Дело № 2 – 122/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

24 января 2019 года

Московский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Нагаевой Т.В.,

при секретаре Минаковой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Слезкину Александру Александровичу о признании договора незаключенным,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, мотивируя свои требования тем, что 13 октября 2017 года в отношении него ст. следователем СО по Московскому району гор Калининграда СУ СК РФ по Калининградской области ФИО8 было возбуждено уголовное дело по 

<

данные изъяты> УК РФ. Поскольку он настаивал на назначении ему адвоката, так как имеет заболевание 

<

данные изъяты>, в связи с чем, без очков вообще не может писать и прочитать напечатанный текст, следователь ФИО8 предложил ему адвоката по назначению Слезкина А.А. Его дочь ФИО14 предоставляла Слёзкину А. А. выписки из госпиталя, сообщала о состоянии здоровья истца. Впоследствии с указанным адвокатом было заключено соглашение, при этом он попросил за свою защиту 

<

данные изъяты> евро. Так как такой суммы у него не было, но были деньги на счете в банке, адвокат согласился заключить с ним соглашение на его защиту по 

<

данные изъяты> рублей за предварительное расследование и за рассмотрение уголовного дела в суде. Учитывая, что истец находился под домашним арестом, ответчик отвез его на своей машине в банк. В автомобиле он передал Слёзкину А.А. 

<

данные изъяты> рублей, после чего тот отвез его домой. При этом, Слезкин А.А. сказал, что соглашение и квитанцию привезет позже, на что тот согласился, так как доверял адвокату Слёзкину А.А.

20 октября 2017 года он попал в госпиталь 

<

данные изъяты>. Далее он (истец) попросил обжаловать незаконные действия следователя ФИО15 о не предоставлении ему адвоката в момент его задержания дома 13 октября 2017 года, так как он 

<

данные изъяты>, ничего не видит без специальных очков, обжаловать незаконные действия о написании следователем ФИО16 под давлением явки с повинной и честно признаться прокурору о том, что он (Слезкин) подписал протокол допроса подозреваемого, не участвуя на допросе. На эту просьбу Слёзкин ответил отказом и тем самым он фактически отказался его защищать.

После выхода с госпиталя 2 ноября 2017 года он подготовил собственноручно жалобу на 8 листах и настоял, чтобы Слёзкин А.А. передал ее в прокуратуру. 16 ноября 2017 года после того, как адвокат Слёзкин А.А. написал его дочери ФИО5 сообщение о том, чтобы больше ему не звонили и не писали, он понял, что адвокат не желает его защищать.

В этот день Слезкин приехал к нему домой, он ему сообщил, что отказывается от его услуг как адвоката, что он (Слёзкин А.А.) стал заложником своих противозаконных действий, когда подписал протокол допроса в качестве подозреваемого от 14 октября 2017 года, не участвуя в нем, а поэтому он не будет его защищать, как это требуется по закону. Слёзкин расписался в претензии и заявил, что может привести соглашение и квитанцию. Он ему сказал, что теперь поздно. Тогда Слёзкин заявил, что не сможет собрать всю сумму за два дня, он ему сказал, что дает срок три недели. При этом разговоре присутствовала его дочь ФИО5, она находилась в другой комнате и слышала весь разговор, но Слёзкин ее не видел. У входной двери Слёзкин заявил ему, что он еще свою долю из этой суммы возьмет.

15 декабря 2017 года истец позвонил Слёзкину и спросил, собирается ли он возвращать 

<

данные изъяты> рублей, на что тот ответил, что денег у него не брал, и что он ему еще остался должен. Истец ему сообщил, что готовит жалобу в Адвокатскую Палату и подает заявление в следственный комитет на возбуждение в отношении него уголовного дела по ст. 159 УК РФ с причинением значительного ущерба. 

18 декабря 2017 года он обратился с жалобой в Адвокатскую палату Калининградской области, где было возбуждено дисциплинарное производство в отношении адвоката Слёзкина АА. В Адвокатскую палату Калининградской области Слёзкин А.А. представил отзыв на претензию. В данном отзыве он указывал, что между ними 20 октября 2017 года был заключен договор на оказание юридических услуг.

Также в Адвокатскую палату Калининградской области Слёзкин А.А, предоставил ксерокопию договора, якобы подписанного им (истцом). 

Получив копии документов из дисциплинарного дела, он увидел, что подпись на договоре в поле «Косенков Борис Андреевич» выполнена не им и является поддельной. Никакого договора он с ответчиком Слёзкиным А.А. не подписывал.

Адвокатская палата Калининградской области, рассмотрев его жалобу, указала, что доводы, указанные им в части заключения соглашения об оказании юридических услуг; рассмотрению и оценке не подлежат, поскольку не входят в полномочия квалификационной комиссии Адвокатской палаты Калининградской области.

Просил признать договор об оказании юридических услуг от 20 октября 2017 года между ФИО1 и Слёзкиным Александром Александровичем незаключенным.

Впоследствии истец уточнил исковые требования (л.д. 26-33), фактически дополнив основания иска.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, надлежаще извещен о месте и времени судебного заседания. 

Ранее в судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержал, пояснил, что никакого соглашения не подписывал и подпись в договоре от 20.10.2017 года стоит не его. Соглашение с адвокатом было только устное. Слёзкин А.А. сказал, что его услуги будут стоить 

<

данные изъяты> руб. до суда и 

<

данные изъяты> руб. после суда. Договорились, что Слёзкин А.А. будет его защищать за 

<

данные изъяты> рублей. О договоре от 20.10.2017 года узнал 21 ноября 2017 года, когда расторгал с адвокатом договор об оказании юридических услуг по назначению. Написал Слёзкину А.А. претензию, в которой изложил суть расхождений с ним и потребовал, чтобы он вернул ему 

<

данные изъяты> руб., которые отдал адвокату 17 октября 2017 года, потому что Слёзкин А.А. убедил его в том, что при наличии 

<

данные изъяты> евро дело будет закрыто. У него было только 

<

данные изъяты> руб., поэтому он эту сумму отдал Слёзкину А.А. О передаче 

<

данные изъяты> руб. договор и расписка не составлялись, поскольку у него было 

<

данные изъяты> состояние. 16 октября 2017 года был суд, 17 октября 2017 года он снял деньги и передал Слёзкину А.А. 20 октября 2017 года было выдвинуто обвинение, после этого его положили в госпиталь. Не взял расписку у адвоката о том, что передал деньги, поскольку ему сказали, что с адвокатом работают на доверии и есть этика деятельности адвоката. Не писал и не подписывал заявление о том, что адвокат Слёзкин А.А. будет осуществлять свои услуги на основании соглашения. В следственном отделе в коридоре не подписывал Договор от 20.10.17г., увидел данный Договор в Адвокатской палате, но даже с лупой было плохо видно, что в договоре написано. 

Представитель истца ФИО2 по доверенности от 05.02.2018 года (л.д. 11) в судебном заседании исковые требования поддержала, пояснила, что Договор оказания юридических услуг от 20.10.2017 года между Слёзкиным А.А. и ФИО1 не заключался. В данном договоре не оговорены существенные условия. В договоре должен быть указан предмет - участие по конкретному делу, в отношении конкретного лица, по конкретной статье. Была нарушена и не оговорена форма договора, его условия. Договор не имеет юридической силы. Договор изготовлен на 3-х листах, первый лист написан 10 шрифтом, ФИО1 

<

данные изъяты>, в таком случае, он бы попросил представить ему читаемый договор. Второй и третий листы договора не соединены воедино, возможно ФИО3 что-то и подписал когда-то, но в договоре легко заменить любую страницу, можно вставить уже подписанный ФИО1 лист. Слёзкин А.А. знал, что у истца заболевание 

<

данные изъяты>, он не прочитал бы такой мелкий текст. 20.10.2017 года ФИО1 было предъявлено обвинение по 

<

данные изъяты> УК РФ, однако в протоколе допроса обвиняемого от 20.10.17. указан номер ордера адвоката Слёзкина А.А. по назначению, а не по соглашению. Постановление о прекращении услуг адвоката по назначению не выносилось, в дело был представлен только ордер по соглашению. ФИО1 отказался от адвоката Слёзкина А.А., так как он встал на сторону обвинения, уговаривал истца признать ст. 

<

данные изъяты> УК РФ. Заявление, которое написал Слёзкин А.А. об отказе ФИО1 от услуг адвоката Слёзкина А.А. по назначению и в связи с заключением со Слёзкиным А.А. соглашения об оказании юридических услуг, ФИО1 не подписывал. В претензии, которую написал ФИО1, не было указано, что с ответчиком был заключен договор. 

Представила пояснения по иску (л.д. 48-52), указав, что в 11 разделе Договора «Адреса, паспортные данные и подписи сторон» указан год рождения ФИО1, его место регистрации, номер паспорта, однако не указана дата выдачи паспорта. Под данными Косенкова изображена подпись, не принадлежащая ФИО1, т.е. выполнена данная подпись не ФИО1, а другим лицом. В графе исполнитель указан адвокатский кабинет №, регистрационные данные кабинета, адрес, однако паспортные данные Слёзкина А.А. отсутствуют и не указано, что Слёзкин является адвокатом. Имеется подпись Слёзкина А.А и расшифровка подписи.

Из дословного толкования данного договора следует, что текст данного Договора оказания юридических услуг от 20.10.2017 г. соответствует требованиям ст. 779 ГК РФ, которая регламентирует заключение договора возмездного оказания услуг. Именно по данной форме договора имеется заказчик и исполнитель.

В рассматриваемом тексте договора отсутствуют указания на предмет поручения, как существенное условие, определённое Законом.

В соответствии со ст.25 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ, адвокатская деятельность осуществляется на основе Соглашения между адвокатом и доверителем, а не между адвокатским кабинетом и заказчиком.

Таким образом, только Соглашение об оказании юридической помощи, заключённое в порядке, предусмотренном ст. 25 ФЗ Об адвокатской деятельности и адвокатуре, является гражданско-правовым договором, на основе которого осуществляется адвокатская деятельность.

Существенными условиями соглашения являются указание на адвоката, принявшего исполнение поручения в качестве поверенного, а не исполнителя, а также на его принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате.

Это означает, что Соглашение об оказании юридической помощи, является гражданско-правовым договором основанном на договоре поручения, регулирующим порядок оказания доверителю юридических услуг поверенным (адвокатом).

В соответствии с ч. 2 ст. 779 ГК РФ правила договора возмездного оказания услуг не применяются к договору поручения, а, следовательно, и к Соглашению об оказании юридической помощи, которое основано на договоре поручения. Таким образом, Соглашение об оказании юридической помощи не может основываться на договоре возмездного оказания услуг, сторонами которого является Заказчик и Исполнитель.

Отсутствие Соглашения об оказании юридической помощи с указанием его существенных условий, является нарушением законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ, и влечет за собой признание договора от 20 октября 2017 года между ФИО1 и Слёзкиным А.А. незаключенным в соответствии с ч. 1 ст. 432 ГК РФ при нарушении требований закона.

Таким образом, установлено, что адвокат Слёзкин А.А. не заключил с ФИО1 Соглашение об оказании юридической помощи, в порядке, предусмотренном статьёй 25 ФЗ Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ, а имеется Договор возмездного оказания услуг в порядке ст. 779 ГК РФ, допустив нарушение требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ.

Представленный в суд адвокатом Слёзкиным А.А. договора возмездного оказания услуг, игнорирование им требований статьи 25 ФЗ Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ, отсутствие в данном договоре указания на адвоката, принявшего к исполнению поручение в качестве поверенного, предмета поручения, указывает на то, что данный договор незаконен и является незаключенным.

Из исследуемого текста договора видно, что пункт 1.1 Договора, определяет предмет договора, однако в соответствии с действующим законодательством, в Соглашении об оказании юридической помощи, указывается предмет поручения. В данном договоре предмет поручения неуказан, а предмет договора является неопределённым, так как не содержит указаний о том, где и кому будет оказываться юридическая помощь.

В соответствии с подпунктами 1,2,3,4,5 пункта 4 статьи 25 ФЗ Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ, существенными условиями соглашения являются: 1) указание на адвоката, принявшего исполнение поручения в качестве поверенного, а так же на его принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате; 2) предмет поручения; 3) условия выплаты вознаграждения за оказываемую юридическую помощь;4) порядок и размер компенсации расходов адвоката принявшего исполнение поручения; 5) размер и характер ответственности адвоката, связанных с исполнением поручения.

В соответствии с пунктом 5 статьи 21 ФЗ Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ, соглашения об оказании юридической помощи в адвокатском кабинете заключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации адвокатского кабинета. Данный договор не содержит сведений о его регистрации в документации адвокатского кабинета. 

Ответчик Слёзкин А.А. в судебное заседание не явился, надлежаще извещен о месте и времени судебного заседания.

Ранее в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, пояснял, что по заявлению ФИО1 ему был назначен адвокатом. В последующем был осуществлен ряд следственных действий. 16 октября 2017 года оказаны услуги в рамках избрания меры пресечения ФИО1, 

<

данные изъяты>. В последующем между ним и ФИО1 было достигнуто соглашение об отказе ФИО1 от услуг адвоката по назначению, представлении его интересов на основании договора оказании юридических услуг. 20.10.2017 года ФИО1 был доставлен в здание СО по Московскому району г. Калининграда, где с ним перед кабинетом следователя был заключен договор оказания юридических услуг. ФИО1 подписывал договор в очках, договор лежал на папке с документами, на коленях. В присутствии следователя ФИО8 и по просьбе ФИО1 было написано заявление следователю, в рамках которого ФИО1 отказывался от его услуг, как адвоката по назначению, и уведомлял следователя о представлении его интересов на предварительном следствии адвокатом по соглашению. ФИО1 данное заявление не писал, но подписывал также как и договор. По договору какие-либо денежные средства ФИО1 не оплачивал. Был разговор с ФИО1 о том, что деньги будут переводиться в течение указанного в договоре срока, но потом он лег в больницу, сказал, что выплатит после выхода из больницы 

<

данные изъяты> руб., а когда вышел, представил претензию. В договоре от 20.10.2017 года есть данные адвокатского кабинета и данные доверителя. Договор является универсальным вне зависимости от того, где происходит предварительное следствие, поэтому в нем не указывается точное место проведения. В уголовном производстве существует гражданское производство, где адвокат выступает со стороны истца или стороны гражданского ответчика. Договор составлен надлежащим образом. На основании данного договора был выписан ордер, происходили фактические действия. Какой-либо другой договор не заключался. Копию договора давал истцу. В протоколе допроса обвиняемого от 20.10.17. указан номер ордера по назначению в связи с технической ошибкой. Представлял интересы ФИО1 до получения от него претензии, т.е. до 21 ноября 2017 года. Получил претензию дома у ФИО1 В настоящее время договор расторгнут. 17 октября 2017 года снимал деньги ФИО1 или нет, не знает, отвозил его за тем, чтобы тот деньги снял.

Заслушав пояснения представителя истца, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

В силу пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 настоящего Кодекса, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ч. 3 ст. 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из содержания п. 1 ст. 434 ГК РФ следует, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (п. 2 ст. 434 ГК РФ). 

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно ст. 25 Федерального закона РФ от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем (п. 1); соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу; вопросы расторжения соглашения об оказании юридической помощи регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации с изъятиями, предусмотренными настоящим Федеральным законом (п. 2); существенными условиями соглашения являются: 1) указание на адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения в качестве поверенного (поверенных), а также на его (их) принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате; 2) предмет поручения; 3) условия и размер выплаты доверителем вознаграждения за оказываемую юридическую помощь либо указание на то, что юридическая помощь оказывается доверителю бесплатно в соответствии с Федеральным законом "О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации"; 4) порядок и размер компенсации расходов адвоката (адвокатов), связанных с исполнением поручения, за исключением случаев, когда юридическая помощь оказывается доверителю бесплатно в соответствии с Федеральным законом "О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации"; 5) размер и характер ответственности адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения (п. 4), вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением (п. 6). 

Из материалов дела следует, что 14 октября 2017 года ст. следователем СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК РФ по Калининградской области ФИО8 вынесено постановление о назначении защитника подозреваемому ФИО1 для оказания юридической помощи по уголовному делу № 11702270003390589 при проведении с ним следственных действий, назначенных на 12:30 часов 14.10.2017 (л.д. 34). 

14.10.2017 года Адвокатской палатой Калининградской области выдан ордер № 10456 адвокату Слёзкину А.А. (л.д. 35), которому поручается 14.10.2017 защита ФИО1 в уголовном судопроизводстве по уголовному делу до вступления приговора суда в законную силу, либо до прекращения уголовного дела или преследования СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК России по Калининградской области. 

Из текста заявления от 20.10.2017 года (л.д. 36) в адрес ст. следователя СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК РФ по Калининградской области ФИО8 от ФИО1 следует, что в производстве следователя находится уголовное дело по факту 

<

данные изъяты>. Защиту его интересов осуществляет адвокат Слёзкин А.А., в рамках УПК и по назначению. От его услуг по назначению он отказывается, и это не связано с его материальным положением. Его интересы на стадии предварительного следствия и суда будет представлять Слёзкин А.А. на основании заключенного договора оказания юридических услуг. 

ФИО1 подпись на указанном заявлении от 20.10.2017 года оспаривает, считает ее подложной. В силу требований ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Вместе с тем, доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что заявление от 20.10.2017 года, составленное от имени ФИО1, подписано не им, а иным лицом, в дело не предоставлено. 

Согласно п.п. 1.1 Договора оказания юридических услуг от 20 октября 2017 года, заключенного между ФИО1 (заказчик) и Слёзкиным Александром Александровичем, имеющим регистрационный номер 39/361 в реестре адвокатов Калининградской области (исполнитель) (л.д. 21-23), заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать юридические услуги в соответствии с установленными законами на территории РФ, в рамках сопровождения и представления интересов:

- на стадии подготовки материалов для передачи в органы предварительного следствия,

- на стадии предварительного следствия и судебного разбирательства, апелляционного обжалования. 

Стоимость услуг исполнителя по настоящему Договору составляет 

<

данные изъяты> руб. (п. 4.1 Договора). Предоплата услуг исполнителя, согласно п. 4.1 настоящего Договора, производится заказчиком в течение 5 дней с момента подписания настоящего Договора, путем наличного расчета в размере 

<

данные изъяты> руб. Вне зависимости от объемов выполненных работ, в рамках исполнения условий настоящего договора, предоплата возврату не подлежит (п. 4.2 Договора).

В соответствии с п. 9.1 Договора, договор вступает в силу с момента подписания его обеими сторонами и действует до момента полного исполнения сторонами своих обязательств по Договору. 

Истец просит признать вышеуказанный Договор оказания юридических услуг от 20 октября 2017 года незаключенным по основаниям подложности его подписи в договоре, а также доводов о том, что текст данного Договора от 20.10.2017 г. соответствует требованиям ст. 779 ГК РФ, тогда как правила договора возмездного оказания услуг не применяются к договору поручения, коим является Соглашение об оказании юридической помощи, что привело к отсутствию в Договоре об оказании юридической помощи его существенных условий. 

Согласно п. 1 ст. 11 Гражданского кодекса РФ, ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 4 Гражданского процессуального кодекса РФ защите в суде подлежат нарушенные или оспариваемые права и законные интересы. Кроме того, в силу ст. 12 Гражданского кодекса РФ, стороны самостоятельно избирают способ защиты нарушенного права способами, предусмотренными в данной статье. В соответствии с ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. При этом избираемый истцом способ защиты права должен соответствовать характеру и последствиям нарушения и обеспечивать восстановление нарушенных прав. Ненадлежащий способ судебной защиты является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В ходе судебного разбирательства, принимая во внимание характер возникшего между сторонами спора, доводы сторон, с учетом того, что для правильного разрешения спора требуются специальные познания, была назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФБУ Калининградская лаборатория судебной экспертизы ФИО6. На разрешение эксперта был поставлен вопрос: Кем, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, или другим лицом выполнена подпись от его имени в договоре об оказании юридических услуг от 20 октября 2017 года (л.д.21-23).

Согласно заключению эксперта № 1649/5-2 ФБУ Калининградская ЛСЭ ФИО6 от 19.12.2018 года (л.д. 125-129) подлежащая исследованию подпись от имени ФИО1 характеризуется следующими общими признаками: транскрипция и связность - монограмма условно-читаемых букв «А» и «К» - «о-с» - росчерк - дополнительный штрих, выработанность - в пределах средней, наблюдается незначительное снижение координации движений 1-й группы (о чем свидетельствуют незначительная извилистость дугового штриха начальной части 1-го элемента буквы «А», угловатость левой экстремальной части дугового штриха заключительной части росчерка), темп - средний, конструктивная сложность — простая, преобладающая форма движений — прямолинейно-дуговая, размер и разгон - средние, наклон -правый, нажим - средний недифференцированный, направление линии подписи - поднимающееся, форма основания подписи - ступенчатая.

При сравнении исследуемой подписи с образцами подписи ФИО1 между ними установлено внешнее сходство состава, а также совпадение общих признаков - выработанности, координации движений, размера, разгона, наклона и частных признаков, в числе которых следующие варианты:

- форма движения при выполнении: заключительной части 3-го элемента буквы «К» - угловатая, приближающаяся к возвратно-прямолинейной (1); правой части буквы «о» - угловатая (2);

форма движения при соединении: 2-го и 3-го элементов буквы «К» - дуговая (3); вертикального и дугового штрихов 2-го элемента буквы «К» - возвратно- прямолинейная (4);

размещение движений по вертикали при выполнении: нижней части 1-го элемента буквы «К» (1-го элемента буквы «А») - выше нижней части 2-го элемента буквы «А» (нижней части вертикального штриха 2-го элемента буквы «К») (5); начальной части 2-го элемента буквы «А» (2-го элемента буквы «К») значительно ниже верхней части ее 1-го элемента (6).

Наряду с указанными совпадениями установлены различия следующих частных признаков:

формы движения при выполнении: начального штриха буквы «с» - угловатая, в образцах - прямолинейная (I); нижней части 1-го элемента буквы «К» (1-го элемента буквы «А») - угловатая, приближающаяся в возвратно- прямолинейной, в образцах - угловатая (II);

направления (ориентации) движений при выполнении заключительного штриха верхней части буквы «о» (в прямолинейном ее варианте) - слева направо сверху вниз, в образцах - ориентировано по горизонтали слева направо (III);

протяженности движений по вертикали при выполнении возвратно-прямолинейного участка надстрочной части росчерка - больше, чем в образцах (IV).

Оценкой результатов сравнительного исследования установлено следующее.

Выявленные совпадающие признаки малочисленны и по своему объему не образуют индивидуальной или близкой к ней совокупности, необходимой для положительного вывода об исполнителе подписи.

В отношении же различий не удалось установить - являются ли они вариантами признаков подписи ФИО1, не проявившимися в представленных образцах (с учетом значительной вариационности образцов сравнения), либо они могли появиться как в результате выполнения подписи самим ФИО1 в каких-то необычных условиях (необычная поза, болезненное состояние, волнение и т.д.), так и вследствие выполнения ее другим лицом (с подражанием подлинной подписи ФИО1). Отсутствие однозначности в оценке различий не позволило решить вопрос об исполнителе подписи ни в категорической, ни в вероятной форме.

На основании вышеизложенного, решить вопрос - ФИО1 или другим лицом выполнена подпись от имени ФИО1 в договоре оказания юридических услуг от 20 октября 2017 г., заключенном между ФИО1 и адвокатом адвокатского кабинета № 26 «Слёзкин А.А.» Слёзкиным Александром Александровичем (л.д. 21-23), не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Из материалов дела видно, что эксперт ФИО6 обладает необходимыми профессиональными данными для проведения почерковедческой экспертизы, предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Сторонами не приведено доводов о наличии оснований для ее отвода, связанных с заинтересованностью, служебной зависимостью или иной заинтересованностью, а также некомпетентностью эксперта.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки незаключенной отнесено на истца.

Принимая во внимание указанные выводы заключения экспертизы, а также отсутствие в материалах дела иных доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что подпись в Договоре оказания юридических услуг от 20.10.2017 года выполнена не ФИО1, суд в силу ст. 67 ГПК РФ, полагает необходимым при разрешении заявленных требований учитывать установленные по делу обстоятельства, а также собранные доказательства в их совокупности.

Так, в исковом заявлении ФИО1 указал, что ответчик согласился заключить с ним соглашение на его защиту по 

<

данные изъяты> рублей за предварительное расследование и за рассмотрение уголовного дела в суде. В судебном заседании истец пояснил, что Слезкин А.А. сказал, что его услуги будут стоить 

<

данные изъяты> рублей до суда и 

<

данные изъяты> рублей после. Затем пояснял, что с адвокатом договорились на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

Свидетель ФИО8 - ст. следователь СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК РВ по КО в судебном заседании пояснял, что у него в производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 Для производства следственных действий с участием ФИО1 им было вынесено постановление о назначении защитника, которое было направлено в Адвокатскую палату. Следственные действия с ФИО1 проводились при участии назначенного адвоката Слезкина А.А. С этим адвокатом прошли стадии избрании меры пресечения, допроса, проверки показаний на месте и на момент предъявления обвинения, он (свидетель) был уведомлен адвокатом и ФИО1 о том, что между ними заключено соглашение и что теперь адвокат будет оказывать услуги по соглашению. Ему (свидетелю) было представлено заявление и ордер адвоката по соглашению. Постановление о допуске адвоката по соглашению им не выносилось. По окончании дела он смотрит количество дней следственных действий с участием адвоката по назначению, затем выносит постановление об оплате. Адвокат Слёзкин А.А. и ФИО1 оба сообщили ему о совместном соглашении. Это было в следственном отделе, был вызван ФИО1, 

<

данные изъяты> и после разговора с адвокатом он пришел к выводу о том, что Слёзкин А.А. будет теперь защищать его по соглашению, в связи с чем, ему (свидетелю) передали заявление и ордер. Заявление было написано Слёзкиным А.А., об этом попросил его ФИО1, потому что адвокат владеет лучше юридическими знаниями, это было в кабинете. В его присутствии ФИО1 ставил подпись на заявлении. После подачи заявления был предоставлен ордер. Последующие следственные действия происходили на основании данного ордера. То, что в протоколе допроса обвиняемого указано, что адвокат Слёзкин А.А. участвует по назначению, возможно из-за того, что он (свидетель) забыл исправить эту позицию в протоколе об ордере. По поводу предоставления договора, соглашения, для следователя достаточно только ордера. Защитник, принявший защиту по назначению, не имеет право отказаться. Заявление об отказе от защитника по назначению не требовал, они сами так решили. Заявление об отказе от защитника по назначению, в связи с заключением соглашения, процессуально нигде не оговорено. Сведения об оплате услуг адвоката по назначению отражены в обвинительном заключении. Постановление об оплате услуг адвоката выписывается без заявления. Какое-либо соглашение, которое было заключено между сторонами, ему не предоставлялось, поскольку оно не требуется. В его присутствии подписывалось только заявление, что Слёзкин А.А. будет оказывать услуги по соглашению.

Данные пояснения свидетеля не противоречат иным доказательствам в деле, в т.ч. заявлению от 20.10.2018 года в адрес ст. следователя СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК РФ по Калининградской области ФИО8 от ФИО1 об отказе от услуг адвоката по назначению, в связи с тем, что его интересы будет представлять Слёзкин А.А. на основании заключенного договора оказания юридических услуг. Доказательств того, что данное заявление истцом не подписывалось, им не представлено, в связи с чем, у суда отсутствуют основания сомневаться в его достоверности. 

Что же касается различий вариантов признаков подписи ФИО1 в оспариваемом договоре, о которых указал эксперт, то суд приходит к следующему. 

Необычные условия носят относительно постоянный характер и, вероятнее всего, обусловлены необычным состоянием исполнителя (болезненное состояние, состояние волнения, стресса и.т.п. либо их сочетание), при этом, не исключается влияние временных факторов обстановочного характера (неудобная поза, необычная подложка).

Суд полагает, что различия в подписи ФИО1, о которых указал эксперт, могли появиться в результате выполнения подписи ФИО1 в необычных условиях – помещении Следственного отдела, в обстановке волнения – был доставлен на допрос, впоследствии помещен в госпиталь, подложкой для подписи договора служила папка с документами, лежащая на коленях, что может свидетельствовать о неудобной позе лица, что также согласуется с материалами дела и представленным экспертным заключением. 

При этом, суд отклоняет заявление стороны истца о подложности доказательств по делу (л.д.115), в связи с направлением эксперту протокола допроса обвиняемого от 20.10.2017г., поскольку данный документ, как имеющий подпись ФИО1 среди документов представленных для проведения экспертизы, не исследовался (л.д.120,126).

Приведенные остальные ссылки стороны истца, в подтверждение своих доводов о незаключенности договора, в том числе относительно формы и содержания оспариваемого договора, а также действий адвоката по оформлению ордера, нарушению расчетов между адвокатом и доверителем, оформлению бухгалтерской отчетности, не являются основанием для удовлетворения заявленных требований, так как не относятся к юридически значимым обстоятельствам, имеющих существенное значение для правильного разрешения заявленного спора.

При оценке договора, принимается во внимание не его название, а предмет договора, действительное содержание прав и обязанностей сторон и т.д. Между сторонами фактически состоялось соглашение об оказании юридических услуг за плату, что подтвердил в судебном заседании и сам истец.

То обстоятельство, что в протоколе допроса обвиняемого ФИО1 от 20.10.2017 года указано, что допрос обвиняемого осуществлялся с участием адвоката Слёзкина А.А., предоставившего ордер № 10459 от 14.10.2017. не может быть расценено как достаточное доказательство того, что подпись в договоре от 20.10.2017 года выполнена не истцом ФИО1 Наличие решения Совета Адвокатской палаты Калининградской области от 25.12.2018 года о прекращении статуса адвоката Слёзкина А.А. с 26.12.2018 года не свидетельствует о незаключенности договора на оказание юридических услуг. 

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствия правовых оснований для признания Договора оказания юридических услуг от 20.10.2017 года незаключенным.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198, ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований о признании договора оказания юридических услуг от 20 октября 2017 года, между ФИО1 и Слезкиным Александром Александровичем незаключенным, отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 28 января 2019 года.

Судья подпись