учитывая вышеизложенное, у суда не имеется правовых оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требованияФИО1 к ФИО5:

- о признании имущества в виде жилого дома общей площадью 80.3 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, находящегося на земельном участке площадью 614 кв.м., кадастровый №, совместной собственностью между ФИО1 и ФИО3, умершим ДД.ММ.ГГГГ; 

- о признании за ФИО1 права собственности на 1\2 долю жилого дома общей площадью 80.3 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, находящегося на земельном участке площадью 614 кв.м., кадастровый №;

- о признании за ФИО1 права собственности на 1/2 долю земельного участка площадью 614 кв.м., кадастровый №, расположенного: 

<

адрес>,

– оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Октябрьский райсуд г. Ставрополя в течение месяца со дня составления решения суда в мотивированном виде.

Мотивированное решениесоставлено 16 сентября 2018 года.

Судья подпись Ю.И.Шевченко