Копия

УИД 66RS0044-01-2019-004524-53 Дело № 2-193/2020

Мотивированное 

решение

 составлено 28 января 2020 года.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 января 2020 года г. Первоуральск Свердловская область

Первоуральский городской суд Свердловской области

в составе: председательствующего Бородулиной А.Г.,

при секретаре Шаймиевой К.И.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ООО «Транссервисторг» ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М. к ООО «Транссервисторг» об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец М. обратился в суд с требованиями к ООО «Транссервисторг» об установлении факта трудовых отношений в период с 20.11.2017 г. по 30.09.2019 г., взыскании заработной платы в размере 390 000 руб., компенсации за неиспользованный отпуск в размере 83498 руб. 29 копеек, компенсации морального вреда в размере 25 000 руб., компенсации за задержку выплат, обязании ответчика внести запись в трудовую книжку о приеме на работу менеджером по продажам с 20.11.2017 г. и об увольнении с 30.09.2019 г. по собственному желанию в соответствии с п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, обязать произвести отчисления в Пенсионный Фонд Рф, Фонд обязательного медицинского страхования, Фонд социального страхования за период работы с 20.11.2017 г. по 30.09.2019 г. исходя из заработной платы в 50 000 руб. ежемесячно.

В обоснование требований истец указывает, что в апреле 2017 г. было организовано предприятие ООО «Транссервисторг», его учредителем и генеральным директором являлась П., с которой истец состоял в близких отношениях. В ноябре 2017 г. по просьбе П. истец стал работать на ее предприятии, выполняя обязанности менеджера по продажам в данном ООО. В должностные обязанности истца входили поиск новых клиентов, ведение переговоров, подготовка и оформление договорных отношений, прием и оформление заявок, выставление счетов, согласование спецификаций, подготовка документов для подписания генеральным директором и направление их контрагентам. При приеме на работу была достигнута договоренность, что оклад будет составлять 50 000 руб. ежемесячно плюс премия в виде процента с продаж. 

Письменного оформления трудовых отношений ответчик в лице генерального директора просил не производить, поскольку на тот момент не были ясны финансовые перспективы существования предприятия. В результате с ноября 2017 г. по апрель 2018 г. истец работал без какого-либо оформления трудовых отношений. В мае 2018 г. попросил выплачивать заработную плату официально на имеющийся банковский счет. 

К октябрю 2019 г. личные отношения между истцом и П. сильно ухудшились, у предприятия накопилась задолженность пред истцом по заработной плате. В ответ на просьбу истца в октябре 2019 г. окончательно ликвидировать все задолженности перед истцом, от М. потребовали покинуть предприятие и более не появляться, о надлежащем завершении трудовых отношений было отвечено отказом.

Фактический допуск к работе состоялся 20.11.2017 г., у истца сохранились документы, подготовленные им, начиная с 20.11.2019 г., то по мнению истца с этой даты необходимо отсчитывать начало трудовых отношений, по окончании сентября 2019 г. истцом был подготовлен и направлен акт сверки взаимных расчетов за 9 месяцев 2019 г.

Истцом поставлено вопрос о взыскании заработной платы и других причитающихся выплат в пределах одного года, то есть с ноября 2018 г. Генеральный директор «Транссервисторг» П. подтвердила факт установления заработной платы в размере 50 000 руб. С указанного времени заработная плата не выплачивалась или выплачивалась не полностью. Всего по расчету истца за период с ноября 2018 г. по сентябрь 2019 г. задолженность составляет в размере 390000 руб. Размер компенсации за неиспользованный отпуск составляет в размере 83498 руб. 29 коп. за 48,93 дней отпуска с учетом периода работы с 20.11.2017 г. по 30.09.2019 г. (21 мес.), истец в отпуске не был ни разу.

Неправомерными действиями ООО «Транссервисторг» истцу были причинены нравственные страдания: истец испытал огорчение, разочарование, чувство обиды и дискомфорта, поскольку с ним поступили таким образом. Несмотря на то, что истец принял полное участие в делах работодателя, помог организовать работу с контрагентами и получение прибыли, в последующем выгнали из организации, не выплатив причитающегося оклада и отпускных в полном объеме. Сумму причитающейся компенсации морального вреда истец оценивает в 25000 руб.

В судебном заседании представитель истца М. – ФИО1, действующая на основании ордера адвоката (л.д.51), исковые требования М. поддержала в полном объеме и просила их удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Транссервисторг» ФИО2, действующая на основании приказа № от 18.12.2019 г. генерального директора П. о назначении исполнительным директором общества, в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, пояснив, что отношения с истцом носили гражданско-правовой характер, оплата за услуги истца была произведена в полном объеме.

Суд, выслушав пояснения сторон, исследовав письменные доказательства, пришел к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате (оплачиваемая деятельность), по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

Заключив трудовой договор с работодателем, физическое лицо приобретает правовой статус работника, содержание которого определяется положениями ст. 37 Конституции Российской Федерации и охватывает в числе прочего ряд закрепленных данной статьей трудовых и социальных прав и гарантий, сопутствующих трудовым правоотношениям либо вытекающих из них.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19.05.2009 N 597-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно положений ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В отличие от гражданско-правовых договоров, связанных с применением труда - договора подряда, договора возмездного оказания услуг, трудовой договор является основанием возникновения трудовых отношений между работником и работодателем.

Основной обязанностью работника по трудовому договору является выполнение работы по обусловленной трудовой функции. Это означает, что работник может выполнять любую работу, относящуюся к его трудовой функции (работу по определенной специальности, квалификации или должности). Для гражданско-правовых договоров характерно выполнение конкретной работы, цель которой - достижение результата, предусмотренного договором. Имеет место, таким образом, разное отношение к труду как к объекту трудовых отношений - в гражданско-правовых отношениях труд характеризуется с точки зрения достижения определенного результата (факт конечного выполнения работы), в трудовых отношениях труд, в первую очередь, характеризуется с точки зрения протекания самого процесса труда.

Работа по трудовому договору может выполняться только лично, на что императивным образом указано в ч. 1 ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации. По гражданско-правовым договорам личностный характер их выполнения необязателен.

Наличие трудовых отношений подтверждает факт допуска работника к работе лицом, уполномоченным на такой допуск к работе (ст. 16, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Поскольку законом не предусмотрено, что факт допуска работника к работе может подтверждаться только определенными доказательствами, суд исходит из допустимости любых видов доказательств, указанных в ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В качестве доказательств того, что в период с 20.11.2017 г. по 30 сентября 2019 года истец М. состоял в трудовых отношениях с ООО «Трансервисторг», работая в должности менеджера по продажам, истцом представлены документы, оформленные в процессе работы в должности менеджера по продажам в период с 20.11.2017 г. по 30.09.2019 г. (л.д.19-27), ответы контрагентов ответчика по адвокатскому запросу, письмо от 12.12.2017 г. с печатью ответчика в адрес ООО «МеталлПрофиль» (л.д.76), подготовленное и подписанное М. от имени начальника отдела продаж ООО «Транссервисторг».

Так, согласно письму ОП ООО «НПЦ «ВТД» от 25.11.2019 г. (л.д.52), в 2018-2019 г. между ООО «НПЦ «ВТД» и ООО «Транссервисторг» существовали договорные отношения. В обозначенный период времени все переговоры от имени ООО «Транссервисторг» по заключению договора, согласованию ассортимента, цены продукции, порядку поставок, условиям оплаты, вел менеджер отдела продаж ООО «Транссервисторг» М. Переговоры осуществлялись как с личным участием М., так и путем обмена сообщениями по электронной почте, путем телефонных переговоров. На электронную почту М. направлялись документы в порядке исполнения договора и с данной электронной почты были получены ответы на них.

К ответу приложены договор поставки №\мн от 08 февраля 2018 г. (л.д.53-55), счета на оплату, спецификации, акт приемки продукции по качеству, счета-фактуры, товарные накладные, акт сверки на 31.12.2018 г. (л.д.56-75), подписанные генеральным директором ООО «Транссервисторг» П.

Согласно ответу ООО «Лидер» (л.д.106), в 2018 г.-2019 г. между ООО «Лидер» и ООО «Транссервисторг» существовали договорные отношения. В этот период времени все переговоры от имени ООО «Транссервисторг» по заключению договора, согласованию ассортимента и цены продукции, порядку поставок вел менеджер отдела продаж ООО «Транссервисторг» М. Переговоры осуществлялись как с личным участием М., так и путем телефонных переговоров.

В подтверждение наличия договорных отношений между ООО «Лидер» и ООО «Транссервисторг» представлены акт сверки на 31.12.2018, товарная накладная (л.д.107-110), подписанные генеральным директором П.

Наличие договорных отношений с вышеуказанными контрагентами ответчиком не оспаривалось.

В объяснениях от 24.10.2019 г., данных П. в ОМВД по г. Первоуральску (л.д.12-13) указано, что за две недели до покупки автомобиля ФИО3, у компании произошла сделка с контрагентом с прибылью в 400 000 руб с НДС. Клиентов при продаже нашел М., он выставил счет на контрагента, в результате данной сделки, компания получила прибыль. Из данной суммы был выплачен налог на прибыль, на добавленную стоимость, выплатила заработную плату М. в размере около 50 000 руб.

Представленные истцом документы подтверждают объяснения истца, изложенные в исковом заявлении, которые в силу ст. ст. 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательствами по делу и также подлежат оценке по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о том, что он был допущен к выполнению трудовых обязанностей, в которые входило поиск новых клиентов, ведение переговоров, подготовка и оформление договорных отношений, прием и оформление заявок, выставление счетов, согласование спецификаций, подготовка документов для подписания генеральным директором и направление их контрагентам.

Ответчик в судебном заседании оспаривал наличие трудовых отношений с истцом, пояснив, что отношения носили разовый характер по оказанию услуг доставки как индивидуальным предпринимателем, ему выставлялись счета, по которым производилась оплата, договоров не заключалось, М. осуществлял доставку по заявкам на транспорте, принадлежащем генеральному директору П. ФИО3 гос. номер №.

Согласно карточке учета транспортного средства (л.д.247), владельцем указанного автомобиля является П. с 17.10.2018 года. 

Вместе с тем, проанализировав представленные ответчиком документы: счета на оплату, акты по оказанным услугам доставки, транспортные накладные, договоры-заявки (л.д.188-2014), суд не может признать надлежащими доказательствами в подтверждение наличия между М. и ООО Транссервисторг» именно гражданско-правовых отношений, поскольку все документы: акты, счета на оплату, договоры-заявки не содержат подпись М..

Кроме того, в транспортных накладных от 02.07.2018 (л.д.201), от 14.07.2018 г. (л.д.206-207), от 29.07.2018 г. (л.д.213-214) указан перевозчик ООО «Транссервисторг» на автомобиле ФИО3 гос. номер №, водителем по которым согласно договорам заявки указан М., тогда как он был приобретен лишь в октябре 2018 года, что не оспаривалось ответчиком.

Таким образом, суд относится критически к пояснениям ответчика, не предоставившего доказательств, опровергающих названные доказательства допуска истца к работе и фактического выполнения истцом работы для ответчика, а потому свои возражения против иска не доказал (ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы ответчика об осуществлении истцом предпринимательской деятельности с 23.04.2018 г. (л.д.81-83), в связи с чем он не мог находится в трудовых отношениях с ответчиком не основаны на законе, в связи с чем отклоняются судом.

А также доводы ответчика о том, что документы, представленные истцом, получены в связи с наличием доступа к ним ввиду близких отношений с руководителем ООО «Транссервисторг», имея доступ к ним и не подтверждает работу истца у ответчика в указанный период, является не обоснованным и откланяется судом, учитывая представленные иные доказательства в подтверждение доводов истца,

Доказательств совершения истцом при предъявлении иска действий, имеющих своей целью причинить вред другому лицу или действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление истцом гражданских прав (злоупотребление правом), в ходе судебного разбирательства не добыто, лицами участвующими в деле не представлено.

Ссылка ответчика на то, что трудовой договор между сторонами не был оформлен в письменной форме, прием истца на работу не оформлен приказом (распоряжением) работодателя, не велся в отношении него учет рабочего времени, свидетельствует не об отсутствии между сторонами трудовых отношений, либо о наличии гражданско-правового характера правоотношений сторон, а о допущенных нарушениях со стороны работодателя в части оформления трудовых отношений (ст. ст. 67, 68 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Ненадлежащее выполнение работодателем своих обязанностей по оформлению трудовых отношений с работниками, равно как и отсутствие должности в штатном расписании, не исключает возможности признания отношений трудовыми (с учетом той совокупности обстоятельств, которая установлена судом и которая характеризует факт возникновения именно трудовых отношений сторон).

В нарушение ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком не было представлено доказательств того, что М. оказывал ответчику ООО «Транссервисторг» возмездные услуги в рамках заключенных между ними гражданско-правовых договоров, тогда как представленные в материалы дела доказательства позволяют с достаточной степенью достоверности установить факт наличия между истцом и ответчиком трудовых отношений.

Как установлено судом, отношения между истцом и ответчиком носили длящийся, непрерывный характер, не ограничивались исполнением М. единичной обязанности, так как он на протяжении всего периода работы лично исполнял функциональные обязанности менеджера по продажам, осуществлял поиск новых клиентов, ведение переговоров, подготовка и оформление договорных отношений, прием и оформление заявок, выставление счетов, согласование спецификаций, подготовка документов для подписания генеральным директором и направление их контрагентам, был допущен к работе ответчиком в период с 20.11.2017 г. по 30.09.2019 г.

Таким образом, изучив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что сложившиеся в период с 20.11.2017 г. по 30.09.2019 г. между истцом и ответчиком отношения необходимо квалифицировать как трудовые, поскольку они возникли на основании фактического допуска истца ответчиком ООО «Транссервисторг» к исполнению обязанностей менеджера по продажам, что в силу ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации свидетельствует о заключении трудового договора.

С учетом изложенного, в соответствии со ст. ст. 66, 84.1, 234 Трудового кодекса Российской Федерации ответчик обязан внести в трудовую книжку истца запись о работе, в том числе о приеме на работу 20.11.2017 г., об увольнении с 30.09.2019 г.

В силу абз. 1 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Как было установлено выше, трудовой договор, обязательным условием которого является условие о заработной плате работника, между сторонами спора не заключался.

В свою очередь трудовое законодательство не содержит каких-либо ограничений в способах доказывания получения заработной платы в определенном размере.

Как следует из пояснений истца, с ответчиком была достигнута договоренность, о том, что оклад составляет 50 000 руб. ежемесячно с выплатой премии в виде процента с продаж. При расчете задолженности по заработной плате установленный размер процентов с продаж истцом не указывается и не учитывается.

В качестве доказательств согласованного размера заработной платы в размере 50 000 руб. истец ссылается на объяснения генерального директора ООО «Транссервисторг» данные в ОМВД по г. Первоуральску, согласно которым истцу произведена выплата заработной платы в размере 50 000 руб., однако данные объяснения не подтверждают согласованный размер заработной платы, так как истцом указывается на согласованный размер оклада 50 000 руб. с премией в виде процентов от продаж, а из пояснений не ясно из чего состоит указанная сумма (оклад, премия, иные выплаты), а также период за который произведена оплата труда.

Кроме того, каких-либо доказательств в подтверждение того, что денежные средства перечислялись М. именно в качестве заработной платы стороной истца не представлено, в назначении платежа не указано на выплату заработной платы, получателем указан ИП М. по счетам.

Принимая во внимание отсутствие между сторонами письменного соглашения относительно размера установленной заработной платы истца, отсутствие надлежащих письменных доказательств размера заработной платы, взысканию с ответчика в пользу истца подлежит заработная плата в соответствии с положениями ст. 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из минимального размера оплаты труда в Свердловской области.

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, ст. 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 4 ст. 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, принимая во внимание факт отсутствия доказательств выплаты заработной платы, с учетом установленного минимального размера оплаты труда за ноябрь, декабрь 2018 г. – 11163 руб., с января по сентябрь 2019 г. 11280 руб. и районного коэффициента (15%), взысканию с ответчика в пользу истца подлежит задолженность по заработной плате за период с ноября 2018 года по сентябрь 2019 года в размере 123846 рублей.

В соответствии со ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Согласно ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 (ред. от 10.12.2016) "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" В случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний заработок определяется исходя из суммы заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному (ч. 6). Средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3). В случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах. Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце (ч.10).

Установлено, что в период работы в Обществе ежегодные оплачиваемые отпуска истцу не предоставлялись, доказательств обратного ответчиком не предоставлено, соответственно, руководствуясь положениями ст. ст. 114, 127 Трудового кодекса РФ, суд пришел к выводу о наличии у истца права на получение при увольнении денежной компенсации за все неиспользованные в период работы отпуска.

Для расчета среднедневного заработка подлежит учету заработная плата, начисленная истцу за 12 месяцев, предшествовавших месяцу увольнения, в данном случае за имеющийся период с ноября 2018 г. по сентябрь 2019 г.

Руководствуясь данными нормами закона, учитывая размер заработной платы за период с ноября 2018 г. по сентябрь 2019 г. в размере 123846 руб., истец имеет право на компенсацию за 48,93 дня отпуска, исходя из среднедневного заработка 352,24 руб. (123846/351,6), размер компенсации за неиспользованный отпуск составит: 352.24 руб. * 48,93 дня = 17235,10 руб., который подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Кроме того, работник имеет право на возмещение морального вреда во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер допущенного работодателем нарушения трудовых прав истца и длительность такого нарушения, значимость нарушенного права, степень вины ответчика, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению возложенной на него обязанностей по надлежащему оформлению трудовых отношений, своевременной и в полном объеме выплате заработной платы, степень причиненных истцу нравственных страданий, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд пришел к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 2000 рублей.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; а также осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.

С 01.01.2017 в связи с принятием Федерального закона от 03.07.2016 N 250-ФЗ уплата страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование осуществляется в порядке главы 34 части 2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд полагает необходимым удовлетворить требования истца в части возложения на ответчика обязанности по обеспечению его прав как работника на социальное и пенсионное обеспечение, путем возложения на ООО «Транссервисторг» обязанности произвести отчисления в установленном порядке страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в отношении М.

В соответствии с п. 1 ст. 98, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подп. 1, 3, 9 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, исходя из размера удовлетворенных имущественных исковых требований и с учетом удовлетворения требования неимущественного характера в доход местного бюджета с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4321,62 руб., от уплаты которой истец был освобожден в силу закона (ст. 393 Трудового кодекса РФ, подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ).

Иных требований, равно как и требований по иным основаниям на рассмотрение суда сторонами не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 57, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования М. к ООО «Транссервисторг» об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между М. и ООО «Транссервисторг» в период с 20.11.2017 г. по 30.09.2019 г.

Взыскать с ООО «Транссервисторг» в пользу М. задолженность по заработной плате за период с ноября 2018 г. по сентябрь 2019 г. в размере 123846 (Сто двадцать три тысячи восемьсот сорок шесть) рублей с удержанием при выдаче заработной платы налога на доходы физических лиц, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 17235 (Семнадцать тысяч двести тридцать пять) рублей 10 копеек, компенсацию морального вреда в размере 2000 (Две тысячи) рублей.

Обязать ООО «Транссервисторг» внести запись в трудовую книжку о приеме М. на работу менеджером по продажам с 20.11.2017 г. и об увольнении с 30.09.2019 г. по собственному желанию в соответствии с п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Обязать ООО «Транссервисторг» произвести отчисления в установленном порядке страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в отношении М. за период работы с 20.11.2017 г. по 30.09.2019 г.

Взыскать с ООО «Транссервисторг» госпошлину в доход местного бюджета в размере 4321 (Четыре тысячи триста двадцать один) рубль 62 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Первоуральский городской суд.

Судья: подпись А.Г. Бородулина

Копия верна. Судья: А.Г. Бородулина

Секретарь: К.И. Шаймиева

Решение на 28 января 2020 года не вступило в законную силу. Подлинник решения подшит и находится в гражданском деле № 2-193/2020 в Первоуральском городском суде Свердловской области.

Судья: А.Г. Бородулина

Секретарь: К.И. Шаймиева