Дело № 2-4369/2019

№

РЕШЕНИЕ

 

именем Российской Федерации

г. Петропавловск-Камчатский 27 сентября 2019 г.

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Нетеса С.С., 

при секретаре Ян Я.Л., 

с участием:

истца ФИО1, его представителя ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) (далее – «АТБ» (ПАО), банк) о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности. В обоснование заявленных требований указал, что более десяти лет являлся клиентом банка, в котором хранил денежные средства в банковских срочных вкладах с ограниченным сроком действия. В апреле 2018 г. по окончании срока действия вклада истец пришел в банк для продления срока хранения денег, где работник настоятельно рекомендовал истцу, в целях сохранения и увеличения суммы вклада, воспользоваться выгодным банковским продуктом, на котором проценты выше и доходность больше. Истец, доверившись работнику банка, считая, что последний предлагает сохранить накопления под наиболее выгодный и именно банковский продукт, то есть воспользоваться одной из форм банковского вклада, согласился воспользоваться этой услугой. После чего истец подписал договор купли-продажи простых векселей от ДД.ММ.ГГГГ № Подписывая договор, истец полагал, что обязанным по возврату денежных средств будет ответчик. По истечении указанного в договоре срока ДД.ММ.ГГГГ истец пришел в банк для получения денежных средств, но получил ответ о том, что выплата вклада невозможна. ДД.ММ.ГГГГ получил уведомление о невозможности совершения платежа, согласно которому обязательства, связанные с выплатой, несет неизвестное лицо, находящееся в 

<

адрес> – ООО «ФТК», о котором ранее работники банка истцу ничего не сообщали и не уведомляли. Истец передавал деньги банку и был уверен, что деньги хранятся именно в банке и будут возвращены банком, так как передавать денежные средства другому лицу истец не желал и не намеревался. Ссылаясь на положения ст. 178 ГК РФ, истец указал, что при заключении договора купли-продажи простых векселей от ДД.ММ.ГГГГ № он действовал под влиянием заблуждения, которое было настолько существенным, что он разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершил бы сделку. Указал, что он является пенсионером, ветераном труда, имеет заболевания, связанные со снижением зрения, у него отсутствуют профессиональные навыки и знания совершения финансовых сделок, не имеет специального образования в области экономики и права. Истец заблуждался относительно лица, связанного со сделкой, считая, что обязанной стороной является именно банк, намерение вкладывать денежные средства в приобретение ценной бумаги, выпущенной ООО «ФТК», не имел. В настоящее время истцу известно, что в момент заключения оспариваемого договора № простой вексель № на бумажном носителе выпущен не был, не существовал в природе, банк не являлся векселедержателем, права ответчика не были удостоверены ордерной ценной бумагой. Полагал, что договор № нарушает явно выраженный запрет, установленный законом, условия договора противоречат существу законодательного регулирования вексельного права. В момент заключения договора ответчик не имел векселя №, права ответчика не были удостоверены ордерной ценной бумагой, фактически вексель не передавался в момент подписания договора, что следует из Порядка взаимодействия, с учетом разницы часовых поясов Москвы и Петропавловска-Камчатского и территориальной удаленности, в момент подписания договора вексель отсутствовал в природе, в связи с чем договор недействителен, так как в п. 3 ст. 146 ГК РФ законодатель запретил иной порядок передачи ордерных бумаг, кроме передачи путем вручения существующей ценной бумаги с совершением передаточной надписи и данный порядок при заключении оспариваемого договора был нарушен. При заключении договора № был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, в связи с чем сделка является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Права на документарную ценную бумагу на вексель не были переданы истцу, так как документарная ценная бумага – вексель не существовала в природе в момент подписания договора, соответственно, прав ответчик по ней не имел и передать их не мог. Условие продажи не существующего векселя противоречит Федеральному закону от ДД.ММ.ГГГГ № 48-ФЗ «О переводном и простом векселе». На основании изложенного истец просил суд признать договор купли-продажи простых векселей от ДД.ММ.ГГГГ № недействительным; применить последствия недействительности сделки, взыскав с ответчика в пользу истца денежные средства в размере 979 000 руб., простой вексель серии ФТК № отставить в распоряжении ответчика, а также взыскать с ответчика в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 290 руб.

Определением судьи Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено общество с ограниченной ответственностью «Финансово-торговая компания» (далее ООО «ФТК»).

В судебном заседании истец ФИО1 на исковых требованиях настаивал, в обоснование которых привел доводы, аналогичные изложенным в иске.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал в полном объеме, привел доводы, аналогичные изложенным в письменных пояснениях. В письменных пояснениях указал, что договор не содержит условий, указывающих на то, что выплата по векселю производится за счет средств не банка, а ООО «ФТК». В договоре отсутствует условие о том, что в случае недостаточности/отсутствия средств на оплату векселя на счете по домициляции в банке, вексель протестуется векселедержателем в соответствии с действующим законодательством, тогда как в Порядке взаимодействия это указано. В договоре права покупателя в случае отказа в выплате денежных средств не указаны. В договоре указано, что передача прав по векселю осуществляется по индоссаменту с оговоркой «без оборота на меня», указанное понятие ответчик истцу не разъяснил при заключении договора. У истца при заключении договора отсутствовала полная информация о векселедателе, о предмете сделки, о лице, обязанном осуществить платеж по договору. Декларация о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, не содержит какой-либо информации о векселедателе. Фактически из декларации о рисках, являющейся приложением к договору купли-продажи, ответчик указан в качестве посредника, что противоречит правовой сути сделки купли-продажи, в которой только две стороны: продавец и покупатель. Ссылка ответчика на то, что декларация подписана истцом, несостоятельна, поскольку она оформлена ненадлежащим образом, что исключает ее юридическую силу как дополнительного соглашения. При заключении договора истцу не была предоставлена информация о действительном финансовом положении ООО «ФТК», которое не имело достаточных денежных средств для выполнения обязательств по векселям. На момент заключения договора ответчик располагал сведениями о нестабильном финансовом положении ООО «ФТК», о невозможности произвести выплаты по всем реализованным векселям, однако мер к прекращению своих действий по продаже векселей не предпринял. О невозможности платежа истцу стало известно ДД.ММ.ГГГГ, когда он получил от ответчика уведомление, с указанного момента начал течь срок исковой давности, в связи с чем истцом срок исковой давности не пропущен.

Ответчик «АТБ» (ПАО) о времени и месте судебного заседания извещен, своего представителя для участия в нем не направил. В представленных суду возражениях указал, что требования истца необоснованные и удовлетворению не подлежат. Согласно ст. 190 ГК РФ возникновение прав и обязанностей у продавца и покупателя, а также прекращение и связанные с их реализацией последствия, определяются не моментом подписания договора, а календарной датой. В установленный договором срок ДД.ММ.ГГГГ продавцом и покупателем выполнены все обязательства. Банк выполнил свои обязанности продавца по передаче векселя истцу, поскольку права по векселям были переданы с соблюдением формы и требования о составлении индоссамента. Также в качестве подтверждения права собственности истца на вексель служит подписанное им заявление на погашение векселя, указание на намерение получить по нему вексельную сумму и сам факт нахождения векселя у него. Доводы истца о том, что в дату заключения оспариваемого договора простой вексель не существовал, ответчик не являлся векселедержателем, права ответчика не были удостоверены векселем, вексель не передавался истцу, ответчик не совершил индоссамент по векселю основаны на неверном толковании норма вексельного законодательства, которое не содержит императивной нормы, запрещающей подписание договора купли-продажи векселя в момент отсутствия прав на вексель, не подтверждаются доказательствами по делу. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих ничтожность сделки как совершенной в нарушение явно выраженного запрета и посягающей на публичные интересы. Заблуждение относительно правовых последствий сделки не является основанием для признания ее недействительной по ст. 178 ГК РФ. На истца возложена обязанность доказать, что его заблуждение было существенным, а также, что он действовал разумно и объективно оценивал ситуацию. Во всех подписанных документах не содержится указания на слово вклад, сбережение, депозит и т.д., предметом сделки является вексель, который поименован в п. 1.1 договора и в п. 3.2 декларации о рисках, что денежные средства по приобретенному векселю, не страхуются. Ошибка в процессе волеизъявления также не может иметь место, при обычной осмотрительности и осторожности, поскольку в п. 3.3 декларации указано, что банк не может отвечать по исполнению обязательств перед истцом по векселю. Из поведения истца в момент заключения оспариваемого договора следует злоупотребление правом. Фактические доводы истца сводятся не к тому, что им заключена сделка под влиянием заблуждения, предусмотренного ст. 178 ГК РФ, а к тому, что сделка заключена им под влиянием обмана – ст. 179 ГК РФ. Порок воли возник у истца не в момент совершения сделки, а после того, как не оправдались его намерения на получение денежных средств. В оспариваемом договоре купли-продажи простых векселей имеется и наименование векселя и количество, и его описание, что однозначно позволяет определить и идентифицировать его, а также исключает возможность перепутать его с каким-либо иным товаром, даже объединенным одинаковыми родовыми признаками. О том, что ООО «ФТК» является обязанным по векселю, прямо следует из п. 1.1 договора купли-продажи простых векселей. С учетом положений п. 2.5 оспариваемого договора истец обязался изучить декларацию о рисках. Подписанный покупателем договор, является прямо поименованным договором купли-продажи простых векселей, из буквального содержания договора следует, что совершена сделка купли-продажи векселя. В договоре описан вексель. Актами приема-передачи подтверждается согласие принять именно вексель. Ни на одном из подписанных покупателем документов не имеется каких-либо возражений, оговорок или иных комментариев, относительно предмета и условий совершаемой сделки. То, что ответчик не отвечает по оплате векселя, указано в п. 1.3 договора. ДД.ММ.ГГГГ истец получил на руки экземпляры документов, связанных с приобретением векселя. Доводы истца о том, что он не владеет познаниями в области оборота векселей, не имеет соответствующего образования, дающего ему возможность понимать существо сделки с векселем, не являются основанием для заблуждения, поскольку истец владеет русским языком, умеет читать, что в свою очередь позволило бы истцу, при надлежащем и добросовестном отношении к заключению оспариваемой сделки, отличить договор банковского вклада от договора по приобретению векселя, либо прочитать в последнем, что банк не отвечает по вексельному обязательству. Оспариваемый договор заключен ДД.ММ.ГГГГ, с условиями которого и приложениями к нему истец был ознакомлен, согласен и подписал их, а также получил на руки экземпляры документов. Истец должен был и мог узнать о заблуждении ДД.ММ.ГГГГ, с исковыми требованиями истец обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть с пропуском срока исковой давности. Доказательств уважительности пропуска срока не представлено стороной истца. В апреле 2018 г. банк ввел в отношении ответчика процедуру санации, в том числе и по причине реализации ответчиком векселей ООО «ФТК», и о данной санации и ее причинах неоднократно были публикации в прессе, о чем истец не мог не знать. Просил отказать истцу в удовлетворении исковых требований.

Третье лицо ООО «ФТК» о времени и месте судебного извещалось, представителя не направило.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участвующих в деле лиц.

Выслушав объяснения истца и его представителя, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст.ст. 128, 130, 142, 143 ГК РФ вексель является документарной ценной бумагой, которая является объектом гражданских прав и относится к движимому имуществу. 

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ в г. Петропавловске-Камчатском между ФИО1 и «АТБ» (ПАО) был заключен договор купли-продажи простых векселей №, согласно которому «АТБ» (ПАО) (продавец) обязался передать в собственность ФИО1 (покупателя), а покупатель принять и оплатить простой вексель ООО «ФТК» (векселедатель), серии ФТК, №, вексельная сумма 1 027 815 руб. 89 коп., дата составления – ДД.ММ.ГГГГ, срок платежа – по предъявлении, но не ранее ДД.ММ.ГГГГ, стоимость векселя в рублях – 979 000 руб. (л.д. 11-12).

Обязанность истца по оплате векселя в полном объеме выполнена в день заключения договора, что подтверждается платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 14).

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен договор хранения векселя №, согласно которому ответчик (хранитель) обязался хранить вексель, приобретенный истцом по вышеуказанному договору купли-продажи, по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 15-17).

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к ответчику с заявлением на погашение векселя, на которое «АТБ» (ПАО) сообщил истцу о невозможности совершения платежа (л.д. 18-19). 

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что договор купли-продажи простых векселей от ДД.ММ.ГГГГ № был заключен под влиянием заблуждения, выразившегося в том, что сотрудник банка не довел до его сведения информацию, что векселедателем является не банк, а ООО «ФТК», и что платеж по векселю напрямую зависит от исполнения перед банком своих обязанностей ООО «ФТК» и за счет средств ООО «ФТК». При заключении договора купли-продажи векселей истец действовал под влиянием заблуждения, истец не мог знать о правовой природе правоотношений, поскольку, заключая договор купли-продажи простых векселей, надеялся и полагал, что вступает в правоотношения с банком «АТБ» (ПАО) и векселедателем является банк, а не ООО «ФТК». 

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2000 г. № 14 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей», при рассмотрении споров необходимо иметь в виду, что вексельные сделки регулируются нормами специального вексельного законодательства. Вместе с тем данные сделки регулируются также и общими нормами гражданского законодательства о сделках и обязательствах (статья 153-181, 307-419 ГК РФ). Исходя из этого, в случаях отсутствия специальных норм в вексельном законодательстве судам следует применять общие нормы Кодекса к вексельным сделкам с учетом их особенностей (пункт 1).

В п. 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2000 г. № 14 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» разъяснено, что в тех случаях, когда одна из сторон обязуется передать вексель, а другая сторона обязуется уплатить за него определенную денежную сумму (цену), к отношениям сторон применяются нормы о купле-продаже, если законом не установлены специальные правила (п. 2 ст. 454 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу п. 1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из фактического основания иска ФИО1 указал на заключение сделки вследствие его заблуждения относительно природы сделки и лица, ответственного за ее исполнение.

В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Как предусмотрено п. 2 данной нормы при наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

По смыслу приведенных положений ст. 178 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность, кроме того, на существенное заблуждение указывает и то, что сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой.

Согласно материалам дела, ДД.ММ.ГГГГ при обращении истца в операционный офис «АТБ» (ПАО) с намерением продлить срок банковского вклада, от работника банка ему поступило предложение приобрести простой вексель как некий банковский продукт, вложение денежных средств в который являлось наиболее выгодным, чем вложение денег во вклад. Согласившись с таким предложением банка, ФИО1 заключил с ответчиком соответствующий договор купли-продажи простых векселей от ДД.ММ.ГГГГ № вексель ООО «ФТК», серии ФТК №, вексельная сумма 1 027 815 руб. 89 коп., дата составления – ДД.ММ.ГГГГ, срок платежа – по предъявлении, но не ранее ДД.ММ.ГГГГ, стоимость векселя в рублях – 979 000 руб., векселедатель ООО «ФТК».

При этом материалами дела достоверно подтверждается, что по вышеназванному договору, фактически подписанному сторонами в г. Петропавловске-Камчатском, в день его заключения вексель в натуре истцу передан не был. Между сторонами в этот день был заключен договор хранения от ДД.ММ.ГГГГ №, а также акт приема-передачи к указанному договору, однако местом заключения договора хранения и совершения приема-передачи указан 

<

адрес>. Сам вексель, являвшийся предметом договора купли-продажи, был приобретен банком у векселедателя ООО «ФТК» в ту же дату также в 

<

адрес>, что с учетом территориальной отдаленности и смены часовых поясов, исключало возможность его передачи истцу в 

<

адрес> в день заключения договора купли-продажи.

Ответчик, не являясь законным векселедержателем, не был вправе заключать с истцом оспариваемый договор купли-продажи.

Приобретение векселя истцом осуществлялось на основании документов, подготовленных сотрудниками Банка, в связи с чем акт приема-передачи векселя, согласно которому «АТБ» (ПАО) передал истцу вексель ДД.ММ.ГГГГ, а также акт приема-передачи векселя к договору хранения, по которому истец обратно передал подлинный вексель Банку ДД.ММ.ГГГГ, не соответствуют действительности.

Поскольку вексель истцу фактически не передавался, его содержание о том, что лицом, обязанным оплатить по данному векселю, является ООО «ФТК», а не «АТБ» (ПАО), истцу не могло быть достоверно известно.

Согласно акту проверки Центральным Банком Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ за период с января 2016 г. по ДД.ММ.ГГГГ «АТБ» (ПАО) операций Банка с векселями ООО «ФТК» установлены факты (обстоятельства), свидетельствующие о вероятном вовлечении кредитной организации в создание и функционирование «вексельной схемы» в крупных объемах, обладающей признаками «финансовой пирамиды», с привлечением к участию в реализации указанной схемы компании, связанной с основными бенефициарными собственниками кредитной организации.

Конечными целями «вексельной схемы» с векселями ООО «ФТК», по мнению, рабочей группы, могли являться: на момент начала ее возникновения и далее в проверяемом периоде – необходимость обслуживания задолженности по предоставленному Банком кредиту, направленному в пользу иного юридического лица – нерезидента, связанного с основными собственниками Банка, и который по итогам проверки отнесен к разряду «безнадежных»; другой целью могло являться дополнительное привлечение Банком ресурсов в виде средств физических лиц в условиях действующих ограничений/самоограничений на привлечение вкладов населения, и затем их трансформирование в остатки средств на счете юридического лица.

В этой связи суд находит заслуживающими внимания доводы истца о том, что Банк, действуя добросовестно как участник гражданского оборота и бесспорно зная содержание своих отношений с ООО «ФТК», должен был довести до истца информацию о том, что исполнение обязательств по погашению (оплате) векселя лежит на ООО «ФТК» и зависит только от платежеспособности ООО «ФТК», а не Банка, а также от исполнения ООО «ФТК» перед Банком своих обязанностей, о том, что в выплате вексельной суммы истцу может быть отказано в случае непоступления в дальнейшем денежных средств от приобретения векселей иными лицами.

При таких обстоятельствах суд полагает, что отсутствие достоверной и доступной информации о данных обстоятельствах находилось в причинной связи с решением истца о заключении с ответчиком договора купли-продажи векселя и в данном случае. 

В ответ на заявление от ДД.ММ.ГГГГ на погашение векселя истцом было получено уведомление банка о том, что от векселедателя ООО «ФТК» денежные средства в размере, достаточном для платежа по векселю, в установленный срок в банк не поступили, при этом денежных средств, которые должны направляться на исполнение обязательств по погашению векселей перед векселедержателем, на своем расчетном счете, открытом в банке, векселедатель не имеет.

Таким образом, материалами дела достоверно подтверждается, что волеизъявлением истца являлось вложение денежных средств именно в банковский продукт, при этом ни договор купли-продажи простых векселей, ни документы, прилагаемые к нему, в частности декларация о рисках, не позволяли истцу при их подписании в полной мере осознавать правовую природу данных сделок и последствия их заключения. 

В материалах дела не имеется доказательств о доведении до ФИО1 сотрудником банка достаточной, полной, понятной информации относительно продажи ценной бумаги с особенностями получения по ней возврата денежных средств, а также информации о лице, обязанном оплатить вексель. Особая терминология и правовое регулирование вексельных сделок не является легкой в понимании информацией.

При таком положении, совершая действия по заключению договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился под влиянием заблуждения. При этом данное заблуждение являлось существенным, поскольку при заключении вышеназванного договора истец, не имея намерения приобрести ценную бумагу, выпущенную ООО «ФТК», заблуждался относительно природы сделки, а также лица, обязанного оплачивать вексель, полагая, что вексель является формой банковской услуги по сбережению денежных средств вкладчиков банка.

Кроме того, на основании представленных в материалы дела доказательств следует, что заблуждение у истца сформировалось, в том числе по причине намеренного умолчания работников банка об обстоятельствах, о которых они должны были сообщить истцу перед заключением договора купли-продажи при той добросовестности, какая требовалась от ответчика в отношении своих клиентов, которые хранят в банке свои денежные средства (сбережения). 

Данная ошибочная предпосылка заявителя на заключение договора банковского вклада, имеющая для него существенное значение, послужила основанием к совершению оспариваемой сделки, которую он не совершил бы, если бы знал о действительном положении дел.

Доводы представителя ответчика об осведомленности истца относительно всех существенных условий договора купли-продажи векселя, суд не принимает во внимание, поскольку заключение договора купли-продажи векселя и подписание акта его приема-передачи в г. Петропавловске-Камчатском, а также заключения договора хранения этого же векселя с актом его приема-передачи на хранение с местом составления в 

<

адрес>, свидетельствуют о том, что оплаченный истцом вексель в день заключения оспариваемого договора в г

<

адрес> покупателю фактически не передавался, в связи с чем, содержание векселя, в том числе о том, что лицом, обязанным оплатить по данному векселю, является ООО «ФТК», а не «АТБ» (ПАО), к которому истец обратился за размещением во вклад своих сбережений, истцу не могло быть известно.

Доводы ответчика о том, что истцом была подписана Декларация о рисках, в которой указано, что Банк не отвечает за исполнение обязательств перед векселедержателем по векселю, не могут быть приняты во внимание, поскольку Декларация о рисках, подписанная истцом 16 апреля 2018 г. носит общий разъясняющий характер, декларация не содержит информации о векселедателе ООО «ФТК» и лицах, обязанных оплачивать по векселю, условиях оплаты векселя, в ней отсутствуют разъяснения основных положений оборота векселя и специальных терминов, содержащихся в договоре, в то время как в ней указана информация об общих рисках, связанных с оборотом любых ценных бумаг и использованием финансовых инструментов.

Доводы ответчика о том, что 16 апреля 2018 г. после заключения договора купли-продажи и договора хранения векселя вексель был передан по акту приема-передачи в Банк, истец, получив в Банке оригинал векселя, тем самым выразил свою волю на сохранение сделки купли-продажи векселя, в связи с чем не вправе ссылаться на недействительность сделки, подлежат отклонению, поскольку в день заключения договора купли-продажи, договора хранения векселя и акта приема-передачи к нему передача векселя в натуре истцу не осуществлялась, что с очевидностью указывает на отсутствие предмета сделки – векселя на момент оформления сделки. Доказательств обратного в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ ответчиком суду предоставлено не было. Между тем, для передачи другому лицу прав, удостоверенных простым векселем как ценной бумагой, требуется не только учинение индоссамента на векселе, но и вручение векселя этому лицу (п. 1 ст. 142 ГК РФ). Содержание заключенных договоров купли-продажи, хранения и актов приема-передачи не свидетельствует о том, что сторонами достигнуто согласие на совершение сделки в отсутствие оригинала векселя, являющегося предметом сделки.

В направленном в суд возражении представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, так как договор заключен 16 апреля 2018 г., а истец обратился с иском в суд 10 июня 2019 г. 

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, чье право нарушено (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, нарушенное право подлежит защите в сроки, установленные законом.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 102 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из материалов дела, о нарушенном праве ФИО1 узнал ДД.ММ.ГГГГ при обращении к ответчику с заявлением на погашение векселей. С указанной даты ему стало известно, что перечисление денежных средств по оплате простого векселя ООО «ФТК» № невозможно, что подтверждается заявлением на погашение векселей от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18). 

В данном споре течение срока исковой давности начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, а именно с ДД.ММ.ГГГГ, исковое заявление истцом подано в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть в пределах установленного законом годичного срока. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности истцом не пропущен.

При таком положении договор купли-продажи простых векселей от ДД.ММ.ГГГГ №, стоимостью 979 000 руб., на вексельную сумму 1 027 815 руб. 89 коп., со сроком платежа – по предъявлении, но не ранее ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между сторонами, является недействительным на основании статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В порядке применения последствий недействительности сделки суд полагает необходимым взыскать с «АТБ» (ПАО) в пользу ФИО1 сумму, уплаченную по договору, в размере 979 000 руб., простой вексель серии 

<

данные изъяты> оставить в распоряжении «АТБ» (ПАО).

Истец при подаче искового заявления понес расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 290 руб., что подтверждается чеком-ордером от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 5).

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика «АТБ» (ПАО) в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 290 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить. 

Признать недействительным договор купли-продажи простого векселя от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенный между «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) и ФИО1. 

Применить последствия недействительности сделки: взыскать с «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) в пользу ФИО1 сумму, уплаченную по договору, в размере 979 000 руб., простой вексель серии ФТК 0003500 оставить в распоряжении «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО).

Взыскать с «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 290 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Мотивированное решение составлено 2 октября 2019 г.

Председательствующий подпись С.С. Нетеса

Подлинник судебного постановления подшит в деле № 2-4369/2019, находящемся в производстве Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края.