Председательствующий – судья Лапицкая О.Н. (дело № 3/12-17/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№22К-897/2025

23 июля 2025 года

г.Брянск

Брянский областной суд в составе 

председательствующего Лужецкой Н.В., 

при секретаре Климовой С.И., 

с участием 

прокурора отдела прокуратуры Брянской области Глазковой Е.В., 

обвиняемой М.Е.А. и ее защитника – адвоката Сулимова А.М.,

заместителя начальника отделения СЧ СУ УМВД России по г.Брянску К.П.М.

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе обвиняемой М.Е.А. на постановление Советского районного суда г.Брянска от 29 мая 2025 года, которым

М.Е.А., 

<

данные изъяты>, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ,

продлен срок домашнего ареста на 2 месяца 00 суток, а всего до 9 месяцев 24 суток, то есть по 3 августа 2025 года.

Заслушав после доклада председательствующего выступление обвиняемой и ее защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора и заместителя начальника отделения СЧ СУ УМВД России по г.Брянску об оставлении постановления суда без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органом предварительного следствия М.Е.А. обвиняется в том, что она, являясь конкурсным управляющим 

<

данные изъяты>, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, совершила хищение и приобретение прав на имущество 

<

данные изъяты> путем обмана на общую сумму 124 575 475 рублей 52 копейки, в особо крупном размере.

3 июня 2024 года СО ОМВД России по Карачевскому району Брянской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.196 УК РФ, с которым в одно производство соединено уголовное дело, возбужденное тем же следственным органом по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

11 октября 2024 года М.Е.А. задержана в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ.

12 октября 2024 года в отношении М.Е.А. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, срок действия которой неоднократно продлевался, последний раз 25 марта 2025 года до 7 месяцев 24 суток, то есть по 3 июня 2025 года. 

17 октября 2024 года М.Е.А. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Срок предварительного следствия по уголовному делу продлевался в установленном законом порядке, последний раз 12 мая 2025 года руководителем следственного органа – зам. начальника Следственного департамента МВД России на 3 месяца, до 15 месяцев, по 3 сентября 2025 года.

Заместитель начальника отделения СЧ СУ УМВД России по г.Брянску К.П.М., в производстве которого находится уголовное дело и являющийся руководителем следственной группы, с согласия руководителя следственного органа обратился в Советский районный суд г.Брянска с ходатайством о продлении обвиняемой М.Е.А. срока домашнего ареста на 2 месяца, а всего до 9 месяцев 24 суток, по 3 августа 2025 года, которое обжалуемым постановлением суда было удовлетворено.

В апелляционной жалобе обвиняемая М.Е.А. считает постановление суда незаконным и необоснованным. 

Полагает, что при продлении срока домашнего ареста необходимо руководствоваться положениями ч.2.1 ст.109 УПК РФ, поскольку, являясь конкурсным управляющим, она осуществляла предпринимательскую деятельность 

<

данные изъяты>

Считает, что ссылка суда на наличие у нее возможности оказать давление на свидетелей, а также иным способом воспрепятствовать производству по делу, является голословной.

Отмечает, что судом первой инстанции проигнорирована необходимость осуществления ею ухода за несовершеннолетним и тяжелобольным родственниками, указывая, что за ее несовершеннолетней дочерью вынуждена ухаживать бабушка, которая оставила онкобольного мужа в другом городе без помощи. Обращает внимание и на фактическое ограничение доступа к получению ею медицинской помощи по причине невозможности прохождения медицинского обследования. Кроме того, суд не учел ее критическое финансовое положение из-за несения вынужденных расходов.

Указывая на неэффективность работы следственных органов и нерассмотрение судом первой инстанции возможности применения в отношении нее альтернативных мер пресечения в виде подписки о невыезде или залога, просит постановление суда отменить, производство по ходатайству следователя прекратить. 

Проверив представленные материалы, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения. 

Согласно ч.2 ст.107 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения в виде домашнего ареста этот срок может быть продлен по решению суда в порядке, установленном ст.109 УПК РФ, с учетом особенностей, определенных указанной статьей.

В соответствии с ч.2 ст.109 УПК РФ продление указанной меры пресечения свыше 6 месяцев (до 12 месяцев) может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа.

Согласно ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более мягкую, когда изменяются основания для ее избрания, предусмотренные ст.ст.97, 99 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, указанные требования закона при решении вопроса о продлении срока домашнего ареста обвиняемой М.Е.А. судом соблюдены.

Ходатайство о продлении срока домашнего ареста обвиняемой М.Е.А. возбуждено следователем, в производстве которого находится уголовное дело. В нем обозначены следственные действия, проведенные за истекший с момента последнего продления меры пресечения период.

При этом суд первой инстанции обоснованно согласился с доводами следователя о невозможности закончить расследование уголовного дела в отношении М.Е.А. в связи с необходимостью выполнения по делу комплекса следственных и процессуальных действий, в том числе: ознакомления заинтересованных лиц с результатами судебных оценочных экспертиз; получения ответа на запрос из УФАС России по Брянской области с целью проверки действий М.Е.А.; проведения очных ставок между обвиняемыми В.Е.А. и М.Е.А.; осмотра с участием ФИО8 и З.И.Ю. переписки, обнаруженной в телефонах М.Е.А. и ФИО8; допроса в качестве свидетелей С.Ю.И., В.Е.С., представителей ИП Т.Л.И. и 

<

данные изъяты> (оценщиков) по обстоятельствам производства оценки имущества 

<

данные изъяты>, представителей 

<

данные изъяты> по факту членства М.Е.А. в 

<

данные изъяты>; окончательной юридической оценкой действий обвиняемых.

Обоснованность подозрения М.Е.А. в причастности к совершению инкриминируемого ей деяния судом проверена и подтверждается совокупностью сведений, содержащихся в показаниях представителя потерпевшего Б.И.Н., свидетеля Т.А.Н., подозреваемого В.Е.А., подозреваемой М.Е.А.

Суд правильно признал, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания М.Е.А. меры пресечения в виде домашнего ареста, на момент рассмотрения ходатайства о продлении его срока не изменились, необходимость в применении меры пресечения не отпала.

Как правильно отмечено в постановлении суда, М.Е.А. обвиняется в совершении в составе преступной группы тяжкого преступления, направленного против собственности, за которое предусмотрено безальтернативное наказание в виде лишения свободы на срок до 10 лет. Кроме того, как следует из представленного материала, М.Е.А. знакома с участниками уголовного судопроизводства, которые дают изобличающие ее показания, а также с лицами, которых орган следствия планирует разыскать и допросить; при этом в настоящее время в отношении М.Е.А. проводятся следственные действия, направленные на установление ее причастности к преступлению, предусмотренному ч.3 ст.160 УК РФ. 

Указанные обстоятельства, вопреки доводам апелляционной жалобы, а также специфика обвинения, конкретные обстоятельства инкриминируемого деяния, данные о личности обвиняемой, которая обладает специальными знаниями, профессиональными навыками по порядку и условиям проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, позволили суду обоснованно полагать, что М.Е.А., в случае избрания ей иной, более мягкой меры пресечения, чем домашний арест, может скрыться от органов предварительного расследования и суда, оказать воздействие на свидетелей, воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

Данный вывод суда сделан на основе фактических обстоятельств, которые являются обоснованными, подтверждаются представленными следователем материалами.

Судом, вопреки доводам жалобы, в полной мере учтены данные о личности М.Е.А., в том числе отсутствие судимости, наличие регистрации, несовершеннолетнего ребенка, родителей пожилого возраста, один из которых страдает онкологическим заболеванием, положительных характеристик, трудоустройство. Эти сведения, а также изложенные в жалобе доводы о трудном материальном положении М.Е.А. не могут повлечь отмену или изменение судебного решения, поскольку не опровергают выводы суда о необходимости применения к ней домашнего ареста.

Возможность изменения М.Е.А. меры пресечения на иную, более мягкую, чем домашний арест, обсуждалась судом первой инстанции и обоснованно отвергнута. 

Соглашаясь с решением суда первой инстанции о продлении М.Е.А. срока домашнего ареста, суд апелляционной инстанции также считает, что другая более мягкая мера пресечения не будет являться гарантией явки обвиняемой в следственные органы и суд, а также не обеспечит беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства.

При продлении срока домашнего ареста М.Е.А. судом учитывалась также особая сложность расследуемого уголовного дела, обусловленная характером и фактическими обстоятельствами группового преступления, необходимостью проведения судебных экспертиз, значительного объема следственных и процессуальных действий, направленных на сбор доказательств по делу в разных регионах РФ.

Вопреки доводам жалобы, каких-либо данных, указывающих на неэффективность предварительного расследования и волокиту при производстве предварительного следствия, не было установлено. В ходатайстве следователя отражена необходимость выполнения следственных и процессуальных действий, отличных от обозначенных в ранее поданных ходатайствах. 

Таким образом, учитывая невозможность закончить предварительное следствие по делу в настоящее время, суд пришел к правильному выводу, что для обеспечения условий дальнейшего производства по уголовному делу срок домашнего ареста обвиняемой должен быть продлен с учетом объема запланированных мероприятий.

Доводы жалобы о том, что преступление, в совершении которого обвиняется М.Е.А., относится к сфере предпринимательской деятельности, в связи с чем мера пресечения в виде домашнего ареста не может быть продлена свыше 6 месяцев, основаны на неправильном толковании закона.

Из материалов ходатайства следователя усматривается, что рассматриваемые органом расследования события возникли не в связи с осуществлением М.Е.А., как индивидуальным предпринимателем предпринимательской деятельности, не в связи с управлением принадлежащим ей имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, не в связи с осуществлением полномочий по управлению организацией и не при осуществлении коммерческой организацией предпринимательской деятельности. 

Тот факт, что М.Е.А. являлась конкурсным управляющим 

<

данные изъяты>, прямо исключает предпринимательский характер ее деятельности, поскольку в силу ч.1 ст.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", осуществление арбитражным управляющим полномочий конкурсного управляющего в деле о банкротстве является профессиональной деятельностью арбитражного управляющего и не является его предпринимательской деятельностью.

Сведений о наличии обстоятельств, препятствующих нахождению М.Е.А. под домашним арестом, в том числе связанных с состоянием ее здоровья, в представленных материалах не имеется, и суду апелляционной инстанции не представлено. 

Несостоятельна позиция защитника о незаконности судебного решения по причине нарушения сроков вручения копии постановления суда обвиняемой. Обвиняемая М.Е.А. в соответствии со ст.389.1 УПК РФ в полном объеме реализовала свое право апелляционного обжалования постановления суда.

Каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального законодательства РФ при решении вопроса о продлении срока домашнего ареста в отношении М.Е.А., влекущих отмену данного постановления, не установлено. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Советского районного суда г.Брянска от 29 мая 2025 года, которым в отношении М.Е.А. продлен срок домашнего ареста, оставить без изменения, апелляционную жалобу, - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий Н.В.Лужецкая