Дело 

22RS0 -13

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

... 10 февраля 2025 г.

Рубцовский городской суд ... в составе председательствующего судьи Федоровской А.Б., при секретаре Б., рассмотрев в открытом судебном заседании с участием государственных обвинителей помощников прокурора ... В., М., защитника Б., представившей удостоверение и ордер от ***, подсудимого ФИО1, потерпевшего Р., уголовное дело по обвинению:

ФИО1, родившегося *** в ... края, гражданина РФ, со средне-специальным образованием, холостого, военнообязанного, работающего транспортировщиком в АО «Алтайвагон», зарегистрированного и проживающего по адресу: ..., ..., не судимого,

в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

*** не позднее 04 часов 23 минут между Р. и ФИО1, находящимися в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в комнате, расположенной в восточной половине ... ... в ..., произошел конфликт, в ходе которого ФИО1, действуя на почве возникших личных неприязненных отношений к Р.., решил причинить последнему тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Реализуя свой преступный умысел, *** не позднее 04 часов 23 минут, Р., находясь в указанной комнате, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека с применением предмета, используемого в качестве оружия, и, желая их наступления, взял с тумбы, стоящей в указанной комнате, нож, и, действуя умышленно, применяя предмет, используемый в качестве оружия - находящийся у него в руке нож, нанес этим ножом стоящему напротив него ФИО2 один удар в область живота, после чего прекратил свои преступные действия.

Умышленными преступными действиями ФИО1 потерпевшему Р. были причинены телесные повреждения в виде колото-резанной раны на левой боковой поверхности грудной клетки по средней подмышечной линии в проекции 11-12-го межреберьев, продолжающаяся раневым каналом направленным слева направо, сверху вниз, проникающего в левую плевральную полость и брюшную полость с повреждением межреберных мышц и большого сальника, осложнившаяся развитием левостороннего гемоторакса (скопление крови в плевральной полости объемом до 200 мл), гемоперитонеума (скопление крови в брюшной полости объемом в 100 мл), которая причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя по предъявленному ему обвинению при вышеизложенных обстоятельствах фактически не признал, признав только факт неосторожного нанесения удара ножом и показал, что потерпевший Р. является его родным братом, который злоупотребляет наркотическими веществами и спиртными напитками, пьет каждый день, неоднократно судим, в том числе за причинение ему ножевого ранения. Около 23 часов *** он спал дома. В этот момент домой зашел брат, занес на руках Юлию, которую положил на кровать. Брат предложил ему выпивать с ними самогон, но он отказался. Тогда брат поставил стул около кровати, где лежала Юлия, и они продолжили распивать спиртное. Сам он болел с похмелья, т.к. несколько дней до этого отмечал свой день рождения. Через некоторое время он пошел покурить на улицу в футболке и трусах, и в это время его брат закрыл дверь в дом, стал отправлять его к матери, которая живет во второй половине дома. Он пошел к матери, все ей рассказал, полежал у нее около часа и решил пойти к себе домой, т.к. у него там остались ценные вещи, которые брат мог украсть. Когда он подошел к дому, брат дверь ему не открыл, угрожал через окно, был агрессивный. Он снял окно в веранде и через него пролез в дом. В это время брат стал бить его железкой по телу и голове, поэтому он через дверь вышел и снова ушел к матери, которую попросил вызвать полицию. По приезду полиции он вместе с ними зашел в дом, брат стал приставать и к сотрудникам полиции, но потом они оба пообещали, что все будет спокойно и полиция уехала. Все было спокойно около 5 минут, затем брат стал ходить по комнате, вышел на улицу, вернулся, сел на кровать и начал неадекватно себя вести, разговаривать то с ним, то с воздухом. Далее брат из-под подушки, которая лежала на его кровати, достал, как он позже понял, нож, подошел к кровати, на которой он лежал, стал махать ножом и оскорблять его. Он просил брата успокоиться, но тот махал ножом в полуметре от его лица, причем клинок был направлен в его сторону. Он встал с кровати, схватил правую руку брата, в которой был нож, тот вырвался, но потом он схватил его конкретно, зажал запястье его руки двумя руками, развернулся, как бы к брату задом, повернулся и держал его руку. Потом брат его толкнул, его развернуло, он запнулся о кровать и присел на нее на спину. Он пытался встать с кровати, брат пытался залезть на него сверху, но он все еще держал руку брата с ножом в своей руке. В процессе борьбы то ли брат залез на нож, то ли он по неосторожности его ударил, но брат ослаб и перестал его дергать, встал, сделал два шага назад и сел на ягодицы. Он подошел, забрал нож, который выпал у брата из рук на пол, и унес его на кухню. Он сразу понял, что брату причинено ранение, включил свет, тогда встала и Юлия. Он взял два полотенца, одно дал Юле, второе брату, чтобы тот зажимал рану. Затем он пошел к матери, попросил ее вызвать скорую помощь и полицию, и вернулся домой. 

Когда приехала полиция, ему все стали задавать много вопросов, у него заболела голова и он сказал, что допускает, что мог это сделать. После его привезли в наркологию, где у него показало 0,5 промилле. Далее его доставили в отдел полиции, где на него стали оказывать давление, говорить, что он зарезал брата и совершил диверсию. Затем он до вечера, т.е. до прихода следователя ФИО3 спал на лавочке, а когда она стала его допрашивать, то сама ничего не печатала на компьютере, у нее все уже было напечатано. В конце допроса пришел адвокат Т., им обоим она сказала расписаться в протоколе, что они и сделали. Он просил Р. вызвать ему скорую помощь, т.к. у него было повышенное давление, он был с похмелья, но его просьбу проигнорировали. Также ему обещали дать опохмелиться, но также не сделали этого. Нож, которым брату было причинено ранение, был бытовым, с синей ручкой на трех клепках. Его брат мог закрыться дома и просто ходить по дому с ножом, часто хранил нож под подушкой. Он отвергает любое умышленное причинение удара брату, их конфликт ничего не значит, но он боялся брата, т.к. тот ранее причинял ему ножевое ранение и привлекался за это к уголовной ответственности. Его брат слабый человек, но пытается что-то из себя показать.

Будучи допрошенным в ходе предварительного расследования в присутствии адвоката, подозреваемый ФИО1, чьи показания оглашались судом в порядке ст. 276 УПК РФ показал, что проживает совместно с братом Р. в половине дома, где есть кухня и спальня. *** по *** употреблял с друзьями спиртное по случаю своего дня рождения. *** вечером он в состоянии опьянения лег дома спать и проснулся оттого, что Сергей пришел домой с Юлией, с которой ранее встречался. Сергей и Юлия стали распивать спиртное в комнате на стуле около кровати Сергея, мешая ему спать. На этой почве между ним и Сергеем произошел конфликт, но потом они успокоились. Он сходил на улицу, а когда вернулся, дверь дома была заперта и брат ему не открыл, послав его. Он пошел домой к матери, рассказал ей, что Сергей не пускает его домой, посидел там некоторое время, а затем еще раз решил сходить домой, забрать сигареты. Он снова постучался в дверь, ему не открыли, поэтому он выставил окно, пролез через оконный проем в дом, где в комнате на кровати лежали Сергей и Юлия. Между ним и Сергеем снова начался конфликт, Сергей оскорблял его, затем встал, начал напирать на него и выгонять из комнаты, а когда они оказались на веранде, Сергей взял грабли и задел ими его живот в районе левого ребра, отчего у него появилась царапина, и он испытал физическую боль. Он вернулся к матери, рассказал ей о случившемся, вызвал полицию и они вместе пошли к ним домой. Там между ним, мамой и Сергеем продолжился словесный конфликт, в ходе которого они просто словесно ругались, а приехавшие сотрудники полиции ничего сделать не смогли, но конфликт между ними стих, и он с матерью пошли к ней домой, где он одел футболку, посидел какое-то время. Затем он пошел к себе домой, чтобы лечь спать, входная дверь была открыта. Юлия и Сергей лежали на кровати, и Сергей сразу начал спрашивать, зачем он вызвал полицию, кричать на него грубой нецензурной бранью, на что он отвечал Сергею также, был зол. Во время словесного конфликта Сергей встал с кровати, пошел в его сторону. Он подумал, что Сергей может причинить ему вред, т.к. у него была сломана нога, и в момент, когда Сергей пошел на него, он взял в правую руку с тумбочки, стоящей около его кровати, нож с синей ручкой, и когда они с Сергеем стояли друг напротив друга на расстоянии около 50 метров, Сергей продолжал его оскорблять, затем замахнулся в его сторону, он увернулся и нанес Сергею один удар снизу вверх ножом в область живота. При этом он не знает, видел ли Сергей у него в руке нож. Далее он вытащил нож из Сергея, тот взялся рукой за живот, и у него потекла кровь. Сам он в это время был с голым торсом, без футболки. Что Юля делала в этот момент, он не помнит. Он положил нож на кухне и пошел к матери, которой рассказал о случившемся и попросил вызвать скорую помощь. По приезду скорой помощи Сергей говорил, что будет говорить о том, что сам себя ударил ножом, на что он сказал, чтобы тот этого не делал. В момент нанесения удара он понимал, что может причинить вред здоровью Сергея, который может быть опасен для жизни, но не желал убивать его. Вину признает полностью, в содеянном раскаивается (т. 1 л.д. 77-81).

После оглашения указанных показаний подсудимый ФИО1 не подтвердил их в полном объеме, указав, что следователь ФИО3 его показания не записывала, просто корректировала уже имеющийся у нее текст и дала ему подписать. Он подписал этот протокол, т.к. у него сильно болела голова, ему было плохо, хотел побыстрее лечь спать. Адвокат при допросе не участвовал, пришел в самом конце, просто подписал протокол. Вместе с братом и Юлией он спиртное не употреблял, выпил в тот день 100 граммов водки и весь день спал. 

Будучи допрошенным в ходе предварительного расследования в присутствии адвоката 26.06.2024, обвиняемый ФИО1, чьи показания оглашались судом в порядке ст. 276 УПК РФ показал, что вину в причинении умышленных телесных повреждений Р. не признает, т.к. ранение ножом причинил ему случайно. Подтвердил показания, данные им в ходе допроса в качестве подозреваемого до момента конфликта, когда брат не пускал его в дом. Далее указал, что когда он и Сергей скандалили, последний достал нож, который длительное время прятал под подушкой или матрасом на своей кровати, он испугался и вызвал сотрудников полиции, которым по приезду не сказал о ноже, т.к. не хотел, чтобы брата задержали. Вызвал он полицию, т.к. реально боялся брата, который ранее уже причинял ему ножевое ранение груди. Сотрудники полиции побеседовали и уехали, он лег к себе на кровать, а брат к себе, где также лежала Юлия. В какой-то момент Р. снова стал его оскорблять, спрашивать для чего он вызывал полицию, встал с кровати, взяв оттуда нож, и стал им размахивать. Он тоже встал и когда Р. во время скандала замахнулся ножом в его сторону, он забрал нож и стал держать его в правой руке, скрутив руку брата. После этого они стали бороться, он пытался повалить брата на кровать, тот хотел повалить его на его же кровать. В какой-то момент брат отошел от него, он включил свет и увидел, что брат держится за живот, из которого течет кровь. Он не понял, как нанес удар ножом брату, умысла у него не было. Нож после удара он сразу положил на кухонный стол. Сергей попятился назад, упал на пол, проснулась Юлия, а он пошел к матери, чтобы рассказать обо всем. Он не остался после первого конфликта ночевать у матери, т.к. был выпивший и хотел ночевать дома, а также до конца не верил, что брат кинется на него (т. 1 л.д. 178-182).

После оглашения указанных показаний подсудимый Р. подтвердил их, уточнив, что он вину не признавал совсем, а следователь записала так, как ей надо. С этим протоколом допроса он также не знакомился, т.к. адвокат пояснил, что прочитал его и что все там нормально, поэтому он подписал. 

Будучи допрошенным в ходе предварительного расследования в присутствии адвоката 18.09.2024, обвиняемый Р., чьи показания оглашались судом в порядке ст. 276 УПК РФ показал, что вину по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ не признает. Пояснил, что 18 и 19 июня 2024 отмечал свой день рождения, выпивал спиртное, последний раз он выпил утром 20.06.2024 и спал весь день. Далее подтвердил ранее данные показания в качестве обвиняемого до момента первого приезда сотрудников полиции и уточнил, что с ними брат вел себя спокойно и адекватно, они побеседовали с братом и уехали. После этого к ним пришла мама, которая ругалась на Сергея, что тот привел в дом Юлю. Он в это время лег спать и мама ушла к себе домой. Через несколько минут брат сел на кровать, стал с кем-то разговаривать, сходил на улицу, вернулся, сел к себе на кровать и начал его оскорблять. Он просил его успокоиться и поговорить утром, но тот что-то взял из-под своей подушки и пошел в его сторону. Он встал с кровати и увидел отблеск от лезвия ножа, тогда понял, что Сергей из-под подушки взял нож. Когда Сергей подошел к нему, он просто держал нож в руке, в его сторону не замахивался. Далее они уперлись руками в плечи друг другу, он оттолкнул Сергея от себя и своими двумя руками схватил правую руку Сергея, в которой был нож, чтобы тот не смог ударить его. Затем он повернулся к Сергею спиной, тот как бы обошел его со спины, держа нож лезвием вверх. Он поднырнул под их с Сергеем руками, развернулся к нему рукой. Сергей повалился на него корпусом, при этом он все еще держал руки Сергея, но где был нож, он уже не видел. От этих действий Сергея он сел на кровать, Сергей навалился на него, при этом их руки еще были сцеплены. Он попытался встать, толкнул Сергея корпусом, не отпуская его рук, и когда они встали с кровати, Сергей отпустил руки, сделал несколько шагов назад и сел рядом со своей кроватью. Нож в этот момент находился у него в руке, и он сразу отнес его на кухню, где при свете увидел, что кончик ножа в крови. Считает, что телесное повреждение Сергею он нанес случайно, не умышленно, но не исключает, что Сергей сам напоролся на нож (т. 2 л.д. 5-11).

После оглашения указанных показаний подсудимый ФИО1 подтвердил их, но указал, что с протоколом не знакомился, т.к. не видит без очков, зачитывала ему все адвокат. Он при допросе говорил, что брат размахивал ножом, но следователь записала иначе.

В ходе проведения очный ставок 13.08.2024 и 10.10.2024 ФИО1 подтвердил свои показания, данные в качестве обвиняемого, частично подтвердив показания Р. об обстоятельствах произошедшего (т. 1 л.д. 193-199, т. 2 л.д. 63-71). 

В ходе проведения следственного эксперимента 14.10.2024, обвиняемый ФИО1 пояснил, что 21.06.2024 между ним и братом Р. дома произошел конфликт, в ходе которого он причинил Р. ножевой удар в область грудной клетки слева. Также пояснил, что Р. пошел в его сторону, при этом он увидел что у него что-то сверкнуло в руках, он в это время лежал в кровати. Он встал с кровати, они встретились посередине комнаты, встали лицом друг напротив друга, затем стали пятится друг на друга. Он стал забирать нож у Р. (демонстрируя это на статисте), показал как забрал нож у Р., он взял своими правой и левой руками правую руку Р., в которой тот держал нож за запястье, при этом повернулся спиной к брату, находясь в таком положении, как он, забрал нож у Р., затем развернулся и пошел на Р., который сам напоролся на нож, который он держал в правой руке, либо все таки он в результате его действий Р. причинил телесные повреждения (т. 2 л.д. 72-78).

Потерпевший Р., допрошенный в судебном заседании, показал, что проживает совместно с родным братом ФИО1 по адресу: ..., .... Дом, в котором они проживают, разделен на 2 хозяина с отдельными входами. В одной части проживает их мать, а в другой они вдвоем. Вечером 20.06.2024 он и его знакомая Юлия пришли к нему домой в состоянии алкогольного опьянения, где в этот момент находился ФИО1, и они втроем продолжили распивать спиртное, выпили 0,5 литра самогона. Все это происходило в небольшой комнате, где друг напротив друга стоят двекровати, а также в углу стоит стол и телевизор. Когда он начал ложиться спать, то обнаружил у себя под подушкой кухонный нож с пластмассовой ручкой и лезвием около 10 см. Он пошел на кухню, чтобы убрать нож, и это увидел ФИО1, который стал забирать у него нож и между ними произошла борьба. Он не знает, сам ли он наскочил на нож в процессе борьбы, когда нож был в руках обоих, но у него образовалось ранение в области живота спереди посередине. Брат его ножом не бил. Всего у него было два ранения, происхождение второго объяснить не может. Брат, увидев кровь, дал ему полотенце, чтобы ее остановить и пошел к матери, чтобы вызвать скорую помощь, которая по приезду его госпитализировала в больницу, где ему сделали операцию. Во время борьбы и до приезда скорой помощи Юлия спала, ничего не видела, ему не помогала. Конфликты между ним и ФИО1 происходят редко, только если он выпивает. ФИО1 в такие моменты вызывает полицию, т.к. считает, что он не отдает отчет своим действиям. В тот день конфликтов не было, но за пол часа до ранения он не пускал ФИО1 домой, поэтому тот попросил мать вызывать сотрудников полиции, которые приехали и тут же уехали, но ФИО1 в дом попал. Подробностей этого он не помнит, хорошо он помнит только момент борьбы. Считает, что у ФИО1 были основания его бояться, т.к. ранее он уже отбывал наказание за ножевое ранение в отношении брата. Как у него под подушкой оказался нож, он объяснить не может, обычно он его там не держит.

Потерпевший Р., допрошенный на предварительном следствии, чьи показания оглашались в порядке ст. 281 УПК РФ в связи с имеющимися противоречиями, показал, что проживает совместно с братом ФИО1 в доме. Условно этот дом разделен на 2 хозяина, где в одной половине проживают они, а в другой их мать С. Он зарегистрирован в их половине, а ФИО1 в половине матери. С братом у них нормальные отношения, но в состоянии алкогольного опьянения они могут поругаться и подраться. 20.06.2024 он распивал спиртное со ФИО4, с которой вместе 21.06.2024 около 02 часов 00 минут пришел к нему домой, где также находился ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения. Брату не понравилось, что он привел Юлию и между ними произошла ссора, в ходе которой брат привел домой мать, и они вместе пытались выгнать Юлию. Конфликт закончился, Алексей и мать ушли к матери, а он и Юлия остались. Через некоторое время Алексей вернулся домой, стал оскорблять его и кричать. Он встал с кровати раздетый по пояс, Алексей подошел к нему и ударил его чем-то, отчего он испытал сильную боль в районе живота, и у него потекла кровь. Юлия, которая ранее уже уснула, проснулась, стала прикладывать к его ране тряпку. Затем приехала скорая помощь и его госпитализировали. Никто, кроме брата ударить его не мог, но он не желает привлекать брата к уголовной ответственности (т. 1 л.д. 23-28).

После оглашения указанных показаний потерпевший Р. пояснил, что данные показания он не подтверждает, т.к. давал их в больнице сразу после наркоза. Он просто расписался там, где ему сказали. Не отказался от дачи показаний, т.к. не отдавал отчета своим действиям. 

Потерпевший Р., допрошенный на предварительном следствии в ходе очной ставки 13.08.2024, чьи показания в этой части оглашались в порядке ст. 281 УПК РФ, показал, что 20.06.2024 вечером он со своей знакомой Юлией в состоянии алкогольного опьянения пришли к нему домой по пер. Мельничному, 12, где находился его брат Алексей, с которым они вместе проживают. У них с Алексеем произошел словесный конфликт на бытовой почве, Алексей стал выгонять их из дома. Все события он помнит плохо, т.к. был в алкогольном опьянении. Помнит, что отказался уходить из дома, что Алексей уходил к матери, затем они возвращались вместе и мать прогоняла Юлю, после чего мать ушла, а Алексей остался дома, где они снова стали ругаться. В ходе ссоры или у него в руке или у Алексея появился нож, толи он, толи Алексей стал забирать нож и затем он почувствовал боль в животе слева, у него потекла кровь, там была ножевая рана. Механизм нанесения ножевого удара пояснить не может, но либо ему удар ножом нанес брат Алексей в ходе ссоры, либо в ходе ссоры он держал нож в руке и напоролся на лезвие ножа, так как возможно, они толкали друг друга. Более подробностей конфликта не помнит. Также он не помнит, что говорил при допросе в качестве потерпевшего первоначально.

После высказанной в ходе очной ставки своей версии обвиняемым ФИО1, потерпевший Р. подтвердил ее полностью, указав, что не помнит, как было на самом деле, но допускает, что ножевое ранение ему было нанесено при обстоятельствах, о которых говорит ФИО1. В то же время указал, что не допускает, что в ходе конфликта мог применить нож, а взял его, чтобы просто унести на кухню (т. 1 л.д. 193-199). 

Потерпевший Р., допрошенный на предварительном следствии в ходе очной ставки 10.10.2024, чьи показания в этой части оглашались в порядке ст. 281 УПК РФ, подтвердил обстоятельства произошедшего с 20 на 21 июня 2024 в части возникшего конфликта. Также указал, что когда мать ушла, конфликт между ним и Алексеем продолжился. Он помнит, что вроде бы как у него в руке появился нож, который Алексей стал забирать, у него получилось это сделать, они стали конфликтовать, толкаться и в какой-то момент он почувствовал резкую боль в области живота, был с голым торсом, в левой части живота у него была рана, которая возникла в ходе ссоры с братом. Как у него образовалось данное повреждение, он пояснить не может, но нож во время конфликта находился сначала у него в руке, а потом у Алексея, они толкали друг друга, боролись, либо Алексей ударил его ножом, либо он сам «напоролся». 

После высказанной в ходе очной ставки своей версии обвиняемым ФИО1, потерпевший Р. подтвердил ее полностью, указав, что не помнит, как было на самом деле, но допускает, что ножевое ранение ему было нанесено при обстоятельствах, о которых говорит ФИО1. В то же время указал, что взял нож, чтобы просто унести на кухню, а не резать брата (т. 2 л.д. 63-71). 

После оглашения указанных показаний потерпевший Р. в целом подтвердил их. Указал, что Р. с ним и Юлией не выпивал. О том, что скорую помощь его мать попросил вызвать Р., ему говорила мать. Попросил не наказывать Р.

Свидетель С., допрошенная в судебном заседании, показала, что у нее есть два сына: ФИО1 и Р.. У них дом на два хозяина, в одной половине проживает она, а в другой сыновья. В июне 2024 Алексей отмечал свой день рождения, на следующий день спал дома, а Сергей как всегда выпивал. Ночью 20 июня Алексей постучал ей в окно, одет был в трико и футболку, попросился поспать у нее в половине. Проспав 3-4 часа, он пошел в свою половину, где был Сергей, чтобы забрать свои сигареты, карту и деньги, т.к. ранее Сергей уже похищал карту Алексея. Когда Алексей ушел, она через несколько минут пошла следом и увидела, что Алексей вылетел ей навстречу, еще даже не зайдя в сени, сказав, что Сергей ударил его граблями и поцарапал. Сергей выгнал Алексея, т.к. привел в дом девушку Юлю и чувствует себя в доме хозяином. Алексей вызвал полицию, и по приезду зашел в дом, где был Сергей вместе с сотрудниками. Через несколько минут она тоже пошла туда, Алексей забрал карту, ключи, Сергей кидался на него. На ее просьбу вывести Юлю, которая лежала на кровати пьяная, из дома, полицейские не отреагировали. Она и Алексей пошли к ней домой, но позже Алексей снова пошел в их половину, т.к. забыл сигареты, хотел забрать их, пока там были сотрудники полиции. Она слышала как полицейские сказали, чтобы звонили, когда порежут друг друга. Через некоторое время она пошла в половину сыновей, с поворота выбежал Алексей, сказал вызывать скорую помощь и полицию, т.к. либо Сергей налетел на нож, либо он его ножом задел. Она зашла в дом, Алексей дал Сергею, который сидел на полу, полотенце, чтобы зажать рану. Юля в это время стояла у комода и искала паспорт Сергея. Юля и Сергей были пьяные, а Алексей был с похмелья. Когда приехала скорая помощь, Сергей говорил, что сам себя порезал, а Алексей сказал, что скорее всего он его задел. Она очевидцем этих событий не была. Сергея госпитализировали, Алексея забрали в полицию, а Юлю вывели полицейские. Сергей часто злоупотребляет спиртным, ведет себя неадекватно, она тоже его боится, хотя он физически слабый и не может дать сдачи. Ранее он порезал Алексея, после этого нож не брал, сильных конфликтов между ними не было. Алексей физички сильнее, тоже бывает выпивает, но работает, также помогает ей по дому. За неделю до этого случая Сергей закрывался в доме с ножом и говорил, что зарежет того, кто зайдет. По этому поводу они вызывали полицию. Нож она также видела за несколько дней до случившегося под подушкой у Сергея в их половине дома, после не видела. Нож был с синей пластмассовой ручкой, с гладким и широким лезвием 6 см.

Свидетель С., допрошенная в ходе следствия, чьи показания оглашались в порядке ст.281 УПК РФ показала, что проживает в половине дома по ... в ..., а в другой половине дома проживают ее сыновья Р. и Алексей. В половине, где проживает она, зарегистрирован Алексей, а в другой половине Сергей. На почве этого между братьями часто происходят конфликты, т.к. Сергей считает себя хозяином половины дома, где проживают они оба, а Алексей также считает, что имеет право на эту половину. Сергей периодически отбывает наказание в местах лишения свободы, в Алексей в это время проживает в их половине один. Когда они живут вместе, Сергей злоупотребляя спиртным, из-за этого братья также часто ссорятся, могу просто кричать друг на друга, могут драться, но быстро мирятся. 21.06.2024 около 02 часов 00 минут к ней домой пришел Сергей в состоянии алкогольного опьянения, взял у нее продукты питания и ушел к себе. Спустя 15-20 минут из половины дома ее сыновей доносился шум, но она не пошла туда. Еще через некоторое время к ней пришел Алексей в состоянии алкогольного опьянения, и рассказал, что Сергей привел в дом с. и стал выгонять его из дома, из-за этого между ними произошел конфликт. Алексей некоторое время оставался у нее, но потом пошел к себе в половину за сигаретами, а она осталась у себя. Сергей не хотел пускать Алексея в дом, ударил последнего маленькими граблями, отчего у Алексея образовалась царапина. После этого Алексей вызвал сотрудников полиции, и она вместе с ним пошла к Сергею, где все втроем ругались. Она хотела, чтобы ФИО4 ушла домой, но та отказалась уходить. После того, как сотрудники полиции уехали, Алексей пошел к ней домой, оделся, т.к. до этого был с голым торсом, и снова пошел к Сергею. Через некоторое время она снова услышала шум из их половины дома, но разбираться она уже не пошла, так как посчитала, что они разберутся сами. Еще через время к ней снова пришел Алексей, попросил вызвать скорую помощь и полицию, пояснив, что ударил Сергея ножом. Затем она пошла к Сергею, где увидела его лежащим на полу с голым торсом и раной на левом боку, из которой текла кровь. Нож она не видела. ФИО4 в этом время оказывала Сергею помощь. По приезду скорой помощи они госпитализировали Сергея, который говорил, что не желает привлекать Алексея к ответственности, и что будет говорить о том, что сам себе причинил данные телесные повреждения. Алексей на это сказал ему, что покрывать его не нужно и он сам во всем разберется (т. 1 л.д. 54-58).

После оглашения указанных показаний свидетель С. подтвердила их не в полном объеме, указав, что просто подписала протокол, не читая показаний, т.к. не понимала, что написано, читала их сама следователь, и читала именно так, как она говорила, а не как сейчас огласили. Не подтверждает показания в части того, что у сыновей в тот день был конфликт не из-за дома, а из-за Юли, а также не помнит, чтобы Сергей приходил к ней за продуктами. Также не подтверждает, что она конфликтовала с сыновьями, когда пришли в их половину дома. Указала, что на самом деле Юля помощь Сергею не оказывала, т.к. еле стояла на ногах. Скорую помощь она вызвала по просьбе Алексея, который давал Сергею полотенце. Ранее Сергей никогда не выгонял Алексея из дома. В остальном на разноглася в оглашенных показаниях не указала. 

Свидетель С., допрошенная в ходе следствия, чьи показания оглашались в порядке ст.281 УПК РФ показала, что у неё есть знакомый Р.., с которым она ранее состояла в романтических отношениях, также она знакома с его матерью и братом ФИО1, которым не нравилась. Ей известно, что Сергей проживает в ... по ... в ..., где в одной части дома живет он и Алексей, а в другой их мать. Когда она встречалась с Сергеем, то часто была свидетелем его ссор с братом Алексеем на почве того, что Алексей считал себя лучше Сергея, говорил ему, что тот не работает. *** она встретила Р. в гостях, где они стали вместе распивать спиртное, а затем по приглашению Сергея она пошла к нему домой. Около 23 часов 00 минут 20.06.2024 они пришли домой к Р., где на кровати лежал Алексей. Между Сергеем и Алексеем начался словесный конфликт, в ходе которого Сергей стал выгонять Алексея жить к матери, физическую силу никто не применял, она в конфликт не вмешивалась. Затем Алексей ушел из дома, а через некоторое время вернулся с их матерью, и они вместе стали ругаться по поводу того, кто и где должен жить. В ходе скандала кто-то вызвал сотрудников полиции, которым удалось погасить конфликт. После этого мать ушла домой, она легла спать на кровать Сергея. Засыпая, она услышала, что между братьями снова начался конфликт, звуков ударов она не слышала, только слова. В какой-то момент она услышала вздох Сергея, встала с кровати и увидела, что тот держится за левый бок и оттуда у него течет кровь, он был с голым торсом. Алексей прошел в сторону кухни, она попросила его дать ей тряпку, чтобы оказать помощь Сергею, что тот сделал, и пошел к матери просить вызвать скорую помощь. Она также с сотового телефона Сергея вызвала помощь, которого потом госпитализировали (т. 1 л.д. 51-53).

Свидетель Е. (сотрудник полиции), допрошенный в судебном заседании, показал, что в июне 2024, в ночное время между братьями Р. произошел конфликт, который закончился ножевым ранением. Его отдел работал по сообщению о данном преступлении. Он в рамках работы изымал вещи подозреваемого ФИО1, а именно футболку и спортивные штаны. Он никого из фигурантов не опрашивал.

Свидетель Д. (сотрудник полиции), допрошенный в судебном заседании, показал, что 21.06.2024 выезжал на адрес: ..., ... в составе СОГ по сообщению о ножевом ранении. Когда он зашел в дом, там находились Р., ФИО1, С. и врачи. Сергея забрала скорая помощь, они забрали Алексея в отдел, а также изъяли нож. Кроме того, он изымал вещи потерпевшего: штаны и нижнее белье.

Свидетель Д. (сотрудник полиции), допрошенный в судебном заседании, показал, что 26.06.2024 в дежурную часть поступило сообщение о том, что брат не может попасть в дом. Он и еще сотрудник выехали на адрес, где были Р. и Алексей в состоянии алкогольного опьянения. Между ними происходил словесный конфликт, оба вели себя агрессивно, но через некоторое время они вроде успокоились, с них были отобраны объяснения, и они уехали. Через некоторое время поступило сообщение на тот же адрес, что причинено ножевое ранение. По приезду он увидел у Р. ножевое ранение, там же находились их мать и С.. Все, кроме матери, были в состоянии алкогольного опьянения. Они изъяли нож и доставили ФИО1 в отдел.

Свидетель Д., допрошенный в ходе следствия, чьи показания оглашались в порядке ст.281 УПК РФ показал, что 21.06.2024 в составе группы выезжал по адресу: ..., ... по сообщению о том, что брат не пускает в дом. Прибыв по адресу, к нему подошел ФИО1, который пояснил, что его родной брат Р. не пускает в дом, где они проживают совместно. ФИО1 через выставленное окно в веранде дома пролез внутрь и открыл ему входную дверь. Зайдя в дом, он увидел Р., который был в состоянии алкогольного опьянения, но вел себя адекватно, отвечал на его вопросы четко и спокойно, а также С. Так как оснований задерживать Р. не было, с ним провели беседу и они уехали (т. 1 л.д. 236-237).

После оглашения показаний свидетель Д. подтвердил их в полном объеме.

Специалист С., допрошенная в судебном заседании, показала, что работает заведующей реанимационного отделения городской больницы. В среднем действие препаратов послеоперационного наркоза заканчивается и они выводятся из организма через 2-4 часа после наркоза. Длительность зависит об общего состояния здоровья пациента. Если после операции не назначается наркотический анальгетик, то больной сразу осознает характер своих действий. Если больной находился в состоянии алкогольного опьянения, у него может быть психоз или галлюцинации. После ознакомления с заключением эксперта пояснила, что Р. делали 2 операции, которые не воздействовали на мозг. Бывают случаи, когда к пациентам после операции приходят следователи, которым они всегда говорят состояние пациента, и предупреждают, если пациент не понимает того, что делает и говорит, находится под воздействием наркотических препаратов.

Свидетель Р., допрошенная в судебном заседании, показала, что в ее производстве находилось данное дело. Допрос потерпевших по делам о причинении вреда здоровью проводится в кратчайшие сроки, поэтому ею проводился первоначальный допрос потерпевшего Р. в палате , куда тот был на момент допроса уже переведен из реанимации. Допрос проводился в послеобеденное время. Перед допросом она разговаривала с врачом, выясняла возможность Р. давать показания, на что врач сказал, что он контактный и с ним можно проводить следственные действия, а именно допросить его. Если бы врач сказал о невозможности проведения следственных действий, допрос она бы проводить не стала. Во время допроса Р. давал показания, провалов у него не было, в протокол все фиксировалось с его слов, давление на него не оказывалось, протокол допроса был прочтен (оглашен) ему ею вслух, таким образом он ознакомился с протоколом и подписал его, замечаний не было. Далее с Р. работали другие следователи и при допросах он говорил, что не помнит как все произошло. Также она допрашивала свидетеля С., которой разъяснялась ст. 51 Конституции РФ, и которая добровольно согласилась дать показания, рассказав все известное ей по делу. В протокол все записывалось с ее слов, протокол допроса был оглашен, т.е. она была с ним ознакомлена и подписывала его после оглашения, замечаний не приносила. Никакие корректировки в протокол ее допроса не вносились, давление на нее не оказывалось. Также она допрашивала ФИО1 в качестве подозреваемого. Допрос проходил в присутствии защитника Т., показания он давал добровольно, давление на него не оказывалось. После составления протокола, он был прочтен Рау, затем был распечатан и Рау ознакомился с ним, подписал его. Скорую помощь Рау не просил вызвать, никаких обещаний она ему не давала. Между ФИО6 проводилась очная ставка для устранения противоречий в их показаниях. Р. частично подтвердил показания брата, но также ссылался на то, что он плохо все помнит.

Кроме того, вина ФИО1 в совершенном преступлении подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании письменных материалов дела, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия от ***: восточной половины ... по ... в ..., в ходе которого установлено место причинения Р. телесных повреждений, изъяты нож, смывы вещества бурого цвета (т. 1 л.д. 5-10);

- протоколом изъятия от *** у ФИО1 его футболки и штанов (т. 1 л.д. 18-20);

- протоколом выемки от *** у свидетеля Д. трусов и штанов, потерпевшего Р. (т. 1 л.д. 68-70);

- картой вызова скорой медицинской помощи от ***, согласно которой *** в 04 часа 23 минуты вызов на станцию скорой медицинской помощи поступил вызов на адрес: ..., ... (т. 1 л.д. 45-47);

- заключением эксперта от ***, согласно которого на представленных для исследования штанах ФИО1 в части следов обнаружена кровь человека, групповая принадлежность которой не установлена из -за малого её количества и получения разноречивых результатов; а также в части следов на штанах ФИО1 обнаружена кровь человека А? группы, что возможно за счет крови потерпевшего Р. (т. 1 л.д. 102-106);

- заключением эксперта от ***, согласно которого на ноже, представленном на исследование, обнаружена кровь человека А? группы, что возможно за счет крови потерпевшего Р. (т. 1 л.д. 112-115);

- заключением эксперта от ***, согласно которого на смыве ВБЦ, представленном на исследование, обнаружена кровь человека А? группы, что возможно за счет крови потерпевшего Р. (т. 1 л.д. 118-122);

- заключением эксперта от ***, согласно которого на представленных на исследование трусах потерпевшего Р., обнаружена кровь человека А? группы, что возможно за счет крови потерпевшего Р. (т. 1 л.д. 128-131);

- заключением эксперта от ***, согласно которого на представленных на исследование штанах потерпевшего Р., обнаружена кровь человека А? группы, что возможно за счет крови потерпевшего Р. (т. 1 л.д. 134-138);

- заключением эксперта от ***, согласно которого у Р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., 21.06.2024 обнаружена колото-резаная рана на левой боковой поверхности грудной клетки по средней подмышечной линии в проекции 11-12-го межреберьев, продолжающаяся раневым каналом, направленным слева направо, сверху вниз, проникающего в левую плевральную полость и брюшную полость с повреждением межреберных мышц и большого сальника, осложнившаяся развитием левостороннего гемоторакса (скопление крови в плевральной полсти, объемом до 200 мл по данным операции), гемоперитонеума (скопление крови в брюшной полости, объемом в 100 мл по данным операции, потребовавшая проведение операций («ПХО. Лапаротомия, ушивание раны большого сальника, дренирование брюшной полости» от 21.06.24г, «Плевральная пункция слева» от 24.06.24г), которая образовалась от однократного воздействия твердого предмета (объекта), обладавшего колюще-режущими свойствами, возможно, незадолго (от нескольких минут до нескольких десятков минут) до момента осмотра врачом 21.06.24 в 05 часов 10 минут, что подтверждается состоянием раны (кровоточит), причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. 6.1.9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденные приказом Министерства здравоохранения и социального развития, Российской Федерации от *** N 194н) (т. 1 л.д. 148-149);

- заключением эксперта доп доп от ***, согласно которого возможность образования колото-резаной раны на левой боковой поверхности грудной клетки по средней подмышечной линии в проекции 11-12-го межреберьев, продолжающейся раневым каналом, направленным слева направо, сверху вниз, проникающим в левую плевральную полость и брюшную полость с повреждением межреберных мышц и большого сальника, осложнившаяся развитием левостороннего гемоторакса (скопление крови в плевральной полсти, объемом до 200 мл по данным операции), гемоперитонеума у Pay С.И., ДД.ММ.ГГГГ г.р., при обстоятельствах, указанных Pay А.И. в ходе следственного эксперимента ***, а именно при наваливании Pay С.И. телом сверху над Pay А.И. и воздействии при этом ножа на переднюю поверхность грудной клетки справа в направлении снизу вверх, спереди назад, исключена (т. 2 л.д. 83-84);

- протоколом осмотра предметов и постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ***: футболки и штанов ФИО1; трусов и штанов Р.; ножа; смывов вещества бурого цвета (т. 1 л.д. 226-231, 232-233).

В обоснование невиновности подсудимого ФИО1 в совершении умышленного причинения вреда здоровью Р., сторона защиты представила суду следующие доказательства:

- заключение эксперта от ***, согласно которого Р. поступил в медицинское учреждение *** в 05 часов 10 минут в тяжелом состоянии. Операция начата в 05 часов 55 минут, операция окончена в 06 часов 45 минут, и проведена под общим наркозом (т. 1 л.д. 148-149);

- показания эксперта К. (до *** Р. допрошенной в судебном заседании, которая показала, что проводила несколько экспертиз по данному делу. Первичная экспертиза была назначена 10.07.2024 и для ее производства ей была предоставлена медицинская карта Р. из больницы. Остальные две дополнительные экспертизы были назначены и проведены после следственных экспериментов, где ФИО1 показывал, как происходили действия, в результате которых его брату была причинена колото-резаная рана. Экспертизы ею проводились на основании протокола следственного эксперимента и его видеозаписи. Она давала свою оценку, возможно или невозможно при указанных обстоятельствах причинение такого повреждения. При проведении первой дополнительной экспертизы в описание она не закладывала содержание протокола эксперимента, т.к. ей оно было не понятно, а именно детали того, кто и где располагался, а также где располагалось орудие, все было описано слишком простым языком. Ввиду нахождения ФИО1 в момент совершенных им действий в состоянии алкогольного опьянения, он не мог до конца все описать. Во второй дополнительной экспертизе протокол был яснее, и она сама уже четко расписала основные действия, которые увидела на видеозаписи эксперимента, в том числе для простоты восприятия экспертизы. Во второй экспертизе ею сделан вывод о невозможности причинения телесных повреждений при тех обстоятельствах, которые излагал ФИО1, т.к. на видеозаписи и в самом протоколе было описано о том, что нож находился в руках нападавшего Алексея, один лежал на кровати, другой сверху нависал, нож держали обоюдно, и второй сверху наваливаясь, наткнулся на нож. На видео орудие находилось на передней поверхности грудной клетки справа, тогда как колотая рана располагается на боковой поверхности грудной клетки слева. Нахождение ФИО1 в наручниках в момент следственного эксперимента не помешало ей сделать вывод в экспертизе, т.к. он показал, что нож находится на правой половине грудной клетки, поэтому положение рук не важно;

- показания свидетеля К. (участкового уполномоченного полиции), допрошенного в судебном заседании, который подтвердил данные, изложенные им в справке-характеристике в отношении подсудимого. В обоснование своих доводов указал, что в 2024 посещал Р. как поднадзорное лицо, и там познакомился с его братом Алексеем. На обоих братьев Р., проживающих вместе, стабильно поступают жалобы от соседей напротив, а также от их матери. Между братьями Р. часто возникают ссоры на фоне употребления спиртного, к ним неоднократно выезжали сотрудники полиции. Факт указания в характеристике того, что ФИО1 ранее судим, обосновал тем, что тот ранее привлекался к уголовной ответственности, поэтом он так и написал. 

Оценив в совокупности все исследованные по делу доказательства, суд пришел к выводу о полной доказанности вины подсудимого ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

Исследованные в судебном заседании доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются допустимыми, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, что свидетельствует об их достоверности.

За основу обвинительного приговора суд также берет показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого в части, соответствующей установленным фактическим обстоятельствам дела. В целом, он указывает обстоятельства совершения преступления, а именно тот момент, что между ним и Р. ночью с 20 на 21 июня возник конфликт, в ходе которого потерпевший выгнал его дома, о чем он рассказал матери и именно по этому поводу был первоначальный вызов полиции. После отъезда сотрудников полиции потерпевший продолжил конфликтовать, оскорблял ФИО1 нецензурной бранью, на что он отвечал Р. также, был зол. Именно тогда он взял нож с тумбочки, нанес ему один удар снизу вверх ножом в область живота. Также указал, что понимал, что может причинить вред здоровью брата, но убивать его не хотел. 

К показаниям подсудимого, данным им при первоначальном допросе относительно того, что именно Р. встал с кровати, пошел в его сторону, затем замахнулся на него, суд относится критически, т.к. он изначально хотел смягчить ответственность за содеянное.

Суд считает показания подсудимого ФИО1, данные на предварительном следствии в качестве подозреваемого, в части, взятой за основу, достоверными, согласующимися с иными исследованными в суде доказательствами. При допросе он четко указывал мотив преступления, а также, что удар был нанесен им потерпевшему целенаправленно. Данный допрос произведен уполномоченным должностным лицом, в присутствии защитника, являющегося гарантом соблюдения прав подследственного. При производстве данного процессуального действия ФИО1 разъяснялись его права, о чем свидетельствуют его подписи в протоколе. Каких-либо замечаний и дополнений от него и его адвоката по окончании не поступало.

К доводам подсудимого ФИО1 о том, что в ходе первоначального допроса он не давал таких показаний, у следователя Р. уже был готовый текст, куда она только внесла корректировки, а он подписал протокол, т.к. у него болела голова, а адвокат пришел только к концу допроса, чтобы расписаться в протоколе, суд относится критически, поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при производстве данных следственных действий судом не установлено, о чем свидетельствуют, в том числе показания следователя Р., допрошенной в судебном заседании.

Той же оценке суд подвергает показания ФИО1, данные им в судебном заседании, в ходе предварительного следствия при допросах в качестве обвиняемого, на очных ставках и следственном эксперименте, расценивая их как избранный и реализованный способ защиты и желание избежать ответственности за содеянное, поскольку они опровергаются как показаниями потерпевшего, свидетелей, так и заключениями судебных экспертиз и иными исследованными письменными материалами дела, и противоречат фактически установленным обстоятельствам дела.

Опровергая доводы подсудимого о том, что он защищался от действий потерпевшего, суд принимает во внимание, что из его первоначальных показаний, а также показаний потерпевшего, следует, что Р. не пытался ударить его ножом. При этом, ФИО1, взяв нож, только предполагал, что потерпевший может применить к нему насилие ввиду того, что ранее уже делал это и был привлечен за свое деяние к уголовной ответственности.

Помимо прочего, после возникших между братьями конфликтов в день рассматриваемых событий, в том числе после первого вызова сотрудников полиции, у ФИО1 была реальная возможность остаться до утра у своей матери, проживающей во второй половине дома и согласной на пребывание у нее последнего, однако подсудимый данной возможностью не воспользовался и пошел обратно в свою половину дома, достоверно зная, что там находится потерпевший. Указание подсудимого на то, что между ним и братом не было конфликтов, опровергается показаниями свидетелей Сухорученко и ФИО4, которые присутствовали по время конфликта, а также показаниями самого же подсудимого, который вызывал сотрудников полиции по поводу возникшего между ним и потерпевшим конфликта. 

Оценивая показания потерпевшего Р. суд приходит к следующему. 

Как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании по ряду фактических обстоятельств показания потерпевшего Р. последовательны, не противоречивы, согласуются с другими представленными по делу доказательствами обвинения. Это касается даты, времени, места совершения преступления, факта причинения телесного повреждения – ножевого ранения именно подсудимым ФИО1 

При этом как наиболее достоверные, согласующиеся с другими представленными по делу доказательствами суд принимает за основу показания потерпевшего Р., данные на первоначальном этапе предварительного расследования, а именно при допросе 21.06.2024, т.е. через непродолжительное время после совершенного в отношении него преступления. В них он четко описал, что у него не было ножа, а Алексей, который подошел к нему, ударил его чем-то в живот. Эти показания получены с соблюдением требований УПК РФ, удостоверены его личной подписью.

Данные показания потерпевшего согласуются с другими доказательствами по делу, а именно с протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого изымался нож со следами крови, а также смыв вещества бурого цвета; с заключениями экспертиз о принадлежности крови на клинке изъятого в ходе ОМП ножа Р.; записью в карте вызова скорой медицинской помощи, о том, что ножевое ранение Р. нанес знакомый; заключениями эксперта об ориентировании раневого канала, направленного слева направо, сверху вниз, проникающего в левую плевральную полость и брюшную полость с повреждением межреберных мышц и большого сальника, осложнившаяся развитием левостороннего гемоторакса (скопление крови в плевральной полсти, объемом до 200 мл по данным операции), гемоперитонеума (скопление крови в брюшной полости, объемом в 100 мл).

К показаниям потерпевшего Р., данным в ходе судебного заседания о том, что он ФИО1 ножом не бил, тот просто стал забирать у него нож, а он сам наскочил на нож в процессе борьбы с последним, когда нож был в руках обоих, суд относится критически. Аналогично относится суд и к показаниям потерпевшего, который он давал в ходе очных ставок с ФИО1 о том, что он не помнит обстоятельств причинения ему ножевого ранения, и в тоже время предполагает, что либо ему удар ножом нанес брат Алексей в ходе ссоры, либо в ходе ссоры он держал нож в руке и напоролся на лезвие ножа, а также соглашается с кардинально другими показаниями, данными ФИО1

Суд расценивает такие показания потерпевшего как желание помочь ФИО1 избежать ответственности за содеянное и наказания, т.к. они родные братья, и как он пояснил в судебном заседании, не желает привлекать брата к уголовной ответственности.

Кроме того, все, за исключением первоначальных показаний по делу, даны потерпевшим Р. в присутствии его брата ФИО1

Приведенные Р. в судебном заседании доводы о том, что первоначальные показания он давал под давлением следователя ФИО3, которая допрашивала его после наркоза, с протоколом его не знакомила, он просто расписался там, где ему сказали, суд находит надуманными и нелогичными.

Нарушений уголовно-процессуального закона при производстве допроса судом не установлено, о чем свидетельствуют, в том числе, показания следователя Р., допрошенной в судебном заседании, которая показала, что Р. она допрашивала уже в общей палате, он был переведен из реанимации, доктор оценила его состояние как нормальное и сказала, что можно проводить его допрос. Сами же показания писались следователем со слов потерпевшего, протокол она зачитала Р. вслух и только после этого он его подписал. Ее показания согласуются с пояснениями специалиста С., которая является заведующей реанимационного отделения больницы, и которая обозначила общие временные рамки действия наркоза (2-4 часа) и указала, что всех следователей информируют о состоянии лиц, которых они хотят допросить. 

После окончания операции Р. 21.06.2024 до момента его допроса прошло более 7 часов времени, он был переведен из реанимационного отделения в палату, следовательно никаких осложнений после проведенных ему операций не возникло. Записей о тяжелом состоянии Р. после наркоза заключение эксперта, где кратко описан его анамнез с момента поступления в больницу до момента выписки, вопреки доводам адвоката, не содержит. О таком состоянии потерпевшего указано лишь при его поступлении в медицинское учреждение.

Заявлений о том, что показания потерпевший давал в неадекватном состоянии (будучи после наркоза) в ходе следствия не поступало. 

Исследованные в судебном заседании показания допрошенных по уголовному делу свидетелей согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, взаимно дополняют друг друга, объективно подтверждаются исследованными письменными документами. Повода для оговора подсудимого у свидетелей судом не установлено, поскольку они не заинтересованы в неблагоприятном для него исходе дела.

Так, свидетель С. в ходе следствия показывала, что в ночь с 20 на 21 июня 2024 между ее сыновьями Алексеем и Р. произошел конфликт из-за того, что Р. выгнал Алексея из дома, а также привел в дом девушку. По этому поводу Алексей вызывал сотрудников полиции, которые приезжали для беседы. Очевидцем нанесения телесного повреждения она не являлась, узнала она об этом только от Алексея, который пришел ее просить вызвать скорую помощь. По приезду скорой Р. говорил, что не желает привлекать Алексея к ответственности, и что будет говорить о том, что сам себе причинил данные телесные повреждения. Алексей же на это говорил, что покрывать его не нужно, и он сам во всем разберется, а придя к ней изначально, пояснил, что ударил Р. ножом. Данные показания суд считает возможным положить в основу приговора.

К показаниям, данным свидетелем в судебном заседании относительно того, что Алексей после случившегося пояснил ей, что либо Р. наткнулся на нож, либо он его случайно задел, суд относится критически, расценивая их как способ со стороны матери помочь своему сыну смягчить ответственность за содеянное. Остальные показания, данные свидетелем в судебном заседании не имеют существенных противоречий с первоначальными, данными в ходе следствия. Показания свидетеля С. судом, в том числе принимаются с учетом дополнений, данных в судебном заседании, в той части, где они согласуются с иными доказательствами по делу. К доводу свидетеля о том, что протокол ее допроса она подписала, не читая, суд относится критически, т.к. обстоятельства ее допроса в судебном заседании подробно описала следователь Р.. Сама свидетель после оглашения ее показаний указала, что в протоколе неверно указана причина конфликта между братьями, а также то, что она с сыновьями не конфликтовала, а Ю. не оказывала помощь Р.. Иных указаний на противоречия свидетелем указано не было, а высказанные ею на квалификацию действий подсудимого не влияют.

Также показания свидетеля Сухорученко согласуются с показаниями свидетеля ФИО4, которая поясняла, что 21.06.2024 ночью была в гостях у Р., где также был его брат Алексей. Ночью между братьями случился скандал, но физическую силу никто не применял, и по этому поводу сначала приходила их мать, а позже приезжали сотрудники полиции. Когда конфликт был исчерпан, она уснула, но сквозь сон слышала, что братья снова ругались. Они не слышала ударов, были только слова, а затем был вздох Р.. Когда он встала, то увидела кровь из бока у Р.. Очевидцем событий причинения ранения она не являлась.

Свидетель Д. выезжал по сообщению о конфликте между братьями Р., которое звучало, что брат не пускает в дом. Он же подтвердил, что помимо братьев в доме находилась С., а также, что Р., хоть и был в состоянии опьянения, вел себя адекватно, быстро успокоился.

Обстоятельства изъятия вещественных доказательств описали в судебном заседании свидетели Е. и Д.

Судебно-медицинским экспертом установлено, что тяжкий вред здоровью Р. наступил от колото-резаной раны на левой боковой поверхности грудной клетки по средней подмышечной линии в проекции 11-12-го межреберьев, продолжающейся раневым каналом, направленным слева направо, сверху вниз, проникающей в левую плевральную полость и брюшную полость с повреждением межреберных мышц и большого сальника, осложнившейся развитием левостороннего гемоторакса (скопление крови в плевральной полсти, объемом до 200 мл), гемоперитонеума (скопление крови в брюшной полости, объемом в 100 мл). Образовалась рана от однократного воздействия твердого предмета (объекта), обладавшего колюще-режущими свойствами, возможно, незадолго (от нескольких минут до нескольких десятков минут) до момента осмотра врачом 21.06.2024 в 05 часов 10 минут.

Помимо этого, судебно-медицинским экспертом в экспертизе доп доп от 17.10.2024 установлено, что возможность образования у Р. описанной выше колото-резаной раны, при наваливании Р. телом сверху над Pay А.И. и воздействии при этом ножа на переднюю поверхность грудной клетки справа в направлении снизу вверх, спереди назад, исключена. Указанная экспертиза проведена на основании проведенного следственного эксперимента, в ходе которого Р. на статистке показал механизм причинения телесного повреждения.

Кроме того, в ходе проведения экспертиз изъятых в соответствии с нормами закона вещественных доказательств установлено, что на штанах ФИО1, трусах и штанах Р., ноже, смыве вещества бурого цвета (фрагмента с пола в комнате) обнаружена кровь человека, которая могла произойти от Р.

Давая оценку всем проведенным по уголовному делу судебным экспертизам, положенным в основу приговора, суд приходит к выводу, что все они проведены экспертами с надлежащим образованием соответствующей квалификации, достаточным стажем экспертной деятельности, на основании постановлений, вынесенных уполномоченными должностными лицами, с соблюдением норм уголовного процессуального закона. Все заключения эксперта имеют исследовательские части, в которых содержатся подробные описания объектов исследований, а также указаны примененные методики. Выводы экспертов обоснованны, содержат исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, без противоречий. Каждый из них предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Суд не кладет в основу приговора заключение судебной медицинской экспертизы доп от ***, а также протокол следственного эксперимента от ***, т.к. выводы данной экспертизы какой-либо новой информации, имеющей значение для дела не имеют, это заключение не используется для обоснования выводов о доказанности какого-либо из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. В ходе проведения следственного эксперимента Р. не описал механизм причинения телесного повреждения брата, траекторию движения ножа, а лишь демонстрировал процесс борьбы между братьями и как Р. пытался толкнуть его в сторону кровати.

Довод стороны защиты о том, что эксперт должна была отказаться от проведения указанной экспертизы в силу п. 6 ч. 3 ст. 57 УПК РФ, т.к. сама же в судебном заседании пояснила, что ей не хватило материала для ее проведения, суд считает несостоятельным. Согласно указной норме закона, эксперт вправе, но не обязан отказаться от дачи заключения в случаях, если представленные ему материалы недостаточны для дачи заключения. В данном случае эксперт в заключении прямо указала, почему не представилось возможным высказаться относительно поставленных ей вопросов. В судебном заседании она также подробно объяснила этот момент, указав, что ей было не понятно описание протокола следственного эксперимента, детали того, кто и где располагался, а также где располагалось орудие, т.к. все в протоколе было описано слишком простым языком и она не смогла воссоздать картину произошедшего.

По этой же причине несостоятельна ссылка адвоката, что эксперт не вправе была руководствоваться при проведении экспертизы видеозаписью следственного эксперимента, т.к. согласно постановлению о назначении экспертизы от ***, ей в распоряжение был предоставлен диск с видеозаписью следственного действия, а эксперт, согласно п. 1 ч. 3 ст. 57 УПК РФ, имеет право знакомиться с материалами уголовного дела, относящимися к предмету судебной экспертизы.

Говорить о двух взаимоисключающих заключениях эксперта доп от *** и доп доп от *** по делу также не приходится, т.к. экспертизы проведены в рамках разных следственных экспериментов, в ходе которых Р. каждый раз описывал разные обстоятельства причинения ножевого ранения брату Р. и следовательно экспертом рассмотрены две совершенно разные описанные ситуации. 

Также, эксперт в судебном заседании подробно пояснила, что нахождение Р. во время следственного эксперимента в наручниках никак не помешало ей сделать вывод, а ему показать механизм причинения ножевого ранения, в том числе и потому, что он показал расположение ножа на правой половине грудной клетки, тогда как колото-резаная рана обнаружена на левой боковой поверхности грудной клетки по средней подмышечной линии в проекции 11-12-го межреберьев.

Кроме того, сам следственный эксперимент от *** был предметом изучения в ходе судебного следствия и при просмотре видеозаписи четко видно, что наручники не мешали Р. взять статистка за оба плеча и показывать процесс их борьбы. Сопровождающий конвоир, к которому был пристегнут наручниками Р., помогал ему своей рукой при демонстрации механизма передвижения Р., его разворота и самого момента нанесения удара, чтобы результат следственного эксперимента был достигнут. Также, в подтверждение показаний эксперта, на видеозаписи видно, что Р. показывает на статисте правую сторону как сторону, в которую был нанесен удар.

Тот факт, что экспертом К. проведены по одному делу несколько экспертиз, никак не влияет на их законность, т.к. эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, а все заключения составлены в соответствии с требованиями закона, исключительно по материалам дела. Суд принимает во внимание, что в ходе судебного следствия ни подсудимым, ни его защитником не было заявлено ходатайств о проведении дополнительных экспертиз по делу. 

Установлено, что мотивом преступления явилась личная неприязнь, возникшая у подсудимого к потерпевшему на фоне произошедшего между ними словесного конфликта непосредственно перед совершением преступления. В судебном заседании установлено, что Р. выгнал Р. из дома, а при попытке последнего пролезть в дом через окно, оказал ему сопротивление, причинив ссадину граблями, которая вреда здоровью не причинила.

Данный факт подтверждается показаниями потерпевшего Р., свидетелей Сухорученко и ФИО4, а также свидетелей из числа сотрудников полиции, которые выезжали на вызов по факту ссоры между братьями Р. незадолго до причинения ножевого ранения. Иного мотива ни в ходе следствия, ни в судебном заседании не установлено. Показания Р. о том, что между ним и братом никогда не было конфликтов опровергаются также показаниями свидетеля Сухорученко, которая является их матерью и рассказывала о частых конфликтах между ними, а также свидетеля ФИО5, допрошенного по ходатайству стороны защиты о том, что на братьев Р. неоднократно поступали жалобы относительно их ссор.

Характер колото-резаной раны у Р., нанесенной в грудную клетку по средней подмышечной линии в проекции 11-12-го межреберьев, что прямо следует из показаний потерпевшего, свидетелей, и из заключения эксперта, свидетельствует только об умышленном причинении тяжкого вреда здоровью. 

Факт причинения именно Р. телесных повреждений Р. подтверждается признанием данного факта подсудимым в судебном заседании и на следствии, показаниями потерпевшего, свидетеля с., которой подсудимый сразу после ранения сообщил об этом, а также другими вышеприведенными доказательствами стороны обвинения, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, в деталях согласуются друг с другом и с фактическими обстоятельствами дела, и которые суд считает допустимыми.

С учетом установленных в судебном заседании обстоятельств произошедшего, суд не усматривает в действиях Р. аффекта, так как в момент совершения преступления он был полностью ориентирован в ситуации, что подтверждается его показаниями. 

Кроме того, состояние аффекта представляет собой интенсивную эмоцию, которая занимает доминирующее положение в сознании человека, и, как правило, характеризуется временной потерей памяти. Суд исключает возможность возникновения сильного душевного волнения у подсудимого в момент совершения преступления. 

Не усматривается в действиях Р. и необходимой обороны или превышения таковой, поскольку в судебном заседании не установлено наличие какой-либо угрозы его жизни и здоровью со стороны потерпевшего в момент и непосредственно перед нанесением удара. Потерпевший, согласно показаниям подсудимого и потерпевшего, положенным в основу приговора, каких-либо предметов в руках, которыми возможно было бы причинить телесные повреждения или физическую боль, напугать Р., не имел, в момент, предшествующий ножевому ранению, никаких телесных повреждений ему не наносил. Указание подсудимого в судебном заседании об обратном опровергается совокупностью положенных в основу приговора доказательств. 

Доказательства обвинения суд считает достоверными и объективными, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона и в деталях согласуются друг с другом и с фактическими обстоятельствами дела.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетелей, протоколах следственных действий, иных письменных доказательствах, ставящих под сомнение факт совершения Р. преступления, в судебном заседании не установлено.

Иные доводы подсудимого и защиты, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, и не опровергают их.

В соответствии со ст. 15 УПК РФ судом созданы все необходимые условия для исполнения сторонами своих обязанностей и осуществления своих прав. Судебное следствие окончено только после отсутствия у сторон каких-либо дополнений. 

Суд с учетом изложенного квалифицирует действия Р. по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия» нашел свое подтверждение в судебном заседании, о чем свидетельствуют характер нанесенного повреждения (в соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы), а также высокие поражающие свойства орудия преступления (ножа), обладающего колюще-режущими свойствами.

При определении вида и размера наказания подсудимому Р. суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории тяжких, личность виновного, который не судим, характеризуется участковым уполномоченным по месту жительства отрицательно, как человек, злоупотребляющий спиртными напитками, на которого поступают жалобы и родственников и соседей; по месту работы положительно, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

У суда нет оснований сомневаться в объективности предоставленной характеристики УУП, т.к. в судебном заседании сам участковый ФИО5 привел обоснования всех доводов, изложенных в ней.

Суд признает в соответствии со ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание: фактическое признание вины в начале предварительного следствия, плохое состояние здоровья подсудимого и его престарелой матери, которой он оказывает посильную помощь в быту. 

Суд учитывает и противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления в качестве смягчающего обстоятельства, поскольку о таком поведении Р. указывает свидетель С., к которой приходил подсудимый и жаловался на то, что потерпевший Р. не пускает его домой, и у которой ФИО1 некоторое время пережидал этот конфликт. Указанное подтверждает и свидетель Д., который будучи сотрудником полиции, выезжал по сообщению о том, что Р. не пускал домой ФИО1 Доказательств обратного суду стороной обвинения не представлено.

Также в качестве смягчающего обстоятельства суд признает и учитывает оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в том, что сразу после нанесения удара ножом Р., ФИО1 сообщил об этом своей матери и попросил последнюю вызвать скорую помощь. Кроме того, он передал потерпевшему тряпки для того, чтобы тот мог приложить их к ране, тем самым остановить кровь.

Все эти обстоятельства суд учитывает при назначении наказания, не усматривая иных обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных ст. 61 УК РФ, а также не усматривает оснований для признания каких-либо других обстоятельств, смягчающими наказание.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Суд не усматривает оснований для признания обстоятельством, отягчающим наказание, совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку в судебном заседании не установлено, что употребление им алкоголя явилось поводом к совершению преступления. Само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. 

Учитывая изложенное, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы в пределах санкции ч. 2 ст. 111 УК РФ, с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ (наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, находя в связи с вышеизложенными обстоятельствами менее строгое наказание недостаточным и несправедливым. При назначении наказания судом учитывается характер и степень общественной опасности совершенного умышленного тяжкого преступления против жизни и здоровья человека, поскольку конкретные обстоятельства содеянного, в частности характер наступивших последствий, свидетельствуют о повышенной степени общественной опасности преступления. Наличие ряда смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств сами по себе не могут в полной мере свидетельствовать о возможности назначения наказания без реального его отбывания, поэтому суд признает невозможным исправление ФИО1 без изоляции от общества, и не находит возможности применить положения ст. 73 УК РФ к назначенному наказанию, в этом случае оно может являться чрезмерно мягким.

По мнению суда, указанное наказание будет соответствовать задачам и принципам, закрепленным в ст.ст. 3-7 УК РФ, а также целям наказания, закрепленным в ч. 2 ст. 43 УК РФ, способствовать исправлению подсудимого и предотвращению совершения им новых преступлений. При этом суд полагает нецелесообразным применение к подсудимому дополнительного наказания в виде ограничения свободы с учетом всех учтенных по делу обстоятельств.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимой преступного деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости смягчения наказания, суд не установил, вследствие чего, не усмотрел оснований для назначения наказания с применением правил ст. 64 УК РФ. 

С учетом фактических обстоятельств, характера и общественной опасности совершенного преступления, по мнению суда, отсутствуют основания для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, равно как не усматривается оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке ч. 2 ст. 53.1 УК РФ.

Учитывая адекватное поведение подсудимого ФИО1 в судебном заседании, отсутствие сведений о нарушении психики, сомневаться в его вменяемости у суда нет оснований.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывать наказание ФИО1 надлежит в исправительной колонии общего режима.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

Расходы, связанные с выплатой вознаграждения защитникам подсудимого по делу суд признает процессуальными издержками и не усматривает оснований для полного или частичного освобождения подсудимого от их возмещения с учетом отсутствия сведений о его имущественной несостоятельности, принимая во внимание его трудоспособный возраст, состояние здоровья, возможность получения дохода, отсутствие полных иждивенцев, в связи с чем в силу ст. 132 УПК РФ с подсудимого подлежат взысканию расходы, выплаченные адвокату за участие в ходе предварительного следствия и в судебном процессе. Также судом учитывается и мнение самого ФИО1 о согласии выплатить процессуальные издержки защитнику Б. Доводы подсудимого о том, что адвокат Т. защищал его ненадлежащее и он не согласен оплатить его услуги суд считает надуманными, т.к. в материалах уголовного дела содержатся протоколы следственных действий, в которых принимал участие данный адвокат. Жалоб либо замечаний в ходе предварительного следствия со стороны подсудимого на работу адвоката не поступало. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 303-304, 307-309 УПК РФ,

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде 3 (трех) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражей, после вступления приговора в законную силу отменить. 

Срок наказания исчислять с даты вступления приговора в законную силу. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с *** до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

После вступления приговора в законную силу, вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств МО МВД России «Рубцовский»:

- футболку и штаны, принадлежащие обвиняемому ФИО1, трусы и штаны, принадлежащие потерпевшему Р. – вернуть по принадлежности законным владельцам;

- смыв вещества бурого цвета, нож - уничтожить.

Процессуальные издержки в виде расходов по выплате вознаграждения адвокату Т. в ходе предварительного следствия в сумме 24101 (двадцать четыре тысячи сто один) рубль 70 копеек, а также адвокату Б. в ходе предварительного следствия в сумме 11 743 рубля 80 копеек, а также в судебном заседании в сумме 19 895 рублей, а всего в сумме 31 638 (тридцать одна тысяча шестьсот тридцать восемь) рублей 80 копеек взыскать с осужденного ФИО1 в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 15 суток со дня провозглашения в ...вой суд, а осужденным в тот же срок с момента получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Разъяснить осужденному право на обеспечение помощью адвоката в суде второй инстанции, которое может быть реализовано путем заключения соглашения с адвокатом, либо путем обращения с соответствующим ходатайством о назначении защитника, которое может быть изложено в апелляционной жалобе либо иметь форму самостоятельного заявления, и должно быть подано заблаговременно в суд первой или второй инстанции. Дополнительные апелляционные жалоба, представление подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее, чем за 5 суток до начала судебного заседания. 

Судья А.Б. Федоровская