Судья Владимиров М.В. Дело № 22-931/2024 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону 19 февраля 2024 года 

Судья Ростовского областного суда Сарана В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Большаковой Г.Н., 

с участием: 

прокурора управления прокуратуры Ростовской области Сказкина А.А., 

подсудимых Назарова А.А., Руф Т.А.,

защитника подсудимых - адвоката Юрчука М.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя старшего помощника прокурора Аксайского района Ростовской области Скрипниковой И.С. на постановление Аксайского районного суда Ростовской области от 13 декабря 2023 года, которым уголовное дело в отношении 

Назарова А.А., родившегося ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА в АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, гражданина РФ, несудимого; 

Руф Т.А., родившейся ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА в АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, гражданки РФ, несудимой,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору Ростовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения в отношении Назарова А.А. и Руф Т.А. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения,

Заслушав доклад судьи, выслушав мнения прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления, подсудимых и их защитника, полагавших постановление суда оставить без изменения, 

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования Назаров А.А. и Руф Т.А. обвиняются в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Постановлением Аксайского районного суда Ростовской области от 13 декабря 2023 года на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело в отношении Назарова А.А. и Руф Т.А., возвращено прокурору Ростовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Государственным обвинителем старшим помощником прокурора Аксайского района Ростовской области Скрипниковой И.С. подано апелляционное представление, в котором поставлен вопрос об отмене постановления с возвращением уголовного дела на новое разбирательство в суд первой инстанции. В обоснование доводов цитирует положения п. 2 ст. 389.15, п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре» от 29.11.2016 года № 55. Ссылается на кассационное определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 14.04.2021 года, которым установлено, что обвинительное заключение соответствуют требованиям ст. 220 УПК РФ, обвиняемые и их защитник ознакомлены в полном объеме с материалами уголовного дела. Помимо этого, в кассационном определении указано, что противоречия в указании сумм ущерба, который был причинен потерпевшим, не является неустранимым недостатком обвинительного заключения и не может служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Сумма вмененного подсудимым материального ущерба позволяет суду оценить сумму причиненного потерпевшим ущерба, не увеличив при этом объем предъявленного обвинения.

Суд при вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурора необоснованно указал, что ФИО1, ФИО2 вменяется хищение денежных средств на всю сумму заключенных договоров долевого участия в строительстве, без учета денежных средств, потраченных ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА на строительство объектов незавершенного строительства, данный вывод судом сделан после анализа строительно-технической экспертизы, проведенной в рамках данного уголовного дела.

Вышеуказанный вывод суда является необоснованным, поскольку как следует из протокола судебного заседания, стороной защиты заявлялось ходатайство о проведении дополнительной судебной экспертизы, судом в удовлетворении ходатайства отказано. Кроме того, суд не был лишен возможности назначения дополнительной либо повторной экспертизы по собственной инициативе.

По мнению государственного обвинителя, принятое судом решение о возвращении уголовного дела прокурору не соответствует целям осуществления производства по уголовному делу в разумные сроки, охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, особой сложности и резонансности дела.

Кроме того автор представления ссылается на правовую позицию Конституционного Суда РФ, изложенную, в том числе в Постановлении от 08.12.2003 года № 18-п, согласно которой суд вправе принять решение о возвращении уголовного дела прокурору, когда это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого либо его представителя о допущенных на досудебной стадии нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. В постановлении суда такого подтверждении не содержится.

По мнению автора апелляционного представления, суду надлежало рассмотреть уголовное дело и вынести по нему итоговое решение с учетом всех фактических обстоятельств дела, на основании исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств. 

Считает, что изложенные в постановлении суда основания для возвращения уголовного дела прокурору неоднократно являлись предметом проверок суда апелляционной и кассационной инстанции. В соответствии с. ч.6 ст. 401.16 УПК РФ указания суда кассационной инстанции обязательны при повторном рассмотрении данного уголовного дела судом нижестоящей инстанции.

На основании изложенного автор представления просит постановление суда отменить, а уголовное дело направить в тот же суд для рассмотрения по существу.

Проверив материалы дела, выслушав выступления участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таковым признается постановление, вынесенное в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. 

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2003 года N 18-П следует, что по смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ во взаимосвязи с п. п. 2 - 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, а также со ст. 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда в том числе, и в случае, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, устранения допущенных на досудебных стадиях нарушений, которые невозможно устранить иным путем в ходе судебного разбирательства. Подобные нарушения в досудебном производстве требований УПК РФ, всегда свидетельствуют о несоответствии обвинительного заключения требованиям УПК РФ.

Рассматривая доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции не может согласиться с ними, поскольку они противоречат исследованным в судебном заседании материалам уголовного дела, а также нормам уголовного и уголовно-процессуального законодательств. 

Органом предварительного расследования в отношении ФИО1 и ФИО2 допущены существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, что, в соответствии с ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ, является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Так, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении, наряду с другими данными, в обязательном порядке указываются существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Из смысла закона следует, что в обвинительном заключении должно содержаться исчерпывающее и точное описание преступного деяния с указанием всех обстоятельств, подлежащих доказыванию, включая размер ущерба, причиненного преступлением.

Согласно примечания к ст. 158 УК РФ под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

В силу положений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 N 48 (ред. от 15.12.2022) "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" способами хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество при мошенничестве, ответственность за которое наступает, в том числе, в соответствии со ст. HYPERLINK "https://login.consultant.ru/link/?req=doc&base=LAW&n=464892&dst=102601" 159 УК РФ, являются обман или злоупотребление доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо передают имущество или право на него другому лицу либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другим лицом.

Обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям.

Согласно обвинительного заключения ФИО1 и ФИО2 обвиняются в том, что по заключенным с гражданами договорам ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА взятые на себя обязательства не выполнили, денежные средства в сумме 639 440 061, 49 рублей, действуя группой лиц по предварительному сговору похитили, распорядившись ими по своему усмотрению, чем причинили материальный ущерб в особо крупном размере, а также фактически лишили возможности граждан, реализовать свое право владения, пользования и распоряжения приобретенным имуществом на объектах строительства.

При этом в обвинительном заключении отсутствуют описания, в чем конкретно выразилось хищение со стороны ФИО1 и ФИО2, способ хищения в виде обмана, место и время хищения, способ внесения денежных средств в ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА, а также сумма потраченных денежных средств.

Принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору, суд указал, что в обвинительном заключении не конкретизирована сумма вмененных денежных средств ФИО1 и ФИО2 ущерба. Подсудимым вменяется вся сумма денежных средств участников долевого строительства, в том числе привлеченных денежных средств, при этом предварительным расследованием не учтены размеры денежных средств, затраченных ООО «Сигма» на строительство объектов, которые признаны объектами незавершенного строительства и решением Арбитражного суда переданы в ЖСК «Менделеевский». 

Так, согласно материалам уголовного дела сумма вмененного предварительным расследованием ущерба составляет 639 440 061,49 рублей. При этом, согласно обвинительного заключения, при описании преступных действий ФИО1 и ФИО2, указано причинение ущерба на общую сумму 614 911 717,9 рублей.

Согласно проведенным по делу строительно-техническим экспертизам НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-У от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (т.9 л.д.2-25), НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-У от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (т.9 л.д.62-186) стоимость фактически выполненных работ и использованных материалов на объектах незавершенного строительства расположенного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН составляет 551 618 951 рублей (на 1 этапе строительства) и 41 187 190 рублей (на 2 этапе строительства).

Одним из оснований для возвращения уголовного дела прокурору, послужил тот факт, что при описании преступных действий подсудимых в обвинительном заключение описано причинение ущерба гражданам ФИО7, ФИО8,ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 ФИО18, ФИО19, ФИО20 и ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, которые потерпевшими по уголовному делу не признавались, в качестве таковых или свидетелей не допрашивались. Сведения об указанных лицах в материалах уголовного дела отсутствуют, что лишает возможности суд допросить указанных лиц в судебном заседании. 

При описании преступных действий ФИО1 и ФИО2 органом предварительного расследования описан ущерб, причиненный ФИО30 на сумму 4 837 000,00 рублей, ФИО31 на сумму 1 441 000,00 рублей, ФИО32 на сумму 2 790 000,00 рублей, которые были признаны потерпевшими по уголовному делу, вместе с тем в качестве таковых или свидетелей не допрашивались, сведений об указанных лицах в материалах уголовного дела не имеется. 

Указанные обстоятельства не позволяют суду надлежащим образом известить указанных лиц о месте, дате и времени судебного разбирательства по уголовному делу, что нарушает законные права и интересы пострадавших, лишает их возможности отстаивать свои права и законные интересы, а также препятствует объективному и всестороннему рассмотрению уголовного дела, установлению истины для разрешения уголовного дела по существу и фактически нарушает право обвиняемых на защиту. 

Кроме того, в обвинительном заключении при описании преступных действий подсудимых, указан причиненный ущерб в отношении конкретных лиц, однако согласно заключению эксперта НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН/Э-35 от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА (т.77 л.д.18-151) денежные средства от указанных ниже лиц на расчетные счета ООО «Сигма» не поступали, а именно: ФИО7 в сумме 2 264 000,00 рублей, ФИО10 в сумме 2 300 000,00 рублей, ФИО11 в сумме 1 300 000,00 рублей, ФИО33 в сумме 3 085 000,00 рублей, ФИО23 в сумме 2 300 000,00 рублей, ФИО24 в сумме 1 445 000,00 рублей, ФИО26 в сумме 1 175 000,00 рублей.

По мнению суда, ссылка государственного обвинителя в апелляционном представлении на выводы суда кассационной инстанции ранее изложенные в кассационном определении от 14.04.2021, является некорректной, поскольку в ходе судебного следствия суд первой инстанции в полном объеме исследовал материалы уголовного дела и обоснованно пришел к выводу о возвращении уголовного дела прокурору для устранения недостатков препятствующих принятию законного и обоснованного решения судом. 

Таким образом, основанием для возвращения дела прокурору являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности, обоснованности и справедливости.

Принимая во внимание, что установление обстоятельств совершения преступления относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия, что по смыслу ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, суд не вправе самостоятельно изменить существо предъявленного обвинения и дополнить его в части указания обстоятельств совершения преступления.

При таких обстоятельствах, имеющееся в материалах дела обвинительное заключение исключает принятие судом на его основе итогового решения по делу, что в силу положений п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ влечет необходимость возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку указанные нарушения являются существенными, и не могли быть устранены судом первой инстанции в ходе рассмотрения дела.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Аксайского районного суда Ростовской области от 13 декабря 2023 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2 возвращено прокурору Аксайского района Ростовской области в порядке, предусмотренном п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке непосредственно в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции. Подсудимые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья