Дело № 2-82/2024

25RS0036-01-2024-000133-11

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 июня 2024 года с. Яковлевка

Яковлевский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Акимчук В.А.,

при секретаре судебного заседания ФИО3, 

с участием помощника прокурора Яковлевского района Приморского края ФИО5,

истца ФИО1, его представителя ФИО11,

представителя Прокуратуры Приморского края, действующей на основании доверенности, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (третье лицо – Прокуратура Приморского края) о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с названным исковым заявлением, указав в обоснование требований, что приговором мирового судьи судебного участка № 31 судебного района г. Арсеньева Приморского края от 26 июля 2022 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, с назначением наказания в виде обязательных работ на срок 200 часов. Апелляционным приговором Арсеньевского городского суда Приморского края от 3 февраля 2023 года приговор мирового судьи судебного участка № 31 судебного района г. Арсеньева Приморского края от 26 июля 2022 года отменен и по предъявленному ФИО1 обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, последний оправдан на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Этим же апелляционным приговором отменена мера процессуального принуждения (обязательство о явке) и ФИО1 разъяснено право на реабилитацию и возмещение имущественного, морального вреда, восстановления прав в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ. Дата вступления в законную силу апелляционного приговора 3 февраля 2023 года. До вынесения обвинительного приговора от 26 июля 2022 года и отмены его апелляционным приговором от 3 февраля 2023 года с вынесением оправдательного приговора, данное уголовное дело рассматривало неоднократно и длительное время различными инстанциями (первой, апелляционной и кассационной) с сентября 2020 года по июль 2022 года. События по данному уголовному делу происходили 30 мая 2019 года адресу: 

<

адрес>. Обвинительные приговоры по данному уголовному делу выносились дважды (2 сентября 2020 года, 26 июля 2022 года). В связи со значительным периодом времени, в течение которого длилось уголовное преследование и судебные разбирательства, которые, соответственно, создали длительную психотравмирующую ситуацию, ему были причинены нравственные и физические страдания, были опорочены его честь, достоинство и деловая репутация, что привело к ухудшению состояния здоровья. Кроме того, в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела с длительным ведением уголовного преследования, а также в связи с длительными судебными разбирательствами, он потерял клиентов, так как были опорочены честь, достоинство и деловая репутация, в связи с чем он лишился доходов и по этой причине лишился жилья, так как по кредитному договору стали возникать долги и банк обратился в суд с иском о взыскании суммы долга по кредитным обязательствам. Решением Арсеньевского городского суда Приморского края от 9 февраля 2021 года взыскана в пользу банка сумма долга в размере 2 251 778,44 рублей, обращено взыскание на предмет залога – квартиру, купленную на кредитные средства, путем реализации с публичных торгов (апелляцией решение оставлено в силе, только увеличена начальная продажная цена). Данные обстоятельства также причиняли ему нравственные страдания и привели к усугублению психотравмирующей ситуации, что также сказывалось на его здоровье. На основании изложенного просил взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование и незаконное осуждение в размере 35 000 000 рублей; взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 судебные расходы, связанные с подготовкой искового заявления, в размере 6 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме. Дополнительно указал, что причинение ему морального вреда доказано, за последние четыре года он не мог устроиться на работу, все отказывали. Он пытался устроиться на работу в МЧС, но ему отказывали в связи с привлечением. Он пытался устроиться на СВО, но ему также отказали и все из-за уголовной статьи. Его репутация полностью уничтожена, поскольку город маленький и информация вся распространилась. Клиенты от него отвернулись, это сказалось на финансовом положении, поскольку он был вынужден нанимать адвокатов. До уголовного преследования у него не было просрочек по кредитам, у него была идеальная кредитная история, однако как только началось уголовное преследование, начались просрочки по кредитам. Он многократно обращался к психологу, но это не документировалось. Указал, что он лично отрабатывал 200 часов работ по приговору, его видели знакомые, все это сильно повлияло на его моральный дух. Полагает, что сумма в размере 35 000 000 рублей это меньшее, что он мог просить, поскольку те, кто все это спровоцировал, понимали, что он перестанет заниматься своим видами деятельности, не сможет продолжить новые проекты, что все скажется на его финансовом состоянии. Вследствие этих действий он лишился жилья. Также указал, что на самом деле деньги ему уже не столь важны, он за эти годы занимался саморазвитием и добился большего, сможет заработать больше. У него есть обязательства перед людьми, он собирает свое изобретение по вывозу раненых, у него много заказов со всех батальонов, согласен на любое решение. 

Представитель истца ФИО11 заявленные требования поддержала по доводам и основаниям, изложенным в иске, указав, что истцом доказана причинно-следственная связь, поскольку имеется кредитный договор, решение суда, апелляционное определение, которыми взыскана задолженность по кредитному договору и истец связывает это с тем, что после возбуждения уголовного дела ухудшилось его финансовое положение, от него отвернулись клиенты. 

Представитель ответчика – представитель Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, направил в суд ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Согласно представленным Министерством финансов РФ в лице заместителя руководителя УФК по Приморскому краю ФИО4 возражениям, министерство просит в иске отказать, поскольку исходя из представленных документов, существенный нарушений прав истца, связанных с действительным ограничением его права на свободу передвижения, гарантированных Конституцией РФ, в отношении ФИО1 допущено не было. Истец не был лишен возможности вести сложившийся привычный уклад жизни и права свободного передвижения. Доказательств вынужденного изменения режима свободного передвижения и уклада жизни, вследствие которых наступили неблагоприятные для истца последствия, в материалы дела не представлено. Полагает, что к исковому заявлению не приложены доказательства того, что вынесенное решение о взыскание кредита по ипотеке имеет причинно-следственную связь с возбуждением в отношении истца уголовного дела и длительными судебными разбирательствами, а также отсутствуют подтверждения причинения моральных и нравственных страданий. Учитывая, что на момент поступления сообщения о преступлении имелись основания для возбуждения уголовного дела и предъявления обвинения, в отношении истца вынесен оправдательный приговор, мера пресечения, избранная в отношении истца, не связана с реальным лишением свободы, не наступило последствий в виде причинения вреда здоровью истца, а также отсутствие доказательств причинения истцу моральных и нравственных страданий и причинно-следственной связи их возникновения с возбуждением уголовного дела и рассмотрением его в суде, полагает сумму морального вреда, предъявленную ко взысканию, в размере 35 000 000 рублей необоснованно завышенной и несоответствующей принципу разумности и справедливости. Также со ссылкой на положения Федерального закона «О бухгалтерском учете» и Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» не согласен с требованиями о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя. 

Представитель третьего лица – Прокуратуры Приморского края, действующий на основании доверенности, ФИО5 в судебном заседании с заявленными требованиями согласилась частично, пояснив, что действительно имеются основания для возмещения вреда лицу, подвергшемуся уголовному наказанию и уголовному преследованию. Вместе с тем, заявленная истцом сумма в размере 35 000 000 рублей является завышенной, поскольку назначенное по приговору суда наказание и мера пресечения не были связаны с реальным лишением свободы. Полагала, что требования подлежат частичному удовлетворению в сумме 15 000 рублей. 

Помощник прокурора Яковлевского района Приморского края ФИО5 полагала, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению в сумме 15 000 рублей, поскольку в силу пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, предусматривающей, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, в ходе судебного разбирательства установлены основания возмещения истцу компенсации морального вреда. Вместе с тем, полагала, что сумма в размере 35 000 000 рублей является завышенной. 

Выслушав участвующих в деле лиц, заключение помощника прокурора, изучив материалы гражданского дела, материалы уголовного дела, установив юридически значимые по делу обстоятельства, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В статье 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 3 части 2 статьи 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным подпунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и подпунктами 1 и 4-6 части 1 статьи 27 данного кодекса.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 данного кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применением судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Исходя из содержания пункта 6 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, физическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, в том числе без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, не лишено возможности требовать компенсации морального вреда в случае, если в связи с осуществлением указанной деятельности было допущено посягательство на принадлежащие ему иные нематериальные блага или нарушение его личных неимущественных прав.

Кроме того, из общих разъяснений, приведенных в пунктах 25, 26, 27 и 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

В тоже время, согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 38, 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Аналогичные разъяснения приведены и в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 (редакция от 28 июня 2022 года) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», согласно которому при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Как установлено в ходе судебного разбирательства и подтверждается материалами дела, 2 августа 2019 года дознавателем ОД МО МВД России «Арсеньевский» было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 119 УК РФ, по факту того, что 30 мая 2019 года около 21 часа 00 минут неустановленное лицо, находясь во дворе 

<

адрес> в 

<

адрес> края, на почве возникшей личной неприязни, держа в руке деревянную палку, угрожал ФИО6 убийством, который воспринял угрозу как реальную опасность для своей жизни.

2 сентября 2019 года ФИО1 был допрошен в качестве свидетеля по уголовному делу.

6 декабря 2019 года дознавателем ОД МО МВД России «Арсеньевский» было вынесено уведомление о подозрении в совершении преступления, в соответствии с которым ФИО1 был уведомлен о подозрении в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 119 УК РФ. ФИО1 были разъяснены права подозреваемого, предусмотренные статьей 46 УПК РФ, разъяснен особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, разъяснены права, предусмотренные главой 32.1 УПК РФ.

6 декабря 2019 года ФИО7 был допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу, а также в отношении него избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

7 февраля 2020 года заместителем прокурора города Арсеньев ФИО8 по уголовному делу № был утвержден обвинительный акт по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 119 УК РФ.

Приговором мирового судьи судебного участка № 29 судебного района г. Арсеньев Приморского края от 2 сентября 2020 года ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 119 УК РФ, и ему назначено наказанием в виде обязательных работ на срок 200 часов.

Апелляционным постановлением Арсеньевского городского суда Приморского края от 19 октября 2020 года приговор мирового судьи судебного участка № 29 судебного района г. Арсеньев Приморского края от 2 сентября 2020 года оставлен без изменения, апелляционные жалобы осужденного, потерпевшего – без удовлетворения.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 30 августа 2021 года апелляционное постановление Арсеньевского городского суда Приморского края от 19 октября 2020 года отменено, уголовное дело возвращено на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционным постановлением Арсеньевского городского суда Приморского края от 13 октября 2021 года приговор мирового судьи судебного участка № 29 судебного района г. Арсеньев Приморского края от 2 сентября 2020 года отменен, уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 119 УК РФ, передано на новое судебное разбирательство мировому судье другого судебного участка судебного района города Арсеньев Приморского края через председателя Арсеньевского городского суда Приморского края. Апелляционная жалоба ФИО1 удовлетворена. В удовлетворении апелляционной жалобы ФИО6 отказано.

Приговором мирового судьи судебного участка № 31 судебного района г. Арсеньев Приморского края от 26 июля 2022 года ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 119 УК РФ, и ему назначено наказанием в виде обязательных работ на срок 200 часов. На основании пункта «а» части 1 статьи 78 УК РФ и пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ ФИО1 был освобожден от назначенного наказания по преступлению, предусмотренному частью 1 статьи 119 УК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Апелляционным приговором Арсеньевского городского суда Приморского края от 3 февраля 2023 года приговор мирового судьи судебного участка № 31 судебного района г. Арсеньев Приморского края от 26 июля 2022 года в отношении ФИО1 отменен. ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 119 УК РФ, оправдан на основании пункта 3 части 2 статьи 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Постановлением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 16 октября 2023 года кассационное производство по кассационному представлению заместителя прокурора Приморского края ФИО9 на апелляционной приговор Арсеньевского городского суда от 3 февраля 2023 года в отношении ФИО1 – прекращено.

Принимая во внимание, что уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено в связи с отсутствием в деянии состава преступления, апелляционным приговором Арсеньевского городского суда за ФИО1 признано право на реабилитацию, оценив собранные по делу доказательства, применительно к положениям вышеназванных норм закона, с учетом установленных конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны РФ.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина – обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

В силу статей 17 (части 1 и 2) и 18 Конституции Российской Федерации закрепленное ее статьей 46 право на судебную защиту в числе других основных прав и свобод человека признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации является непосредственно действующим, определяет смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, что, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагает не только право на обращение в суд, но и гарантии, позволяющие реализовать его в полном объеме и обеспечивающие эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства (постановления от 14 июля 2005 года № 8-П, от 26 декабря 2005 года № 14-П, от 25 марта 2008 года № 6-П и др.).

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 5 статьи 5), Протокола № 7 к данной Конвенции (статья 3) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт «а» пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9, пункт 6 статьи 14), закрепляющие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за уголовное преступление, на компенсацию, если вынесенный ему приговор был впоследствии отменен или ему было даровано помилование на том основании, что какое-либо новое или вновь открывшееся обстоятельство убедительно доказывает наличие судебной ошибки (если не будет доказано, что указанное неизвестное обстоятельство не было в свое время обнаружено исключительно или частично по его вине).

Признавая необходимость повышенного уровня защиты прав и свобод граждан в правоотношениях, связанных с публичной ответственностью, в частности уголовной и административной, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что законодательные механизмы, действующие в этой сфере, должны соответствовать вытекающим из статей 17, 19, 45, 46 и 55 Конституции Российской Федерации и общих принципов права критериям справедливости, соразмерности и правовой безопасности, с тем чтобы гарантировать эффективную защиту прав и свобод человека в качестве высшей ценности, в том числе посредством справедливого правосудия (постановления от 12 мая 1998 года № 14-П, от 11 мая 2005 года № 5-П, от 27 мая 2008 года № 8-П).

При этом ни статья 133 УПК РФ, ни указанные нормы Гражданского кодекса РФ не связывают принятие решения о возмещении материального вреда и компенсации морального вреда только с наличием вынесенного в отношении гражданина оправдательного приговора или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям, а также решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2005 года № 242-О).

Таким образом, действующее законодательство – в системном единстве его предписаний – не исключает принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина.

Определяя размер денежной компенсации за соответствующий моральный вред, суд в конкретном деле, исходя из требований разумности, справедливости, оценивает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иными заслуживающими внимания обстоятельствами (статьи 151 и 1101 ГК РФ).

При этом установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 2011 года № 47-О-О).

Анализируя степень нравственных и физических страданий ФИО1, суд принимает во внимание тяжесть необоснованно вмененного истцу деяния (небольшая тяжесть), длительность официального уголовного преследования и осуществление следственных действий конкретно в связи с деянием, предусмотренным частью 1 статьи 119 УК РФ (более 3 лет), меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке, поскольку применение указанных мер было обусловлено вменением истцу деяния, предусмотренного частью 1 статьи 119 УК РФ, неоднократность судебного разбирательства по уголовному делу.

В тоже время заслуживающим внимания признается и тот факт, по смыслу статьи 112 УПК РФ обязательство о явке состоит в письменном обязательстве лица, указанного в части первой настоящей статьи, своевременно являться по вызовам дознавателя, следователя или в суд, а в случае перемены места жительства незамедлительно сообщать об этом. 

Обязательство о явке хотя и является самостоятельной мерой процессуального принуждения (статья 112 УПК РФ), но не включено в перечень незаконных решений органов предварительного следствия, за которые государство несет ответственность независимо от вины должностных лиц (статья 1070 ГК РФ). В установленном порядке указанное решение органов предварительного следствия не было признано незаконным. Содержание указанной меры процессуального принуждения состоит лишь в обязанности своевременно являться по вызовам следователя или в суд без ограничения свободы передвижения и выбора места жительства лица, в отношении которого она избрана (часть 2 статьи 112 УПК РФ). Следовательно, указанная мера процессуального принуждения не может рассматриваться в качестве ограничения конституционного права на свободу передвижения и выбор места жительства и являться безусловным основанием для вывода о причинении лицу, у которого отобрано соответствующее обязательство, физических и нравственных страданий.

Между тем, в рамках рассматриваемого дела суд также учитывает то обстоятельство, что ФИО1 по приговору мирового судьи судебного участка № 29 судебного района г. Арсеньев Приморского края от 2 сентября 2020 года отбыл назначенное ему наказание в виде 200 часов обязательных работ. Отбывание уголовного наказания производилось по месту фактического проживания ФИО1 в г. Арсеньеве Приморского края, до отмены указанного приговора в кассационном порядке, и, соответственно, до установления отсутствия в его действиях состава преступления. Таким образом, фактически имеет место отбытие уголовного наказания за действия, как впоследствии установлено, не образующие состава преступления. 

В обоснование заявленных требований ФИО1 указано, что в связи со значительным периодом времени, в течение которого длилось уголовное преследование и судебные разбирательства, которые, соответственно создали длительную психотравмирующую ситуацию, ему причинены нравственные и физические страдания, были опорочены его честь, достоинство и деловая репутация, что привело к ухудшению здоровья. Кроме того, в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела, а также в связи с длительными судебными разбирательствами, он потерял клиентов, в связи с чем лишился доходов и по этой причине лишился жилья, так как по кредитному договору стали возникать долги и банк обратился в суд с иском о взыскании суммы долга по кредитным обязательствам.

Моральный вред, причиненный истцу в результате его незаконного уголовного преследования, он оценивает в 35 000 000 рублей.

Действительно, из материалов дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ между ПАО «Сбербанк России» и ФИО1, ФИО10 был заключен кредитный договор № «Приобретение готового жилья», по условиям которого сумма кредита составила 2 115 650 рублей, срок действия договора установлен сторонами 180 месяцев, процентная ставка составляет 9,40% годовых. Целью использования кредита является приобретение объекта недвижимости по адресу: 

<

адрес> – 48. 

Решением Арсеньевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ были удовлетворены требования ПАО «Сбербанк России» к ФИО1, ФИО10 о расторжении кредитного договора и досрочном взыскании долга по кредиту, обращении взыскания на предмет залога. Судом постановлено взыскать солидарно с ФИО1, ФИО10 в пользу ПАО «Сбербанк России» сумму долга по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 251 778,44 рублей и государственную пошлину в размере 25 459 рублей, всего 2 277 234,744 рублей; обратить взыскание на предмет залога – квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> – 48, установив начальную продажную цену в размере 2 240 100 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам 

<

адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Арсеньевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменено, по делу принято новое решение, которым кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ – расторгнут, с ФИО1, ФИО10 солидарно в пользу ПАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитному договору в сумме 2 251 778,44 рублей и расходы по уплате государственной пошлины 25 459 рублей в равных долях, то есть по 12 729,5 рублей с каждого; обратить взыскание на предмет залога – квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> – 48, путем реализации с публичных торгов с установлением начальной продажной цены в размере 2 801 000 рублей.

Из содержания указанных судебных постановлений, а также дополнительно представленных документов усматривается, что задолженность по кредитному договору начала образовываться в октябре 2019 года.

Также установлено, что впоследствии решением Арсеньевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ были частично удовлетворены требования ПАО «Сбербанк России» к ФИО1, ФИО10 о выселении. Судом постановлено выселить ФИО1 из квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> – 48. 

Кроме того, также установлено, что решением Яковлевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ были удовлетворены исковые требования ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредиту. Судом постановлено взыскать с ФИО1 в пользу ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» задолженность в сумме 253 106,17 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 732 рубля. Постановлено взыскание процентов за пользование кредитом в размере 15,90% годовых производить ежемесячно на остаток основного долга, начиная с 22 февраля 2020 года до дня полного погашения суммы основного долга по кредиту.

Из содержания указанного судебного постановления также усматривается, что неисполнение заемщиком надлежащим образом обязательств по возврату кредита и своевременной уплате процентов началось с 13 ноября 2019 года.

В данной связи суд полагает возможным согласиться с доводами истца в той части, что возбуждение уголовного дела и последующее уголовное преследование повлияло на его материальное положение, что повлекло невозможность исполнения принятых на себя обязательств по возврату кредитных средств, что в свою очередь привело к образованию задолженности и последующему ее взысканию в судебном порядке, что также сказалось на его моральном состоянии. 

В тоже время, оценивая доводы истца о том, что уголовное преследование привело к ухудшению его здоровья, судом принимается во внимание, что достаточных и допустимых доказательств, подтверждающих обращение в медицинские организации за медицинской помощью различного рода в период со 2 августа 2019 года по 16 октября 2023 года, что позволило бы установить степень ухудшения состояния здоровья истца во взаимосвязи с уголовным преследованием, суду не представлено. 

Представленные КГБУЗ «Арсеньевская городская больница» по запросу суда сведения об обращениях ФИО1 за медицинской помощью, как по отдельности, так и в совокупности не соотносятся с самим фактом уголовного преследования, не взаимосвязаны с длительностью уголовного преследования и не вытекают из него. Обращения ФИО1 в медицинскую организацию носили единичный характер, не являлись систематическими, что позволяло бы установить причинно-следственную связь с имевшимся уголовным преследование. Доказательств обращения в иные медицинские организации по вопросу оказания медицинской помощи истцом не представлено. 

Вместе с тем, исходя из общих требований закона, в рассматриваемом случае суд принимает во внимание, что сам по себе факт незаконного уголовного преследования причинил истцу нравственные и моральные страдания. Факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности установлен судебными инстанциями в ходе рассмотрения уголовного дела, в связи с чем причинение истцу морального вреда в результате незаконного нахождения под мерой процессуального принуждения и следственных действий предполагается в силу прямого указания закона.

Судом также принимаются во внимание те обстоятельства, что истец ранее не привлекался к уголовной ответственности, являлся добропорядочным членом общества, супругом и отцом несовершеннолетнего ребенка, осуществлял деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, в связи с чем, незаконное привлечение его к уголовной ответственности и длительное применение к нему меры процессуального принуждения само по себе явилось существенным психотравмирующим фактором, а также то, что сам факт уголовного преследования влечет переживания, повышенную психическую нагрузку.

Определяя размер подлежащий взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства уголовного преследования ФИО1, длительность нарушенных прав истца (более 3 лет), данные о личности истца, степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, длительностью периода применения в отношении истца меры процессуального принуждения, требований разумности и справедливости, в связи с чем полагает, что в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда, размер которой с учетом всех установленных по делу обстоятельств суд оценивает в 500 000 рублей.

В соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 28 мая 2019 года № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом РФ, Бюджетным кодексом РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ) (абзац 5 пункта 14).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации (абзац 6 пункта 14).

Таким образом, обязанность по возмещению вреда суд возлагает на Министерство финансов России за счет средств казны Российской Федерации, так как вред истцу причинен органом, финансирование которого осуществляется из федерального бюджета. 

В силу части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК РФ.

Положениями части 1 статьи 100 ГПК РФ установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»). 

В соответствии с Договором на оказание юридических услуг от 15 января 2024 года, заключенному между ФИО2, осуществляющей профессиональную деятельность в соответствии с Федеральным законом ль 27 ноября 2018 года № 422-ФЗ, и ФИО12, исполнитель обязуется оказать юридическую помощь заказчику по вопросу привлечения его к уголовной ответственности по части 1 статьи 119 УК РФ и по вопросам реабилитации в связи с вынесением оправдательного приговора. 

Положениями раздела 3 Договора предусмотрено, что цена договора за выполненную работу, указанную в пункте 1.2 раздела 1 настоящего договора составляет, в том числе, подготовка в суд искового заявления о компенсации морального вреда в связи с реабилитацией осужденного – 6 000 рублей.

Согласно чеку №vnucmm4 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 произведена оплата услуг по подготовке искового заявления о компенсации морального вреда в связи с реабилитацией осужденного в размере 6 000 рублей.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителей и соблюдения необходимого баланса между правами лиц, участвующих в деле. 

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Постановлением Совета Адвокатской палаты Приморского края от 25 июня 2020 года утверждены минимальные ставки вознаграждения за оказываемую юридическую помощь, в соответствии с которыми за участие в гражданском (гражданский и арбитражный процессы) и административном судопроизводстве в части подготовки дела, составлении искового заявления размер вознаграждения составляет от 15 000 рублей за день занятости.

Учитывая изложенное, объем и характер оказанных представителем услуг (подготовка искового заявления), сложности рассмотренного дела, категории дела – иск о компенсации морального вреда в связи с реабилитацией осужденного, суд приходит к выводу о праве ФИО1 на возмещение судебных расходов, понесенных им по оплате услуг представителя при составлении искового заявления, и полагает подлежащим взысканию с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 суммы в размере 6 000 рублей.

При этом, ссылка представителя Министерства финансов РФ в лице заместителя руководителя УФК по Приморскому краю ФИО4 на положения Федерального закон от ДД.ММ.ГГГГ № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» в рассматриваемом случае является необоснованной, поскольку как следует из материалов дела ФИО11 осуществляет свою деятельность на основании Федерального закона от 27 ноября 2018 года № 422-ФЗ «О проведении эксперимента по установлению специального налогового режима «Налог на профессиональный доход».

В соответствии со статьей 14 приведенного закона при произведении расчетов, связанных с получением доходов от реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), являющихся объектом налогообложения, налогоплательщик обязан с использованием мобильного приложения «Мой налог» и (или) через уполномоченного оператора электронной площадки и (или) уполномоченную кредитную организацию передать сведения о произведенных расчетах в налоговый орган, сформировать чек и обеспечить его передачу покупателю (заказчику), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Чек должен быть сформирован налогоплательщиком и передан покупателю (заказчику) в момент расчета наличными денежными средствами и (или) с использованием электронных средств платежа (часть 3 статьи 14 закона).

Из представленных документов следует, что ФИО11 (ИНН 

<

***>) как физическое лицо поставлена на учет в налоговом органе в качестве налогоплательщика налога на профессиональный доход, при этом из представленного чека №vnucmm4 от ДД.ММ.ГГГГ также усматривается, что режим НО указан как НПД (налог на профессиональный доход), получателем указана ФИО11 ИНН 

<

***>.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В случае, если обе стороны освобождены от уплаты судебных расходов, издержки, понесенные судом, а также мировым судьей в связи с рассмотрением дела, возмещаются за счет средств соответствующего бюджета (часть 4 статьи 103 ГПК РФ).

Положениями подпункта 10 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ установлено, что от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы – по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, в том числе по вопросам восстановления прав и свобод.

Кроме того, в силу подпункта 19 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются также государственные органы, органы местного самоуправления, органы публичной власти федеральной территории «Сириус», выступающие по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, в качестве истцов (административных истцов) или ответчиков (административных ответчиков).

Учитывая изложенное, оснований для разрешения вопроса о судьбе издержек, понесенных судом в связи с рассмотрением дела, и государственной пошлины, не имеется. 

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 151, 1064, 1070, 1071, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, положениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», статьями 61, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (третье лицо – 

<

адрес>) о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес> – 1 (паспорт 0508 № выдан ДД.ММ.ГГГГ ОУФМС России по 

<

адрес> в 

<

адрес>), компенсацию морального вреда в порядке реабилитации в размере 500 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 6 000 рублей, всего 506 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Яковлевский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме 4 июня 2024 года. 

Судья В.А. Акимчук