РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 декабря 2019 года г. Усть-Илимск, Иркутская область 

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Бухашеева Д.А., при секретаре судебного заседания Елистратовой Г.В.,

с участием помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Иркутской области Потраховой А.Р., 

в присутствии истца ФИО1, его представителя - адвоката Анкудиновой Т.И., действующей на основании доверенности, представителя ответчика АО «Группа «Илим» ФИО2, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2719/2019 по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Группа «Илим» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование заявленных требований истец указал, что состоял с ответчиком в трудовых отношениях. Более 30 лет проработал во вредных условиях труда, из них 16 лет наладчиком, старшим наладчиком деревообрабатывающего оборудования древесно-подготовительного цеха производство щепы филиала АО «Группа Илим». Его работа была связана с вредными условиями и неблагоприятными производственными факторами, а именно с шумом, вибрацией, источником которых является технологическое оборудование древесно-подготовительного цеха. 

Ухудшение состояния здоровья начал обнаруживать в **.**.**** при прохождении ежегодного медицинского осмотра. До этого с жалобами в лечебные учреждения не обращался. В **.**.**** направлен на обследование с диагнозом ****, после чего по данному диагнозу установлено профессиональное заболевание с потерей трудоспособности 30%.

Спустя год в **.**.**** был направлен на обследование с подозрением на ****, где прошел обследование с **.**.**** по **.**.****. согласно медицинского заключения *** ему установлен диагноз **** 

**.**.**** составлен Акт *** о случае профессионального заболевания, согласно п.п.18,20 которого, причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов или веществ: длительный стаж работы в условиях вибрации общей выше ПДУ в течение 83,3% рабочего времени. Также установлено отсутствие вины работника (п.19).

По заключению ФКУ «ГБ МСЭ» по Иркутской области Минтруда России истцу было установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности, что следует из справки серии *** 

В связи с профессиональным заболеванием и частичной потерей трудоспособности испытывает нравственные и физические страдания. Испытывает постоянный дискомфорт из-за своего состояния здоровья. Испытывает болезненные ощущения в руках и ногах. На холоде руки мерзнут, иногда сводит судорогой, не может удерживать объемные и тяжелые вещи, нарушился сон. Не может долго ходить, появляются болевые ощущения, не может подниматься по лестницам, постоянно испытывает физическую боль. Вынужден ежегодно получать санаторно-курортное лечение, наблюдаться у терапевта, принимать препараты. Положительного эффекта от лечения не наблюдается. Болезнь прогрессирует, не может вести полноценный образ жизни. Вследствие профессионального заболевания возникли ограничения обычной жизнедеятельности. Ограничен в выборе работы. Профессиональное заболевание возникло в период работы у ответчика, работы была связана с вредными условиями труда. Просит взыскать с АО «Группа «Илим» компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, судебные расходы в размере 15 000 рублей, расходы по оформлению доверенности представителя 1 200 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель Анкудинова Т.И. заявленные требования поддержали в полном объеме, подтвердив доводы, изложенные в заявлении. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала письменные возражения на исковое заявление, согласно которым указала, что истец работал у истца с **.**.**** по **.**.**** в качестве наладчика деревообрабатывающего оборудования 6 разряда. Стаж работы у ответчика составляет 19 лет 1 месяц 1 день. В соответствии с Актом *** о случае профессионального заболевания от **.**.**** общий стаж работы истца 39 лет 2 месяца. Стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание 33 года 3 месяца. В соответствии с указанным Актом о случае профессионального заболевания установлено, что причиной профессионального заболевания ФИО1 послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ. При этом вины ни стороны работника, ни со стороны работодателя не установлено, лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и норм не выявлено. На протяжении всего периода времени работы истца у ответчика, последний принимал все необходимые меры для уменьшения воздействия на работников вредных у словий труда: обспечивал истца и других работников, которые работают во вредных условиях труда, усовершенствованными сертифицированными средствами индивидуальный защиты, в том числе спецодеждой, спецобувью, каской, перчатками, противошумными наушниками или берушами, респираторами для защиты от пыли. Ответчиком ежегодно разрабатываются и совершенствуются мероприятия по охране труда; проводятся предварительные и периодические медицинские осмотры работников, разъяснительная работа, как используется СИЗ, чтобы предупредить профессиональные заболевания; осуществляется контроль за применениями работниками СИЗ и т.д. Проводится информирование работников об условиях труда на рабочих местах: ознакомление с картами АРМпоУТ, результатами СОУТ; при проведении инструктажей и обучения по охране труда до работников доводится информация о наличии вредных и опасных факторов в цехе (в программе обучения и программе инструктажей есть данные пункты); в инструкциях по охране труда указаны вредные факторы и методы защиты от них. Профессиональное заболевание получено истцом не одномоментно, оно развивалось медленно и постепенно и связано с его работой в течение более 33 лет в условиях воздействия шума выше ПДУ. Из представленных истцом документов усматривается, что ему установлена утрата профессиональной трудоспособности 30%, инвалидность ему не установлена, следовательно, он является трудоспособным. В период до **.**.**** истец работал в других различных организациях с вредными условиями труда, какими СИЗ обеспечивался истец в период работы до **.**.**** и обеспечивался ли вообще, им не известно, равно как и условия труда, существовавшие в указанный период времени. Учитывая изложенные обстоятельства, ответчик не должен в полной мере нести ответственность за причинение истцу морального вреда в связи с профессиональным заболеванием. Из текста искового заявления и приложенных к нему документов не усматривается наличие вины АО «Группа «Илим» в причинении ФИО1 вреда, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими для истца последствиями. Истец не указывает, в чем именно выражаются его физические и нравственные страдания, не приводит доказательства их наличия. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей является явно завышенным, необоснованным и ничем не подтверждается. Истец не указывает, из каких факторов складывается заявленная сумма, почему именно заявленная сумма может компенсировать его страдания. Кроме того, заявленные требования о взыскании суммы в размере 15 000 рублей за оказание юридических услуг являются завышенными, и не соответствуют сложности рассматриваемой категории дел. Просит в иске отказать.

Суд, выслушав пояснения сторон оценив их в совокупности с представленными доказательствами, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, считает необходимым исковые требования удовлетворить частично по следующим основаниям. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", пунктами 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда. При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1083 ГК РФ при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Истец заявляет о компенсации морального вреда, выраженного в физических и нравственный страданиях, в связи с приобретением профессионального заболевания и его последствий.

Согласно Уставу, Выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от **.**.****, Акционерное общество «Группа Илим» (сокращенное наименование АО «Группа Илим»), как юридическое лицо, было создано **.**.****, путем реорганизации в форме присоединения ряда юридических лиц в т.ч. ОАО «Производственное Объединение «Усть-Илимский лесопромышленный комплекс» (ОАО «ПО «УИ ЛПК»). Последнее в свою очередь было создано **.**.**** и прекратило свою деятельность **.**.****, путем реорганизации в форме присоединения к АО «Группа Илим», которое стало правопреемником всех прав и обязанностей ОАО «ПО «УИ ЛПК».

Как следует из сведений в трудовой книжке (л.д.6-14), ФИО1 принят **.**.**** в Производственное объединение «Усть-Илимский лесопромышленный комплекс» на завод подготовки сырья машинистом рубительной машины. **.**.**** переведен на целлюлозный завод машинистом рубительной машины 4 разряда. **.**.**** древесно-подготовительный цех реорганизован в арендное предприятие «Ксилема», **.**.**** арендное предприятие «Ксилема» реорганизовано в ЗАО «Ксилема». **.**.**** уволен по п. 1 ст. 33 КЗот РФ по сокращению работников. **.**.**** принят в ОАО «Усть-Илимский целлюлозный завод» машинистом рубительной машины 4 разряда в древесно-подготовительный цех. **.**.**** переведен в том же цехе наладчиком деревообрабатывающего оборудования 6 разряда. **.**.**** уволен переводом по п. 5 ст. 29 КЗоТ РФ в СП «Целлюлозный завод» ОАО «ПО «Усть-Илимский лесопромышленный комплекс». **.**.**** принят в ОАО «Производственное объединение «Усть-Илимский ЛПК СП «Целлюлозный завод» в древесно-подготовительный цех наладчиком деревообрабатывающего оборудования 6 разряда. **.**.**** упразднено структурное подразделение «Целлюлозный завод» с передачей в непосредственное подчинение ОАО «ПО «Усть-Илимский ЛПК». **.**.**** ОАО «ПО «УИ ЛПК» реорганизовано в филиал ОАО «Группа «Илим». **.**.**** переведен старшим сменным наладчиком деревообрабатывающего оборудования 6 разряда в производство щепы. **.**.**** переведен в древесно-подготовительный цех, производство щепы, дирекцию по производству старшим сменным наладчиком деревообрабатывающего оборудования 6 разряда. **.**.**** уволен по соглашению сторон. **.**.**** принят в филиал АО «Группа «Илим» в древесно-подготовительный цех, производство щепы, дирекцию по производству, старшим сменным наладчиком деревообрабатывающего оборудования 6 разряда. **.**.**** уволен по соглашению сторон. 

Анализ трудовой книжки истца позволяет сделать вывод о том, что трудовую деятельность в ПО «Усть-Илимский ЛПК» и в предприятиях, правопреемником которых является АО «Группа «Илим», истец осуществлял с **.**.**** по **.**.****.

Доводы истца о наличии у него профессионального заболевания нашли полное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Так, согласно медицинскому заключению ФГБНУ «Восточно-Сибирский научный институт медико-экологических исследований» *** от **.**.****, ФИО1 установлен диагноз ****

В соответствии с п. 30 Положения о порядке расследования профзаболевания, установленного Постановлением Правительства РФ N 967 от **.**.****, акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (пункт 32 Положения).

Согласно п. 14 данного Положения заключительный диагноз хронического профессионального заболевания устанавливает Центр профпатологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов (в т.ч. возникшего спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами).

Начальником территориального отдела Роспотребнадзора по Иркутской области в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе **.**.**** был составлен и утвержден акт о случае профессионального заболевания ***. В пункте 18 этого акта указано, что причиной профессионального заболевания является длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов: длительный стаж работы в условиях воздействия вибрации общей выше ПДУ.

Наличие вины работника не установлено (п.19). На основании расследования установлено, что заболевание является профессиональным и возникло в результате воздействия вредного производственного фактора - вибрации общей выше ПДУ в течении 83,3% рабочего времени. 

Акт о случае профессионального заболевания оспорен не был, подписан, в том числе, представителями АО «Группа «Илим».

Согласно справке Серии МСЭ-2011 *** степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 10%.

Также в судебном заседании установлено, что у ФИО1 также имеется иное профессиональное заболевание, установленное согласно медицинского заключения *** от **.**.****, в соответствии с которым согласно справке серии МСЭ-2017 ***, у истца установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 30% в связи с профессиональной двусторонней нейросенсорной тугоухостью. Решением суда от 05.04.2019г. в связи с установление данного заболевания в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда. 

Доводы истца относительно нравственных страданий, испытываемых в связи с профессиональным заболеванием - вибрационной болезнью 1-2 степени, были подтверждены в ходе судебного разбирательства. 

Так из пояснений истца, данных в судебном заседании, следует, что испытывает постоянный дискомфорт, болезненные ощущения в руках и ногах, не может удерживать объемные и тяжелые вещи, нарушился сон. Не может долго ходить, появляются болевые ощущения, не может подниматься по лестницам, постоянно испытывает физическую боль. Пояснения истца подтверждены показаниями свидетеля ФИО3 - супруги истца.

У суда отсутствуют основания не доверять пояснениям истца, показаниям свидетелей, поскольку они подтверждены медицинской документацией, в том числе делом освидетельствования во МСЭ, не противоречат материалам гражданского дела.

Факта грубой неосторожности со стороны истца в возникновении профессионального заболевания суд не усматривает, помимо этого, как следует из акта о случае профессионального заболевания, наличие вины работника не установлено. Вместе с этим суд учитывает то обстоятельство, что истец был осведомлен о вредности производства, на котором осознанно работал, получал заработную плату в повышенном размере, дополнительные дни отпуска. После ухудшения состояния здоровья в 2017 году, как указывает в иске, продолжил работать во вредных производственных условиях. 

Анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что профессиональное заболевание ФИО1 - вибрационная болезнь 1-2 степени, связанная с воздействием вибрации (умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия верхних и нижних конечностей) было получено в период работы во вредных производственных условиях на предприятии ответчика АО «Группа «Илим», в результате взаимодействия с источником повышенной опасности, ранее данных за профессиональную патологию выявлено не было. Страдания истец испытывает именно в связи с фактом получения этого профессионального заболевания.

Таким образом, АО «Группа «Илим», в силу вышеприведенных правовых норм, обязано возместить ФИО1, моральный вред, причиненный профессиональными заболеваниями - вибрационная болезнь 1-2 степени, связанная с воздействием вибрации (умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия верхних и нижних конечностей).

В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства, повлекшие причинение морального вреда истцу, характер и степень нравственных страданий истца, индивидуальные особенности истца, общий стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, в том числе в АО «Группа Илим».

При наличии указанных обстоятельств, а также с учетом степени тяжести причиненного вреда и установленного процента утраты профессиональной трудоспособности истца в размере 10%, отсутствия инвалидности, вины причинителя вреда, как не обеспечившего надлежащие безопасные условия труда и отсутствие вины работника, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд полагает справедливым определить ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в размере 350 000 рублей ФИО1 следует отказать.

Доводы представителя ответчика о том, что работодателем предпринимались все возможные мероприятия для предотвращения причинения вреда здоровью работников: бесплатно выдавалось молоко, организовывались медицинские осмотры, предоставлялись дополнительные дни отпуска, доплата за работу с вредными и тяжелыми условиями труда, не влияют на правомерность заявленных истцом требований, поскольку из представленных в материалы дела доказательств следует, что принимаемые работодателем меры по обеспечению безопасных условий и охране труда оказались недостаточными и не исключили полностью влияние вредных производственных факторов на здоровье ФИО1 

Доводы ответчика о том, что признаки профессионального заболевания у истца уже имелись при трудоустройстве к ответчику, а профзаболевание могло возникнуть и развиваться при работе у других работодателей, не имеет правового значения, поскольку профессиональное заболевание было установлено истцу в период работы у ответчика впервые, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания, сведения о том, что оно имелось ранее, отсутствуют.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст. 88 ГПК РФ). К издержкам относятся расходы на оплату услуг представителя и другие расходы, признанные судом необходимыми (ст. 94 ГПК РФ).

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Расходы истца по оплате услуг за оказание юридической помощи в сумме 15000 рублей подтверждены договором на оказание юридических услуг от **.**.****, квитанцией к приходному кассовому ордеру *** от **.**.**** в получении Анкудиновой Т.И. денежных средств в размере 15 000 рублей, в счет оказания юридических услуг по договору от **.**.****. Суд считает указанные расходы завышенными. Учитывая сложность гражданского дела - иск о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, ранее участие представителя по аналогичному иску ФИО1, фактически оказанную юридическую помощь по составлению искового заявления и консультации, участие в одном судебном заседании, суд полагает, что разумной будет сумма 10 000 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика. В удовлетворении остальной части о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 5 000 рублей следует отказать.

Также суд не находит оснований для взыскания расходов по оформлению доверенности в сумме 1 200 рублей, поскольку доверенность выдана хотя и в связи с подачей иска о компенсации морального вреда, вместе с тем полномочия не направлены на ведение конкретного дела, доверенность предусматривает полномочия, связанные с иными действиями, в том числе и в ФССП. 

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования город Усть-Илимск в сумме 300 рублей (п.3 ч.1 ст. 333-19 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Группа Илим» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей, судебные расходы в размере 10 000 рублей, всего сумму в размере 160 000 рублей. 

В удовлетворении требований ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей, судебных расходов в размере 5 000 рублей, расходов по оформлению доверенности 1 200 рублей, отказать. 

Взыскать с Акционерного общества «Группа Илим» государственную пошлину в доход городского бюджета муниципального образования город Усть-Илимск в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Усть-Илимский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Д.А. Бухашеев