Судья – Чижевич А.Л. Дело № 22-828/2021 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Южно-Сахалинск 02 августа 2021 года

Сахалинский областной суд, в составе судьи Грибановского А.В.,

при помощнике судьи Захаровой М.А., которой поручено ведение протокола судебного заседания,

с участием прокурора отдела прокуратуры Сахалинской области Втулкина А.В., 

заявителя – реабилитированного Тотрова Г.Н., его представителя адвоката Белоусова В.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя Министерства финансов Российской Федерации Наймушиной И.А. на постановление Холмского городского суда Сахалинской области от 21 апреля 2021 года, 

У С Т А Н О В И Л:

постановлением суда удовлетворено заявление реабилитированного Тотрова Г.Н. и взыскано с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Тотрова Г.Н. в счет возмещения имущественного вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, процессуальные расходы:

- по оплате услуг адвоката на стадии предварительного расследования уголовного дела и судебного разбирательства с учетом уровня инфляции в размере 

<

данные изъяты>;

- по оплате затрат на возмещение расходов, связанных с рассмотрением вопросов реабилитации с учетом уровня инфляции в размере 

<

данные изъяты>;

- неполученную заработную плату за период с 13.03.2017 года по 31.08.2018 года с учетом уровня инфляции в размере 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, а всего на общую сумму 

<

данные изъяты>.

В апелляционной жалобе представитель Министерства финансов Российской Федерации ФИО1 с постановлением суда не согласна.

Утверждает, что сумма, взысканная судом первой инстанции в пользу ФИО2 за оказание юридической помощи адвокатом является явно чрезмерно завышенной и не отвечает требованиям справедливости и разумности, так как объем выполненных работ адвокатом является небольшим, дело, по которому был оправдан заявитель, не является сложным.

По мнению автора жалобы, услуги адвоката оказаны не в полном объеме. Полагает, что консультации, составление жалоб и участие в следственных действиях не требует больших временных затрат, также не указано сколько по времени длились следственные и процессуальные действия, отсутствует в материалах дела и акт выполненных работ, в которых принимал участие адвокат. Суд сослался в своем постановлении на квитанции, документы оплаты, однако при этом каких-либо мер по проверке обстоятельств участия адвоката в производстве по данному уголовному делу судом предпринято не было. Между тем, установление данных обстоятельств имеет существенное значение, поскольку, исходя из положений уголовно-процессуального закона, размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется подтвержденными материалами дела фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением, что предполагает необходимость достоверно установить не только размеры выплаченных защитнику гонораров, но и обстоятельства участия указанного защитника в производстве по уголовному делу, по которому лицо имеет право на реабилитацию. Отсутствие документов свидетельствует о недоказанности размера произведенных выплат за услуги защитника.

Полагает, что стоимость взысканных расходов на оказание юридической помощи не обусловлена действительной стоимостью юридических услуг в пределах существовавших на момент оказания ее рыночных значений услуг адвокатов в Сахалинской области, что подтверждается Положением о размерах минимального вознаграждения, выплачиваемого адвокату за оказание юридической помощи, утвержденного Советом Адвокатской палаты Сахалинской области.

Утверждает, что выводы суда первой инстанции о взыскании недополученной заработной платы за период с 13.03.2017 года по 31.08.2018 года являются несостоятельными. Недостаточно исследован пакет документов, справка о среднемесячной заработной плате в должности мастера, не сделан запрос в налоговую службу о заработной плате за 2015, 2016 годы. В связи с чем невозможно произвести расчет недополученной заработной платы за данный период.

Просит постановление суда отменить, принять по делу новое решение с учетом принципов соразмерности и разумности, практики Европейского суда и пропорционально объему оказанных заявителю услуг. 

В письменных возражениях на апелляционную жалобу реабилитированный ФИО2 и его представитель адвокат Белоусов В.Ф. просят приговор оставить без изменений, а доводы жалобы без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав аргументы сторон, высказанные в настоящем судебном заседании, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения постановления суда.

Исходя из требований ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют лица, в отношении которых вынесен оправдательный приговор либо в отношении которых уголовное преследование прекращено, по основаниям предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ.

Согласно ст. 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением: защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод; а уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Суд не вправе произвольно уменьшить размер сумм, взыскиваемых в возмещение расходов, понесенных реабилитированным по оплате услуг адвоката. 

Как видно из содержания апелляционной жалобы, сам факт права на реабилитацию сомнений не вызывает, а вопрос ставится единственно о несоразмерности, неразумности и непропорциональности взысканных сумм объему и характеру услуг по оказанию юридической помощи.

Согласно п. 55 ст. 5 УПК РФ уголовное преследование – это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

В соответствии со ст. 48 Конституции РФ и на основании п. 6 ч. 3 ст. 49 УПК РФ каждое лицо, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы этого лица. Иными словами, защитник вправе оказывать юридическую помощь еще до возбуждения уголовного дела.

Согласно п.п. 1,4 ч. 1 ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя, среди прочего, возмещение заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования, возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи.

Из материалов дела следует, что на момент поступления уголовного дела в суд ФИО2 обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159, ч.3 ст.159 УК РФ.

Приговором Холмского городского суда Сахалинской области от 13 марта 2017 года ФИО2 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, с признанием за ФИО2 права на реабилитацию. Этим же приговором ФИО2 осужден по ч.3 ст.159 УК РФ, с применением ч.5 ст.74, ст.70 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговор Холмского городского суда Сахалинской области от 13 марта 2017 года в части оправдания ФИО2 по ч.3 ст.159 УК РФ вступил в законную силу 10 октября 2018 года.

Законность обвинительного приговора Холмского городского суда Сахалинской области от 13 марта 2017 года в отношении ФИО2 неоднократно проверялась в апелляционном и кассационном порядке, по результатам чего апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Сахалинского областного суда от 8 апреля 2019 года приговор Холмского городского суда Сахалинской области от 13 марта 2017 года в части осуждения ФИО2 по ч.3 ст.159 УК РФ отменен, уголовное дело в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

18 октября 2019 года постановлением следователя СО ОМВД России по Холмскому городскому округу уголовное дело в отношении ФИО2 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ – за отсутствием в его действиях состава преступления. За ФИО2 признано право на реабилитацию.

Из представленных материалов дела видно, что 04 сентября 2015 года между ФИО2 и адвокатом Белоусовым В.Ф. было заключено соглашение на оказание юридической помощи, в соответствии с которым адвокат принял на себя обязательство по оказанию юридической помощи ФИО2 в качестве защитника, о чем был выдан ордер, данное соглашение по указанному уголовному делу в дальнейшем, между данными лицами заключалось неоднократно, о чем свидетельствуют выданные адвокатом ордера. Оплата стоимости услуг составила 231000 рублей, которая была выплачена ФИО2 адвокату Белоусову В.Ф., указанные обстоятельства подтверждаются соглашениями, ордерами, квитанциями к приходному кассовому ордеру. 30.10.2019 года между ФИО2 и адвокатом Белоусовым В.Ф. заключен договор на оказание юридической помощи по представлении законных интересов и защиты прав ФИО2 по вопросу возмещения имущественного вреда реабилитированному, оплата составила 

<

данные изъяты> рублей. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, имеющиеся в уголовном деле данные, в том числе ордера адвоката Белоусова В.Ф., протоколы следственных действий, ходатайства, подтверждают, что указанный адвокат действительно осуществлял защиту ФИО2 в ходе предварительного следствия и в суде в соответствии с условиями договора.

Оценивая размер суммы, выплаченной адвокату Белоусову В.Ф. за оказание им юридической помощи ФИО2, суд апелляционной инстанции исходит из положений п.п. 1, 4 ст. 421 ГК РФ, согласно которым граждане и юридические лица свободны в заключение договора.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, фактически понесенные ФИО2 расходы по выплате защитнику гонорара за оказание юридической помощи подтверждаются квитанциями.

Таким образом, принимая решение об удовлетворении требований ФИО2, суд первой инстанции исследовал все необходимые для разрешения рассматриваемого вопроса обстоятельства, в том числе обстоятельства участия указанного защитника в производстве по уголовному делу в отношении ФИО2, и в своем постановлении указал материалы, на основании которых пришел к такому выводу.

Выводы суда должным образом мотивированы и основаны на материалах, подтверждающих обоснованность вынесенного судом решения, и сомнений в своей правильности у суда апелляционной инстанции не вызывают.

Поскольку правовая помощь ФИО2 оказывалась адвокатом Белоусовым В.Ф. в период после возбуждения уголовного дела, вынесения оправдательного приговора по ч.3 ст.159 УК РФ (1 эпизод) и вплоть до прекращения за непричастностью ФИО2 к совершенному преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 159 УК РФ (2 эпизод), то суммы, выплаченные адвокату, подлежат взысканию в качестве возмещения имущественного вреда.

Вопреки апелляционным доводам, требования о соблюдении принципов разумности, пропорциональности, соразмерности, а значит, и справедливости при взыскании имущественного вреда судом нарушены не были.

При этом суд апелляционной инстанции полагает, что какие-либо требования о возложении на лицо, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, бремени определения им самим степени разумности или неразумности производимой им оплаты за оказываемую ему юридическую помощь, степени соразмерности этой оплаты количеству и качеству этой помощи, а также определения размера оплаты за ее предоставление с точки зрения пропорциональности этого размера количеству и качеству юридической помощи с одновременным же определением степени ее качества являются незаконными, поскольку противоречат логически взаимосвязанным с реабилитацией требованиям о невозможности возложения на обвиняемого бремени доказывания своей вины, принципу презумпции невиновности. Вывод об обратном может свидетельствовать только о непоследовательности в применении указанных выше принципов, поскольку отношения реабилитации являются производными от отношений по уголовному преследованию, вытекают из них, являются их следствием. Факт прекращения уголовного дела за отсутствием состава преступления прямо указывает на то, что лицо является невиновным, а поэтому на него не могут быть возложены какие-либо обязанности по доказыванию степени обоснованности, разумности, соразмерности, пропорциональности и т.п. произведенной им оплаты предоставленных ему юридических услуг. Будучи вовлеченным помимо своей воли, но – по воле государства, в отношения уголовно-правового характера, одним из возможных результатов которых может быть привлечение к уголовной ответственности и назначение строгого наказания, лицо преследует единственную цель – используя предоставленные ему возможности по осуществлению своей защиты с помощью лиц, обладающих специальными правовыми знаниями, правовым опытом, – адвокатов, иных лиц, достичь результата, подтверждающего его невиновность и, соответственно, избавляющего его от каких-либо нежелательных последствий, ограничивающих его в гражданских правах, в том числе ограничивающих его право на свободу. В такой ситуации возлагать на лицо, которое, к тому же, в итоге вообще признано невиновным, во время заключения им договора с адвокатом или иным лицом на оказание ему правовой помощи, бремя определять возможные, предполагаемые объем, качество и количество правовых услуг – с точки зрения действующего законодательства – непоследовательно и незаконно.

Это же косвенно следует из смысла абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (далее – Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. № 17) при разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений п. 1 ст. 1070 ГК РФ, а также ч. 1 ст. 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц. То есть здесь достаточно лишь факта установления того, что имело место необоснованное уголовное преследование. Поэтому необходимо, в свою очередь, признать, что, следуя той же логике, не может быть возложена на реабилитированного и обязанность доказывать качество оказываемых ему юридических услуг с точки зрения их разумности, соразмерности и пропорциональности. Здесь уже достаточно установить только то, что лицо эту правовую помощь получило и оплатило.

Является очевидным то, что одним из общепринятых мерил профессиональных качеств адвоката является высокая оплачиваемость его услуг. Профессиональная состоятельность и грамотность адвоката не могут измеряться количеством проведенных с его участием следственных или иных действий, единственным критерием оценки его действий по конкретному уголовному делу является соответствие принятого по делу решения интересам лица, которому адвокат оказывал правовые услуги. Обвиняемый вправе воспользоваться услугами любого адвоката, в том числе и высокооплачиваемого. Никаких ограничений или специальных условий для этого закон не предусматривает. Единственными значимыми факторами для обвиняемого лица при заключении им договора является гарантия того, что оно не будет привлечено к уголовной ответственности, и наличие у него возможности оплатить такую гарантию.

Возложение на лицо невыполнимой по определению обязанности подходить при заключении договора с адвокатом с позиции соблюдения факторов разумности, соразмерности, пропорциональности оказываемых услуг прямо ограничивало бы его право на защиту, поскольку такая обязанность явно была бы направлена на ущемление его права воспользоваться по своему усмотрению услугами именно того адвоката, который, по его мнению, наилучшим образом обеспечит защиту его прав в уголовном деле.

При заключении договора лицо не обязано заботиться о том, чтобы предоставляемые ему услуги правового характера нашли свое воплощение конкретно в том или ином объеме следственных или процессуальных действий, как в количественном, так и временном отношении, поскольку не оно являлось инициатором уголовного судопроизводства и не оно обладает полномочиями по определению направления и самого хода этого производства.

Судом обоснованно было установлено, что договор на предоставление правовых услуг был заключен, условия сторонами были исполнены в полном объеме, оплата произведена, чему подтверждением являются предусмотренные законом документы – квитанции к приходно-кассовым ордерам. Факт участия адвоката Белоусова В.Ф. в производстве по делу на протяжении длительного периода времени подтвержден материалами дела, в том числе протоколами следственных действий проводимых с их участием, судебными решениями, при которых также участвовал защитник.

Судом, верно, определен размер понесенных выплат, подлежащих возмещению реабилитируемому с учетом индексации, на основании мнения Пленума ВС РФ указанного в постановлении от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», размер выплат, подлежащих возмещению реабилитированному, определяется судом с учетом индекса роста потребительских цен, рассчитанного государственными органами статистики Российской Федерации в субъекте Российской Федерации по месту работы или жительства реабилитированного на момент начала уголовного преследования, рассчитанного государственными органами статистики Российской Федерации в субъекте Российской Федерации на момент принятия решения о возмещении вреда.

Размер сумм вознаграждения является разумным, соразмерным, пропорциональным и т.п., в том числе и с учетом длительности уголовного преследования. 

Также суд апелляционной инстанции находит обоснованным решение суда о необходимости возмещения ФИО2 неполученной заработной платы.

Рассматривая требования ФИО2 о возмещении имущественного вреда, в виде неполученного денежного содержания за период с 13.03.2017 года по 31.08.2018 года, суд исходил из заявления ФИО2 просившего о возмещении вреда именно в этот период, поскольку, согласно материалам именно с этого времени ООО «УК «ЖЭУ» прекратило начислять заявителю заработную плату (ежемесячное содержание).

Согласно законодательству, неполученная заработная плата, которой реабилитированный лишился в результате уголовного преследования, исчисляется с момента прекращения ее выплаты.

Вопреки доводам жалобы, утраченный заработок рассчитан судом верно, расчет является арифметически правильным, составлен в соответствии с требованиями закона и согласуется с представленными реабилитированным документам в обоснование заявленных требований.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, нарушений, которые давали бы основания для отмены или изменения обжалуемого решения, последнее не содержит. Постановление отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, является законным, обоснованным и мотивированным.

Руководствуясь ст.ст.389.9, 389.13, 389.20, 389.28, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Холмского городского суда от 21 апреля 2021 года которым удовлетворены требования реабилитированного ФИО2 о возмещении имущественного ущерба в порядке статьи 135 УПК РФ, оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя Министерства финансов Российской Федерации ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Жалобы подаются непосредственно в Девятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ. 

Судья Сахалинского областного суда Грибановский А.В.

Копия верна:

Судья Сахалинского областного суда Грибановский А.В.