Докладчик Гончаров А.А. № 44г-107

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Приморского краевого суда

26 августа 2019 года город Владивосток

Президиум Приморского краевого суда в составе:

председательствующего Попова И.А., 

членов президиума Бусарова А.А., Лукьянович Е.В., Нужденко Т.П., Поминова А.А., Чугункиной Н.П.,

при секретаре Соловьевой М.А.,

с участием заместителя прокурора Приморского края Логвинчука В.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Приморского края в защиту интересов муниципального образования Владивостокского городского округа к ФИО1, департаменту земельных и имущественных отношений Приморского края о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, признании права собственности отсутствующим,

по кассационному представлению прокурора Приморского края на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 22 мая 2019 года, которым частично отказано в удовлетворении требований прокурора.

Заслушав доклад судьи Хребтовой Н.Л., выслушав мнение прокурора Логвинчука В.А., поддержавшего доводы кассационного представления, представителя администрации города Владивостока ФИО2, согласившегося с доводами прокурора, объяснения представителя ФИО1 ФИО3, возражавшей против отмены апелляционного определения, президиум

у с т а н о в и л :

Первый заместитель прокурора Приморского края обратился в суд с иском, уточненным в порядке статьи 39 ГПК РФ, в защиту интересов муниципального образования Владивостокского городского округа к ФИО1, департаменту земельных и имущественных отношений Приморского края (далее – департамент) о признании отсутствующим права собственности на жилой дом с кадастровым номером 25:28:050086:1575, общей площадью 12 кв.м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 25:28:000000:14391, площадью 2 001 кв.м, в районе ул. Артековской, 1 в городе Владивостоке, а также признании недействительным договора купли-продажи указанного земельного участка от 27 февраля 2015 года № 5667, заключенного между ФИО1 и департаментом, признании недействительным зарегистрированного в Едином государственном реестре недвижимости права собственности ФИО1 на указанный земельный участок, применении последствий недействительности указанной сделки. 

В обоснование заявленных требований прокурор указал, что 19 февраля 2013 года департамент предоставил дачному некоммерческому партнерству «Дружба» (далее – ДНП «Дружба) в аренду земельный участок общей площадью 126189 кв.м, расположенный по адресу: 

<

...>, для ведения дачного хозяйства. В феврале 2014 году произведен раздел этого участка на 83 земельных участка, один из которых с кадастровым номером 25:28:000000:14391, площадью 2 001 кв.м, на основании соглашения между ДНП «Дружба» и ФИО1 о передаче прав и обязанностей по договору аренды передан последнему. 27 февраля 2015 года между ФИО1 и департаментом заключен договор купли-продажи № 5667 указанного земельного участка, по условиям которого ФИО1 выкупил участок по льготной цене в размере 28 737 рублей 56 копеек в связи с наличием на участке объекта недвижимости – жилого дома с кадастровым номером 25:28:05008:1575, общей площадью 12 кв.м, право собственности на который было зарегистрировано за ним на основании декларации об объекте недвижимого имущества.

В ходе проверки, проведенной прокуратурой в декабре 2017 года, установлено, что строение, зарегистрированное за ФИО1 как жилой дом, не имеет признаков капитальности, возведено из сборно-разборных конструкций, право собственности на него зарегистрировано в ЕГРН необоснованно. Предоставление в регистрирующий орган недостоверных сведений о жилом доме повлекло приобретение ответчиком в собственность земельного участка по льготной цене и тем самым причинение муниципальному образованию как получателю неналоговых доходов местного бюджета ущерба в размере недополученной выкупной стоимости земельного участка, которая не могла быть менее кадастровой стоимости в размере 563481 рубль 60 копеек.

В качестве третьего лица на стороне истца указана администрация города Владивостока.

Решением Советского районного суда города Владивостока от 11 февраля 2019 года исковые требования прокурора удовлетворены. Признаны недействительными договор № 5667 от 27 февраля 2015 года купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 25:28:000000:14391, заключенный между департаментом и ФИО1, и зарегистрированное в ЕГРН право собственности ФИО1 на данный земельный участок. Применены последствия недействительности ничтожной сделки путем возложения обязанности на ФИО1 возвратить департаменту земельный участок по акту приема-передачи, на департамент – возвратить ФИО1 денежные средства в размере 28 737 рублей 56 копеек и принять земельный участок. Признано отсутствующим зарегистрированное в ЕГРН право собственности ФИО1 на жилой дом с кадастровым номером 25:28:050086:1575, площадью 12 кв.м, расположенный по адресу: примерно в 970 м по направлению на северо-запад от ориентира – жилой дом; почтовый адрес ориентира: 

<

...>.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 22 мая 2019 года решение суда отменено в части признания недействительным договора купли-продажи земельного участка, признания недействительным и прекращения зарегистрированного права, применения последствий недействительности сделки. В отмененной части принято новое решение об отказе прокурору в удовлетворении исковых требований. В остальной части решение суда оставлено без изменения. 

В кассационном представлении прокурор просит отменить апелляционное определение в части отказа прокурору в удовлетворении требований и направить дело в указанной части на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

По результатам изучения кассационного представления прокурора дело поступило в Приморский краевой суд и определением судьи Приморского краевого суда Хребтовой Н.Л. от 8 августа 2019 года кассационное представление с делом передано для рассмотрения в судебном заседании президиума Приморского краевого суда.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке. В судебное заседание суда кассационной инстанции не явился ФИО1, за судебным извещением, доставленным в отделение почтовой связи 14 августа 2019 года, не прибыл, о причинах неявки не сообщил. Его представитель ФИО3 не возражала против рассмотрения дела в отсутствие доверителя. Представители Управления Росреестра по Приморскому краю и департамента в суд не явились, о причинах неявки не сообщили. Президиум, руководствуясь статьей 385 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления прокурора и определения о передаче дела на рассмотрение в судебном заседании суда кассационной инстанции, президиум находит апелляционное определение подлежащим отмене в части по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ (в редакции Федерального закона от 9 декабря 2010 года № 353-ФЗ) основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

По данному делу судом апелляционной инстанции допущены такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 19 февраля 2013 года между департаментом и ДНП «Дружба» заключен договор аренды земельного участка с кадастровым номером 25:28:000000:5873, общей площадью 126189 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>, для ведения дачного хозяйства.

Распоряжением департамента № 163-рз от 18 февраля 2014 года указанный земельный участок разделен на 83 земельных участка, в том числе земельный участок с кадастровым номером 25:28:000000:14391, общей площадью 2 001 кв.м.

22 апреля 2014 года между ДНП «Дружба» и ФИО1 заключено соглашение о передаче прав и обязанностей по договору аренды земельного участка с кадастровым номером 25:28:000000:14391.

По заявлению ФИО1 4 сентября 2014 года поставлен на кадастровый учет жилой дом, общей площадью 12,0 кв.м, расположенный по адресу: Приморский край, город Владивосток, примерно в 970 м по направлению на северо-запад от ориентира жилой дом по ул. Артековская, д.1.

На основании декларации об объекте недвижимого имущества и правоустанавливающих документов на землю Управление Росреестра по Приморскому краю 7 октября 2014 года зарегистрировало право собственности ФИО1 на жилой дом, общей площадью 12 кв.м, с кадастровым номером 25:28:050086:1575.

27 февраля 2015 года между департаментом и ФИО1 заключен договор купли-продажи № 5667 земельного участка с кадастровым номером 25:28:000000:14391, общей площадью 2 001 кв.м, расположенного по указанному выше адресу, по выкупаемой цене 28 737 рублей 56 копеек как с собственником сооружения, расположенного на спорном земельном участке.

19 марта 2015 года зарегистрировано право собственности ФИО1 на спорный земельный участок.

В ходе проведенной в декабре 2017 года прокуратурой проверки установлено, что на земельном участке с кадастровым номером 25:28:000000:14391 расположен объект, который не является объектом недвижимости, фактически представляет собой одноэтажную конструкцию из листов древесностружечной плиты с кровлей из свободно уложенных листов шифера.

Разрешая спор и удовлетворяя требования прокурора в полном объеме, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 131 ГК РФ, Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», признал отсутствующим зарегистрированное право собственности ФИО1 на жилой дом, общей площадью 12 кв.м, с кадастровым номером 25:28:050086:1575, исходя из того, что оснований для регистрации права собственности на спорную постройку как на объект недвижимости не имелось. Суд также признал недействительными договор купли-продажи земельного участка и зарегистрированное в ЕГРН право собственности на него и применил последствия недействительности сделки путем возвращения сторон в первоначальное положение, указав, что сделка является ничтожной, нарушает требования закона и посягает на интересы муниципального образования. Поскольку срок исковой давности, установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ, для ничтожной сделки составляет три года, суд признал его не пропущенным, так как исковое заявление о признании недействительным договора от 27 февраля 2015 года подано прокурором в суд 19 февраля 2018 года в пределах данного срока. 

Суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда о признании права на жилой дом отсутствующим, так как материалами дела подтверждено, что на земельном участке отсутствует объект недвижимости. Имеющаяся постройка смонтирована из листов древесно-стружечной плиты, внутренних перекрытий не имеет и фактически не имеет прочной связи с землей, признаки капитальности строения отсутствуют, также отсутствует подключение к каким-либо сетям инженерно-технического обеспечения, в связи с чем постройка не относится к недвижимому имуществу. 

В данной части выводы судебных инстанций являются законными и обоснованными и в кассационном представлении прокурора не оспариваются. 

Также суд первой инстанции установил и с ним согласился суд апелляционной инстанции, что при совершении сделки купли-продажи земельного участка допущены нарушения закона, поскольку выкупная цена земельного участка установлена в существенно заниженном размере, с нарушением требований статей 39.4, 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации, а также действовавшего в период спорных правоотношений постановления Администрации Приморского края от 12 сентября 2010 года № 253-па о порядке определения на территории Приморского края цены земельных участков, находящихся в собственности Приморского края или государственная собственность на которые не разграничена, при продаже собственникам зданий, строений, сооружений, расположенных на этих земельных участках.

При этом суд первой инстанции, признавая сделку купли-продажи земельного участка недействительной, квалифицировал ее как ничтожную. 

Суд апелляционной инстанции обоснованно указал на допущенную судом ошибку и сделал вывод об оспоримости сделки исходя из того, что она не затрагивает какие-либо публичные интересы. 

Данный вывод суда апелляционной инстанции является правильным и соответствует разъяснениям пункта 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, однако само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов. 

Однако принимая в отмененной части новое решение об отказе прокурору в удовлетворении исковых требований, судебная коллегия допустила ошибку в применении норм материального права, что повлекло неправильное определение начала течения срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», при рассмотрении исков прокурора о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности определяется по правилам гражданского законодательства таким же образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено.

С учетом указанных разъяснений и на основании пункта 1 статьи 200 ГК РФ предполагается, что начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении права и надлежащем ответчике узнал сам обладатель нарушенного права, а не лицо, обратившееся в защиту его интересов.

Суд апелляционной инстанции посчитал, что срок исковой давности начал течь со дня, когда администрации города Владивостока, в защиту интересов которой обратился прокурор, стало известно о нарушении права и таким днем является момент государственной регистрации договора и поступления денежных средств в счет его оплаты. Ко дню предъявления прокурором иска 19 февраля 2018 года годичный срок истек. 

Свой вывод суд апелляционной инстанции мотивировал тем, что администрация города обладает полномочиями по решению вопросов местного значения, осуществляет муниципальный земельный контроль, в том числе контролирует поступление денежных средств в оплату стоимости земельных участков. 

Вывод суда апелляционной инстанции сделан с существенным нарушением норм процессуального права, поскольку вопрос о том, когда муниципальное образование должно было узнать о нарушении права, на обсуждение апелляционной инстанции не выносился, соответствующие доказательства не истребованы и не исследовались.

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" разъяснено, если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 ГПК РФ), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.

Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 ГПК РФ), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

Судебная коллегия не приняла во внимание, что сделка совершена в обход закона с противоправной целью (статья 10 ГК РФ), эти нарушения выявлены в ходе прокурорской проверки, до проведения которой муниципальному образованию не могло быть известно о нарушении права.

Поступление платы за выкуп земельного участка, на что сослалась судебная коллегия, само по себе не свидетельствует о том, что в этот момент муниципальное образование узнало о нарушении своего права, так как обстоятельства поступления денежных средств по договорам купли-продажи земельных участков в бюджет муниципального образования суд апелляционной инстанции не выяснял.

Между тем, как указывает прокурор, платежи по коду бюджетной классификации «Доход от продажи земельных участков, собственность на которые не разграничена и которые расположены в границах городских округов» в муниципальный бюджет поступают общей суммой, без указания на конкретный договор и основания его заключения.

Кроме того, до 1 мая 2019 года контроль за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью осуществления платежей в бюджет в силу статьи 160.1 БК РФ осуществлял департамент как администратор доходов от продажи земельных участков, в связи с чем основания для проведения проверки у муниципального образования отсутствовали. 

Вывод суда апелляционной инстанции о возможности муниципального образования узнать о нарушении права при осуществлении полномочий в рамках муниципального земельного контроля мотивирован формальной ссылкой на подпункт 26 пункта 1 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» и не основан на фактических обстоятельствах дела и исследованных доказательствах. Судебная коллегия не устанавливала, имелись ли у органа муниципального земельного контроля основания для проведения плановых работ или внеплановой проверки по обращению каких-либо лиц о нарушении земельного законодательства, а также, что допущенное нарушение было выявлено местной администрацией раньше проведения прокурорской проверки. 

Принимая во внимание изложенное, апелляционное определение подлежит отмене в той части, в которой им отменено решение суда первой инстанции и принято новое решение об отказе прокурору в иске, с направлением дела в указанной части на новое апелляционное рассмотрение. 

При новом апелляционном рассмотрении судебной коллегии следует устранить отмеченные процессуальные нарушения, установить юридически значимые обстоятельства и правильно применить нормы материального права о начале течения срока исковой давности, исходя из интересов лица, в защиту прав которого обратился прокурор, и разрешить спор в соответствии с требованиями закона. 

Руководствуясь ст. 390 ГПК РФ, президиум

п о с т а н о в и л :

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 22 мая 2019 года отменить в части разрешения требований прокурора о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка, признании недействительным и прекращении зарегистрированного права, применении последствий недействительности сделки и направить дело в данной части на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий И.А. Попов