УИД 47RS0009-01-2025-001783-32 Дело № 2-183/2026

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Кировск Ленинградской области 19 января 2026 года

Кировский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Атласовой А.А.,

при помощнике судьи Воронцовой А.Ю.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ООО «Кловермед» ФИО2,

представителя ответчика ООО «ФИО7&ФИО7» ФИО3,

представителя ответчика ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к Государственному бюджетному учреждению «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», обществу с ограниченной ответственностью «Кловермед», обществу с ограниченной ответственностью «ФИО7&ФИО7» о возмещении убытков,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5 обратилась в Кировский городской суд Ленинградской области с иском к Государственному бюджетному учреждению «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» (далее по тексту - ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе»), обществу с ограниченной ответственностью «Кловермед» (далее по тексту – ООО «Кловермед»), обществу с ограниченной ответственностью «ФИО7&ФИО7» (далее по тексту - ООО «ФИО7&ФИО7»), в котором, с учетом уточнения исковых требований, просила:

- взыскать с ООО «ФИО7&ФИО7» компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50 %;

- взыскать с ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» стоимость товара (грудных имплантатов) в размере 59 800 руб., убытки в размере 637 130 руб., компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50 %;

- взыскать с ООО «Кловермед» компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. (т. 1 л.д. 2-10, т. 2 л.д. 88-96).

В обоснование заявленных требований указано, что 18.07.2014 ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» истцу были оказаны платные медицинские услуги по эндопротезированию молочных желез. До операции хирург ФИО6, проводивший операцию, уверил истца, что качественный имплантат фирмы «Ментор» устанавливается один раз навсегда и имеет пожизненную гарантию. До истца не была доведена информация о каком-либо сроке службы имплантатов. Никаких инструкций для ознакомления до операции истцу не дали. В результате операции истцу были установлены 2 имплантата:

В июле 2024 года истец почувствовала дискомфорт в области груди и визуально увидела асимметрию. 31.07.2024 истцу сделали УЗИ молочных желез, обнаружили признаки разрыва имплантата и рекомендовали МРТ и консультацию пластического хирурга. 22.09.2024 при исследовании МРТ были выявлены признаки внутрикапсульного разрыва левого имплантата. 03.12.2024 на основании договора на оказание платных услуг с ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» врачом ФИО6 истцу была проведена операция по удалению имплантатов грудных желез. Причину разрыва имплантата сотрудники ООО «Кловермед», ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», ООО «ФИО7 & ФИО7» истцу не объяснили. По двум операциям истцом оплачено 637 130,00 руб., из которых: 59 800,00 руб. (стоимость медицинских изделий), 105 000,00 руб. (расходы по первой операции), 514 025,00 руб. (расходы по второй операции). ФИО5 обратилась с претензиями к ответчикам и попросила возместить ей убытки в сумме 696 930 рублей, а также моральный вред в размере 300 000 рублей. В ответ на претензию ООО «Кловермед» прислало истцу проект соглашения о возмещении стоимости медицинского изделия в сумме 29 000 рублей, от других ответчиков ответа на претензию не последовало.

Ссылаясь на то обстоятельство, что истец была введена в заблуждение предоставленной информацией об установке имплантатов один раз и пожизненно, ООО «Кловермед», ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», ООО «ФИО7 & ФИО7» должны нести ответственность, в соответствии с Ф3 «О защите прав потребителей», в связи с не предоставлением необходимой и достоверной информации о реализуемых и устанавливаемых истцу имплантатах, ФИО5 обратилась в суд с настоящим иском.

В судебное заседание истец ФИО5 не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом, доверила представлять свои интересы ФИО1

Представитель истца ФИО1 поддержала заявленные требования, дополнительно пояснила, что достоверная информация о товаре (имплантатах) не только не была предоставлена истцу ни представителем производителя, ни институтом, ни хирургом ФИО6, а напротив, истец, как потребитель товара и услуги, сознательно была введена ими в заблуждение относительно срока использования данных имплантатов, считая его пожизненным, а также пожизненных гарантиях на данное изделие, со стороны производителя. Про существующий 10-летний срок службы имплантата истец узнала только в судебном заседании по настоящему делу. Довод ответчиков о размещении инструкции на медицинское изделие на сайте Росздавнадзора считает несостоятельным, поскольку о существовании сайта с адресом на английском языке истец узнала только из возражений ответчиков на иск, никто никогда не сообщал истцу о наличии такого сайта и возможности ознакомления с информацией на нем. Кроме того, дата размещения инструкции на сайте неизвестна. Полагала, что раздел инструкции «Гарантийные обязательства», в соответствии с которым компания «Ментор» не несет ответственности за какие-либо прямые, случайные или вытекающие убытки, вред или расходы, прямо или косвенно связанные с применением данного продукта, нарушает законодательство РФ «О защите прав потребителей». В материалах дела отсутствует информированное согласие, подписанное истцом, подтверждающее факт уведомления исполнителем услуги о возможных рисках разрыва имплантата и о том, что имплантат не предназначен для использования в течение всей жизни. Истец не была проинформирована о необходимости и возможности повторных операций, не давала на них своего согласия, отказалась бы от операции по увеличению груди, связанной с имплантацией, если бы ей было известно о вышеназванных предостережениях. В инструкции также приводится статистика разрывов имплантатов, ознакомившись с которой, истец никогда не дала бы согласие на протезирование. Кроме того, пояснила, что истцу после операции был выдан рекламный проспект, согласно которому фирма «Ментор» дает обязательства пожизненной гарантии на грудные имплантаты.

Представитель ответчика ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» по доверенности ФИО4 исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Пояснил, что ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» в полном объеме предоставило истцу информацию об оказываемых услугах по договору на оказание платных медицинских услуг. Обращал внимание, что действующим законодательством РФ не предусмотрена отдельная форма информированного согласия по уведомлению пациентов о разрыве имплантата. Пациентке выдавалась инструкция на медицинское изделие и информированная брошюра, содержащие основные положения плана ограниченного гарантийного обслуживания, опубликованные компанией «Ментор». Обращает внимание, что истцом представлена суду часть информационной брошюры с наклеенными на нее сведениями о спецификации имплантатов, что подтверждает факт информированности истца о возможном риске разрыва и о сроках службы имплантата (т. 2 л.д. 159-160).

Представитель ответчика ООО «ФИО7 & ФИО7» по доверенности ФИО3 исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать по основаниям, изложенным с письменных отзывах. Дополнительно пояснил, что разрыв имплантата является стандартным риском в период эксплуатации и не является заводским дефектом/браком или недостатком имплантата, о чем указано в инструкции к нему. Об указанных рисках истец должен был быть проинформирован врачом перед проведением операции. Обращает внимание, что истцом приобщен к материалам дела неполный текст гарантийного буклета по программе гарантии под названием Mentor Patient Care Promise, поставляемого вместе с имплантатами компании. Полагает, что факт приобщения истцом фрагмента гарантийного буклета с выгодной для своей процессуальной позиции частью текста подтверждает, что после проведения операции буклет, в котором прямо указано о не пожизненном сроке использования имплантата, в действительности был передан истцу. Наличие гарантийного буклета подтверждает осведомленность истца о том, что имплантат не предназначен для пожизненного использования, поскольку в нем прямо об этом указано. Считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства некачественности товара - грудных имплантатов Mentor; истцом не доказана вина ответчика и не доказана причинно-следственная связь между разрывом имплантатов и действиями производителя (т. 2 л.д. 28-40, 140-143).

Представитель ответчика ООО «Кловермед» по доверенности ФИО2 исковые требования не признала, в удовлетворении иска просила отказать. Пояснила, что в ООО «Кловермед» товар (имплантаты) поступает от производителя в закрытой упаковке и поставляется покупателю в том виде, и с той документацией, которая была вложена производителем. Дополнительно ООО «Кловермед» прикладывает к коробке с товаром только гарантийный проспект, который поступает от ООО «ФИО7 & ФИО7».

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, ФИО6 в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании пояснил, что истец была информирована им в устной форме на консультации и до проведения операции о том, что имплантаты имеют возможность разрыва. Дополнительно до операции истцу был предоставлен информационный буклет, который поставляется с медицинским изделием. После того, как была заведена история болезни, истцом были подписаны информированные согласия на оказание медицинской помощи, при заполнении которых у истца не возникло никаких вопросов. Обратил внимание, что отдельной формы информированного согласия об ознакомлении с инструкцией медицинского изделия не предусмотрено. После операции истцу была передана вся документация, связанная с оперативным вмешательством, в том числе информационный буклет, имеющий несколько разворотов, с наклеенными сведениями о спецификации установленных имплантатов. Полагает, что со стороны ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» нарушений прав ФИО5 при оказании медицинских услуг не допущено.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, Комитет по здравоохранению Санкт-Петербурга, в судебное заседание своего представителя не направил, о дне и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой своих прав, свобод и законных интересов.

Как следует из ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В силу ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно преамбуле Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон) настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребитель - гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Статьей 10 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) установлено, что изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Информация о товарах в обязательном порядке должна содержать в том числе сведения об основных потребительских свойствах.

В силу статьи 12 Закона защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков. При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре, необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», наличие оснований для освобождения от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства должен доказать продавец (изготовитель, исполнитель).

При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора. При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 44).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Судом установлено, что 17.07.2014 ФИО5 (ФИО8) в ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» была проведена операция по эндопротезированию молочных желез с периареолярной мастопексией. Произведена имплантация эндопротезов со следующими характеристиками: (т. 1 л.д. 110).

Выбор указанных имплантатов был произведен ФИО5 на консультации с хирургом ФИО6, состоящим в трудовых отношениях с ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе».

Указанные имплантаты Mentor были приобретены в ООО «Кловермед» являющемся дистрибьютором компании-производителя грудных имплантов Mentor - ООО «ФИО7&ФИО7». Согласно товарному чеку от 15.07.2014 стоимость имплантатов составила 59 800 руб. (т. 1 л.д. 12-13).

Судом установлено, что ООО «ФИО7&ФИО7» является уполномоченным представителем компании Mentor Medical Systems B.V. на территории Российской Федерации и стран СНГ. (т. 2 л.д. 54, 55).

Согласно договору на оказание платных медицинских услуг № от 18.07.2014, заключенному между ФИО5 (ФИО8) и ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», и Приложению № 1 к указанному договору, истцу оказаны услуги по эндопротезированию молочных желез периариолярным доступом простое, устранение мастоптоза (мастопексия периареолярная), лечение в палате 7 категории стационара (граждане России), общая комбинированная анестезия с инвазивной ИВЛ с применением фторсодержащих анестетиков при операциях длительностью более 3 часов при ОАРI-II (т.1 л.д. 18-20).

Стоимость операции и медицинские услуги были оплачены истцом в сумме 119 305 рублей в кассу ГБУ «СПБ институт им. Джанелидзе». До проведения операции истцом также были приобретены и оплачены: медицинское изделие в количестве 2-х (имплантаты) в сумме 59 800 рублей, компрессионное белье в сумме 2700 руб., компрессионный трикотаж на сумму 1100 рублей. Всего истцом было оплачено 182 905 рублей.

В июле 2024 года истец почувствовала дискомфорт в области груди и визуально увидела асимметрию.

31.07.2024 после проведенного УЗИ молочных желез, обнаружены признаки разрыва имплантата и рекомендовано МРТ и консультация пластического хирурга.

22.09.2024 ФИО5 была проведена магнитно-резонансная томография, по результатам которой были выявлены признаки внутрикапсульного разрыва левого имплантата (т. 1 л.д. 23).

Истец обратилась в ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» к врачу ФИО6 за услугой по извлечению имплантатов.

На основании договора № от 02.12.2024 на оказание платных услуг с ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» врачом - хирургом ФИО6 истцу были оказаны услуги по устранению капсулярной контрактуры 1-ой молочной железы простая (капсулэктомия), удаление 1-го импланта молочной железы с оболочкой сложное, якорная мастопексия молочных желез средней степени сложности (т.1 л.д. 59-64).

Стоимость операции составила 457 000 рублей, за палату (2 дня нахождения в стационаре) истец оплатила 9 000 рублей. Также истцом было оплачено патолого-анатомическое исследование биопсийного (послеоперационного материала) в сумме 1800 рублей. Расходы по второй операции составили 514 025 рублей (т. 1 л.д. 47-58). Кроме того, на необходимые обследования и анализы до операции истец затратила 46 225 руб., а также 09.11.2024 истец заключила договор займа с ФИО9 на сумму 550 000 руб., в связи с отсутствием собственных денежных средств.

05.12.2024 менеджер по продажам компании ООО «Кловермед» приняла извлеченный имплантат .

В ответ на запрос суда ООО «Кловермед» сообщило, что передало ООО «ФИО7&ФИО7» имплантат с серийным номером № и документы ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» (т. 2 л.д. 76).

20.01.2025 ООО Кловермед» получен ответ о невозможности направления имплантата на завод производителя для проведения проверки причин возникновения разрыва в связи с действием Постановления правительства РФ от 09.03.2022 (ред. от 11.05.2022) «О мерах по реализации Указа Президента Российской Федерации от 08.03.2022г. № 100».

В обоснование заявленных исковых требований к ответчикам ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», ООО «Кловермед», ООО «ФИО7&ФИО7» истцом указано, что до нее не была доведена информация о товаре, содержащаяся в паспорте-инструкции (листке-вкладыше), при ознакомлении с которой, она бы отказалась от проведения операции по увеличению груди. Кроме того, она была введена в заблуждение относительно пожизненной гарантии на имплантаты Ментор.

Как следует из пояснений представителя ответчика ООО «ФИО7&ФИО7» грудные гелевые протезы молочной железы поставляются в комплектации: коробка с имплантатами, инструкция в комплекте с коробкой, этикетки имплантатов, имплантаты, а также информационная брошюра (т. 2 л.д. 79-81, л.д. 140-144).

16.03.2011 Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения (далее по тексту - Росздравнадзор) ООО «ФИО7&ФИО7» было выдано регистрационное удостоверение на медицинское изделие № в отношении импланта CPG313, Gel Breast Implant Cohesive III, Low Heigh Profile. Приказом Росздравнадзора от 16.03.2011 № 1276-Пр/11 указанное медицинское изделие разрешено к импорту, продаже и применению на территории Российской Федерации.

Регистрационное удостоверение № ФСЗ 2011/09296 включено в Государственный реестр медицинских изделий и организаций, осуществляющих производство и изготовление медицинских изделий, и вместе с инструкцией на изделие размещены в открытом доступе на официальном сайте Россдравнадзора.

Согласно указанной компанией-производителем информации в официальной документации (листок-вкладыш с инструкциями) протезы молочной железы контурно-профильные гелевые, имеют ограниченный срок службы и не могут рассматриваться, как пожизненные имплантаты.

В тексте гарантийного буклета по гарантии Patient Care Promise, предусмотрено, что гарантия является ограниченной и действительна только при условиях, указанных в настоящем документе, и описанных более подробно в соответствующей ограниченной гарантии компании mentor. Пожизненная гарантия замены продукта автоматически распространяется на всех пациентов, которым были установлены грудные имплантаты Mentor и Perthese. В случае подтвержденного разрыва (независимо от срока эксплуатации имплантата) обеспечивает право на бесплатную замену грудного имплантата на продукт аналогичной модели любого размера. По запросу пациента компания Mentor обязуется осуществлять замену грудных имплантатов, подвергшихся разрыву или спаду вследствие износа, расслоения или нарушения целостности клапана, на протяжении всей жизни пациента.

Наличие паспорта-инструкции в каждой коробке с имплантатами «Ментор» было подтверждено в судебном заседании представителями ООО «Кловермед» и ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе».

Судом установлено, что доставка имплантатов производилась сотрудниками ООО «Кловермед» на адрес ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе».

Как следует из пояснений истца ФИО5, она после консультации с хирургом по его совету 15.07.2014 оплатила через кассу больницы деньги в ООО «Кловермед» на приобретение имплантатов. Коробку с имплантатами и ее содержание она не видела. После операции ей была выдана информационная брошюра, на которой наклеены этикетки с идентификационными номерами изделия (т. 2 л.д. 129-130).

Принимая во внимание, что информация о гарантийном сроке службы товара (имплантатов) содержалась в инструкции к товару, размещенной, в том числе на сайте Росздравнадзора, а также в информационной брошюре, выданной истцу, учитывая, что требований, связанных с некачественностью установленных имплантатов, истец не заявляла, оснований для возложения ответственности на производителя (ООО «ФИО7&ФИО7») за ненадлежащее информирование о товаре, судом не установлено.

Вместе с тем, учитывая, что каждая коробка с грудными имплантатами «Ментор», укомплектованная паспортом-инструкцией, поставляется производителем ООО «ФИО7&ФИО7» дистрибьютору ООО «Кловермед» в закрытой упаковке, который, в свою очередь, не вскрывая упаковку, поставляет ее потребителю, принимая во внимание, что в данном случае приобретенные имплантаты поставлены в адрес ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» в соответствующей комплектации, оснований для удовлетворения исковых требований к ответчику ООО «Кловермед», в связи с не доведением информации о товаре, не имеется.

Обращаясь в суд с настоящим иском к ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», ФИО5 в качестве оснований заявленных требований ссылалась на то обстоятельство, что хирург ФИО6 уверил истца, что качественный имплантат фирмы «Ментор» устанавливается один раз навсегда и имеет пожизненную гарантию, информация о каком-либо сроке службы имплантатов не была доведена до истца, с инструкцией истца не знакомили, в этой связи полагает, что была введена в заблуждение предоставленной информацией об установке имплантатов один раз и пожизненно. Также истец ссылается на сведения, содержащиеся в информационной брошюре фирмы «Ментор», о пожизненной гарантии на грудные имплантаты.

Действительно, из представленного паспорта-инструкции на гелевые грудные имплантаты «Ментор» следует, что в обязанности хирурга входит (и компания Ментор рассчитывает на соблюдение хирургом данного требования) сообщать пациенту обо всех потенциальных рисках и осложнениях, связанных с предложенной хирургической процедурой и имплантатом. Пациент должен быть поставлен в известность, что грудные протезы нельзя рассматривать как пожизненные имплантаты.

Между тем в разделе инструкции «Просвещение пациента на получение информированного согласия» указано, что каждому хирургу следует самостоятельно выбрать наилучший, по его/ее мнению, способ информирования пациента о предстоящей операции.

Истцом не оспаривается, что до проведения операции по эндопротезированию молочных желез хирургом ФИО6 была проведена устная консультация, на которой были подобраны имплантаты (фирма, модель и т.д.), с учетом имевшихся показаний и пожеланий истца.

Доказательств того, что в рамках устной консультации хирург не предоставил всю необходимую информацию о медицинских изделиях (имплантатах), сроках их службы и гарантийных обязательствах производителя, а также рисках, связанных с оперативным вмешательством по эндопротезированию молочных желез, истцом не представлено.

Кроме того, необходимо отметить, что в Российской Федерации необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи (ч. 1 ст. 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии с ч. 7 ст. 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства содержится в медицинской документации гражданина и оформляется в том числе в виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином, одним из родителей или иным законным представителем, медицинским работником.

Нормативное регулирование порядка оказания платных медицинских услуг осуществляется ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ФЗ «О защите прав потребителей», Правилами предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.10.2012 N 1006 (далее Правила).

Положениями статьи 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» установлена обязанность исполнителя услуги предоставлять потребителю информацию, в объеме, позволяющем ему сделать правильный выбор продукта (услуги).

В соответствии со ст. 38 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинскими изделиями являются любые инструменты, аппараты, приборы, оборудование, материалы и прочие изделия, применяемые в медицинских целях отдельно или в сочетании между собой, а также вместе с другими принадлежностями, необходимыми для применения указанных изделий по назначению.

Исходя из данного в законе определения, имплантаты являются медицинскими изделиями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 ФЗ «О защите прав потребителей» исполнитель, предоставивший материал для выполнения работы, отвечает за его ненадлежащее качество по правилам об ответственности продавца за товары ненадлежащего качества.

Своевременное информирование потребителя (пациента) о платной медицинской услуге осуществляется путем получения от пациента информированного добровольного согласия потребителя, данного в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об охране здоровья граждан (п. 28 Правил). Исполнитель предоставляет потребителю (законному представителю потребителя) по его требованию и в доступной для него форме информацию: об используемых при предоставлении платных медицинских услуг лекарственных препаратах и медицинских изделиях, в том числе о сроках их годности (гарантийных сроках), показаниях (противопоказаниях) к применению.

Судом установлено, что при оказании медицинской помощи с пациента ФИО5 врачом ФИО6 в соответствии с положениями ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» было взято информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство, в соответствии с которым истец подтвердила, что ознакомлена с характером предстоящей ей операции; ей разъяснены и она понимает особенности и ход предстоящего оперативного лечения; ей была предоставлена возможность задать вопросы о степени риска и пользе оперативного вмешательства и врач дал понятные ей исчерпывающие ответы (т.1 л.д. 101-102).

Также истцом было подписано информированное согласие пациента на операцию эндопротезирование молочных желез с доступом через ареолу, с дополнениями, разъясняющими ход и порядок оказания медицинской помощи в ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» при выполнении операции эндопротезирования молочных желез, в котором ФИО5 дала согласие на проведение операции по эндопротезированию молочных желез с доступом через ареолу, из которого усматривается, что содержание и результаты операции, возможные опасности и осложнения, а также возможности альтернативных методов лечения ей полностью объяснены врачом, она их полностью поняла (т. 1 л.д. 108).

Таким образом, суд приходит к выводу, о том, что ФИО5 была осведомлена о том, что оперативное вмешательство по коррекции молочных желез путем увеличения их объема посредством установки имплантатов может привести к негативным последствиям для здоровья.

То обстоятельство, что имплантаты были доставлены в адрес больницы, коробка с указанными медицинскими изделиями и инструкцией была распакована в день операции, не свидетельствует о том, что ФИО5 не была ознакомлена с информацией, касающейся гарантийного срока службы имплантата и рисков, связанных с разрывом имплантатов.

Так, истец подтвердила, что ей была вручена информационная брошюра, содержащая сведения об идентификационных номерах установленных имплантатов и гарантии производителя на указанные медицинские изделия.

При ознакомлении в судебном заседании с информационной брошюрой, представленной истцом, представители ответчиков и третье лицо ФИО6 указали, что истцом представлена лишь часть брошюры, содержащей больший объем информации о медицинском изделии, в том числе о том, что компания Mentor не делает никаких заявлений относительно ожидаемого срока службы грудного имплантата и что данные устройства не должны считаться имплантатами для пожизненного использования. Условия гарантии на имплантаты истца предусматривали бесплатную замену старого имплантата, установленного на территории Российской Федерации после 01.01.2014, в случае подтвержденного разрыва на новый имплантат Mentor той же модели любого размера.

Принимая во внимание содержащиеся в информационной брошюре условия ограниченного гарантийного обслуживания в отношении имплантатов Mentor, в том числе, и на той части информационной брошюры, которая была представлена истцом, имевшим возможность ознакомиться с информацией под наклеенными сведениями о спецификации товара, оснований для вывода о введении в заблуждение истца относительно пожизненной гарантии имплантатов, не имеется.

Учитывая, что информированные добровольные согласия на оперативное вмешательство подписаны истцом, доказательств оказания некачественной услуги при заполнении медицинской документации, не доведения в полном объеме необходимой информации об услуге истцом не представлены, оснований полагать, что действиями ответчика ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» нарушены права истца не имеется.

Вопреки доводам представителя истца, действующим законодательством Российской Федерации не предусмотрена отдельная форма информированного согласия по уведомлению пациента о разрыве имплантата и условиях гарантийного обслуживания медицинского изделия. Обязанности по предоставлению дополнительной информации пациенту, в том числе об условиях гарантийной программы, законом не предусмотрено. Требований о предоставлении какой-либо дополнительной информации, в том числе, условиях гарантийной программы, истец, давшая согласие на выбор медицинского изделия по усмотрению врача, не заявляла.

Как установлено судом, ФИО5 добровольно заключила с ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» договор оказания платных медицинских услуг, была проинформирована о сущности методов лечения, ознакомлена с характером и особенностями проведения данной процедуры и выразила добровольное согласие на эндопротезирование молочных желез, подписала информированные согласия от 17.07.2014.

Исследованным по делу доказательствами подтверждается, что перечисленные виды медицинских услуг выполнены своевременно и качественно. Истец получила необходимые консультации, обследования и медицинскую помощь при проведении операции. При ознакомлении и подписании договора истец в доступной форме проинформирована о методах оказания медицинской помощи, связанных с ними рисках, возможных видах медицинского вмешательства, их последствиях и ожидаемых результатах оказания медицинской помощи. Она подписала информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство и просила персонал медицинского учреждения о проведении операции, ей была предоставлена возможность задать вопросы о степени риска и пользе оперативного вмешательства, врач дал понятные и исчерпывающие ответы.

Истец располагала возможностью в любой момент отказаться от исполнения договора, однако она в силу положений ст. 438 ГК РФ своими действиями фактически одобрила предложенный ответчиком договор на оказание медицинских услуг, в связи с чем суд приходит к выводу, что проводимые услуги ответчика были с согласия истца.

Требований, связанных с некачественностью оказанных медицинских услуг и проведенной операции, истец не заявляла.

Представителем истца было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы относительно качества оказания медицинских услуг, которое в последующем было отозвано.

Вместе с тем, суд полагает необходимым отметить, что по смыслу ч. 1. ст. 12 Закона «О защите прав потребителей» истец имела возможность получить информацию относительно услуги в полном объеме, так как к операции готовилась заблаговременно.

Как следует из пояснений истца и подтверждается материалами дела, ФИО5 заранее выбрала медицинское учреждение ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», пожелала воспользоваться услугами хирурга ФИО6, сдавала необходимые медицинские анализы для операции.

При таких обстоятельствах, оснований полагать, что до истца не была доведена необходимая информация для правильного принятия решения по операции, не имеется, поскольку ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» свои обязательства исполнил надлежащим образом, предоставив истцу возможность получить информацию об услуге при заключении договора.

Таким образом, оснований для взыскания с ответчика ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» стоимости товара (грудных имплантатов) в размере 59 800 руб., а также убытков в размере 637 130 руб., не имеется.

Как следует из ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Разрешая заявленные требования о взыскании с ответчика ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» компенсации морального вреда, суд исходит из того, что ответчиком осуществлялось исполнение договора в соответствии с законом и условиями заключенной сделки. Поскольку в удовлетворении основного требования отказано, требования о взыскании с ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» компенсации морального вреда по ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» удовлетворению не подлежат.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенные нормы права, суд приходит к выводу о том, что правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО5 требований к ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», ООО «Кловермед», ООО «ФИО7&ФИО7», не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к Государственному бюджетному учреждению «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», обществу с ограниченной ответственностью «Кловермед», обществу с ограниченной ответственностью «ФИО7&ФИО7» о возмещении убытков – отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский городской суд Ленинградской области.

Судья А.А. Атласова

Мотивированное решение изготовлено 30.01.2026 г.