*** 

Мотивированное 

решение

 составлено 19 августа 2019 года

№ 2-886/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 августа 2019 года г.Березовский

Березовский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Аникиной К.С., при секретаре судебного заседания Шафоростовой Л.С., с участием представителя ответчика ФИО1, старшего помощника прокурора г.Березовского Свердловской области Нурмухаметова Н.Ф., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному учреждению Свердловскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации филиал № 12 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Государственному учреждению Свердловскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации филиал № 12, которым, с учетом уточнения исковых требований (л.д.12), просил взыскать компенсацию морального вреда в сумме 200000 руб. и за причинение физического вреда 250000 руб.

В обоснование иска истец указал, что в 30.03.2011 с истцом произошел несчастный случай на производстве, который привел к травматическому дефекту *** . 11.08.2011 истец прошел освидетельствование медико-социальной экспертизы, выдана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве. 12.08.2011 истец передал программу реабилитации в Фонд социального страхования, филиал № 12, где на вопрос о протезировании травмированной руки и получения санаторно-курортного лечения пояснили, что в этом году протезирования и санаторно-курортного лечения не будет. Вследствие того, что в 2011 году истцу не было проведено реабилитационных, адаптационных, медико-оздоровительных мероприятий, у истца возникла депрессия, нравственные и физические страдания, истец получил моральный и физический вред. Моральный вред заключается в том, что истец 11 месяцев находился дома без протеза, так как с пустым рукавом стеснялся выходить из дома. Физический вред заключается в том, что из-за несвоевременного оказания медико-оздоровительных мероприятий, травмированная рука в локте полностью не разгибается, вверх рука тоже полностью не поднимается. Это зафиксировано в программе реабилитации пострадавшего в 2016 году: незначительная сгибательная контрактура левого локтевого сустава. Указано это и в акте судебно-медицинского обследования № 369 от 30.10.2012. Бездействием ответчика истцу причинен моральный и физический вред, в связи с чем считая свои права нарушенными, истец обратился в суд с иском к ответчику с указанными выше требованиями. 

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания был извещен своевременно и надлежащим образом (л.д.8,60).

Представитель ответчика ФИО1 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, просила в удовлетворении заявленных исковых требований отказать в полном объеме, поддержала доводы отзыва на иск и дополнений к нему (л.д.23-24,85-86), пояснила, что вред здоровью истца в виде незначительной сгибательной контрактуры левого локтевого сустава не находится в причинно-следственной связи с неполучением истцом в 2011 году путевки на санаторно-курортное лечение. В числе реабилитационных мероприятий согласно программе реабилитации истцу было рекомендовано санаторно-курортное лечение на 21 день, на основании данной программы реабилитации истцу выдана путевка на 21 день. Таким образом, рекомендации МСЭ о санаторно-курортном лечении были выполнены страховщиком своевременно, с соблюдением предусмотренной законом процедуры.

Представитель третьего лица Федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области», привлеченного определением Березовского городского суда Свердловской области от 31.05.2019 (л.д.34-35), в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания был извещен своевременно и надлежащим образом, в письменном ходатайстве просил рассмотреть дело в его отсутствие (л.д.58). В письменном отзыве на иск представитель третьего лица разрешение исковых требований оставил на усмотрение суда, по существу указал, что 30.03.2011 ФИО2 получил производственную травму: *** . 11.08.2011 ФИО2 впервые был освидетельствован в бюро № - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» по последствиям производственной травмы от 30.03.2011, по результатам чего ФИО2 была установлена II группа инвалидности по причине трудовое увечье сроком на 1 год и определено 80% утраты профессиональной трудоспособности сроком на 1 год. По результатам освидетельствования ФИО2 была разработана и выдана для дальнейшей ее реализации программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве (далее - ПРП), согласно которой истцу были рекомендованы технические средства реабилитации согласно заключениям ВК МУЗ «Березовская ЦГБ»: протез левой верхней конечности, ремонт протеза, чехлы в количестве 2 шт., перчатки в количестве 1 пара в год; санаторно-курортное лечение и бытовой уход, а также даны рекомендации о противопоказанных и доступных видах труда. С дата по последствиям производственной травмы от дата ФИО2 была установлены III группа инвалидности с причиной «трудовое увечье» и 50% утраты профессиональной трудоспособности с дата бессрочно. ФИО2 была также разработана и выдана для дальнейшей реализации ПРП, согласно которой истцу были рекомендованы технические средства реабилитации, санаторно-курортное лечение и бытовой уход, а также даны рекомендации о противопоказанных и доступных видах труда. Впоследствии ФИО2 ежегодно проходил освидетельствования в Главном бюро с целью разработки и выдачи ПРП, согласно которым ФИО2 также были рекомендованы технические средства реабилитации, санаторно-курортное лечение, а также даны рекомендации о противопоказанных и доступных видах труда (л.д.43).

Суд, с учетом мнения представителя ответчика и прокурора, определил рассмотреть дело при данной явке в порядке ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Заслушав представителя ответчика, старшего помощника прокурора г.Березовского Свердловской области Нурмухаметова Н.Ф., давшего заключение об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, оценив фактические обстоятельства, исследовав представленные суду письменные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.

Как установлено судом в судебном заседании, подтверждается письменными доказательствами в материалах дела, в том числе: личным делом истца (л.д.95-176), объяснениями третьего лица (л.д.43), актом о несчастном случае на производстве № 2 от 08.04.2011 (л.д.28-30,61-64,102-105), программой реабилитации, карта № 309 к акту освидетельствования № 1081 от 11.08.2011 (л.д.3), актом судебно-медицинского обследования (освидетельствования) № 369 от 30.10.2012 (л.д.5,27), 30.03.2011 с истцом ФИО2 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого истец получил производственную травму: зажатие левой руки между автосцепками тепловоза и вагона, травматическое отчленение левого предплечья. 

дата истец ФИО2 впервые был освидетельствован в Федеральном казенном учреждении «Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

адрес>», бюро №, по последствиям производственной травмы от дата. Истцу поставлен диагноз: травматический дефект левого предплечья, левой кисти с размозжением мягких тканей, мышц, сухожилий, костей; сгибательная контрактура левого локтевого сустава, выраженные нарушения функций левой верхней конечности.

По результатам освидетельствования истцу ФИО2 была установлена II группа инвалидности по причине трудовое увечье на срок 1 год и определено 80% утраты профессиональной трудоспособности на срок с 11.08.2011 по 01.09.2012 (л.д.106). 

По результатам освидетельствования ФИО2 была разработана и выдана для дальнейшей ее реализации Программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве (л.д.3,65,113).

20.09.2012 истцу ФИО2 повторно установлена бессрочно вторая группа инвалидности, причина инвалидности: трудовое увечье, степень утраты профессиональной трудоспособности 50% (л.д.6,123). 

Согласно вышеуказанной программе реабилитации истцу ФИО2 определены следующие виды помощи согласно заключению ВК: санаторно-курортное лечение с заболеванием опорно-двигательного аппарата в любое время года с 11.08.2011 по 11.08.2012, протез левой верхней конечности, ремонт протеза, чехлы, перчатки с 11.08.2011 по 11.08.2012.

Поскольку программа реабилитации впервые была оформлена истцу 11.08.2011, следовательно, календарный год для проведения истцу рекомендованных реабилитационных мероприятий надлежит исчислять с 11.08.2011 по 10.08.2012.

Судом установлено, что 26.01.2012 истец ФИО2 обратился к ответчику с заявлением о предоставлении дополнительного вида помощи: протез левой верхней конечности, чехлы, перчатки (л.д.90-91). Оплата данной помощи произведена ответчиком по счету № 32 от 03.02.2012 (л.д.92) на основании приказа от 16.02.2012 (л.д.120).

Судом также установлено, что с заявлением о предоставлении рекомендованного ВК санаторно-курортного лечения истец ФИО2 обратился к ответчику 17.11.2011 (л.д.93). Приказом Государственного учреждения - Свердловского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации, филиал № 12, за № 1017-В от 03.02.2012 (л.д.119) истцу ФИО2 выдана путевка № 000447 в «Тараскуль» центр реабилитации ФСС РФ с заездом с 16.02.2012 на 21 день (л.д.25).

Материалы личного дела истца ФИО2, помимо вышеуказанных заявлений, содержат сведения об обращении истца к ответчику с заявлением о страховых выплатах в связи с несчастным случаем на производстве (л.д.111), иных заявлений от истца к ответчику не поступало.

Как следует из представленных суду третьим лицом материалов дел о проведении медико-социальных экспертиз и имеющихся в них программ реабилитации (л.д.65-82,113,122,132,136,142-143,151,157,163,165,172), истец ФИО2 ежегодно проходил освидетельствования в Федеральном казенном учреждении «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области», согласно которым ФИО2 ежегодно были рекомендованы технические средства реабилитации, санаторно-курортное лечение. Сведения о предоставлении истцу рекомендованных реабилитационных мероприятий содержит личное дело истца (л.д.95-176).

Так, из представленной истцом с иском программы реабилитации от 20.01.2016, карта № 16.3.66/2016 к акту освидетельствования № 71.3.66/2016 от 20.01.2016, следует, что истец нуждается в санаторно-курортном лечении в период с 20.01.2016 по 20.01.2017, а также протезировании и обеспечении приспособлениями, необходимыми для трудовой деятельности и в быту (л.д.4,21).

Исковые требования по настоящему иску истец основывает на том, что поскольку в 2011 году в отношении истца не были проведены реабилитационные, адаптационные, медико-оздоровительные мероприятия, истец испытывал нравственные и физические страдания, истец 11 месяцев находился дома без протеза, а из-за несвоевременного оказания медико-оздоровительных мероприятий *** . 

Разрешая исковые требования, суд исходит из того, что пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

К нематериальным благам закон относит жизнь, здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность, честь и достоинство, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личную и семенную тайну, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона (пункт 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по смыслу пункта 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации под моральным вредом следует понимать физические или нравственные страдания гражданина, имевшие место вследствие действий (бездействия) другого лица, нарушающих (а в отношении неотчуждаемых прав и свобод не только нарушающих, но и посягающих):

- неотчуждаемые права и свободы гражданина (право на жизнь и здоровье, право на личную неприкосновенность, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право на неприкосновенность частной жизни, право на неприкосновенность жилища, право на честь и доброе имя и пр.);

- личные неимущественные права гражданина (право авторства, право на авторское имя, право на неприкосновенность произведения, право давать наименование селекционному достижению и пр.);

- иные права гражданина (данное правило действует только в том случае, если компенсация морального вреда прямо упоминается в соответствующем законодательстве).

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (пункт 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 № 10 разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2). 

Указанные положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, в иных случаях, предусмотренных законом.

Конституцией Российской Федерации гражданину гарантируются различные права и свободы, законодательство призвано регулировать их осуществление, соблюдая баланс между права и интересами личности, общества и государства, а также обеспечивать механизмы защиты принадлежащих гражданину прав, не допуская злоупотреблений. Для защиты каждого конкретного права законом предусмотрены определенные механизмы, которые не могут заменяться другими, хоть и схожими, по желанию граждан.

Проанализировав письменные доказательства в материалах дела, нормы действующего законодательства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания в пользу истца с ответчика компенсации морального вреда, так как каких-либо нарушений прав истца со стороны ответчика в ходе рассмотрения дела не установлено, истец как в 2011 году после освидетельствования и выдачи Программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве, так и в последующие годы, в полном объеме реализовал свое право на получение от фонда социального страхования средств технической реабилитации, все реабилитационные мероприятия в полном объеме были выполнены ответчиком и получены истцом, относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств причинения истцу действиями ответчика физических и нравственных страданий истцом в нарушение положений ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Обеспечение за счет средств федерального бюджета техническими средствами реабилитации, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации инвалида, осуществляется путем предоставления этих средств в натуре или посредством выплаты денежной компенсации, если данные средства не могут быть предоставлены инвалиду либо если инвалид приобрел соответствующее техническое средство реабилитации за собственный счет, то есть механизм реализации указанного права регламентирован.

При этом действующими нормативными правовыми актами не предусмотрено обеспечение инвалидов техническими средствами реабилитации в натуре за прошлый период в случае их непредоставления (предоставления не в полном объеме) инвалиду уполномоченным органом по какой-либо причине.

В такой ситуации право инвалида на обеспечение за счет средств федерального бюджета техническими средствами реабилитации осуществляется путем выплаты инвалиду денежной компенсации за самостоятельно приобретенное техническое средство реабилитации в порядке, установленном приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31.01.2011 № 57н.

В период, когда инвалид уполномоченным органом по каким-либо причинам не был обеспечен (обеспечен не в полном объеме) техническими средствами реабилитации, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации, его право на получение указанных мер социальной поддержки могло быть реализовано путем выплаты уполномоченным органом в порядке, установленном законом, денежной компенсации за самостоятельно приобретенные инвалидом технические средства реабилитации.

Своевременное и в полном объеме предоставление фондом социального страхования истцу реабилитационных мероприятий за счет средств федерального бюджета исключает возможность нарушения личных неимущественных прав истца действиями ответчика.

В нарушение положений ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец не предоставил доказательств, подтверждающих обстоятельства его обращения к ответчику за предоставлением услуг и последующего отказа в их получении.

Не имеется правовых оснований для удовлетворения иска и в связи с доводами истца относительно ухудшения состояния здоровья из-за несвоевременного оказания медико-оздоровительных мероприятий, никаких доказательств этому истцом в нарушение ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих обстоятельства ухудшения физического или психического состояния истца из-за несвоевременного оказания медико-оздоровительных мероприятий и причинно-следственной связи между ними, бремя доказывания которой законом также возложено на истца.

Более того, согласно п.3 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.2007 № 522, вред, причиненный здоровью человека, определяется в зависимости от степени его тяжести (тяжкий вред, средней тяжести вред и легкий вред) на основании квалифицирующих признаков, предусмотренных пунктом 4 настоящих Правил, и в соответствии с медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждаемыми Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации.

Пунктом 24 заключительных положений Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровья человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н, ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

Таким образом, указываемые истцом в основание иска обстоятельства вообще не могут быть основанием для определения степени тяжести вреда здоровью, поскольку установлению подлежит лишь прямая причинно-следственная связь между действиями, к примеру, медицинских работников и наступившими последствиями, чего по настоящему делу не имеет места быть.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2

Согласно ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решением по заявленным истцом исковым требованиям. Иных исковых требований в рамках настоящего гражданского дела истцом не заявлено.

Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, обе стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст.12,35,56,57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к Государственному учреждению Свердловскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации филиал № 12 о взыскании компенсации морального вреда - оставить без удовлетворения.

Стороны и другие лица, участвующие в деле, вправе подать на решение апелляционную жалобу в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Березовский городской суд Свердловской области.

Председательствующий судья: п/п К.С. Аникина

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

***