Дело № 2 – 557/20

76MS0012-01-2019-002501-76 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июля 2020г. г.Ярославль

Заволжский районный суд г. Ярославля в составе судьи Иванчиковой Ю.В., при секретаре Семеновой М.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора, взыскании неустойки, судебных расходов, встречному иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании денежных средств по договору, процентов, судебных расходов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором с учётом уточнения исковых требований в порядке ст.39 ГПК РФ /л.д.169-171/ просит: расторгнуть договор в связи с отсутствием согласованного предмета договора, а именно проекта кухни с указанием размеров и комплектации; взыскать с ответчика 45 000 руб., уплаченных по договору в качестве предоплаты; взыскать с ответчика неустойку за период с 08.06.2019 по 07.07.2019 в размере 4 200 руб. за нарушение сроков; взыскать с ответчика судебные расходы: по оплате услуг представителя 21 000 руб., по оформлению нотариальной доверенности 1 300 руб., по оплате экспертизы 5 000 руб.

Требования мотивированы тем, что между сторонами 23.04.2019 был заключен договор на изготовление и установку кухонного гарнитура. Цена договора составила 70 000 руб. Истец оплатил работу ответчика частично в размере 45 000 руб. Вместе с тем, ответчик работу выполнил с многочисленными недостатками и с нарушением предусмотренного договором срока.

Ответчиком ФИО2 был подан встречный иск о взыскании с ФИО1 по договору на изготовление и установку кухонного гарнитура задолженности в размере 25 000 руб., процентов за просрочку обязательств 392,63 руб., госпошлины 961,78 руб. 

Встречные исковые требования мотивированы тем, что работы по договору исполнителем выполнены, акт выполненных работ подписан заказчиком 07.06.2019, однако со стороны заказчика полного расчета не произведено. 

Определением мирового судьи от 18.12.2019 гражданское дело передано для рассмотрения по подсудности в Заволжский районный суд г. Ярославля.

В судебном заседании истец по первоначальному иску ФИО1, его представитель по доверенности ФИО3 поддержали свои исковые требования в редакции искового заявления на 06.06.2020 /л.д.169-171/ за исключением расходов на экспертизу. По встречному иску ФИО2 возражали.

Представитель ответчика по первоначальному иску ФИО2 по доверенности ФИО4 по иску ФИО1 возражал, встречные исковые требования поддержал. Пояснил, что обязательства по договору ФИО2 были исполнены в срок, предусмотренный договором, что подтверждается актом выполненных работ. Кухонный гарнитур изготовлен в соответствии с условиями договора, недостатков не имеет, либо это устранимые недостатки. Указанные ФИО1 недостатки не относятся к предмету договора. Относительно повреждения столешницы указал, что повреждена она была самим заказчиком. По повреждениям кухни саморезами указал, что саморезы были закручены также по указанию заказчика. Действия ФИО1 по обращению с иском в суд просил расценивать как злоупотреблением им /ФИО1/ своими правами с целью наживы и не желанием отдавать денежные средства за проделанную работу.

Заслушав стороны, допросив свидетеля В., исследовав письменные материалы дела, суд считает, что иск подлежит удовлетворению частично исходя из следующего. 

Судом по делу установлено, что 23.04.2019 между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор на изготовление и установку кухонного гарнитура /л.д.63-65/. В соответствии с договором ФИО2 обязался в срок до 07.06.2019 доставить и установить кухонный гарнитур в квартиру ФИО1, последний же в свою очередь принять и оплатить поставленный товар. Цена договора составила 70 000 руб., предварительная оплата, произведенная ФИО1 – 45 000 руб. Сборка кухонного гарнитура производилась исполнителем поэтапно. После сборки ФИО1 были выявлены многочисленные недостатки. 04.07.2019 ФИО2 в адрес ФИО1 был направлен для подписания акт выполненных работ /л.д.84/, который последним был подписан с указанием в нем недостатков по товару и работам, а именно: 

- срок исполнения заказа больше, чем предусмотрено договором,

- между фартуком и верхними шкафами щель,

- большое незакрытое пространство между верхними шкафами и коробом вент шахты,

- цвет фальшпанели между потолком и верхними шкафами не совпадает с цветом всей кухни,

- большие щели между нижними шкафами и фальшпанелью по всему периметру,

- ручка на верхнем ящике справа от мойки шатается, прикручена слишком длинными винтами,

- на дверцах шкафов при открытии видны надсверленные отверстия,

- угол ниши, которую занимает микроволновая печь, сбит,

- в вертикальной стене ниши на лицевой стороне отверстие,

- фасад на посудомоечной машине испорчен прикрученным саморезом,

- у столешницы на ребрах лицевой стороны ободрана пленка,

- отрегулированы не все дверцы шкафов,

- кран воды посудомоечной машины открывается неполностью и упирается в трубу,

- сушилка для тарелок очень низкая, они из нее вываливаются,

- при сборке кухни был вырван половой плинтус вместе с дюбелем и не восстановлено /л.д.83/. 

23.07.2019 истец ФИО1 обратился к ответчику ФИО2 с досудебной претензией, в которой ссылался на недостатки товара и оказанной услуги, просил возврата уплаченных по договору денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда /л.д.8-12/. Претензия была оставлена без удовлетворения.

При рассмотрении дела у мирового судьи истец менял исковые требования, а именно просил ответчика вместо возврата уплаченных по договору денежных средств устранить выявленные недостатки, для чего был предоставлен 2-х недельный срок /л.д.87/. Ответчик не пожелал устранять недостатки, настаивал на удовлетворении встречного иска.

Указанные обстоятельства подтверждены письменными материалами дела, пояснениями участников процесса, поэтому суд признает их установленными.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, а также пояснения стороны ответчика о том, что изготовлении мебели не является для него профессиональной деятельностью, договор с истцом был заключен в частном порядке, суд полагает, что на отношения сторон не распространяются положения Закона "О защите прав потребителей", поскольку ответчик не является исполнителем по смыслу указанного федерального закона, так как не имеет статуса индивидуального предпринимателя, не оказывает услуги по изготовлению и установки мебели на постоянной основе.

Как следует из материалов дела, договор на разовое оказание услуг, заключен между физическими лицами, доказательств иного стороной истца не представлено.

Учитывая содержащиеся в договоре условия, права и обязанности сторон, их фактические действия по исполнению обязательств, суд приходит к выводу о том, что в соответствии с положениями ст.ст. 421,454,730 ГК РФ, договор является смешанным договором, содержит в себе условия договора купли-продажи и договора бытового подряда на выполнение работ по изготовлению и монтажу кухонного гарнитура.

Согласно положениям ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В силу п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется (пункт 2).

В соответствии с п.1 ст.474 ГК РФ проверка качества товара может быть предусмотрена законом, иными правовыми актами, обязательными требованиями, установленными в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, или договором купли-продажи.

Порядок проверки качества товара устанавливается законом, иными правовыми актами, обязательными требованиями, установленными в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, или договором. В случаях, когда порядок проверки установлен законом, иными правовыми актами, обязательными требованиями, установленными в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, порядок проверки качества товаров, определяемый договором, должен соответствовать этим требованиям.

Если порядок проверки качества товара не установлен в соответствии с п.1 ст.474 ГК РФ, то проверка качества товара производится в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно применяемыми условиями проверки товара, подлежащего передаче по договору купли-продажи (пункт 2 данной статьи).

Как предусмотрено п.1 ст.475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы; потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору (пункт 2 статьи 475 ГК РФ).

Заявляя поддержанные в настоящем судебном заседании требования истец ссылался на некачественность приобретенного у ответчика товара.

В подтверждение своих требований истцом представлено заключение товароведческой экспертизы №036/2020 от 05.06.2020, выполненное специалистом В./л.д.173-183/, согласно которому кухонный гарнитур имеет множество дефектов, в том числе неустранимых. Дефекты являются производственными, в том числе связанными с монтажными работами. Вывод эксперта следующий: дефекты, установленные в ходе исследования, являются критическими, неустранимыми и препятствующими эксплуатации мебели по назначению. Мебель, представленная на исследование, не соответствует требованиям нормативно-технической документации. 

Представитель ответчика утверждал в суде, что заключение, выполненное специалистом В. не соответствует требованиям законодательства, следовательно не является надлежащим доказательством по делу.

По возражениям стороны ответчика в судебном заседании в качестве свидетеля допрошен специалист В., который поддержал выводы по своему заключению, ответил на все поставленные перед ним вопросы сторон и суда, из содержание которых суд определил, что изготовленная по договору сторон мебель не соответствует стандартам качества, имеет существенные неустранимые недостатки. По значимости, степени выраженности и месту расположения, выявленные дефекты являются значимыми, существенно влияют на использование кухонного гарнитура по назначению.

Суд установил, что специалист В. имеет соответствующее образование, квалификацию и стаж работы, позволяющие ему давать подобные заключения. В суде при даче показаний В. был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Представленная представителем ответчика рецензия на заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненная специалистом ООО «Экспертно-оценочный центр» М. /л.д.193-225/, не опровергает выводов специалиста В., кроме того подтверждает наличие в изготовленном ответчиком изделии дефектов. Вывод специалиста ФИО5 о том, что неустранимые дефекты могли возникнуть в результате действий собственника, надлежащими доказательствами не подтверждены, и опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств. Суд не усматривает оснований не доверять заключению товароведческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и считает возможным положить данное заключение в основу решения суда. При этом суд отмечает, что убедительных и аргументированных доказательств в опровержение данного заключения суду представлено не было. Представить свое заключение по вопросу качества изготовленной и установленной в квартире истца кухни, от проведения судебной экспертизы сторона ответчика отказалась. Оснований считать, что ряд дефектов, таких как вырыв облицовочного покрытия вдоль видимого края на столешнице барной стойки /л.д.179, рис.12 Заключения/ возник в результате неправильной эксплуатации мебели или же в результате умышленной порчи, о чем было заявлено в суде стороной ответчика, суд не находит, поскольку как следует из акта приема-передачи, о данном дефекте истцом было заявлено при передаче товара /у столешницы на ребрах лицевой стороны ободрана пленка/. При таких обстоятельствах, именно на ответчике лежит обязанность доказать, что товар был передан надлежащего качества. Таких доказательств стороной ответчика не представлено. Из представленных представителем ответчика фотографий внешнего вида кухни /л.д. 70-75/, и содержащихся на СD диске /л.д.85/с очевидностью не усматривается отсутствие данного дефекта, поскольку фотографирование произведено с большого расстояния и под определенным ракурсом, что не позволяет достоверно установить наличие либо отсутствие данного дефекта. Доводы ответчика о злоупотреблении правом со стороны истца ничем не подтверждены. По дефекту, связанному с повреждением фасада модуля под посудомоечную машину /л.д.179, рис.9 Заключения/, который сторона ответчика также связывает с действиями самого истца, суд отмечает, что возник он в результате вкручивания метизов. Возможно, они /метизы/ шли в комплекте с посудомоечной машиной, однако, доказательств того, что истец был предупрежден о возможных негативных последствиях использования данных метизов, суду не представлено. Установленные по делу обстоятельства позволяют суду прийти к выводу о том, что выявленные существенные недостатки проекта и изготовленного по нему кухонного гарнитура, не позволяют использовать его так, как намеревался истец. При этом суд исходит из того, что заказчик – истец не обладает специальными познаниями в изготовлении и установке кухонного гарнитура, в связи с чем и был заключен соответствующий договор с ответчиком, который, как установлено судом, производил замеры, консультировал по вопросу установки «фартука». Таким образом, совокупность собранных по делу доказательств, позволяет суду считать, что ответчиком нарушены права истца на получение товара надлежащего качества, соответствующего эстетическому восприятию, так как мебель имеет существенные недостатки, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени. В связи с чем, договор от 23.04.2019 №14, заключенный между сторонами, подлежит расторжению, уплаченные истцом ответчику по договору денежные средства /45 000 руб./ подлежат взысканию с последнего. При этом суд учитывает, что у ответчика ФИО2 имелась возможность устранить недостатки товара, работ, которой он не воспользовался. И, напротив, его /ФИО2/ позиция сводилась к тому, что дефекты в его работе отсутствуют либо носят эксплуатационный характер, что не нашло подтверждения в ходе судебного разбирательства и опровергнуто совокупностью исследованных судом доказательств. При установленных обстоятельствах встречные требования ФИО2 подлежат отклонению. Учитывая, что на ФИО2 возлагается обязанность возвратить ФИО1 уплаченную за мебель денежную сумму, последний обязан возвратить ФИО2 кухонную мебель силами и за счет его /ФИО2/ средств. Оснований для признания договора от 23.04.2019 незаключенным суд не находит. В соответствии с п.1 ст.432 ГК РФ, п.п. 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путём принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (п.2 ст.432 ГК РФ), путём совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключённым и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (п.2 ст.158, п.3 ст.432 ГК РФ). Существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида. Существенными также являются все условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, даже если такое условие восполнялось бы диспозитивной нормой. Согласно п.3 ст.432 ГК РФ, п.6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учётом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности. Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 ст.1 ГК РФ). В соответствии с пунктами 1 и 2 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В силу требований приведенных правовых норм поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Согласно условиям договора от 23.04.2019 исполнитель обязался в срок до 07.06.2019 выполнить работу по изготовлению и установке мебели, то есть фактически передать в собственность заказчика товар (кухонную мебель), а заказчик - принять и оплатить товар в соответствии с приложением к Договору /л.д.66/. Из материалов дела следует, что эскиз /проект кухни/ был подготовлен исполнителем ФИО2 Впоследствии стороны исполняли возложенные на них договором обязанности по изготовлению и передаче кухонного гарнитура, его последующей установке, ответчик получил от истца предусмотренную договором частичную оплату, чем фактически подтверждается, что истец не считал договор незаключённым. Истцом заявлено о расторжении договора от 23.04.2019 в связи с существенными недостатками, допущенными ответчиком. Как указано ранее наличие существенных недостатков в товаре нашло своё подтверждение. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора от 23.04.2019 незаключённым. Разрешая требования ФИО1 о взыскании с ответчика ФИО2 неустойки, предусмотренной договором /п. 2.1/, суд соглашается с порядком расчета, приведенным истцом, вместе с тем, суд уточняет период расчета неустойки с 08.06.2019 по 04.07.2019 /дата отправки акта выполненных работ/. При этом суд исходит из объяснений участников процесса, позиции стороны истца по первоначальному иску по расчету неустойки, а также п.2.2. договора, согласно которому услуги считаются оказанными после подписания акта выполненных работ. Представленный сторонами акт выполненных работ дату его подписания не содержит. Вместе с тем в акте ФИО1 указано на нарушение срока передачи изделия. Стороны сообщили суду о том, что данный акт был направлен почтой ФИО2 в адрес заказчика ФИО1, с предложением его подписать. Как указано ранее, направлен акт был 04.07.2019 вместе с сопроводительным письмом /л.д.33,34/. При таких обстоятельствах, с очевидностью можно считать, что акт был подписан не ранее 04.07.2019. При этом утверждения представителя ФИО2 о том, что это второй акт, первый был подписан ранее в установленный договором срок, является бездоказательным. ФИО1 указанное обстоятельство оспаривал. При этом суд полагает нелогичной позицию исполнителя по договору требовать от заказчика повторно подписать акт приема-передачи работ по договору. Таким образом, с ответчика по первоначальному иску в пользу ФИО1 подлежит взысканию предусмотренная п.2.1 договора неустойка в размере 3 780 руб. /70 000 руб. х 0,2 % х 27 дней/. Возражений относительно порядка расчета неустойки представителем ФИО2 заявлено не было. Оснований для снижения размера неустойки суд не находит. Истцом по первоначальному иску также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек. В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Согласно ст.ст. 94, 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны признанные судом необходимыми расходы, расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Истцом в связи с рассмотрением дела понесены расходы: по оформлению нотариальной доверенности 1 300 руб., по оплате юридических услуг – 21 000 руб. Несение указанных расходов истцом подтверждено документально.Суд не признает расходы по оформлению нотариальной доверенности связанными с разрешением настоящего дела, поскольку спектр полномочий, предусмотренный доверенностью для представителей широкий, в том числе и представлять интересы ФИО1 в иных, в том числе административных, уголовных делах.

При определении размера подлежащих возмещению судебных расходов на представителя /юридических расходов/, учитывая обстоятельства дела, характер спора, сложность дела и объем защищаемого права, сложившиеся расценки на оплату юридических услуг, степень доказанности заявителем несения расходов, количество процессуальных действий, совершенных представителем ФИО1, суд определил взыскать с ответчика по первоначальному иску в пользу истца расходы, понесенные последним на оплату юридических услуг размере 20 000 руб.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. На основании п.п. 1 и 3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ, размер госпошлины составляет 1 663 руб. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Расторгнуть договор от 23.04.2019 №14, заключенный между ФИО2 и ФИО1.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 уплаченную по договору денежные средства в размере 45 000 руб., неустойку в размере 3 780 руб., судебные расходы: по оплате услуг представителя 20 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 отказать.

Обязать ФИО1 после получения присужденных денежных средств предать ФИО2 за счет сил и средств последнего кухонный гарнитур, установленный в квартире 

<

адрес>, по договору от 23.04.2019 №14.

Взыскать с ФИО2 госпошлину в доход государства в размере 1 663 руб.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Ярославский областной суд через Заволжский районный суд г. Ярославля в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Судья Ю.В. Иванчикова

Мотивированное решение изготовлено: 18.08.2020.