Дело № 2-612/2020

УИД№ 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ 

Белогорский городской суд 

<

адрес> в составе: 

судьи Каспирович М.В., 

при секретаре Лобановой Н.Е.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика администрации МО Пригородного сельсовета 

<

адрес> ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетней В. к Администрации МО Пригородного сельсовета 

<

адрес>, ФИО3 о признании договора о безвозмездной передаче жилья в собственность недействительным в части, включении несовершеннолетнюю в число участников договора передачи квартиры в собственность,

установил:

ФИО1 действующая в интересах несовершеннолетней В. обратилась с данным иском в суд, просит суд признать договор за № на передачу квартиры (дома) в собственность граждан заключенный ДД.ММ.ГГГГ между Администрацией муниципального образования Пригородный сельсовет и ФИО3 в части невключения несовершеннолетней В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес> недействительным; признать недействительным зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право собственности за ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ за №; включить несовершеннолетнюю В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженку 

<

адрес>, в договор № на передачу квартиры (дома) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, указав, что квартира общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., по адресу: 

<

адрес> передается в общую долевую собственность ФИО3 и В.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ответчиками был заключен договор передачи в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> собственность ФИО3 На момент приватизации на спорной площади в квартире была зарегистрирована несовершеннолетняя В. Истец считает, что договор о безвозмездной передаче жилья в собственность является недействительным, так как её дочь имела право пользования спорной квартирой на момент её приватизации, однако, участия в ней не приняла. Более того, не было получено согласия на отказ от приватизации несовершеннолетней ее законными представителем у органов опеки и попечительства.

В судебном заседании истица ФИО1 на исковых требованиях настаивала, суду пояснила, что ранее она состояла в браке с ФИО3 С ДД.ММ.ГГГГ. ответчик ФИО3 являлся нанимателем квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, она и несовершеннолетний ребёнок В. были вселены в спорное жилое помещение как члены семьи. Также с ДД.ММ.ГГГГ г. ее семья проживала по адресу: 

<

адрес>, данное жилое помещение принадлежало ей на праве собственности. Просила суд удовлетворить исковые требования в полном объёме.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 поддержала заявленные требования, на их удовлетворении настаивала.

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования не признал, суду пояснил, что жилое помещение по адресу: 

<

адрес> было предоставлено его матери. Впоследствии с ним был заключен договор социального найма на данную квартиру, в качестве членов семьи вселена ФИО1 и его дочь ФИО3 В ДД.ММ.ГГГГ г. была приобретена 

<

адрес>, где они стали проживать, а 

<

адрес> использовали в качестве дачи. На момент заключения договора приватизации дочь не проживала и не была зарегистрирована в спорной квартире и, следовательно, не имела права на участие в приватизации. Просит суд в иске отказать.

В судебном заседании представитель ответчика администрации МО Пригородного сельсовета 

<

адрес> ФИО4 исковые требования не признал, суду пояснил, что договор на передачу квартир (домов) в собственность граждан между Администрацией МО Пригородным сельсоветом и ФИО3, проживающим в 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ был заключен в соответствии со всеми требованиями законодательства, действующего на момент его заключения. Действительно ранее в спорное жилое помещение в качестве членов семьи были вселены ФИО5 (жена) и ФИО6 (дочь), в связи с чем были внесены изменения в договор социального найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ №. В связи с тем, что ФИО5 (жена) и ФИО6 (дочь) были сняты с регистрационного учета, был выдан ФИО3 договор социального найма от ДД.ММ.ГГГГ № с изменениями по составу лиц, обладающих правом пользования спорной квартирой. Просит суд в иске отказать.

Иные лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в связи с чем суд полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие в соответственные со ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав объяснения лиц участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, проанализировав нормы права, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между Администрацией муниципального образования Пригородный сельсовет, в лице главы муниципального образования Пригородный сельсовет – ФИО4, действующего на основании устава и прав по должности и ФИО3 был заключен договор на передачу квартир (домов) в собственность граждан, в соответствии с которым ФИО3 в собственность передана квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>.

При заключении указанного договора приватизации был представлен договор социального найма № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому нанимателем квартиры №, расположенной по адресу: 

<

адрес> значится ФИО3 В списке постоянно проживающих совместно с нанимателем членов его семьи никто не значится.

Из справки от ДД.ММ.ГГГГ Администрации Пригородного сельсовета 

<

адрес> следует, что на момент приватизации, 

<

адрес>, в квартире проживает ФИО3

Истец, обращаясь в суд, указывает на недействительность договора от ДД.ММ.ГГГГ между Администрацией муниципального образования Пригородный сельсовет, в лице главы муниципального образования Пригородный сельсовет – ФИО4, действующего на основании устава и прав по должности и ФИО3, считая, что при его заключении были нарушены права её несовершеннолетней дочери В., которая имела право на приобретение в собственность квартиры №, расположенной по адресу: 

<

адрес>. При заключении договора не было получено согласие органов опеки и попечительства на отказ от имени несовершеннолетней от приватизации жилого помещения.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

На основании ст. 2 Закона РФ от 04.07.1991 N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» в редакции от 16.10.2012 года, действующей на момент заключения договора приватизации, граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Передача жилых помещений в собственность граждан осуществляется уполномоченными собственниками указанных жилых помещений органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также государственными или муниципальными унитарными предприятиями, за которыми закреплен жилищный фонд на праве хозяйственного ведения, государственными или муниципальными учреждениями, казенными предприятиями, в оперативное управление которых передан жилищный фонд (ст. 6 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»).

В соответствии со ст. 7 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда РФ» в договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением.

Из содержания указанных норм следует, что приватизация занимаемых жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде осуществляется на добровольной основе, и наличие согласия всех лиц, в том числе несовершеннолетних, от имени которых, действуют их законные представители, проживающих в жилом помещении, является обязательным условием для заключения договора приватизации.

При этом, передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством (пункт 1 ст. 7 Закона "О приватизации жилищного фонда в РФ").

Поскольку несовершеннолетние лица, проживающие совместно с нанимателем и являющиеся членами его семьи либо бывшими членами семьи, согласно статье 69 Жилищного кодекса Российской Федерации имеют равные права, вытекающие из договора найма, они в случае бесплатной приватизации занимаемого помещения наравне с совершеннолетними пользователями вправе стать участниками общей собственности на это помещение.

В соответствии с ч. 2 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» при рассмотрении дел, связанных с признанием права пользования жилым помещением, необходимо учитывать, что данные, свидетельствующие о наличии или отсутствии регистрации, являются лишь одним из доказательств того, состоялось ли между нанимателем (собственником) жилого помещения, членами его семьи соглашение о вселении лица в занимаемое ими жилое помещение и на каких условиях.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», данные, свидетельствующие о наличии или отсутствии прописки (регистрации), являются одним из доказательств того, состоялось ли между нанимателем (собственником) жилого помещения, членами его семьи соглашение о вселении лица в занимаемое ими жилое помещение и на каких условиях.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 2 февраля 1998 г. N 4-П указал на то, что сам по себе факт регистрации или отсутствие таковой не порождает для гражданина каких-либо прав и обязанностей и согласно части второй ст. 3 Закона Российской Федерации «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и законодательными актами субъектов Российской Федерации.

При этом, как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», судам необходимо иметь в виду, что регистрация лица по месту жительства не является определяющим обстоятельством для решения вопроса о признании его членом семьи собственника жилого помещения, так как согласно статье 3 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» регистрация или отсутствие таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации. Наличие или отсутствие у лица регистрации в жилом помещении является лишь одним из доказательств по делу, которое подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами.

Установлено, что В., ДД.ММ.ГГГГ на дату оформления договора передачи квартиры в собственность являлась несовершеннолетней, её законными представителями являлись родители – ФИО1, ФИО3 

В соответствии с пунктом 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Пунктом 2 ст. 31 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вопросы материнства, отцовства, воспитания, образования детей и другие вопросы жизни семьи решаются супругами совместно исходя из принципа равенства супругов.

По смыслу указанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, могущего возникнуть независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение.

Согласно справке, выданной Администрацией Пригородного сельсовета от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в квартире №, расположенной по адресу: 

<

адрес> зарегистрированы: ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из справки выданной Администрацией Пригородного сельсовета от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения проживает и зарегистрирована с ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес> и совместно с ней зарегистрирована В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно сообщению МО МВД России «Белогорский» следует, что В., ДД.ММ.ГГГГ рождения была зарегистрирована по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была зарегистрирована по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время зарегистрирована по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. 

При указанных обстоятельствах дела, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», с учетом положения о цели регистрационного учета граждан по месту жительства, содержащиеся в ст. 3 Закона РФ «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» от 25.06.1993 г. № 5242-1, суд приходит к выводу, что в данном случае регистрация несовершеннолетней В. совместно с матерью в 

<

адрес> должна рассматриваться как свидетельство осуществления родителями выбора места жительства ребенка, а также как подтверждение факта её вселения туда и наделения правом пользования жилым помещением.

Доказательств о наличии каких-либо соглашений о сохранении права на проживание в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> несовершеннолетней В. после выезда и снятии с регистрации не представлено.

Объективные, бесспорные, достоверные доказательства в подтверждение того, что спорное жилое помещение на момент приватизации ДД.ММ.ГГГГ являлось постоянным местом жительства несовершеннолетней В., стороной истца не представлено.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что несовершеннолетняя В. не подлежала включению в число участников приватизации спорной квартиры на основании положений Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», а потому она не может претендовать на передачу спорного жилого помещения в собственность в порядке приватизации.

К показаниям свидетелей З., Б. суд относится критически, поскольку данные свидетели об обстоятельствах оспариваемой сделки, а также об определении места жительства несовершеннолетней знают только со слов истца.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора № на передачу квартиры (дома) в собственность граждан заключенный ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Не подлежат удовлетворению требования истца о включении несовершеннолетнюю В. в договор № на передачу квартиры (дома) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, о применении последствий недействительности сделки, признании недействительной записи в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, так как эти требования производны от основного, в удовлетворении которого судом отказано.

С учетом вышеизложенного, в удовлетворении исковых требований следует отказать в полном объёме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетней В. к Администрации МО Пригородного сельсовета 

<

адрес>, ФИО3 о признании договора о безвозмездной передаче жилья в собственность недействительным в части, включении несовершеннолетнюю в число участников договора передачи квартиры в собственность, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Белогорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья М.В. Каспирович 

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.