Дело № 2 – 664/2023 Мотивированный текст составлен 27.10.2023

УИД 51RS0011-01-2023-000701-33

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Оленегорск 23 октября 2023 года

Оленегорский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Двойнишниковой И.Н.,

при секретаре судебного заседания Щербаковой А.В., 

с участием прокурора Крамаренко А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению С., С., Т. к Акционерному обществу 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

С. обратилась в суд с иском к Акционерному обществу 

<

данные изъяты> (АО 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда, 

Требования мотивировала тем, что ДД.ММ.ГГГГ по вине работодателя АО 

<

данные изъяты> не обеспечившего надлежащие условия труда, на рабочем месте при выполнении своих трудовых обязанностей погибла ее дочь С.. 

Они были близки с дочерью, часто встречались, проводили вместе время. До сих пор она испытывает физические и нравственные страдания, ее мучают головные боли, артериальное давление, она вынуждена принимать лекарства. Смерть дочери стала для нее невосполнимой утратой.

Просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного утратой дочери, в размере 5000000 рублей.

Определениями от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требования, на стороне ответчика привлечен И. на стороне истца - С. (брат погибшей), Т. (сын погибшей), М. (сестра погибшей), С. (дочь погибшей) (т. 1 л.д. 15, 63-64).

До рассмотрения дела по существу третье лицо Т. заявил самостоятельные требования к АО 

<

данные изъяты> в которых просил взыскать компенсацию морального вреда в связи с гибелью матери С. в размере 1000000 рублей. В обоснование требований указал, что мама ему всегда помогала. Ее смерть стала для него невосполнимой утратой (т.1 л.д. 76).

Третье лицо С. заявил самостоятельные требования к АО 

<

данные изъяты> просил взыскать компенсацию морального вреда в связи с гибелью сестры С. в размере 1000000 рублей. Указал, что были близки с сестрой, она являлась для него наставником. В связи с утратой сестры он испытывает нравственные страдания (т. 1 л.д. 85).

Третье лицо М. заявила самостоятельные требования к АО 

<

данные изъяты> просила взыскать компенсацию морального вреда в связи с гибелью сестры С. в размере 1000000 рублей. Требования мотивировала тем, что с сестрой были очень дружны с детства. С возрастом их связь только усиливалась. Они были, как лучшие подруги, делились радостями и переживаниями, всегда приходили друг другу на помощь. Вместе работали на территории одного предприятия, в связи с чем виделись почти каждую смену. На фоне утраты сестры у нее наступили необратимые последствия, связанные с нарушением психического благополучия. Утрата сестры причинила ей глубокие нравственные страдания (т. 1 л.д. 80-83). 

Определением от ДД.ММ.ГГГГ С., Т., М. привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, их исковые заявления к АО 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда приняты судом к производству для совместного рассмотрения с иском С. к АО 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда (т. 1 л.д. 87-89). 

В судебном заседании истец С. на иске настаивала. Считает, что вина погибшей дочери в произошедшем несчастном случае отсутствует. Полагает, что выводы эксперта о нахождении дочери в состоянии алкогольного опьянения на момент гибели являются ошибочными, поскольку она никогда не употребляла спиртных напитков. 

Третье лицо Т. на заявленных требованиях наставал. Пояснил, что С. проживала вдвоем с гражданским супругом С. Сестра С. и он, несмотря на регистрацию по месту жительства С., проживают отдельно, имеют свои семьи.

Третье лицо С. поддержал в суде заявленные требования.

Третье лицо М. на заявленных требованиях настаивала. Пояснила, что по уголовному делу № ХХХ, возбужденному по факту гибели сестры, была признана потерпевшей. В рамках уголовного дела ею заявлялся гражданский иск о взыскании компенсации мольного вреда в связи с гибелью С. в размере 1000000 рублей, однако приговором суда в ее пользу взыскана компенсация морального вреда в размере 300000 рублей. Данный размер компенсации считает несоизмеримым с гибелью близкого человека, в связи с чем вновь обратилась с настоящим иском к АО 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей.

Представитель ответчика АО 

<

данные изъяты> извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явился. Д. (по доверенности) представила отзывы на исковые заявления истца и третьих лиц, в которых просила в удовлетворении требований отказать. Отметила, что в процессе рассмотрения уголовного дела была также установлена вина С. в произошедшем несчастном случае, что подтверждается актом судебно – химического исследования ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ и заключением судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ. АО 

<

данные изъяты> семье погибшей были произведены выплаты: дочери погибшей – С. (с ДД.ММ.ГГГГ – С. – материальная помощь на похороны – 174600 рублей, неполученная ко дню смерти заработная плата погибшей – 128209 рублей 55 копеек, единовременное пособие в качестве компенсации морального вреда – 912640 рублей 80 копеек; сестре погибшей - П. (с ДД.ММ.ГГГГ – М. – ритуальное пособие – 7981 рубль 83 копейки и компенсация морального вреда, взысканная в ее пользу на основании приговора по уголовному делу № ХХХ – 300000 рублей; гражданскому супругу С. – добровольные пожертвования работников – 258500 рублей. Указала, что Т. отказался от получения единовременного пособия в качестве возмещения морального вреда в пользу сестры С., о чем написал заявление ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 54-59, 105-118).

Третье лицо С., не заявляющая самостоятельных требований, извещенная о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явилась. Представила заявление об отсутствии требований к АО 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 100). 

Третье лицо И. извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явился, представил заявление с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие (т. 1 л.д. 98).

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего необходимым исковые требования удовлетворить с учетом вины С. в произошедшем несчастном случае, а также требований разумности и справедливости, исследовав материалы настоящего гражданского дела, уголовное дело № ХХХ, суд приходит к следующему выводу. 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо, которое владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой близкого родственника в результате причинения вреда его здоровью источником повышенной опасности необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Если при причинении вреда здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. 

В судебном заседании установлено, что С. работала в АО 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ, в том числе с ДД.ММ.ГГГГ в должности машиниста конвейера участка обезвоживания и погрузки дробильно – обогатительной фабрики АО 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 171-174). 

Производственный цикл участка обезвоживания и погрузки дробильно – обогатительной фабрики АО 

<

данные изъяты> и деятельность труда машиниста конвейера С. была связана с источником повышенной опасности, что следует из Инструкции по охране труда для машиниста конвейера ДОФ № ХХХ от ДД.ММ.ГГГГ и Производственной инструкции машиниста конвейера участка обезвоживания и погрузки концентрата дробильно – обогатительной фабрики № ХХХ от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 175-183, 184-190). 

ДД.ММ.ГГГГ при выполнении машинистом конвейера С. сменного задания мастера И. на основании выданного им заказ – наряда по отгрузке сухого концентрата из склада и обслуживания конвейера № ХХХ в галерее № ХХХ из течки № ХХХ перестал выпускаться железно-рудный концентрат на полосу конвейера № ХХХ. При этом объем железно-рудного концентрата на складе превышал предельно допустимые нормы, что оказывало значительное давление на крепления течки № ХХХ, на которой имелись общая коррозия металла уголка и фланца крепежа, неудовлетворительное закрепление фланцевого соединения (часть болтов находилась в незатянутом состоянии). С., неосведомленная о порядке действий при застревании концентрата в течке, ввиду отсутствия регламентирующих данный процесс документов, руководствуясь сложившейся и устоявшейся на протяжении длительного времени практикой, была вынуждена ударить полой металлической трубкой по корпусу течки с целью устранения возникшего застревания концентрата. В связи с аварийным состоянием течки № ХХХ произошел обрыв одной стороны нижней части крепления корпуса течки № ХХХ и рычаг шиберного устройства ударил С. по голове. От удара С. упала на пол к стене галереи № ХХХ, а из склада через открывшийся технологический проем на месте течки № ХХХ произошел резкий вывал железно-рудного концентрата, засыпавшего потерпевшую С., что повлекло за собой ее смерть на месте происшествия (т. 1 л.д. 38). 

Приговором Оленегорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № ХХХ мастер дробильно – обогатительной фабрики участка обезвоживания и погрузки концентрата АО 

<

данные изъяты> И. признан виновным в нарушении правил безопасности при ведении работ, повлекшим по неосторожности смерть С., и осужден по части 2 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации (т. 1 л.д. 37-51). 

Вместе с тем, признавая мастера дробильно – обогатительной фабрики участка обезвоживания и погрузки концентрата АО 

<

данные изъяты> И. виновным в нарушении правил безопасности при ведении работ, повлекшим по неосторожности смерть С., суд в приговоре установил, что сопутствующими причинами несчастного случая являются допущенные С. нарушения дисциплины труда и несоблюдение личной безопасности при очистке (шуровке) забитой течки № ХХХ конвейера № ХХХ, а также нахождение на рабочем месте в состоянии средней степени алкогольного опьянения (т. 1 л.д. 48). 

Указанные С. нарушения дисциплины труда и несоблюдение личной безопасности при очистке (шуровке) забитой течки № ХХХ конвейера 26 определены заключением Ростовского Центра судебных экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ (т. 1 л.д. 203-250, т. 2 л.д. 1-28), составленным по результатам экспертизы, назначенной судом постановлением от ДД.ММ.ГГГГ при рассмотрении уголовного дела № ХХХ (т. 1 л.д. 199-202).

Так, из экспертного заключения, имеющегося в материалах уголовного дела № ХХХ, следует, что в действиях (бездействии) работника С. установлены следующие нарушения правил и норм техники безопасности: Трудового кодекса Российской Федерации (статья 21); ФНП «Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утв. приказом Ростехнадзора от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ (пункт 37); Производственной инструкции машиниста конвейера участка обезвоживания и погрузки концентрата дробильно – обогатительной фабрики № ХХХ от ДД.ММ.ГГГГ, утв. директором ДОФ АО 

<

данные изъяты> Щ. (пункты 3.1, 3.6, 3.16, 3.17, 3.24, 3.29 и 3.30); Инструкции по охране труда для машиниста конвейера ДОФ № ХХХ от ДД.ММ.ГГГГ, утв. директором ДОФ АО 

<

данные изъяты> Щ. (пункты 1.3.4, 3.1, 3.4, 3.18). Данные нарушения, выразившиеся в нарушении дисциплины при очистке (шуровке) забитой течки № ХХХ конвейера № ХХХ, находясь в состоянии средней степени алкогольного опьянения – могут находиться в прямой причинной связи с произошедшим несчастным случаем с С. в совокупности с нарушениями, допущенными должностными лицами АО 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 26).

Состояние алкогольного опьянения С. установлено на основании акта судебно-химического исследования от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ и подтверждено допрошенными по уголовному делу экспертами М. и П. (т. 1 л.д. 48, 198). 

Указанное заключение Ростовского Центра судебных экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХЭ признано судом при рассмотрении уголовного дела допустимым доказательством, поскольку экспертизы были назначены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, экспертиза проведена с привлечением экспертов, имеющих необходимую профессиональную подготовку и квалификацию. Оснований сомневаться в компетентности эксперта и объективности составленного им заключения у суда не имелось. Выводы в экспертных заключениях изложены понятно, не содержат противоречий и двусмысленных понятий, поэтому сомнений у суда не вызвали (т. 1 л.д. 48).

Установленные судом нарушения С. дисциплины труда и несоблюдение личной безопасности при производстве работ, а также нахождение на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения были учтены судом при постановлении приговора, назначении наказания мастеру И. (т. 1 л.д. 49) и потерпевшей М. при рассмотрении уголовного дела не оспаривались.

Апелляционным постановлением Мурманского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Оленегорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № ХХХ оставлен без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционная жалоба осужденного И. – без удовлетворения (т. 1 л.д. 154-157).

Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 51).

Таким образом, вступившим в законную силу приговором установлена вина работника АО 

<

данные изъяты> И. в нарушении правил безопасности при ведении работ, повлекшим по неосторожности смерть С., что является основанием для возложения на работодателя АО 

<

данные изъяты> ответственности по иску. 

Однако, принимая во внимание, что вред жизни С. причинен в процессе производственного цикла АО 

<

данные изъяты>, связанного с источником повышенной опасности, компенсация морального вреда подлежит возмещению юридическим лицом АО 

<

данные изъяты> независимо от вины причинителя вреда (абзац второй статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, учитывая, что С. допустила нарушения дисциплины труда и несоблюдение личной безопасности при производстве работ, находилась на рабочем месте в состоянии средней степени алкогольного опьянения, что находится в прямой причинной связи с произошедшим несчастным случаем в совокупности с нарушениями, допущенными должностными лицами АО 

<

данные изъяты> (заключение Ростовского Центра судебных экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ), суд усматривает в действиях С. грубую неосторожность, содействовавшую возникновению несчастного случая, поэтому имеются основания для уменьшения размера компенсации морального вреда.

Суд при рассмотрении настоящего гражданского дела, руководствуясь частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимает в качестве доказательств обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором Оленегорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № ХХХ.

Иных доказательств лицами, участвующими в настоящем гражданском деле, при рассмотрении требований о компенсации морального вреда не представлено и судом не добыто.

Определяя сумму подлежащей взысканию с ответчика АО 

<

данные изъяты> компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что С. приходится С. дочерью (т. 1 л.д. 9-11), Т. и С. – матерью (т. 1 л.д. 8, 32, 79, 195, 101), С. и М. – сестрой (т. 1 л.д. 8, 9, 11, 32, 33, 152, 84, 193, 194, 196, 197), наличие у указанных лиц близких семейных отношений с погибшей, их тесное общение до произошедшего несчастного случая, моральную поддержку, которую С. оказывала родным, тяжесть причиненных физических и нравственных страданий, связанных с невосполнимой потерей близкого родственника, индивидуальные особенности лиц, участвующих в деле, их психоэмоциональное состояние, душевные переживания в связи с утратой родного человека, а также обстоятельства причинения вреда жизни С. при производстве в АО 

<

данные изъяты> работ, связанных с источником повышенной опасности, грубую неосторожность С. при осуществлении трудовой деятельности, которая находится в прямой причинной связи с произошедшим несчастным случаем в совокупности с нарушениями, допущенными должностными лицами АО 

<

данные изъяты> размер произведенных АО 

<

данные изъяты> выплат компенсации морального вреда в пользу дочери погибшей - С. в размере 912640 рублей 80 копеек и сестры погибшей - М. на основании приговора от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № ХХХ в размере 300000 рублей и полагает необходимым с учетом требований разумности и справедливости взыскать с АО «Олкон» компенсацию морального вреда в пользу С. – 300000 рублей, в пользу С. – 300000 рублей, в пользу Т. – 300000 рублей.

Во взыскании с АО 

<

данные изъяты> компенсации морального вреда в пользу С. – 4700000 рублей, в пользу С. – 700000 рублей, в пользу Т. – 700000 рублей – отказать.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в части иска М. к АО 

<

данные изъяты> о компенсации морального вреда прекращено на основании статей 220, 221 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № ХХХ требования М., как потерпевшей и гражданского истца по уголовному делу о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей были удовлетворены частично, с АО 

<

данные изъяты> в ее пользу взыскана компенсация морального вреда в размере 300000 рублей. В части превышающей указанную сумму отказано (л.д. 50). Приговор М., в том числе в части гражданского иска, не обжаловался и вступил в законную силу.

Ссылка представителя АО 

<

данные изъяты> о том, что Т. отказался от получения единовременного пособия в качестве возмещения морального вреда в пользу сестры С., о чем написал заявление ДД.ММ.ГГГГ, не может быть принята судом в качестве основания для отказа Т. в иске. Из заявления – отказа от наследуемых денежных средств (заработная плата) от ДД.ММ.ГГГГ, подписанного Т., следует, что он отказался от причитающихся денежных средств (остаток заработной платы, годового вознаграждения за 2017 год, ритуального и единовременного пособия) в пользу сестры С. При этом, из указанного заявления не усматривается, что Т. отказался именно от компенсации морального вреда. В силу закона Т. вправе требовать взыскания компенсации морального вреда в связи с утратой близкого родственника. Размер компенсации морального вреда устанавливается судом с учетом установленных по делу обстоятельств, требований разумности, справедливости и не может быть ограничен локальным актом юридического лица.

Иные доводы представителя ответчика не свидетельствуют о незаконности требований, заявленных С., С., Т., суд находит их необоснованными.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет муниципального округа город Оленегорск с подведомственной территорией в сумме 900 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

исковое заявлению С., С., Т. к Акционерному обществу 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества 

<

данные изъяты> (ИНН/ОГРН: № ХХХ) компенсацию морального вреда в пользу:

- С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки ... (паспорт: 

<

данные изъяты>) – 300000 (триста тысяч) рублей, 

- С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца ... (паспорт: 

<

данные изъяты>) – 300000 (триста тысяч) рублей, 

- Т., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца ... (паспорт: 

<

данные изъяты>) – 300000 (триста тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества 

<

данные изъяты> государственную пошлину в бюджет муниципального округа город Оленегорск с подведомственной территорией Мурманской области в сумме 900 (девятьсот) рублей.

Во взыскании с Акционерного общества 

<

данные изъяты> компенсации морального вреда в пользу С. – 4700000 рублей, в пользу С. – 700000 рублей, в пользу Т. – 700000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Оленегорский городской суд Мурманской области в течение месяца со дня составления мотивированного текста.

Судья И.Н. Двойнишникова