УИД 10RS0011-01-2023-010695-79

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 ноября 2023 года г.Петрозаводск

Петрозаводский городской суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Мамонова К.Л. при секретаре Борисовой В.А. с участием прокурора Елисеева А.А., истца ФИО1 и представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-7103/2023 по иску ФИО1 к Петрозаводскому муниципальному унитарному предприятию (ПМУП) «Городской транспорт» о взыскании денежных сумм, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с требованиями к ПМУП «Городской транспорт» о компенсации морального вреда и вреда здоровью, причиненных полученной при исполнении трудовых обязанностей в результате несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ травмой. Иск мотивирован мнением о нарушении ответчиком требований по охране труда.

В судебном заседании ФИО1 заявленные требования поддержала, указав, что пояснить что-либо по ним не может – «сама иск не писала», «и так всё ясно». Представитель ответчика, возражая против иска, указала на завышенный размер испрашиваемой компенсации и уже состоявшееся ранее аналогичное судебное присуждение. Остальные участвующие в деле лица, извещенные о месте и времени разбирательства, в том числе с учетом ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в суд не явились.

Исследовав письменные материалы и гражданское дело Петрозаводского городского суда Республики Карелия № 2-3316/2023, заслушав пояснения сторон и заключение прокурора о частичной обоснованности иска, суд считает, что рассматриваемое обращение подлежит удовлетворению в части. 

ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала в ПМУП «Городской транспорт» в качестве 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ по месту работы в рабочее время в результате резкого торможения троллейбуса под управлением ФИО3 истец потеряла равновесие и упала, получив телесные повреждения – травму правой руки с переломом лучевой кости предплечья в нижней трети, повреждением сухожилия мышцы, с отеком мягких тканей в области лучезапястного сустава.

Приведенное установлено вступившим в законную силу решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 29 мая 2023 года, учитываемым в настоящем деле по правилам ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. При этом отмечается, что в силу ст. 209 данного кодекса после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Указанным судебным актом с ПМУП «Городской транспорт» в пользу ФИО1 в связи с указанной травмой взысканы 250.000 руб. компенсации морального вреда. Однако в последующем, что объективно не учитывалось и не могло быть учтено судом, ей в установленном порядке из-за несчастного случая на производстве с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10 процентов. Это значимое самостоятельное основание текущего иска исключает применение к нему положений ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации – спор подлежит разрешению по существу.

Согласно ст. 37 Конституции Российской Федерации и ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности. При этом обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации). В частности, работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования и осуществлении технологических процессов; применение средств индивидуальной и коллективной защиты работников; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; режим труда в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ по охране труда, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте и проверку знаний требований охраны труда, безопасных методов и приемов выполнения работ; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах; проведение аттестации рабочих мест по условиям труда с последующей сертификацией работ по охране труда в организации; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения здоровья; ознакомление работников с требованиями охраны труда; разработку и утверждение с учетом мнения выборного профсоюзного или иного уполномоченного работниками органа инструкций по охране труда для работников. В должном объеме эти требования закона ответчиком в отношении ФИО1 не выполнены, что в силу комплексной регламентации разрешаемого правоотношения нормами ст.ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», 237 Трудового кодекса Российской Федерации, 151, 1064, 1068, 1079, 1099-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает на возникновение у ПМУП «Городской транспорт» обязанности по компенсации морального вреда, причиненного истцу повреждением здоровья и связанного с обозначенной постоянной частичной утратой профессиональной трудоспособности.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Исходя из § 4 гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации в объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит в том числе компенсация морального вреда. Её основания и размер определяются правилами, предусмотренными ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред может заключаться в физических страданиях – физической боли, связанной с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевании, в том числе перенесенном в результате нравственных страданий, ограничении возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятных ощущениях или болезненных симптомах либо в нравственных переживаниях – страданиях, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

В случае наличия основания для присуждения компенсации морального вреда, ее сумма, по мнению суда, должна быть адекватной и реальной, в противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам. Вместе с тем обозначенная ФИО1 величина истребуемой компенсации (300.000 руб.) признается чрезмерно завышенной. Исходя из оговоренных в ст.ст. 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации принципов разумности и справедливости, характера ответственности организации за своего сотрудника, неосторожной формы её вины, объективных медицинских сведений о характере травмы, возраста и иных данных о личности истца в её пользу в связи с частичной утратой профессиональной трудоспособности присуждаются 70.000 руб. Правила п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются, поскольку ответчик является не гражданином, а юридическим лицом.

Взыскиваемая настоящим решением дополнительная денежная сумма также принимает во внимание, что несмотря на констатированную органами медико-социальной экспертизы частичную незначительную утрату истцом профессиональной трудоспособности ФИО1 уже с 2005 года, являясь инвалидом 

<

данные изъяты> по общему заболеванию, нетрудоспособна.

Игнорируя действующий в Российской Федерации правопорядок, ФИО1 ссылается на якобы нормативную неурегулированность возникшего касательно неё правоотношения и инициирует денежное взыскание с заявленного ответчика в размере 200.000 руб. как «компенсации вреда, причиненного здоровью», в удовлетворении требования о чем надлежит отказать за необоснованностью. Данная часть иска исходит из суждений о допустимости аналогии процессуального закона, что предусмотрено ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применением положений Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности перевозчика за причинение вреда жизни, здоровью, имуществу пассажиров и о порядке возмещения такого вреда, причиненного при перевозках пассажиров метрополитеном».

Однако названная норма процессуального законодательства закрепляет принципы аналогии закона и аналогии права на случай отсутствия соответствующей нормы процессуального права. Не соблюдается в рассматриваемой ситуации и обязательная совокупность условий применения аналогии материального закона или права (ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Правовое регулирование последствий наступления несчастного случая на производстве, в том числе на транспорте, детально регламентировано специализированным законодательством (Трудовой кодекс Российской Федерации, Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и др.). Более того, как проявилось по делу, все причитающиеся истцу выплаты на этот счет, в том числе на основании документов её бывшего работодателя, назначены и осуществлены.

В порядке ст.ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации на ПМУП «Городской транспорт» относится государственная пошлина по делу (300 руб.) в доход местного бюджета.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

Иск ФИО1 (ИНН №) к Петрозаводскому муниципальному унитарному предприятию «Городской транспорт» (ИНН 

<

***>) о взыскании денежных сумм удовлетворить частично.

Взыскать с Петрозаводского муниципального унитарного предприятия «Городской транспорт» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (ИНН №) 70.000 руб. компенсации морального вреда.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Петрозаводского муниципального унитарного предприятия «Городской транспорт» (ИНН 

<

***>) в доход бюджета Петрозаводского городского округа государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Карелия через Петрозаводский городской суд Республики Карелия в течение одного месяца.

Судья

К.Л.Мамонов