дело № 2 – 315/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 мая 2017 г. г.Урай ХМАО – Югры

Урайский городской суд ХМАО – Югры в составе председательствующего судьи Шестаковой Е.П.,

при секретаре Ивановой О.Н., 

с участием заместителя прокурора г.Урая Васильевой А.С.,

истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированной в реестре за №, выданной сроком на 

<

данные изъяты> года,

представителя ответчика ФИО3, действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, со сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Юкатекс – Югра» о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 (далее Истец) обратился в суд с указанным иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Юкатекс – Югра» (далее Ответчик), просит взыскать с Ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, обосновывая тем, что с ДД.ММ.ГГГГ состоит в трудовых отношениях с Ответчиком, с ДД.ММ.ГГГГ переведён мастером тепловодогазоснабжения цеха добычи нефти и газа.

ДД.ММ.ГГГГ в результате несчастного случая на производстве Истцу причинён закрытый оскольчатый перелом ногтевых фаланг 1 и 2 пальцев левой стопы. В ходе погрузочно-разгрузочных работ по зачистке места выполнения сварочных работ был привлечён экскаватор, машинист Х.А.М. поставил ковш экскаватора на землю, зубья ковша находились выше уровня земли на 30-40 см., при этом ФИО1 и Я.А.А. грузили остаток металлоконструкции в ковш. Для облегчения погрузки Х.А.М. без предупреждения и звуковых сигналов о начале выполнения работ опустил зубья ковша на землю, в результате чего произошло замятие ковшом экскаватора левой стопы ноги ФИО1 

Истец не согласен с тем, что работодатель установил в акте формы Н-1 его вину в несчастном случае 100 %.

ФИО1 испытал сильную физическую боль в момент получения травмы и испытывает до настоящего времени, с ДД.ММ.ГГГГ нетрудоспособен, проходит лечение, получил нервное потрясение, душевный стресс и мучения, изменился размер травмированной ноги, она стала длиннее, что приносит дисконфорт.

Ответчик мотивировал свои возражения на иск ФИО1 тем, что действительно ДД.ММ.ГГГГ с Истцом произошел несчастный случай на производстве. В ходе погрузочно-разгрузочных работ механизированным способом и зачистки места выполнения сварочных работ с привлечением экскаватора произошло замятие ковшом экскаватора левой стопы ноги Истца. Согласно акту по форме Н-1 № 1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ Истцом была нарушена техники безопасности при работе с экскаватором, степень вины пострадавшего (Истца) – 100%. 

Согласно пп. г. п. 1.8. инструкции по охране труда при выполнении работ повышенной опасности ИОТВ-15-54, введенной в действие приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, погрузочно-разгрузочные работы с применением транспортных машин и ГПМ относятся к видам работ повышенной опасности, к которым предъявляются дополнительные требования безопасности труда. Истец в нарушение требований указанной инструкции находился в зоне действия работающей грузоподъемной машины, что делать строго запрещено. 

Учитывая грубую неосторожность самого Истца, а так же, что согласно медицинскому заключению Урайской городской больницы от ДД.ММ.ГГГГ травма относится к степени легких, Ответчик просил уменьшить размер компенсации морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 исковые требования полностью поддержали по доводам искового заявления, дополнили, что вред здоровью Истца причинён источником повышенной опасности, принадлежащим Ответчику, за действия машиниста экскаватора Х.А.М. несёт ответственность работодатель. Действия ФИО1 не являлись умышленными, он не мог предположить, что Х.А.М. без предупреждающего сигнала опустит ковш экскаватора на землю. Ответчик не обеспечил безопасные условия труда для ФИО1.

Истец в обоснование морального вреда указал, что в первые 10 дней после получения травмы испытывал очень сильную боль, не мог спать, принимал сильные болеутоляющие средства, не мог вести нормальный образ жизни, был ограничен в движении, без посторонней помощи не мог одеваться, мыться, вынужден был ежедневно в течение первого месяца ездить на перевязки. До настоящего времени боли в ноге не прекращаются, передвигается ФИО1 только при помощи трости, был нетрудоспособен по ДД.ММ.ГГГГ. Истец не может заниматься спортом, хотя ранее ходил на лыжах, активно занимался тяжелой атлетикой. ФИО1 вынужден покупать обувь на полтора размера больше, чем ранее, так как травмированная нога длиннее здоровой.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 исковые требования в судебном заседании не признал, изложила доводы, соответствующие письменным возражениям на иск, считал соразмерной и справедливой компенсацией морального вреда ФИО1 сумму в 70 000 рублей, дополнил, что коллективный договор на предприятии не заключён, предприятие не относится к нефтяной отросли, основным видом деятельности является предоставление прочих услуг в области добычи нефти и природного газа.

Выслушав доводы сторон, заключение заместителя прокурора г.Урая Васильевой А.С., полагавшей иск удовлетворить частично, исследовав представленные сторонами в материалы дела доказательства, оценив их в силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) каждое в отдельности и все в совокупности, суд пришёл к выводу, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению по следующим мотивам:

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Настоящий спор возник о компенсации морального вреда в связи с полученной ФИО1 травмой в результате несчастного случая на производстве.

Разрешая возникший спор, суд учитывает, что из статьи 233 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) следует, что материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Безопасные условия труда – это условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (ст. 209 ТК РФ).

Из содержания ст. 210 ТК РФ следует, что к основным направлениям государственной политики в области охраны труда относятся: обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников; расследование и учет несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, из которых следует, что работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, расследование и учет несчастных случаев на производстве, обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве, разработку и утверждение правил и инструкций по охране труда для работников.

В силу ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, обучение безопасным методам и приемам труда за счет средств работодателя, обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве, отказ от выполнения работ в случае возникновения опасности для его жизни и здоровья вследствие нарушения требований охраны труда, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами, до устранения такой опасности.

Одновременно положениями статей 21, 214 ТК РФ на работника возложены обязанности добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда, правильно применять средства индивидуальной и коллективной защиты, проходить обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте, проверку знаний требований охраны труда, немедленно извещать своего непосредственного или вышестоящего руководителя о любой ситуации, угрожающей жизни и здоровью людей.

На основании положений ст. 220 ТК РФ государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. 

В силу положений статьи 227 ТК РФ и статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" событие, в результате которого работник при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя, а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за её пределами … получил увечье или иное повреждение здоровья, которое повлекло временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности признается несчастным случаем на производстве. 

Согласно ст.229 ТК РФ для расследования несчастного случая работодатель незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек (ч. 1).

В силу ч. 1, 5 ст. 229.2 ТК РФ при расследовании каждого несчастного случая комиссия выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя и по возможности объяснения от пострадавшего.

На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда. 

Частями 7, 8 ст. 229.2 ТК РФ предусмотрено, что несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия устанавливает степень вины застрахованного в процентах.

Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 N 73 (ред. от 14.11.2016) "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" (Зарегистрировано в Минюсте России 05.12.2002 N 3999) в пунктах 26, 27 предусмотрено, что несчастные случаи, квалифицированные комиссией или государственными инспекторами труда, проводившими их расследование, как несчастные случаи на производстве, подлежат оформлению актом о несчастном случае на производстве по форме Н-1., содержание которого должно соответствовать выводам комиссии или государственного инспектора труда, проводивших расследование несчастного случая на производстве. В акте подробно излагаются обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также указываются лица, допустившие нарушения установленных нормативных требований, со ссылками на нарушенные ими правовые нормы законодательных и иных нормативных правовых актов.

В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению размера вреда, причиненного его здоровью, в пункте 10 акта формы Н-1 указывается степень его вины в процентах, определенная лицами, проводившими расследование страхового случая, с учетом заключения профсоюзного или иного уполномоченного застрахованным представительного органа данной организации.

Статья 231 ТК РФ предусматривает, что разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. 

Как установлено при судебном разбирательстве и следует из материалов дела: копии трудовой книжки, приказов о приёме на работу и переводах, трудового договора и дополнительных соглашений к нему, личной карточки работника (л.д. 24-34, 84 – 132 тома 1) стороны с ДД.ММ.ГГГГ состоят в трудовых отношения, с ДД.ММ.ГГГГ и до настоящего времени истец ФИО1 работает в ООО «Юкатекс – Югра» мастером тепловодогазоснабжения в цехе добычи нефти и газа.

Как следует из материалов расследования несчастного случая комиссией, сформированной из работников Ответчика, акта № 1 о несчастном случае на производстве, утверждённого генеральным директором ООО «Юкатекс – Югра» ДД.ММ.ГГГГ, медицинского заключения БУ «Урайская городская клиническая больница» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 35-38, 189-250 тома 1, л.д. 1- 5 тома 2) ДД.ММ.ГГГГ при выполнении работ по заданию работодателя на рабочем месте на территории Каюмовского месторождения Западно –Каюмовского лицензионного участка ООО «Юкатекс – Югра» ФИО1 причинён закрытый оскольчатый перелом ногтевых фаланг 1 и 2 пальцев левой стопы. 

Данный случай был признан работодателем несчастным случаем на производстве.

Несчастный случай произошёл в ходе зачистки территории после выполнения огневых (сварочных) работ от остатков металлоконструкций, образовавшихся после сварочных работ. В связи с тем, что предельная норма веса остатков металлоконструкций была превышена для переноски вручную, был привлечён экскаватор для выполнения механизированным способом погрузочно-разгрузочных работ по зачистке места выполнения сварочных работ. 

Машинист экскаватора Х.А.М. подставил ковш экскаватора тыльной стороной на землю, зубья ковша находились выше уровня земли на 30-40 см., при этом ФИО1 и мастер энергетического центра отдела главного энергетика Я.А.А. пытались загрузить остаток металлоконструкции в ковш экскаватора. Для облегчения погрузки Х.А.М. было принято решение опустить переднюю часть ковша, что бы ФИО1 и Я.А.А. смогли закатить обрезок металлоконструкции в ковш, при этом обзор ФИО4 заграждала закатываемая металлоконструкция. Без предупреждения и звуковых сигналов о начале выполнения работ машинист экскаватора ФИО4 опустил зубья ковша на землю, в результате чего произошло замятие ковшом экскаватора левой стопы ноги ФИО1 

Комиссией установлены несколько причин несчастного случая: 

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившиеся в нарушении техники безопасности при работе с экскаватором

- нарушение инструкции по охране труда при выполнении работ повышенной опасности ИОТВ-15-54, введенная в действие приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, 

- нарушение инструкции по охране труда при выполнении погрузочно-разгрузочных работ ИОТВ-15-16, введенная в действие приказом № от ДД.ММ.ГГГГ,

- нарушение инструкции по охране труда для машинистов экскаватора ИОТВ-15-21, введенная в действие приказом № от ДД.ММ.ГГГГ.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны мастер тепловодогазоснабжения цеха добычи нефти и газа ФИО1, мастер энергетического центра отдела главного энергетика Я.А.А. и машинист экскаватора 5 разряда цеха добычи нефти и газа Х.А.М., которые нарушили требования указанных выше инструкций по охране труда.

В частности, ФИО1 и Я.А.А. не организовали безопасное производство работ на опасном производственном объекте работниками цеха: погрузочно – разгрузочные работы выполнялись в зоне работы экскаватора (пространстве вокруг экскаватора, в котором может находиться ковш при максимальном вылете), Х.А.М. выполнял работы экскаватора без звуковых сигналов предупреждения о начале выполнения работ. 

Степень вины пострадавшего определена – 100 %.

В установленном законом порядке ФИО1 акт о несчастном случае не оспаривал, о своём несогласии с содержанием акта о несчастном случае в Государственную инспекцию труда в ХМАО – Югре не обращался, дополнительного расследования не проводилось, что подтверждается сообщением главного государственного инспектора от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 29 т.2).

Судом не приняты доводы Истца о том, что им не допущено грубой неосторожности и нарушений требований и инструкций по охране труда, учитывая, что согласно должностной инструкции мастера тепловодогазоснабжения цеха добычи нефти и газа (л.д. 133- 139 тома 1) Истец, занимая должность мастера тепловодогазоснабжения, которая относится к категории руководителей среднего звена, обязан проводить идентификацию опасностей и оценку производственных рисков, обеспечивать правильную организацию и безопасное производство работ, эксплуатацию машин, непосредственно руководить работами повышенной опасности по нарядам – допускам до полного их завершения, принимать меры по прекращению работ, остановке оборудования в случае угрозы здоровью или жизни работающих, обеспечивать соблюдение работниками требований правил и норм безопасности, технологических регламентов и инструкций (пункт 3.14 должностной инструкции).

Журналами регистрации инструктажей, удостоверениями о прохождении обучения и проверке знаний и инструкций по охране труда, распоряжениями о стажировке и допуске к самостоятельной работе, инструкцией по охране труда при выполнении работ повышенной опасности ИОТВ-15-54, введенной в действие приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, инструкцией по охране труда при выполнении погрузочно-разгрузочных работ ИОТВ-15-16, введенной в действие приказом № 10 от 02.02.2015, инструкции по охране труда для машинистов экскаватора ИОТВ-15-21, введенной в действие приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 140-177 тома 1, л.д. 16-22 тома 2) достоверно подтверждается, что Истец был ознакомлен с упомянутыми инструкциями, обучен безопасным методам выполнения работ, вводный инструктаж прошёл ДД.ММ.ГГГГ, повторный по профессии – ДД.ММ.ГГГГ, стажировку с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, обучение по охране труда ДД.ММ.ГГГГ, проверку знаний ДД.ММ.ГГГГ.Согласно наряду – допуску № на выполнение огневых работ на объектах от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 178-179 тома 1) мастер ФИО1 был ответственным за подготовительные работы и за проведение огневых работ, обязан был обеспечить безопасное производство работ.

В то же время указанными выше материалами расследования несчастного случая, актом формы Н-1 подтверждено, что Истец при уборке территории по завершении огневых работ не организовал безопасное производство погрузочно – разгрузочных работ, которые выполнялись в зоне работы экскаватора (пространстве вокруг экскаватора, в котором может находиться ковш при максимальном вылете).

Так, пунктом 1.5. инструкции по охране труда при выполнении работ повышенной опасности ИОТВ-15-54, введенной в действие приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, к зонам потенциально опасных производственных факторов отнесены зоны перемещения машин, механизмов, технологического оборудования, частей, узлов, деталей, рабочих органов.

Погрузочно – разгрузочные работы с применением транспортных средств и ГПМ отнесены к видам работ повышенной опасности, к которым предъявляются дополнительные требования безопасности труда (п. 1.8).

Ответственному руководителю необходимо постоянно находиться на месте производства работ и вести контроль за выполнением членами бригады мер безопасности (п.3.1.) 

Пунктом 3.1 инструкции по охране труда при выполнении погрузочно-разгрузочных работ ИОТВ-15-16, введенной в действие приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрено, что безопасность выполнения погрузо- разгрузочных работ должна быть обеспечена выбором способа производства работ подъемно – транспортного оборудования, подготовкой и организацией мест производства погрузо- разгрузочных работ.

Одновременно с изложенным суд пришёл к выводу, что несчастный случай с ФИО1 произошёл не только по грубой неосторожности Истца, которая содействовала возникновению вреда его здоровью, но и по вине Ответчика, который, как работодатель, не выполнил в полном объёме возложенные на него статьями 22, 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда, безопасности работников при эксплуатации экскаватора, по обучению машиниста экскаватора Х.А.М. безопасным методам и приемам выполнения работ, постоянного контроля со стороны руководства за соблюдением техники безопасности в местах проведения работ повышенной опасности, в результате чего нарушение требований указанных выше инструкций по охране труда допустил и Х.А.М., который перед началом работы не убедился в отсутствии людей в опасной зоне работающего экскаватора, выполнял работы экскаватора без звуковых сигналов предупреждения о начале выполнения работ, чем нарушил требования пункта 3.6. инструкции по охране труда для машинистов экскаватора ИОТВ-15-21, введенной в действие приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, которым так же запрещается во время работы экскаватора пребывание людей в зоне действия ковша.

Виновность Ответчика подтверждается материалами расследования, актом формы Н-1, установивших нарушения со стороны работников ФИО4 и Я.А.А., мероприятиями по устранению причин несчастного случая, указанными в акте, среди которых: обеспечение постоянного присутствия ответственных специалистов в местах проведения работ повышенной опасности, обеспечение надлежащего контроля за выполнением работ повышенной опасности специалистами, ответственными за производственный контроль на опасных производственных объектах.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Во исполнение требований закона Истцом представлены доказательства, подтверждающие факт повреждения здоровья. 

Сообщением БУ «Урайская городская больница» от ДД.ММ.ГГГГ, копиями листов нетрудоспособности (л.д. 181, 183, 185 тома 1, л.д. 25, 40 тома 2) подтверждается, что в результате несчастного случая на производстве ФИО1 причинён закрытый оскольчатый перелом ногтевых фаланг 1, 2 пальцев левой стопы со смещением, что вызвало ранние осложнения в виде фликтены пальцев левой стопы и поздние осложнения в виде Синдрома Зудека левой стопы. Истец был нетрудоспособен в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть три с половиной месяца, получал лечение. Тяжесть полученной травмы по медицинской оценке является лёгкой. В то же время до настоящего времени ФИО1 передвигается только с помощью трости. Исходя из фотографий (л.д. 39, 40 тома 1) и доводов Истца, размер травмированной ноги увеличился и отличается от здоровой. 

Судом установлено, что экскаватор, в результате работы которого Истцу причинён вред является источником повышенной опасности и принадлежит на праве собственности Ответчику, что подтверждается паспортом самоходной машины (л.д. 6-7 тома 2). Машинист экскаватора Х.А.М. состоит в трудовых отношениях с ООО «Юкатекс – Югра» и выполнял работы по заданию работодателя, что подтверждается копией приказа о приёме на работу (л.д. 8 тома 2), материалами расследования несчастного случая.

В силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. 

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях.

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых обязанностей на основании трудового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (пункт 1 статьи 202, пункт 3 статьи 401 ГК РФ). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

Из приведённых выше положений закона, фактических обстоятельств дела и проанализированных доказательств следует, что причинителем вреда, обязанным возместить вред Истцу, является Ответчик, который не представил доказательства отсутствия его вины, а так же, что вред ФИО1 причинён вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего.

Согласно статье 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве работнику возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ (ред. от 03.07.2016) "Об основах обязательного социального страхования".

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда. Компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Между тем названная норма Закона не устанавливает ни размер компенсации морального вреда, ни критерии его определения. 

Трудовым договором либо иным соглашением сторон размер компенсации морального вреда при несчастном случае на производстве не определён. Коллективный договор в ООО «Юкатекс – Югра» не заключён.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относится право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), которое является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага. В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье), или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (п. 2).

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, поэтому потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.

Основываясь на приведённых нормами закона и разъяснениях Пленума Верховного суда, суд определяет размер компенсации морального вреда ФИО1 с учетом требований разумности и справедливости в сумме 70 000 рублей, при этом исходит из степени нравственных и физических страданий Истца, связанных с его индивидуальными особенностями, обусловленных физической болью, которую Истец испытывал, как в момент перелома, так и в период длительного лечения, развившимися прямыми последствиями травмы, что нашло отражение в медицинских документах. 

Суд так же учитывает, что ФИО1 в связи с травмой ноги лишён возможности вести привычный активный образ жизни, заниматься физкультурой и спортом, свободно передвигаться, в течение длительного времени, около трёх с половиной месяцев, вынужден проходить лечение, не мог без посторонней помощи одеваться, проводить личную гигиену, в связи с чем испытывал бытовые неудобства и нравственные страдания. 

Заслуживающими внимания обстоятельствами суд так же считает семейное положение Истца, который имеет малолетнюю дочь, а так же то обстоятельство, что ФИО1 вынужден носить обувь на полтора размера больше, чем ранее, так как травмированная нога длиннее здоровой, от чего при ходьбе испытывает дискомфорт.

Доводы Истца о сильных нравственных переживаниях, вызвавших нарушение эмоционального состояния, внутреннее беспокойство и напряжение подтверждаются заключением психолога БУ ХМАО – Югры «Комплексный центр социального обслуживания населения «Импульс» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 30-31 тома 2), содержание и компетентность которого не оспорены Ответчиком. 

Суд пришёл к убеждению, что указанная сумма компенсации учитывает как степень вины Истца, так и степень вины Ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда ФИО1

При этом, учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, в связи с чем, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, суд убеждён, что именно данный размер компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности и справедливости, способствует восстановлению нарушенных прав Истца, а заявленный Истцом размер компенсации, является завышенным.

Учитывая, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу искового заявления, в соответствии со ст.103 ГПК РФ, государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в местный бюджет, исходя из взысканного возмещения морального вреда, в сумме 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 197-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Юкатекс – Югра» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Юкатекс – Югра» (место нахождения: 

<

адрес>, дата государственной регистрации юридического лица ДД.ММ.ГГГГ, ОГРН №, идентификационный номер налогоплательщика №) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 70 000 (Семьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Юкатекс – Югра» в местный бюджет муниципального образования городской округ город Урай государственную пошлину в сумме 300 рублей. 

Решение суда может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, с подачей жалобы через Урайский городской суд (решение суда в окончательной форме принято 17 мая 2017 года).

Председательствующий судья Е.П. Шестакова