копия

Дело № 2-363/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2018 года город Карпинск

Карпинский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Торгашиной Е.Н.,

при секретаре судебного заседания Нечаевой В.М.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, 

представителя ответчика - Акционерного общества «Спецмашмонтаж» - ФИО3, действующего на основании доверенности от 22 мая 2018 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Спецмашмонтаж» о признании простоя по вине работодателя, возложении обязанности произвести табелирование работника как простой по вине работодателя, взыскании средней заработной платы, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1 обратился в Карпинский городской суд Свердловской области с иском к акционерному обществу «Спецмашмонтаж» о признании простоя по вине работодателя, возложении обязанности произвести табелирование работника как простой по вине работодателя, взыскании средней заработной платы, взыскании компенсации морального вреда, указав о том, что с 28 августа 2016 года он работал у ответчика электрогазосварщиком 5 разряда на подземных работах вахтовым методом. 

Перед началом очередной вахты 01 декабря 2017 года, примерно 28 ноября 2017 года, он получил информацию от непосредственного руководителя по телефону о том, что в связи с отсутствием объема работы приезжать не надо, следует ожидать вызова на работу. 06 декабря 2017 года поступил очередной звонок от непосредственного руководителя с предложением написать заявление в добровольном порядке на отпуск без сохранения заработной платы на период с 01 по 30 декабря 2017 года. Заявления он писать не стал. 03 февраля 2018 года поступил звонок от непосредственного руководителя с предложением выезда на вахту на другой объект. Он согласился, но в отправляемую группу его не взяли, предложив написать заявление на отпуск без сохранения заработной платы. Заявления писать он не стал. 18 апреля 2018 года он направил заявление на имя директора предприятия АО «Спецмашмонтаж» с предложением оплатить время простоя по вине работодателя. Ответа не последовало.

Просит признать период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года временем простоя по вине работодателя, обязать ответчика произвести табелирование работника с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года, как простой по вине работодателя, взыскать среднюю заработную плату за период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года в размере 221 749 руб. 40 коп., взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. 

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал и показал, что 28 августа 2016 года он был трудоустроен электрогазосварщиком 4 разряда на подземных работах в АО «Спецмашмонтаж». С ним был заключен срочный трудовой договор. Срок заканчивался 30.09.2016 года. После окончания срока договор с ним расторгнут не был, он продолжал работать дальше в должности электрогазосварщика на подземных работах в пос. Кытлым. Трудовые отношения оформлялись в пос. Кытлым. Он выполнял сварочную работу металлоконструкций трубопровода. График работы с 08:00 до 20:00, через 2 недели уезжали домой. Работали по 14-15 дней в месяц, отдыхали по 14-15 дней. Каждая вахта начиналась с 1 числа каждого месяца, следующая вахта была уже в ночь, работали в ночную смену с 20:00 до 08:00.

Последний раз он был на вахте с 01.11.2017 года по 14-15.11.2017 года. 29.11.2017 для отправки на вахту в п. Кытлым в 12:00 он и его знакомый ФИО4 пришли на автовокзал, ждали автобус. Поскольку автобуса не было, он позвонил ФИО6 – начальнику участка, тот пояснил, что работы нет, ждите звонка. До середины декабря 2017 года звонков не поступало. Потом он вновь позвонил ФИО6, тот пояснил, что работы в данное время нет, она будет после нового года. 

В феврале 2018 года от ФИО6 ему стало известно, что должны ехать на вахту в Архангельскую область. Он согласился, но в п. Кытлым не выезжал. Потом он узнал, что его в списки не включили. Он никуда не поехал, ждал вызова на работу, но приглашения не последовало. После этого, 04 мая 2018 года его уволили из АО «Спецмашмонтаж». 

В связи с тем, что в период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года он не работал, он испытал нравственные страдания, поскольку был вынужден из-за отсутствия заработка брать деньги в долг, потерял работу, сейчас находится в поисках работы.

Не отрицает, что его трудовой договор был заключен не с ФИО6, но полагал, раз тот является начальником участка, тот достоверно знает о том, есть работа или нет. Также не отрицал, что за период с декабря 2017 года по начало мая 2018 года он ни к кому из руководства АО «Спецмашмонтаж» не обращался.

Представитель истца ФИО1 - ФИО2 в судебном заседании заявленные ФИО1 исковые требования поддержал и показал, что трудовой договор с ФИО1 был заключен на срок подряда АО «Спецмашмонтаж» со своим заказчиком. В связи с тем, что истцу присвоен 5 разряд электросварщика и он продолжал работать, договор был продлен.Считает, что функции работодателя на местах исполняют начальник участка, главный инженер участка. Именно им было доверено собирать подписи, заявления на отпуск без сохранения заработной платы, больничные листы и иные документы, которые необходимы работодателю. Именно данные представители работодателя организовывали рабочий процесс. 

Представитель ответчика - Акционерного общества «Спецмашмонтаж» - ФИО3 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласился и показал, что подтверждает доводы, изложенные в представленном суду отзыве, согласно которого 28 августа 2016 года истец был принят на работу к ответчику в участок № 1 по профессии электрогазосварщик 4 разряда на подземных работах, что подтверждается срочным трудовым договором № Пр293-16/сд от 28 августа 2016 года, приказом о приеме на работу № Пр293 от 28 августа 2016 года. Согласно условиям договора работа осуществлялась вахтовым методом продолжительностью смены на вахте 11 часов, с тарифной ставкой 109,80 руб. 

01 октября 2017 года между истцом и ответчиком было заключено дополнительное соглашение о переводе на работу по профессии электрогазосварщик 5 разряда на подземных работах. Таким образом, в спорный период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года истец и ответчик состояли в трудовых отношениях.

Вместе с тем, в период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года истец перестал являться на работу. О причинах неявки на работу истец ответчику не сообщал, о своем отсутствии на рабочем месте предварительно не уведомлял. Причины неявки истца на работу ответчику не известны. 

30 апреля 2018 года ответчик запросил у истца объяснительную о причинах отсутствия на работе по настоящее время, однако истец отказался давать объяснения. Какие-либо препятствия истцу в осуществлении его трудовой деятельности не чинились. Истец на протяжении всего спорного периода не обращался к ответчику с какими-либо требованиями или претензиями о том, что ответчик не выполняет условия срочного трудового договора и препятствует истцу в исполнении им его трудовых обязанностей или не предоставляет истцу работу, обусловленную трудовым договором.

Ответчик занимает устойчивое положение и высокий рейтинг в отрасли специального строительства на космических, оборонных и специальных государственных объектах, являясь одной из ведущих организаций по монтажу и наладке наземного технологического и спецтехнического оборудования, экспертизы, диагностики и контроля сварных соединений и всех видов объектов Гостехнадзора. 

В спорный период ответчик непрерывно и бесперебойно осуществлял свою хозяйственную деятельность, временно работы не приостанавливал, в том числе, по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера, таким образом, простоя на предприятии не было.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – АО «Корпорация «СПУ-ЦКБ ТМ» в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом, представив письменное ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя и отзыв, в котором указано, что 18 марта 2016 года между АО «Корпорация «Стратегические пункты управления» (АО «Корпорация «СПУ-ЦКБТМ») и АО «Спецмашмонтаж» заключен контракт на выполнение работ. Работы по контракту исполнялись в пос. Кытлым Свердловской области, контракт действовал в период с 01 мая 2017 года по 01 мая 2018 года.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показала, что она работает начальником отделов кадров АО «Спецмашмонтаж» и выступала от имени работодателя при заключении срочного трудового договора с ФИО1, который работал на участке № 1 в п. Кытлым. В период работы со стороны истца заявления о невыплате ему заработной платы, не выплате компенсаций не поступали. ФИО1 был уволен в мае 2018 года, трудовая книжка ему направлена, по его просьбе, по месту жительства.

По поводу того, что ФИО1 не работает по причине простоя, тот никогда к работодателю не обращался. На участке № 1, где работал ФИО1, в период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года, простоя, как и на всем предприятии, не было. Если бы был простой, то работодателем был бы издан приказ о простое и она, как начальник отдела кадров, дала бы поручение бухгалтерии по оформлению выплат. Приказа о простое не было. Предприятие непрерывно и бесперебойно осуществляло свою хозяйственную деятельность, временно работы не приостанавливались.

Другие работники данного участка в спорный период времени работали и получали заработную плату. 

Она постоянно не находилась в п. Кытлым, поэтому на основании должностной инструкции полномочиями заключения трудового договора был наделен начальник участка.

Все табели учета рабочего времени работников заполняются в г. Москве, вся информация поступает в отдел кадров города Москва, и на основании этого составляется табель. Информацию по учету рабочего времени направляют чаще по электронной почте, также приходит информация об отпуске, о наличии больничного листа.

В табелях учета рабочего времени за период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года у ФИО1 стоит отсутствие по неизвестной причине. Данную информацию в отношении ФИО1, вероятно, передал начальник участка.

В срочном трудовом договоре № Пр293-16/сд от 28 августа 2016 года, заключенном с ФИО1, от имени работодателя выступала она. Доверенностью генерального директора № 41 от 20 апреля 2016 года она наделена полномочиями, связанными с трудовыми отношениями, в том числе, на подписание документов, связанных с кадрами. 

Процедура приема сотрудника на работу с учетом специфики работы и объектов заключается в том, что с кандидатом на определенную должность или вакансию подписывается ряд бумаг, в том числе, и срочный трудовой договор. Все документы передаются в Москву, эти документы подписывает она, ставится печать. Один экземпляр остается в личном деле, другой передается на участок работнику, он ставит подпись в получении трудового договора.

Трудовой договор является срочным, в том числе, и трудовой договор с ФИО1 Несмотря на то, что в п. 7.1 договора указано о трехмесячном сроке договора, в п. 1.2. договора предусмотрено продление договора с работником до завершения работ у данного заказчика.

Если работник не выходит на работу на отдаленным участке, каковым является и пос. Кытлым, то информация об этом поступает в отдел кадров города Москва по телефону или сообщением по электронной почте.

По поводу причин невыхода на работу ФИО1 с 01.12.2017 ей ничего неизвестно, поскольку в отдел кадров об этом никто не сообщал.

30 апреля 2018 года к ней пришла информация о том, что есть возможность связаться с работником ФИО1 и передать ему извещение о предоставлении объяснения о причинах отсутствия на работе. Она звонила начальнику участка ФИО6, выясняла, почему люди не выходят на работу. Электронной почтой на участок № 1 она направила извещение, которое должны были предъявить ФИО1 Данное извещение было предоставлено работнику, но он отказался от подписания, был составлен акт об отказе от ознакомления и получения на руки извещения о необходимости сообщить в письменное виде причины отсутствия на работе. Данный акт был подписан начальником участка № 1 ФИО6 и главным инженером участка № 1 и Свидетель №2

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании показал, что он работает АО «Спецмашмонтаж» заместитель исполнительного директора по производству, в 2017-2018 годах работал на участке № 1.

В 2016 году между АО «Корпорация «СПУ-ЦКБ ТМ» и АО «Спецмашмонтаж» был заключен контракт на выполнение работ в пос. Кытлым. До декабря 2017 года на участке № 1 поселок Кытлым проводились монтажные работы. С декабря 2017 года по апрель 2018 года проводились автономные и государственные испытания. При этом за период с декабря 2017 года по апрель 2018 года заработная плата работникам начислялась и выплачивалась. За период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года истец ФИО1 не обращался с претензиями в организацию, что он (ФИО1) находится в простое, его лишают работы. От других работников такие претензии также не поступали. Они всех сотрудников обзванивали, но половину людей не смогли найти. Его номер телефона был у каждого сотрудника, но ФИО1 в период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года ему не звонил. 

Поскольку с 01.12.2017 проводились испытания, в это время на участке работало от 30 до 120 человек. Отсутствующие сотрудники, часть из них, написали заявления о предоставлении отпуска, кто-то находился на межвахтовом отдыхе, кто-то догуливал отпуск. Эти сотрудники получили соответствующие выплаты. Отсутствующим сотрудникам зарплата не начислялась. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании показал, что с 28.08.2016 по 10.05.2018 он состоял в трудовых отношениях с АО «Спецмашмонтаж», участок работы располагался в поселке Кытлым. С ФИО1 они были в одной бригаде. В период с 01.12.2017 по 04.05.2018 он и ФИО1 не работали, так как Козлов и ФИО5 сказали, что в пос. Кытлым нет работы, сказали ждать. В командировку его не отправляли, работать на другом участке не предлагали.

Суд, заслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, свидетелей, рассмотрев материалы гражданского дела, считает заявленные исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

Срочным трудовым договором № Пр293-16/сд от 28 августа 2016 года заключенным начальником отдела кадров ФИО7, действующей на основании доверенности № 41 от 20 апреля 2016 года от имени АО «Спецмашмонтаж», ФИО1 был принят на работу в участок № 1 по профессии электрогазосварщик 4 разряда на подземных работах. В силу п. 1.2. данного договора настоящий договор заключен на определенный срок с 28 августа 2016 года по 30 сентября 2016 года на время выполнения работ по контракту с заказчиком. Там же предусмотрено, что в том случае, если работы не будут завершены до указанного срока, договор с работником продлевается до завершения работ у данного заказчика.

Согласно приказу о приеме на работу № Пр293 от 28 августа 2016 года за подписью начальника отдела кадров ФИО7, ФИО1 принят на участок № 1 электрогазосварщиком 4 разряда на подземных работах по срочному трудового договору на время выполнения работ по контракту с заказчиком, работа выполняется вахтовым методом.

Дополнительным соглашением № 2 от 01 октября 2017 года к трудовому договору № Пр293-16/сд от 28 августа 2016 года предусмотрено, что ФИО1 переведен на работу по профессии электрогазосварщик 5 разряда на подземных работах с 01 октября 2017 года

Приказом № Ув105 от 04 мая 2018 года ФИО1 уволен в связи с истечением срока трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

С 01.12.2017 года по 04.05.2018 года истец ФИО1 к работе не приступал, что не оспаривают стороны в судебном заседании, и это следует из табелей учета рабочего времени. Истец ФИО1 мотивирует причины своего невыхода на работу простоем у работодателя.

Заявленные истцом требования вытекают из правоотношений между работником и работодателем в период простоя.

Согласно статье 72.2 Трудового кодекса Российской Федерации перевод работника без его согласия на срок до одного месяца на не обусловленную трудовым договором работу у того же работодателя допускается также в случаях простоя (временной приостановки работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера), необходимости предотвращения уничтожения или порчи имущества либо замещения временно отсутствующего работника, если простой или необходимость предотвращения уничтожения или порчи имущества либо замещения временно отсутствующего работника вызваны чрезвычайными обстоятельствами, указанными в части второй настоящей статьи. При этом перевод на работу, требующую более низкой квалификации, допускается только с письменного согласия работника.

В силу статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации время простоя (статья 72.2 настоящего Кодекса) по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника.

Представленные стороной ответчика письменные доказательства опровергают доводы истца и его представителя об отсутствии работы на объекте в пос. Кытлым в спорный период и свидетельствуют об обратном. Из актов о выполнении работ за период с 25.11.2017 года по 02.02.2018 года следует, что окончены работы в рамках договора с АО «Корпорация «СПУ-ЦКБ ТМ», что подтверждается, в том числе, платежными документами о перечислении заказчиком на расчетный счет АО «Спецмашмонтаж» авансовых платежей, документами о получении заработной платы работниками.

Согласно представленного АО «Корпорация «СПУ-ЦКБ ТМ» отзыва, 18.03.2016 между АО «Корпорация «СПУ-ЦКБ ТМ» и АО «Спецмашмонтаж» заключен контракт на выполнение работ. Работы по контракту исполнялись в пос. Кытлым Свердловской области, контракт действовал в период с 01 мая 2017 года по 01 мая 2018 года.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что в период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года на участке № 1 АО «Спецмашмонтаж», расположенном в п. Кытлым, где осуществлял свои трудовые обязанности истец ФИО1, простоя по вине работодателя не было. Также об отсутствии простоя на участке № 1 АО «Спецмашмонтаж» в период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года свидетельствует отсутствие соответствующего оформления простоя со стороны работодателя, что является обязательным по требованиям законодательства для оформления бухгалтерских документов и проведения расчетов с работниками в установленном законом размере.

Утверждение истца ФИО1 о том, что он выяснял у начальника участка ФИО9 о наличии в спорный период работы, ничем в судебном заседании не подтверждается и не является подтверждением того, что в указанный период имелся простой по вине работодателя АО «Спецмашмонтаж».

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии установленных законом оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к АО «Спецмашмонтаж» о признании времени с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года работнику ФИО1 временем простоя по вине работодателя АО «Спецмашмонтаж», обязывании АО «Спецмашмонтаж» произвести табелирование работника ФИО1 с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года как простой по вине работодателя, взыскании с АО «Спецмашмонтаж» в пользу ФИО1 заработной платы за период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года в размере 221 749 рублей 40 копеек, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Спецмашмонтаж» о признании времени с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года работнику ФИО1 временем простоя по вине работодателя Акционерного общества «Спецмашмонтаж», обязывании Акционерного общества «Спецмашмонтаж» произвести табелирование работника ФИО1 с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года как простой по вине работодателя, взыскании с Акционерного общества «Спецмашмонтаж» в пользу ФИО1 заработной платы за период с 01 декабря 2017 года по 04 мая 2018 года в размере 221 749 рублей 40 копеек, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, отказать.

Мотивированное решение изготовлено 25 июля 2018 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд с принесением жалобы через Карпинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной редакции. 

Судья: 

Копия верна: