Дело № 09 октября 2020 г. 

49RS0№-91 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МАГАДАНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

в составе председательствующего судьи Семёновой М.В., 

при секретаре Олейниковой В.А.,

с участием прокурора Гуть Л.Н.,

истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане, в помещении Магаданского городского суда, 09 октября 2020 г. гражданское дело по исковому заявлению прокурора города Магадана в интересах ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, возложении обязанности передать в Государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений, признании незаконным использование персональных данных, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор города Магадана обратился в интересах ФИО1 в Магаданский городской суд с иском к АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, возложении обязанности передать в Государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений, признании незаконным использование персональных данных, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указано, что прокуратурой г. Магадана по обращению ФИО1 проведена проверка по факту неправомерного перевода её пенсионных накоплений в негосударственный пенсионный фонд, в ходе которой установлено, что деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию ФИО1 осуществлял Пенсионный фонд РФ.

В ходе проведенной проверки установлено, что ФИО1 в марте 2019 г. стало известно, что её пенсионные накопления переведены из Пенсионного фонда Российской Федерации в акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в соответствии с новым договором об обязательном пенсионном страховании, якобы заключенным между ответчиком и ФИО1 

Однако ФИО1 договоры об обязательном пенсионном страховании с ответчиком не заключала, доверенности на заключение договора никому не выдавала, заявления застрахованного лица о переходе либо досрочном переходе в какие-либо негосударственные пенсионные фонды не подписывала, поручения удостоверяющему центру на выпуск электронной подписи для подписания заявления о переходе в негосударственный пенсионный фонд не давала. 

Несмотря на изложенное, в единый реестр застрахованных лиц Пенсионного фонда России были внесены изменения, в результате которых накопительная пенсия ФИО1 переведена 04 марта 2018 года в АО «НПФ «Будущее». 

Таким образом, договор об обязательном пенсионном страхование с ответчиком, заключенный ненадлежащими сторонами, нарушает право ФИО1 на выбор страховщика, осуществляющего деятельность по обязательному пенсионному страхованию, а потому в соответствии со ст. 167 Гражданского кодекса РФ является недействительным.

Указывает, что вышеизложенное стало возможным в результате незаконной обработки ответчиком персональных данных ФИО1, что повлекло за собой, кроме того, нарушение права последней на законную и справедливую обработку персональных данных.

Между тем, какого-либо согласия ФИО1 на обработку своих персональных данных ответчику не давала ни лично, ни через представителя, в связи с чем, любые действия ответчика с персональными данными ФИО1, в том числе их хранение и использование при заключении договоров, являются незаконными.

ФИО1 в результате незаконного использования ответчиком ее персональных данных и незаконного перевода средств пенсионных накоплений, причинен моральный вред в форме нравственных страданий, который выражен переживаниями относительно возможной утраты пенсионных накоплений и недополучении части заработной в течение трудовой деятельности пенсии и оценивается ею в 5000 руб. 

На основании изложенного, просил суд признать недействительным договор № об обязательном пенсионном страховании, заключенный 20 декабря 2017 г. между АО «НПФ «Будущее» и ФИО1; обязать АО «НПФ «Будущее» в срок 30 календарных дней со дня вступления решения суда в законную силу передать в государственное учреждение – Пенсионный фонд РФ денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 112117,18 руб.; обязать АО «НПФ «Будущее» в течение 30 календарных дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации проценты за неправомерное пользования средствами пенсионных накоплений ФИО1 за время их нахождения в АО «НПФ «Будущее» в период с 04 марта 2018 года по 29 мая 2020 года в размере 17812,22; обязать АО «НПФ «Будущее» в течение 30 календарных дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации, средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1; признать незаконным использование персональных данных ФИО1; взыскать с АО «НПФ «Будущее» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 5 000 руб.

Участвующая в судебном заседании прокурор на исковых требованиях наставила по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержала, кроме того, просила взыскать с ответчика в ее пользу расходы, понесенные на проведение экспертизы. 

Представители ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. 

Представитель ответчика АО «НПФ «Будущее» в направленном в адрес суда возражении просила отказать в удовлетворении исковых требований, указала, что после поступления в АО «НПФ «Будущее» договора об обязательном пенсионном страховании, заключенного с ФИО1, была проведена соответствующая проверка качества оформлении и заключения указного договора, в результате которой каких-либо нарушений выявлено не было. 

Полагает, что Фонд действовал добросовестно и в полном соответствии с действующим законодательством, в связи с чем полагает, что правовые основания для признания договора об обязательном пенсионном страховании недействительным отсутствуют, а наличие договора об обязательном пенсионом страховании с АО «НПФ «Будущее» не влечет для истца никаких неблагоприятных последствий. 

Указывает, что факт причинения истцу нравственных или физических страданий истцом не подтвержден.

Суд, руководствуясь ч. 3, 4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Выслушав пояснения участвующего в деле прокурора, истца, исследовав доказательства, представленные в материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 1 Гражданского кодекса РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ).

При этом как установлено в п.3 и п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст.10 Гражданского кодекса РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В силу положений ст.ст. 8 и 9 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, которые в том числе, возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

В силу ст. 12 Гражданского кодекса РФ к способам защиты гражданских прав относится признание оспоримой сделки недействительной.

Как установлено в судебном заседании, 20 декабря 2017 г. между АО «НПФ «Будущее» (Фонд) и ФИО1 оформлен договор об обязательном пенсионном страховании №, по условиям которого Фонд обязуется осуществлять деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию, включающую аккумулирование и учет средств пенсионных накоплений, организацию их инвестирования, назначение и выплату накопительной части трудовой пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты, а также выплаты правопреемникам застрахованного лица. Договор заключен на неопределенный срок.

Как следует из материалов дела, АО «НПФ Будущее» стало страховщиком ФИО1, о чем Пенсионным фондом Российской Федерации внесены соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц на основании заявления истца от 14 декабря 2017 г.

При этом на индивидуальном лицевом счете застрахованного лица ФИО1 имелись средства пенсионных накоплений в размере 112117,18 руб., которые 04 марта 2018 г. переведены в АО «НПФ Будущее» о чем Пенсионным фондом Российской Федерации внесены соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц.

Сторона истца в обоснование свих требований указывает, что заявление о досрочном переходе из ПФР она не писала и не подписывала, договор с АО «НПФ Будущее» также не заключала и не подписывала.

Как установлено п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса РФ при заключении двустороннего договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу ст. 3 Федерального закона от 07 мая 1998 г. № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее – Федеральный закон «О негосударственных пенсионных фондах») договор негосударственного пенсионного обеспечения (далее - пенсионный договор) - соглашение между фондом и вкладчиком фонда (далее - вкладчик), в соответствии с которым вкладчик обязуется уплачивать пенсионные взносы в фонд, а фонд обязуется выплачивать участнику (участникам) фонда (далее - участник) негосударственную пенсию; договор об обязательном пенсионном страховании - соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной пенсии и (или) срочной пенсионной выплаты или единовременной выплаты либо осуществлять выплаты правопреемникам застрахованного лица. 

В соответствии со ст. 36.11 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» застрахованное лицо до обращения за установлением накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений может воспользоваться правом на переход из фонда в фонд не чаще одного раза в год путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направления в Пенсионный фонд Российской Федерации заявления о переходе (заявления о досрочном переходе) из фонда в фонд. 

Заявление застрахованного лица о переходе из фонда в фонд направляется им в Пенсионный фонд РФ не позднее 31 декабря текущего года. Такое заявление застрахованное лицо вправе подать в территориальный орган Пенсионного фонда РФ лично или направить иным способом. В последнем случае установление личности и проверка подлинности подписи застрахованного лица осуществляется нотариусом или органом, с которым Пенсионным фондом заключено соглашение о взаимном удостоверении подписей. Договор об обязательном пенсионном страховании заключается на неопределенный срок и может быть изменен или расторгнут в соответствии, с настоящим Федеральным законом. Типовая форма договора об обязательном пенсионном страховании утверждается Банком России (ст. 36.3, 36.7, п. 3 ст. 36.11 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах»). 

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации (п. 3 ст. 36.4 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах»). 

В соответствии со ст. 36.2 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию обязан уведомить в порядке, определяемом уполномоченным федеральным органом, Пенсионный фонд Российской Федерации и уполномоченный федеральный орган о вновь заключенных договорах об обязательном пенсионном страховании в течение одного месяца со дня их подписания (ст. 36.2 и п. 9 ст. 36.11 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах»). 

Пунктом 6.1 ст. 36.4 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» предусмотрено, что в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 указанного Закона. 

Статьей 36.3 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» установлены требования к договору об обязательном пенсионном страховании. Так, договор об обязательном пенсионном страховании должен заключаться на неопределенный срок и может быть изменен или расторгнут в соответствии с настоящим Федеральным законом, содержать страховой номер страхового свидетельства обязательного пенсионного страхования застрахованного лица, указание фамилии, имени и отчества застрахованного лица, в том числе фамилию, которая была у застрахованного лица.

На основании п. 4 ст. 36.10 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» заявление зарегистрированного лица о переходе в фонд из Пенсионного фонда РФ подлежит рассмотрению Пенсионным фондом РФ в срок до 1 марта года, следующего за годом подачи застрахованным лицом такого заявления.

Как следует из п. 8.1 ст. 36.11 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» Пенсионный фонд Российской Федерации уведомляет застрахованное лицо и фонд, с которым застрахованным лицом заключен договор об обязательном пенсионном страховании, о внесении изменений в единый реестр застрахованных лиц или об отказе во внесении изменений в единый реестр застрахованных лиц с указанием причин отказа не позднее 31 марта года, в котором Пенсионным фондом Российской Федерации рассмотрено заявление застрахованного лица о переходе (заявление застрахованного лица о досрочном переходе) из фонда в фонд. 

Согласно заключению эксперта № от 14 сентября 2020 г., подписи от имени ФИО1, изображение которых имеются в копии заявления застрахованного лица от 14 декабря 2017 г. о досрочном переходе застрахованного лица из Пенсионного Фонда РФ в негосударственный пенсионный фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, и копии договора об обязательном пенсионном страховании от 20 декабря 2017 г. №, заключенного между АО «НПФ «Будущее» и ФИО1 в пункте 43 договора и разделе «XI. Реквизиты и подписи сторон» после сведений о застрахованном лице, выполнены не ФИО1, а другим лицом.

Оценивая данное заключение эксперта, суд приходит к выводу, что экспертиза проведена компетентным экспертом, в соответствии с требованиями Гражданского процессуального кодекса РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперт предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и не заинтересована в исходе настоящего гражданского дела.

Экспертиза содержит описание традиционной методики судебно-почерковедческой экспертизы, изложенной в методических пособиях, поименованных в заключении, на основании выявленного совпадения общих и частных признаков подписи ФИО1

В исследовательской части описан ход проведенных исследований, выводы эксперта изложены в ясной и понятной форме, выводы эксперта основаны исследованных имеющихся в материалах гражданского дела образцах подписи истца, каких-либо противоречий и неясностей в заключении эксперта не содержится.

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, равно как доказательств, позволяющих усомниться в квалификации и полномочиях экспертов, суду не представлено.

Оснований сомневаться в правильности, обоснованности данного заключения у суда не имеется, необходимости назначения повторной экспертизы по материалам дела не усматривается.

Указанные обстоятельства позволяют признать данное экспертное заключение в качестве допустимого доказательства, подтверждающего факт того, что ФИО1 не подписывала заявление о переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд и договор об обязательном пенсионном страховании от 20 декабря 2017 г. №.

Таким образом, исходя из совокупности представленных в дело доказательств, суд приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела нашел подтверждение факт того, что ФИО1 волеизъявления на заключение договора об обязательном пенсионном страховании от 20 декабря 2017 г. № не выражала, заявление о переходе из Пенсионного фонда РФ в негосударственный пенсионный фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию от 14 декабря 2017 г. и указанный договор не подписывала, в связи с чем требование прокурора г. Магадана о признании недействительным договора № об обязательном пенсионном страховании, заключенный от 20 декабря 2017 г. между АО «НПФ «Будущее» и ФИО1 является обоснованными и подлежат удовлетворению. 

На основании абз. 7 п. 2 ст. 36.5 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным.

В соответствии с п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» при наступлении обстоятельства, указанного в абзаце седьмом пункта 1 настоящей статьи, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6-1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

В случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Представленными материалами дела подтверждается факт передачи в АО «НПФ «Будущее» из Пенсионного фонда РФ средств пенсионных накоплений ФИО1 в размере 112117,18 руб. 

Расчет процентов, представленный стороной истца, судом проверен, соответствует требованиям п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах», ст. 395 Гражданского кодекса РФ и принимается судом, притом, что со стороны ответчика возражений относительного представленного расчета не поступило.

Исходя из вышеизложенного, учитывая признании судом недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, имеются основания для удовлетворения исковых требований о возложении на ответчика обязанности передать в государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 112117,18 руб., проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1 за время их нахождения в АО «НПФ «Будущее» в период с 04 марта 2018 г. по 29 мая 2020 г.в размере 17812,22 руб., а также средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений на формирование пенсионных накоплений ФИО1

В соответствии с ч. 2 ст. 206 Гражданского процессуального кодекса РФ в случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.

При определении срока исполнения решения, судом принимается во внимание срок и порядок вступления решения в законную силу, правовой статус ответчика (коммерческая организация), характер и длительность допущенного нарушения.

Доказательств наличия объективных причин относительно невозможности исполнения решения к сроку, определенному прокурором в соответствии с положениями ст. 206 Гражданского процессуального кодекса РФ сроку, суду ответчиком не представлено и материалы дела не содержат.

Учитывая временные затраты, необходимые на устранение выявленных нарушений, суд полагает необходимым установить срок для исполнения решения: не позднее 30 календарных дней со дня вступления настоящего решения суда в законную силу, который по мнению суда является разумным и обеспечивает соблюдение баланса интересов сторон.

Кроме того, прокурором заявлено требование о признании незаконным использование АО «НПФ «Будущее» персональных данных ФИО1

Отношения, связанные с обработкой персональных данных регулируются Федеральным законом от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее – Федеральный закон «О персональных данных»).

Согласно положениям п. 1 и 3 ст. 3 Федерального закона «О персональных данных» персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных). 

Обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

В силу ч. 1 ст. 5 Федерального закона «О персональных данных» обработка персональных данных должна осуществляться на законной и справедливой основе.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона «О персональных данных» обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных указанным законом. В частности, обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных. 

Так частью 1 ст. 9 Федерального закона «О персональных данных» установлено, что субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 14 Федерального закона «О персональных данных» субъект персональных данных вправе требовать от оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными, а также принимать предусмотренные законом меры по защите своих прав.

При рассмотрении настоящего гражданского дела установлено, что истец с АО «НПФ «Будущее» договор обязательного пенсионного страхования не заключала, свои персональные данные для заключения договора обязательного пенсионного страхования и последующего их использования при исполнении данного договора не предоставляла.

При этом ответчиком в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательств наличия согласия ФИО1 на обработку ее персональных данных суду не представлено и в ходе рассмотрения дела не добыто.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что ответчик получил персональные данные истца без законных к тому оснований и не имел право их использовать, в связи с чем требования прокурора о признании незаконным использование АО «НПФ «Будущее» персональных данных ФИО1 являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Разрешая требование о взыскании с АО НПФ «Будущее» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 5000 руб., суд приходит к следующему.

Согласно ч. 2 ст.24 Федерального закона «О персональных данных» моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу положений ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснений, данных в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. № «О некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В силу изложенного, учитывая, что доказательств наличия согласия истца на обработку его персональных данных суду не представлено, как и доказательств наличия иных условий законности их обработки, суд приходит к выводу о том, что действиями ответчика нарушены права истца на защиту его персональных данных

Принимая во внимания конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу страданий, индивидуальные особенности истца, степень вины ответчика судом, определяется размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, в размере 3000 руб.

Данная сумма, по мнению суда, в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также способствует восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

Денежную компенсацию морального вреда в указанной истцом сумме, составляющей 5 000 руб., суд находит завышенной и не нашедшей своего подтверждения в судебном заседании. 

Разрешая вопрос о судебных расходах, понесенных истцом в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ в состав судебных расходов включаются государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела. 

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам. 

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Определением Магаданского городского суда от 12 августа 2020 г. по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено индивидуальному предпринимателю ФИО8

Также Управлению Судебного департамента по Магаданской области поручено произвести оплату стоимости экспертизы за счет средств, внесенных ФИО1 на депозитный счет Судебного департамента в Магаданской области, на основании платежных документов, представленных экспертом.

15 сентября 2020 г. в Магаданский городской суд поступило заключение эксперта.

Из материалов дела следует, что в связи с проведением по делу экспертизы истец оплатила ее стоимость в размере 20000 руб., что подтверждается платежным поручением № от 17 августа 2020 г.

В связи с тем, что экспертное заключение было принято в качестве допустимого доказательства, свидетельствующего об обоснованности заявленных исковых требований, суд приходит к выводу, что указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. 

Исходя из положений ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, пп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса РФ если истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, то она взыскивается в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований, исходя из той суммы, которую должен уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Поскольку исковые требования прокурора подлежат удовлетворению, то с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственная пошлина исходя из количества и характера заявленных требований в размере, установленном подп. 1 и 3 п.1 ст. 333.19, подп. п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса РФ, то есть в сумме 4698 рублей 59 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора города Магадана в интересах в ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, возложении обязанности передать в Государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений, признании незаконным использование персональных данных, компенсации морального вреда, удовлетворить.

Признать недействительным договор об обязательном пенсионном страховании договор №, заключенный 20 декабря 2017 г. между акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» и ФИО1. 

Применить последствия недействительности сделки, обязав акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в течение 30 (тридцати) календарных дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 112117 рублей 18 копеек, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1 за время их нахождения в АО «НПФ «Будущее» в период с 04 марта 2018 г. по 29 мая 2020 г. в размере 17812 рублей 22 копейки, а также средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1.

Признать незаконным использование акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» персональных данных ФИО1.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1 расходы на проведение судебной почерковедческой экспертизы в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственную пошлину в сумме 4698 (четыре тысячи шестьсот девяносто восемь) рублей 59 копеек.

Решение может быть обжаловано в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить днем изготовления решения суда в окончательной форме – 14 октября 2020 года.

Судья М.В. Семёнова

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>