Елизовский районный суд Камчатского края, 684010, город Елизово Камчатского края, улица 40 лет Октября, дом 7А, www.elizovsky.kam.sudrf.ru

Дело № 2-789/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Елизово 11 мая 2017 года

Елизовский районный суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Сутуловой М.А.,

при секретаре судебного заседания Ли В.Р.,

с участием:

ответчика ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

ответчика ФИО3,

ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО1, ФИО3, ФИО4 о признании недействительной сделки дарения, прекращении права собственности на квартиру, истребования имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО5 обратился в суд с иском к ответчикам ФИО1, ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения), ФИО4 заявляя требования:

- признать недействительной сделкой – договор от 20.11.2014 года дарения квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения);

- прекратить право собственности ФИО4 на квартиру, общей площадью 73,3 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>;

- возвратить в совместную собственность ФИО1 и ФИО5 квартиру, общей площадью 73,3 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>;

- истребовать из незаконного владения ФИО4 в совместную собственность ФИО1 и ФИО5 квартиру, общей площадью 73,3 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В обоснование заявленных требований истец указал, что состоял в браке с ФИО1 в период с 1992 года по 2001 год, 28.09.1994 года супруги приобрели спорную квартиру, право собственности было оформлено на ответчика ФИО1 По договору дарения от 20.11.2014 г., заключенного между ответчиком ФИО1 и ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения), право собственности на спорное жилое помещение зарегистрировано 03.12.2014 года за сыном истца и ответчика, ответчиком ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения).

Как указывал истец, до совершении сделки ответчик ФИО1 не получила согласия от истца и не поставила его в известность о совершение такой сделки. На основании договора купли-продажи от 21.06.2016 года, заключенного между ответчиком ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) и ответчиком ФИО4, последний является собственником квартиры на день рассмотрения спора судом (л.д. 33-37).

В судебном заседании истец ФИО5 участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела извещен судом надлежащим образом, согласно представленному заявлению от 11.05.2017 года просил суд отложить рассмотрение дела в связи с командировкой.

В судебном заседании ответчик ФИО1, ее представитель ФИО2, ответчики ФИО3 и ФИО4 возражали против удовлетворения заявленных требований в полном объеме, не отрицали, что спорное жилое помещение было приобретено в период брака, суду пояснили, что истец с 2001 года не проживает в квартире, не вселялся, не претендовал на спорное жилое помещение, а сохранял только регистрацию, расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг не нес. 

В 2014 году, в связи с необходимостью выезда за пределы Камчатского края для ухода за матерью, истица подарила квартиру своему сыну ответчику ФИО3, о чем истцу стало известно в ходе судебного разбирательства при рассмотрении его иска о разделе совместно нажитого имущества в 2015 году. 

Кроме того, как утверждала в суде истица, спорное жилое помещение было приобретено иным лицом, для проживания ответчицы и её детей, о чем истцу было известно. Полагала, что оснований для удовлетворения иска о признания сделки недействительной не имеется, в 2016 года собственник квартиры ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) распорядился своим имуществом, продал квартиру ФИО4, который является собственником спорного жилого помещения.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ) судебное заседание было проведено в отсутствие истца.

Исследовав и оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные доказательства, отвечающие признакам относимости, допустимости и достаточности для разрешения дела по существу, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу указанных норм судебной защите подлежит только нарушенное либо оспариваемое право. Защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки (ст. 12 ГК РФ).

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу требований ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Статьей 173.1 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, необходимость которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признан недействительной по иску такого лица.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что брак между ФИО5 и ФИО1 зарегистрирован 14.11.1992 года (л.д. 14). Согласно свидетельству о расторжении брака брак между ФИО5 и ФИО1 расторгнут 13.09.2011 года на основании решения мирового судьи судебного участка № 14 Елизовского судебного района Камчатской области от 03.09.2001 года (л.д. 15).

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Елизовского районного суда Камчатского края от 19.11.2015 года, вступившим в законную силу 26.05.2016 года, установлено, что на основании договора дарения квартиры от 20.11.2014 года, заключенного между ФИО1 и ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано за ФИО3 03.12.2014 года (л.д. 18-21, 45).

Согласно копии договора купли-продажи квартиры от 21.06.2016 года, заключенного между ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) и ФИО4, а также выписке из Единого государственного реестра недвижимости по состоянию на 04.05.2017 года, собственником спорного жилого помещения является ФИО4 (л.д. 62-65).

Указанные, установленные судом обстоятельства, свидетельствуют о том, что на момент совершения оспариваемой сделки, ФИО5 и ФИО1 супругами не являлись. 

Кроме того, как установлено судом, на день рассмотрения спора, раздел совместно нажитого имущества между ФИО5 и ФИО1 был произведен, спорное жилое помещение совместно нажитым имуществом не признано (л.д.18-23).

В соответствии со статьей 2 СК РФ, семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Нормы статьи 35 СК РФ распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота. К указанным правоотношениям должна применяться статья 253 ГК РФ, согласно пункту 3 которой каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

При разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, по мотивам отсутствия у него необходимых полномочий либо согласия других участников, когда необходимость его получения предусмотрена законом (ст. 35 Семейного кодекса РФ), следует учитывать, что такая сделка является оспоримой, а не ничтожной. 

В соответствии с частью 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Частью 2 ст. 576 ГК РФ предусмотрено, что дарение имущества, находящегося в общей совместной собственности, допускается по согласию всех участников совместной собственности с соблюдением правил, предусмотренных статьей 253 ГК РФ.

Между тем, в соответствии с положениями п. 3 ст. 253 ГК РФ требование о признании сделки недействительной может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных обстоятельствах.

Следовательно, юридически значимым обстоятельством по данному спору является осведомленность ФИО4 о возражениях истца на совершение договора купли-продажи спорного жилого помещения, однако такие доказательства в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 16 вышеназванного Постановления Пленума ВС РФ, учитывая, что в соответствии с п. 1 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

В соответствии со ст. ст. 56, 195, 196 ГПК РФ, суд разрешает дело в пределах заявленных истцом требований и по основаниям им указанным, основывает решение лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. 

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий. (Определение Конституционного Суда РФ от 16.12.2010 N 1642-О-О). 

По смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в том числе в постановлениях от 20.05.1997 года N 8-П и от 16.07.2008 года N 9-П, конституционные гарантии охраны права частной собственности законом и допустимости лишения имущества не иначе как по решению суда, выражающие принцип неприкосновенности собственности, и конституционные гарантии судебной защиты распространяются как на сферу гражданско-правовых отношений, так и на отношения государства и личности в публично-правовой сфере; при этом в силу таких фундаментальных принципов, как верховенство права и юридическое равенство, вмешательство государства в отношения собственности не должно быть произвольным и нарушать равновесие между требованиями интересов общества и необходимыми условиями защиты основных прав личности.

Согласно п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд приходит к выводу, что оспариваемый истцом договор дарения, соответствует требованиям гражданского законодательства, заключен в письменной форме, подписан Дарителем, прошел государственную регистрацию, право собственности Одаряемого ответчика ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) зарегистрировано в установленном порядке и не может нарушать прав истца, поскольку на день рассмотрения спора договор купли-продажи квартиры от 21.06.2016 года, заключенный между ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) и ФИО4, соответствует требованиям гражданского законодательства, заключен в письменной форме, подписан сторонами, прошел государственную регистрацию, право собственности покупателя на недвижимое имущество зарегистрировано в установленном порядке, и право собственности ответчика ФИО4 истцом не оспорено. Более того, доказательств незаконного владения квартирой ответчиком ФИО4, материалы дела не содержат, в связи с чем законных оснований для истребования спорного объекта недвижимости из владения ФИО4, и возвращении её в собственность ФИО5 и ФИО1 не имеется. 

При этом, как установлено судом. ФИО4 не знал и не мог знать об отсутствии согласия истца на совершение сделки купли-продажи спорного объекта недвижимости, поскольку договор дарения был совершен в 2014 году, а брак между бывшими супругами был расторгнут в 2001 году, доказательств того что оспариваемая сделка совершена в нарушение требования закона или иного правового акта и при этом посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, в порядке ст.ст.56,57 ГПК РФ, истцом суду не представлено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что требования истца удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска ФИО5 к ФИО1, ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) и ФИО4

- о признании недействительной сделки договора дарения квартиры от 20.11.2014 года, заключенного между ФИО1 и ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) о дарении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>;

- о прекращении права собственности ФИО4 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>;

- о возвращении в совместную собственность ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) и ФИО1 квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>;

- об истребовании из незаконного владения ФИО4 в совместную собственность ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ рождения) и ФИО1 квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> – отказать.

По вступлении решения суда в законную силу, отменить обеспечительные меры по осуществлению регистрации прав и обременений в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, наложенных на основании определения Елизовского районного суда от 10 апреля 2017 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Елизовский районный суд Камчатского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме - 16 мая 2017 года.

Судья М.А. Сутулова