Судья Кавешников А.А. Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 20 октября 2025 года

Воронежский областной суд в составе:

председательствующего судьи Леденевой С.П.,

при секретарях судебного заседания Павловой Е.С., Рунковой А.А., Сморчковой А.С., Могуновой М.В.,

с участием прокурора отдела областной прокуратуры Асадовой Т.И., 

осужденного ФИО1, 

его защитника - адвоката Трегубовой Л.Б.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1, его защитника Панарина Ю.В., дополнительные апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Трегубовой Л.Б. на приговор Советского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 3 (трем) годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 (два) года.

Срок наказания исчислен со дня прибытия осужденного в колонию-поселение с зачетом в срок отбывания наказания времени следования осужденного к месту отбывания наказания.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 удовлетворен частично, в её пользу с ФИО1 в счет компенсации морального вреда взыскан 1000000 рублей.

В приговоре разрешены вопросы о мере процессуального принуждения и о вещественных доказательствах.

Апелляционным постановлением Воронежского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор изменен:

признано в качестве смягчающих наказание обстоятельств в соответствии с п.п. «и», «к» ч.1 ст.61 УК РФ явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, иные действия, направленные на заглаживание причиненного преступлением вреда;

признано в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ нарушение правил дорожного движения пешеходом ФИО11;

применены в отношении ФИО1 положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, смягчено назначенное ему наказание до 2 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии поселении.

Постановлением Первого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворено кассационное представление заместителя прокурора 

<

адрес> ФИО8 Апелляционное постановление Воронежского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд иным составом.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и его защитника Панарина Ю.В., существо дополнительных апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и его защитника Трегубовой Л.Б., заслушав осужденного ФИО1, адвоката Трегубову Л.Б., просивших приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство, мнение прокурора Асадовой Т.И., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, полагавшей, что приговор подлежит изменению, суд апелляционной инстанции

установил:

по приговору Советского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека. 

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. Уголовное дело рассмотрено в общем порядке.

В суде первой инстанции подсудимый ФИО1 вину признал частично, не отрицал самого факта дорожно-транспортного происшествия, в ходе которого совершил наезд на пешехода ФИО10, однако указывал, что в момент проезда пешеходного перехода, на переходе никого из пешеходов не было и для пешеходов горел запрещающий сигнал светофора. Не завершая до конца манёвр поворота, он услышал звон, доносящийся из задних колёс прицепа, понял, что наехал на препятствие, поэтому остановился.

В апелляционной жалобе адвокат Панарин Ю.В. в защиту осужденного ФИО1 просит приговор отменить и смягчить срок наказания, назначив не связанное с лишением свободы наказание. Ссылаясь на положения уголовно-процессуального закона, на положения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», на установленные по уголовному делу смягчающие наказание обстоятельства, защитник обращает внимание на несоблюдение судом первой инстанции предписаний закона, что влечёт за собой изменение приговора и снижение срока основного наказания. Заявляет о несправедливости назначенного ФИО1 наказания, полагая о его чрезмерной суровости. Указывает, что судом не были проверены обстоятельства, связанные с несоблюдением пешеходом правил дорожного движения, которые могут учтены как смягчающие наказание обстоятельства. Ссылаясь на показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №6, заключение проведенной по делу экспертизы, установивших нарушения ПДД РФ со стороны пешехода ФИО11, которая переходила дорогу на красный сигнал светофора, считает, что по делу должно было быть установлено противоправное поведение потерпевшей, как смягчающее наказание обстоятельство. Одновременно с этим, давая оценку проведенным по делу исследованиям трупа потерпевшей, заявляет, что погибшая ФИО11 в момент происшествия находилась в состоянии алкогольного опьянения. Давая собственную оценку исследованным в судебном заседании доказательствам, ставит под сомнение выводы суда, которыми дана критическая оценка показаниям свидетелей Свидетель №1 O.Ю. и Свидетель №6 в части механизма дорожно-транспортного происшествия. Заявляет о противоречивости заключения экспертов, а так же ставит под сомнение видеозапись с места ДТП. Полагает, что по делу усматриваются сомнения в виновности ФИО1, поскольку осужденный заявил, что пешехода не видел и данные утверждения не опровергнуты. Считает, что у ФИО1 отсутствовала реальная возможность предотвратить ДТП, так как по делу не установлен момент возникновения опасности у водителя. Считает, что по уголовному делу не установлен механизм ДТП, не установлено совершил ли наезд на пешехода водитель ФИО1 или пешеход сама нашла на движущийся автомобиль, в связи с чем, усматривает основания для назначения и проведения экспертизы, которая по делу не проводилась, а ходатайства об этом необоснованно отклонялись. Полагает, что излагая в приговоре обстоятельства ДТП, суд первой инстанции вышел за пределы предъявленного обвинения, нарушив положения ст. 252 УПК РФ и ухудшив положение осужденного. Просит приговор изменить, снизить размер наказания, назначив ФИО1 наказание, не связанное с лишением свободы.

Осужденный ФИО1 просит обжалуемый приговор отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. Обращает внимание, что он признает себя виновным в том, что стал участником ДТП, но механизм совершения ДТП до настоящего времени не выяснен. Ссылаясь на заключение эксперта, заявляет, что по делу не представилось возможным выяснить кто первым начал движение в районе пешеходного перехода по 

<

адрес> – он, как водитель, или пешеход ФИО12 Им и его защитником заявлялось ходатайство о назначении по делу экспертизы с целью установления механизма возникновения ДТП, однако в удовлетворении данного ходатайства было отказано. Полагает, что доказательствам судом была дана неверная оценка, поскольку пешеход ФИО12 переходила дорогу на запрещающий сигнал светофора. Оспаривает показания свидетеля Свидетель №4 о месте нахождения пешехода ФИО12 в момент ДТП, заявляя о том, что Свидетель №4 в суд не явился, в связи с чем он и его защитник были лишены возможности задать ему вопросы. Заявляет о следах монтажа видеозаписи, обращая внимание, что 8 секунд хронометража (по сравнению с первоначальной записью) отсутствуют.

В дополнительной апелляционной жалобе осужденный ФИО1 полагает, что при рассмотрении уголовного дела были существенно нарушены нормы уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Считает, что состав инкриминируемого ему преступления ни следствием, ни судом не доказан. Обвинение сфальсифицировано следствием на основе подложного доказательства – видеозаписи ДТП, имеющей признаки монтажа, которая была положена в основу назначенной следствием экспертизы. Обвинительный приговор также основан на подложном доказательстве – видео ДТП, имеющего признаки монтажа, на заключениях экспертизы, проведенной по представленной следствием видеозаписи, а также на предположениях. Судебное следствие было проведено необъективно, исключительно с обвинительным уклоном. Суд не исследовал представленные им доводы и отказал в назначении экспертизы видеозаписи, в связи с чем, он был вынужден самостоятельно защищаться от незаконного обвинения, обратившись в Экспертное учреждение для производства экспертизы видео, а затем в Следственный Комитет РФ (в порядке ст.141 УПК РФ) с заявлением о фальсификации доказательств следствием. Считает, что судом допущены нарушения прав обвиняемого на защиту, а также принципы состязательности и равноправия сторон, что выразилось в отказе стороне защиты в допросе свидетелей, истребовании дополнительных доказательств и приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, исключающих вину подсудимого. Указывает, что в основу приговора положены недопустимые доказательства (ст. 75 УПК РФ): видеозапись ДТП, имеющая признаки монтажа (фальсификации), которая появилась в материалах дела неустановленным образом; заключение экспертизы, основанное на сфальсифицированном видео; показания свидетелей, не являвшихся очевидцами ДТП, которые прямо противоречат показаниям свидетелей защиты, являвшихся очевидцами ДТП; протокол осмотра (повторный) места ДТП, составленный с нарушениями требований УПК РФ. Полагает, что суд в нарушении ст.14 УПК РФ освободил сторону обвинения от бремени доказывания состава преступления в действиях ФИО1 и проигнорировал имеющиеся сомнения в его виновности. Судом первой инстанции необоснованно не были исследованы и проверены имеющиеся в материалах уголовного дела сведения о том, что пострадавшая ФИО11 в момент ДТП находилась в состоянии алкогольного опьянения. Утверждает, что в возникшей ситуации, управляя автомобилем с соблюдением Правил дорожного движения, не был обязан исходить из возможности грубого нарушения этих правил пешеходами, если он не должен был и не мог предвидеть такое нарушение. Акцентирует внимание на неоказании поступившей с черепно-мозговой травмой потерпевшей ФИО11 своевременной и надлежащей медицинской помощи, что, по мнению автора жалобы, повлекло ее смерть. Кроме того, ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства не был установлен механизм дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ в районе 

<

адрес> с участием автомобиля под его управлением.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Трегубова Л.Б. выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями, считает их вынесенными с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального права, просит приговор отменить, передать данное уголовное дело на новое судебное рассмотрение в суд, постановивший приговор, в ином составе, ссылаясь на то, что в материалах уголовного дела имеется совокупность доказательств, подтверждающих отсутствие состава инкриминируемого ФИО1 преступления и, как следствие, – его невиновность. Указывает, что доводы стороны защиты об отсутствии доказательств виновности подсудимого не были должным образом проверены, поскольку суд первой инстанции неправомерно отклонил ходатайства и вопросы, поставленные защитой, и отказался исследовать доказательства невиновности осужденного, проигнорировав очевидные противоречия между доказательствами, положенными в основу приговора, и фактическими обстоятельствами. Акцентирует внимание суда на то, что обвинение основано на недопустимых, непроверенных доказательствах и предположениях, в том числе видеозаписи, полученной следователем у неустановленного лица, неустановленным способом, с неустановленного носителя и приобщенной к материалам уголовного дела в нарушение требований УПК РФ; протоколе осмотра места происшествия, противоречащего схеме ДТП; экспертном заключении ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» №, № от ДД.ММ.ГГГГ, основанном только на вышеуказанной видеозаписи ДТП; показаниях потерпевшей Потерпевший №1, которая ничего сообщить не могла, поскольку не была очевидцем ДТП; показаниями свидетелей ФИО13 и Свидетель №3, которые также не являлись очевидцами ДТП, отказавшихся от явки в Советский районный суд 

<

адрес>, показания которых напрямую противоречат показаниям реальных очевидцев ДТП Свидетель №6 и Свидетель №1 Отмечает, что эксперт в ходе судебного заседания изменил свою позицию относительно данного им заключения, давал противоречивые показания. Указывает, что несмотря на заявленные подсудимым ФИО1 ходатайства о назначении экспертизы видеозаписи, послужившей единственным основанием для производства автотехнической экспертизы, суд, в нарушение ст.294 УПК РФ, незаконно отказался проверять сообщенные подсудимым сведения и выяснять таким образом существенные нарушения при назначении вышеуказанной экспертизы.

Проверив поступившие на апелляционное рассмотрение материалы дела, исследовав доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что оснований для отмены приговора, не имеется.

Несмотря на отношение ФИО1 к предъявленному обвинению, выводы суда о доказанности его вины в нарушении Правил дорожного движения при управлении автомобилем, что повлекло по неосторожности причинение смерти потерпевшей ФИО11, являются правильными и в приговоре судом мотивированы.

Эти выводы соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждены совокупностью допустимых доказательств, которые получены в установленном законом порядке, всесторонне и полно исследованы в судебном заседании и приведены в обвинительном приговоре.

Доводы стороны защиты судом первой инстанции проверены и обоснованно отклонены, как необоснованные.

Суд первой инстанции обоснованно отнёсся критически к показаниям подсудимого ФИО1 о том, что перед осуществлением им маневра поворота на пешеходном переходе никого не было, о том, что для пешеходов горел запрещающий сигнал светофора, а также о том, что наезд на ФИО10 допущен не передней частью управляемого им автомобиля, поскольку его показания в данной части опровергаются приведенными в приговоре доказательствами. Показания подсудимого суд расценил, как избранную им тактику защиты, направленную ввести суд в заблуждение с целью уменьшения степени своей вины в содеянном и в целом избежать уголовной ответственности.

В обоснование вывода о виновности ФИО1 суд правильно сослался в приговоре на показания потерпевшей Потерпевший №1, показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №6, Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №5, Свидетель №3, об известных им обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия; данные, содержащиеся в схеме ДТП, протоколах осмотра места происшествия, которыми установлен факт наезда автомобилем 

<

данные изъяты> с регистрационным знаком № на пешехода ФИО10, осмотра транспортного средства; заключение судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ о характере, локализации, механизме образования и тяжести телесных повреждений, имевшихся у ФИО11, находящихся в прямой причинной связи с ее смертью; видеозапись, на которой зафиксирован момент ДТП; заключение комплексной автотехнической и видеотехнической судебной экспертизы №, № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой, исходя из представленной на исследование видеозаписи, а также режима светофорных объектов, для водителя № ФИО1 в момент наезда и для пешехода ФИО11 горел зеленый сигнал светофора; в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля № с технической точки зрения располагал возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО10 путем выполнения требований п. 1.3 (применительно к сигналам светофора, знакам и разметки, обозначающим пешеходный переход), 1.5 абз. 1, 10.1 абз. 1 и 13.1 ПДД, содержание и анализ которых подробно приведены в приговоре.

Всем исследованным доказательствам в соответствии со ст. 88 УПК РФ в приговоре дана надлежащая оценка, не согласиться с которой оснований не имеется, при этом суд привел мотивы, по которым признал достоверными и допустимыми положенные в основу приговора доказательства, а также указал мотивы, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.

При этом суд, вопреки доводам апелляционных жалоб, тщательно проверил как показания осужденного, так и показания свидетелей, в том числе Свидетель №1, Свидетель №6 и, оценив их в совокупности с другими доказательствами по делу, в части, не противоречащий им, положил в основу приговора.

Суд апелляционной инстанции согласен с оценкой доказательств судом первой инстанции и оснований для их иной оценки не усматривает.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на квалификацию его действий, вопреки доводам апелляционных жалоб, по делу отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, связаны с позицией осужденного ФИО1 о его невиновности, по существу являются аналогичными тем же суждениям, которые приведены осужденным и стороной защиты в ходе судебного разбирательства. Они были предметом тщательного исследования в суде первой инстанции, им дана надлежащая оценка, как несостоятельным. С оценкой этих доводов полностью соглашается суд апелляционной инстанции.

Оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания недопустимыми положенных в основу приговора доказательств не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, оглашение показаний свидетеля Свидетель №4 осуществлялось в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона (ч.1 ст. 281 УПК РФ), с согласия всех участников процесса (т. 2 л. д. 211).

До оглашения показаний в отношении названного свидетеля судом выносилось постановление о его приводе. Сведения о невозможности осуществления привода свидетеля Свидетель №4 в деле имеются.

Судом первой инстанции правильно оценены проведенные по делу экспертизы, как логичные, последовательные, научно обоснованные, соответствующие требованиям ст. ст. 195, 199 УПК РФ. Экспертизы проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных заключений. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, их выводы надлежащим образом мотивированы. Заключения экспертов исследовались в судебном заседании с участием сторон, оценка им дана судом в совокупности с иными доказательствами, полученными в ходе расследования настоящего уголовного дела.

Предусмотренных ст. 207 УПК РФ оснований для назначения дополнительных или повторных экспертиз у суда первой инстанции не имелось. Соответственно судом первой инстанции обоснованно отказано в ходатайстве стороны защиты в назначении дополнительной комплексной судебно-медицинской автотехнической и видеотехнической судебной экспертизы. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции, поскольку из исследованных судом доказательств видно, что по делу установлены все имеющие значение для выводов суда обстоятельства.

Вопреки доводам адвоката ФИО9, незначительные расхождения во времени наступления смерти погибшей ФИО11 в медицинских документах и справке о смерти не имеют какого-либо правового значения для квалификации действий ФИО1 и для установления его вины в совершении преступления.

Все следственные действия по делу произведены в соответствии с требованиями действующего законодательства, процессуальные документы оформлены надлежащим образом, в связи с чем судом первой инстанции обоснованно доказательства признаны допустимыми. 

Судом проверены и признаны соответствующими, хронология и порядок производства доследственных и следственных действий. 

Не вызывает сомнений в законности действий должностных лиц, при осуществлении ими должностных полномочий в рамках расследования данного уголовного дела, в их объективности и беспристрастности, в фактическом соответствие выполненных ими действий со сведениями, содержащимися в составленных ими документах.

Утверждения стороны защиты с предоставлением суду апелляционной заключения специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, о том, что на видеограмме, представленной на исследование, имеются признаки межкадрового и внутрикадрового монтажа, не могут поставить под сомнение законность изъятия видеозаписи и, как следствие, проведенной на её основе экспертизы, так как заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ проведено лицом, не предупрежденным об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение и проведение экспертизы по копии видеозаписи, которую суд специалисту не предоставлял, вызывает значительные сомнения в допустимости такого доказательства и возможности его учёта при разрешении данного уголовного дела. 

Напротив, при просмотре в судебном заседании видеозаписи момента ДТП, судом обоснованно установлено, что пешеход ФИО11 первая вышла на пешеходный переход, расположенный на вышеуказанной проезжей части, то есть до того, как водитель ФИО1, осуществляя маневр поворота, подъехал к данному пешеходному переходу, где допустил на нее наезд. 

Судом первой инстанции проверялась версия о том, что в кадре на видеозаписи момента ДТП перед автомобилем МАЗ на пешеходном переходе находилась не ФИО11, а иное лицо, однако, не нашла своего объективного подтверждения в ходе судебного следствия, потому как никаких других пешеходов непосредственно на месте ДТП, кроме ФИО11 не было.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, ФИО11 в момент происшествия не находилась в состоянии алкогольного опьянения. Данные утверждения проверялись судом первой инстанции и они верно признаны необоснованными, поскольку опровергаются актом судебно-медицинского исследования трупа ФИО11, согласно которому в ее крови этилового спирта не обнаружено (т.1 л.д. 137).

Суд первой инстанции в приговоре обоснованно признал несостоятельными доводы о неполноте расследования уголовного дела, о нарушении законных прав ФИО1, о фальсификации доказательств, о наличии противоречий в выводах экспертов, о заинтересованности органа следствия в исходе дела, поскольку судом первой инстанции установлено, что уголовное дело возбуждено компетентным должностным лицом, в рамках своих полномочий, при наличии к тому повода и оснований, все доказательства по делу получены с соблюдением уголовного и уголовно - процессуального законодательства, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях выполнены с участием понятых и объективно фиксируют фактические данные, изобличающие ФИО1 в совершении указанного преступления. 

Утверждения стороны защиты о незаконности получения видеозаписи проверялись и признаны необоснованными. При этом сторона защиты не заявляла, что видеозапись содержит не то время ДТП и совершена не в том месте. Осужденный ФИО1 при этом не заявлял, что на видеозаписи не его автомобиль. Видеозапись получена по запросу следственного органа (т.1 л.д. 233) в ходе процессуальной проверки. Тот факт, что по делу отсутствует сопроводительный документ, которым передана данная запись для приобщения к материалу проверки, не ставит под сомнение законность её получения, поскольку существенным нарушением не является.

Все права подсудимого ФИО1, в том числе его право на защиту при производстве по уголовному делу в отношении него реально обеспечивались и неукоснительно соблюдались, что подтверждается надлежаще оформленными процессуальными документами, отражающими порядок произведенных, в том числе с его участием следственных и процессуальных действий.

Нарушений уголовно-процессуального закона и материальных норм, которые могли бы повлиять на объективность выводов суда о доказанности виновности ФИО1 в совершении преступления, а также на правильность правовой квалификации его действий, допущено не было.

Утверждение защитника ФИО9 о наличии у нее сомнений наличия причинной связи между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти ФИО11, не могут быть признаны обоснованными, поскольку суд первой инстанции совершенно обоснованно указал, что аварийная обстановка была создана именно действиями водителя ФИО1 и нарушение им п.п. 1.3, 1.5, 13.1, 14.3 Правил дорожного движения Российской Федерации состоит в прямой причинно-следственной связи с имевшим место дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями, то есть его вина в совершении данного преступления бесспорно установлена совокупностью исследованных судом доказательств, в связи с чем имеющиеся по делу доказательства, подтверждающие обстоятельства совершенного подсудимым преступления, достаточны для вынесения в отношении ФИО1 обвинительного приговора. 

Нарушение ФИО1 указанных пунктов Правил дорожного движения РФ и наступившие в результате этих нарушений последствия в виде причинения смерти потерпевшей ФИО11 находятся в прямой причинно-следственной связи.

Соответственно юридическая квалификация действий осужденного ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, соответствует содержащемуся в приговоре описанию преступного деяния, является правильной, в ее обоснование судом приведены убедительные мотивы.

Оснований для отмены приговора по доводам апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не находит.

Предварительное расследование и судебное разбирательство по делу проведены с достаточной полнотой. Обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ, установлены в необходимом для принятия законного и обоснованного решения объеме.

Уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности. Все ходатайства, заявленные сторонами, были разрешены в установленном законом порядке, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения. При этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе процессуальных прав осужденного, допущено не было, в связи с чем оснований сомневаться в объективности и беспристрастности суда не имеется.

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов в период предварительного и судебного следствия допущено не было. По результатам проверки обращения ФИО1 о нарушении уголовно-процессуального законодательства при расследовании уголовного дела и по другим вопросам прокуратурой района оснований для принятия мер прокурорского реагирования не установлено.

Обвинительный приговор в отношении ФИО1 соответствует требованиям ст.ст. 303-304, 307-308 УПК РФ.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями статей 6 и 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, которое является неосторожным, отнесено к категории средней тяжести, данных о личности осужденного, наличия обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, а так же влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Так, при оценке данных о личности осужденного ФИО1 суд принял во внимание, что он ранее не судим, на учете у психиатра и нарколога не состоит, характеризуется положительно.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учел в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ - наличие малолетних детей, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ частичное признание вины в совершении преступления, частичное возмещение морального вреда потерпевшей. 

Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих (ч. 1 ст. 61 УК РФ), но неучтенных судом на момент вынесения приговора, равно как и формального подхода суда к оценке перечисленных в приговоре обстоятельств, судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд также принял во внимание отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание. 

Мотивируя вид и размер наказания, суд пришел к выводу о необходимости назначения осужденному основного наказания в виде лишения свободы с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, и не нашел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, 73 УК РФ, то есть изменения категории преступления на менее тяжкую, назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено законом, или применения условного осуждения. Указанные выводы суд надлежащим образом мотивировал в приговоре.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению, по следующим основаниям.

После провозглашения приговора, до вступления его в законную силу, осужденный добровольно возместил потерпевшей Потерпевший №1 моральный вред, причиненный преступлением, о чем в суд апелляционной инстанции представлена расписка о получении Потерпевший №1 от ФИО1 денежных средств в качестве компенсации морального вреда причиненного преступлением, при этом потерпевшая указала, что вред ей возмещен в полном объеме и каких-либо претензий материального или морального характера к осужденному она не имеет.

Стороной защиты в суд апелляционной инстанции представлена также справка из 

<

адрес> отделения судебных приставов 

<

адрес> об окончании ДД.ММ.ГГГГ исполнительного производства в отношении должника ФИО1 в соответствии с п.1 ч.1 ст. 47 ФЗ «Об исполнительном производстве».

Добровольное возмещение потерпевшему вреда, причиненного преступлением, в соответствии с п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ подлежит учету в качестве смягчающего наказания, так как прямо предусмотрено уголовным законом.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, считает возможным, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, мнение потерпевшей, просившей строго ФИО1 не наказывать. 

При таких обстоятельствах приговор подлежит изменению, а размер назначенного осужденному основного наказания – смягчению, в том числе с учетом положений ч.1 ст. 62 УК РФ.

При этом для обеспечения достижения целей уголовного наказания суд не усматривает оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, а также ввиду отсутствия исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, отсутствием обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд не усматривает оснований для применения положений, предусмотренных ст. 64 УК РФ. 

В тоже время, принимая во внимание, что ФИО1 совершил неосторожное преступление, относящееся к категории средней тяжести, ранее не судим, учитывая наличие по делу смягчающих наказание обстоятельств, приведенных в приговоре и установленных в суде апелляционной инстанции, отсутствия отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, но с привлечением к труду, в связи с чем на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ принимает решение о замене назначенного ФИО1 наказания в виде лишения свободы принудительными работами, которые наряду с лишением свободы прямо предусмотрены в санкции ч. 3 ст. 264 УК РФ, а также о назначении ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, которое в соответствии с санкцией ч. 3 ст. 264 УК РФ является обязательным.

Иных оснований для изменения или отмены приговора, в том числе, по доводам апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не усматривает. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Советского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

- в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание, добровольное возмещение морального вреда, причиненного преступлением;

- в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, мнение потерпевшей, просившей строго не наказывать;

- применить в отношении осужденного ФИО1 при назначении наказания положения ч.1 ст. 62 УК РФ;

- смягчить назначенное ФИО1 основное наказание до 2 лет лишения свободы; которое на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ заменить принудительными работами сроком 2 года с удержанием 10% из заработной платы в доход государства, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислять со дня прибытия ФИО1 в исправительный центр. 

Зачесть ФИО1 в срок принудительных работ время отбывания им наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день отбывания наказания в колонии-поселении за один день принудительных работ.

На основании ч. 4 ст. 47 УК РФ срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислять с момента отбытия основного наказания в виде принудительных работ.

К месту отбывания наказания осужденному ФИО1 надлежит следовать за счет государства самостоятельно, в порядке, установленном ч. ч. 1, 2 ст. 60.2 УИК РФ, для чего в течение 10 дней со дня вступления приговора в законную силу осужденному следует явиться в УФСИН России за получением предписания.

Разъяснить осужденному, что в случае уклонения от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы о направлении к месту отбывания принудительных работ или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию, после чего суд разрешает вопрос о заключении осужденного под стражу и замене принудительных работ лишением свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его защитников без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в судебную коллегию Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. 401.7 - 401.8 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) в суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу. 

По истечении указанного срока апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Судья С.П. Леденева