Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

4 февраля 2020 года Свердловский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Федоровой И.А., 

при секретаре судебного заседания Разумовской В.В.,

с участием представителя истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3 третьего лица ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-52/2020 по иску ФИО4 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в Свердловский районный суд г. Иркутска с иском к ФИО6 о взыскании неосновательного обогащения. В обоснование иска указано, что 11.06.2019 в Свердловском районом суде г. Иркутска было вынесено решение по гражданскому делу № 2-441/2019 по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества, по встречному иску ФИО4 к ФИО3 Решением суда были удовлетворены встречные исковые требования ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества. В процессе рассмотрения данного дела истцу стало известно, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес обезличен>, в которой проживали супруги, принадлежит на праве собственности ответчику ФИО6 В период с 2015 года по 2017 в квартире был проведен ремонт, сделан ряд улучшений по отделке и остеклению балкона на общую сумму 472323, 76 руб. Производя в квартире улучшения, истец полагал, что действует в своем интересе (своей семьи). Истец был уверен, что квартира принадлежит супруге, поскольку она совершала коммунальные и иные платежи из совместного семейного бюджета, до 

<

Дата обезличена> полагал, что квартира находится в собственности супруги. Только 

<

Дата обезличена> истцу стало известно о том, в указанной квартире произведенные улучшения (ремонт) в период совместного брака с ФИО3 были произведены ошибочно в пользу иного лица, а не себя. Таким образом, учитывая, что проведенный ремонт (улучшения) квартиры были осуществлены ФИО4 в период брачных отношений, а также то, что отделение ремонта (улучшения) от квартиры не возможно, ФИО4 имеет право на компенсацию половины стоимости проведенного ремонта в размере 236161 руб. В связи с изложенным, ФИО4 просил суд взыскать с ФИО6 в его пользу неосновательное обогащение в сумме 236 161 руб.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, телефонограммой просил суд о рассмотрении дела в его отсутствие. 

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности от 

<

Дата обезличена>, выполненной на бланке 

<

адрес обезличен>6 исковые требования ФИО4 поддержал. Суду пояснил о том, что с учетом данных, полученных в результате проведения судебной экспертизы, результаты которой сторона истца не оспаривает, представленных стороной третьего лица документов о проведении части ремонта в виде установки натяжных потолков после прекращения брачных отношений с ФИО3, взыскание суммы неосновательного обогащения может быть произведено в меньшем размере.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, представила через представителя заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Суд, с учетом мнения явившихся участников процесса, полагает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие истца и ответчика в порядке ч.5 ст.167 ГПК РФ.

Представитель ответчика ФИО2, действующая в порядке передоверия на основании доверенности от 

<

Дата обезличена>, выполненной на бланке 

<

адрес обезличен>7 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив суду, что законных оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 не имеется. Представила в суд письменные возражения, на исковое заявление, в которых подробно изложила правовую позицию ответчика.

Третье лицо ФИО3, действующая в своих интересах и как представитель ответчика ФИО7 на основании доверенности от 

<

Дата обезличена>, выполненной на бланке 

<

адрес обезличен>5, полагала требования ФИО4 необоснованными. Суду пояснила о том, что ФИО4 достоверно было известно о том, что квартира по адресу: 

<

адрес обезличен> находится в собственности ее дочери ФИО6 Те ремонты, которые производились в квартире, были произведены за счет ее денежных средств и денежных средств ее дочери. 

Выслушав явившихся участников процесса, допросив свидетелей, эксперта, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации закреплен правовой принцип, являющийся, в том числе, основой отраслевого гражданско-правового принципа, устанавливающего пределы осуществления гражданских прав, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с абзацем 1 части 1, частями 4, 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2014), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 

<

Дата обезличена>, разъяснено, что установленный в ст. 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закрепленного в ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации. Этот запрет не предполагает его произвольного применения судами, решения которых должны основываться на исследовании и оценке конкретных действий и поведения участников гражданско-правовых отношений с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора.

В соответствии с п. 7 части 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, вследствие неосновательного обогащения, на что сделана ссылка ФИО4 в обоснование заявленных требований к ФИО6

Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

Дата обезличена> N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статьей 12 указанного кодекса предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

Если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. В соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора.

По смыслу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования, о чем указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>-КГ19-38, 2-245\18.

Как следует из представленной стороной ответчика копии договора о передаче жилого помещения в собственность граждан 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, в долевую собственность ФИО3 и ФИО6 передано жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Согласно договора дарения от 

<

Дата обезличена> ФИО3 подарила ФИО6 1\2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес обезличен>.

Из свидетельства о государственной регистрации права от 

<

Дата обезличена> 38-АГ 576063 следует, что основанием для государственной регистрации права собственности ФИО6 на вышеназванную квартиру является договор дарения от 

<

Дата обезличена>.

Таким образом, анализ представленных суду доказательств свидетельствует о том, что ФИО6 принадлежит на праве собственности квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Как следует из искового заявления, ФИО4 состоял в брачных отношениях с матерью ответчика ФИО6 ФИО3, проживали они совместно в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен>. О том, что квартира является собственностью ответчика ему стало известно 

<

Дата обезличена>. В период с 2015 года по 2017 год истцом в вышеуказанной квартире производился ремонт квартиры, отделка и остекление балкона, поскольку он считал, что квартира принадлежит ФИО3

В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что ФИО8 и ФИО3 в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен> проживали в течение 17 лет, до 2018 года, их проживание в квартире после перехода права собственности на квартиру ФИО6 было на основании фактического договора безвозмездного пользования, без оформления письменного договора. Эти обстоятельства никем не оспаривались.

При этом, представитель истца ФИО1 пояснял, что ФИО4, проживая в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен> не интересовался тем, кому на праве собственности принадлежит данная квартира, поскольку всеми вопросами содержания квартиры, оплаты коммунальных услуг занималась ФИО3, ни с кем письменного договора на проживание не заключал, квартирой пользовался безвозмездно, в силу чего настоящий спор подлежит рассмотрению исходя из норм главы 36 Гражданского кодекса Российской Федерации, а положения главы 60 указанного кодекса не подлежат применению.

Согласно пункту 2 статьи 689 Гражданского кодекса Российской Федерации к договору безвозмездного пользования, в частности, применяются правила, предусмотренные пунктами 1 и 3 статьи 623 данного кодекса.

В соответствии с пунктом 1 указанной статьи произведенные арендатором отделимые улучшения арендованного имущества являются его собственностью, если иное не предусмотрено договором аренды.

Стоимость неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит, если иное не предусмотрено законом (пункт 3 той же статьи).

Из доводов иска следует, что в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен> период 2015 года производился ремонт на сумму 417 921,58 руб., летом 2016 – остекление балкона на сумму 21 902,18 руб., летом 2017 – монтажные и ремонтные работы по обшивке и отделке балкона на сумму 32 500 руб., всего на общую сумму 472 323,76 руб.

В подтверждение произведенных ремонтно-отделочных работ в материалы гражданского дела истцом представлены копии договора подряда на выполнение ремонтно-отделочных работ 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, заключенного между ФИО4 (заказчик) и ООО «Иркутск-Энергоинвест» (подрядчик), по условиям которого подрядчик обязуется выполнить ремонтно-отделочные работы в квартире, расположенной по адресу 

<

адрес обезличен>, в соответствии со сметой стоимость материала и работы составила 417 921,58 руб. Начало работ 

<

Дата обезличена>, окончание работ 

<

Дата обезличена>. 

Согласно ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В силу ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем за существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п.1 ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно п.1 ст. 703 ГК РФ договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику.

В силу п.1 ст.711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Как следует из представленного стороной истца копии договора подряда на выполнение ремонтно-отделочных работ 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, заключенного между ФИО4 (заказчик) и ООО «Иркутск-Энергоинвест» (подрядчик), подрядчик обязуется выполнить ремонтно-отделочные работы в квартире, расположенной по адресу 

<

адрес обезличен>, в соответствии со сметой стоимость материала и работы составила 417 921,58 руб. Начало работ 

<

Дата обезличена>, окончание работ 

<

Дата обезличена>.В соответствии с п.5.2 работы считаются принятыми с момента подписания сторонами акта приема выполненных работ.

Вместе с тем, истцом предусмотренный договором акт приема выполненных работ, подписанный с подрядчиком, суду не представлен.

Кроме того в соответствии с п. 3 ст. 709 ГК РФ в случае, когда работа выполняется в соответствии со сметой, составленной подрядчиком, смета приобретает силу и становится частью договора подряда с момента подтверждения ее заказчиком.

Представленная в материалы дела истцом копия сметы, являющаяся приложением к договору подряда 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> сторонами не подписана.

Также не представлены в материалы дела платежные документы, подтверждающие оплату работ по договору подряда 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>.

Таким образом, анализ представленных суду доказательств стороной истца свидетельствует о том, что ФИО4 не доказан как факт заключения между ним и ООО «Иркутск-Энергоинвест» договора подряда при отсутствии подлинника или надлежащим образом заверенной копии договора, так и размер понесенных им расходов по данному договору, поскольку для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие совокупности ряда обстоятельств, в том числе, доказательства наличия убытков потерпевшего, за счет которых обогатился приобретатель, чего судом в данном конкретном случае не установлено.

Кроме того, определением суда от 

<

Дата обезличена> по делу назначалась судебная оценочная строительная экспертиза, проведение которой поручалось эксперту ООО «Проф-Эксперт» ФИО9 На разрешение экспертов были поставлены вопросы о том, какие неотделимые улучшения имеются в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен>12, выполнены ли работы по ремонту, отраженные в договоре подряда от 

<

Дата обезличена>, какова стоимость имеющихся в квартире неотделимых улучшений на дату проведения экспертизы.

Как следует из заключения ООО «Проф-Эксперт» от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен> стоимость имеющихся в квартире неотделимых улучшений в общей сумме на дату проведения экспертизы составила 184 000 руб. При этом, в характеристике (общие сведения) объекта экспертизы указано, что отсутствуют данные о годе проведения ремонта внутренней отделки помещения.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО9 суду пояснил о том, что работы по ремонту квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>12, отраженные в договоре подряда от 

<

Дата обезличена>, могли быть выполнены, исходя из условий договора. Вместе с тем, определить давность выполнения этих работ невозможно, поскольку внешний вид данных работ значительно отличается от иных работ, которые выполнены позже.

У суда нет оснований не доверять заключению эксперта, его пояснениям, данным в судебном заседании, поскольку истцом в силу ст.56 ГПК РФ доказательств выполнения ремонтных работ в 2015 суду не представлено.

Представленные стороной ответчика и третьего лица копии платежных документов, подтверждающих приобретение третьим лицом ФИО3 различных строительных, отделочных материалов, в период с 2007 года по 2015 год, в том числе, товарный чек 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> на сумму 784,80 руб., счет 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> на сумму 5 950 руб., товарный чек 

<

Номер обезличен> от 01.08.2015на сумму 1 901,70 руб., товарный чек 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> на сумму 5 178,05 руб., товарный чек от 

<

Дата обезличена> на сумму 300,70 руб., различные копии договоров по оказанию услуг с приложениями (договор 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> заключенный между ООО «Окнофф» и ФИО3, счет 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, акт приёма-сдачи выполненных работ по договору 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>; договор подряда 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, заключенный между ООО Компания «Позитив» и ФИО3) не подтверждают и не опровергают доводов ФИО4 о несении им расходов на ремонт квартиры, а ФИО3 никаких требований в отношении ремонта квартиры к ответчику не предъявляет.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что поскольку определить время выполнения работ, указанных в копии договора подряда от 

<

Дата обезличена> невозможно, отсутствуют достоверные и бесспорные доказательства заключения данного договора, фактическое выполнение работ по данному договору, доказательства оплаты по данному договору, истцом в силу ст.56 ГПК РФ несение данных расходов и неосновательное обогащение стороной ответчика не доказано.

При этом, суд, оценивая показания свидетелей ФИО10, ФИО11 в части проведения ремонтных работ в квартире после прекращения семейных отношений между ФИО4 и ФИО3, приходит к выводу о том, что они правового значения не имеют, учитывая отсутствие доказательств со стороны истца как в отношении ремонта квартиры, так и в части оплаты ремонта.

Рассматривая доводы истца о выполнении в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен> летом 2016 остекление балкона на сумму 21 902,18 руб., суд учитывает следующее.

В подтверждение доводов проведения остекления балкона, ФИО4 в материалы дела представлены: спецификации заказа 

<

Номер обезличен>а от 

<

Дата обезличена>, стоимость которого составляет 21 781,2 руб., на которой имеет подпись исполнителя, а подпись заказчика отсутствует; - спецификация 

<

Номер обезличен>А-1 от 

<

Дата обезличена> на сумму 120,96 руб., где также подпись заказчика отсутствует; акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 

<

Дата обезличена> между компанией «Фенстер» и ФИО4, в соответствии с которым ФИО4 произведена оплата в сумме 21 902,18 руб., на 

<

Дата обезличена> задолженность отсутствует, акт подписан сторонами.

Вместе с тем, анализ представленных документов свидетельствует о том, что на указанных заказах отсутствует указание адреса, по которому будут производиться работы, имеется подпись исполнителя, подпись заказчика отсутствует.

Кроме того, суду не представлены документы, подтверждающие выполнение работ, предусмотренных заказами 

<

Номер обезличен>а от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен>А-1 от 

<

Дата обезличена>.

Также не представлены в материалы дела платежные документы, подтверждающие оплату истцом работ по спецификациям заказа 

<

Номер обезличен>а от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен>А-1 от 

<

Дата обезличена>.

Представленный суду акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 

<

Дата обезличена> между компанией «Фенстер» и ФИО4, в соответствии с которым ФИО4 произведена оплата в сумме 21 902,18 руб., на 

<

Дата обезличена> задолженность отсутствует, не свидетельствует о том, что истцом понесены расходы по представленным заказам 

<

Номер обезличен>а от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен>А-1 от 

<

Дата обезличена>, что приводит суд к выводу о том, что доказательств несения расходов по остеклению балкона в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен> истцом в силу ст.56 ГПК РФ не представлено.

То обстоятельство, что фактически балкон в указанной квартире имеет остекление, не подтверждает убытки истца в заявленном им размере.

Кроме того, как следует из письма-требования ФИО7 от 

<

Дата обезличена>, направленного ею в адрес ФИО4, она требует провести демонтаж остекления, привести балкон в первоначальное состояние. Со слов ее представителя ФИО2, ФИО6 желала проведение данных работ силами управляющей компании, поскольку проведение текущего ремонта балконов входит в обязанности управляющей компании.

Учитывая данное требование ответчика, суд приходит к выводу о том, что остекление балкона является дополнительным оборудованием, которое не является составной частью конструктивных элементов балкона и может быть демонтировано в случае необходимости (например, для ремонта) и заменено на новое. 

Доказательств невозможности проведения демонтажа остекления балкона, истцом в силу ст.56 ГПК РФ не представлено.

Вывод эксперта о неотделимости указанных улучшений не соответствует положениям ст. 133 ГК РФ. 

При оценке экспертного заключения в части содержащихся в нем сведений о характере отдельных улучшений, произведенных в квартире, суд не может согласиться с выводами эксперта в силу следующего. 

В соответствии с частями 1, 2 статьи 133 Гражданского кодекса Российской Федерации вещь, раздел которой в натуре невозможен без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения и которая выступает в обороте как единый объект вещных прав, является неделимой вещью и в том случае, если она имеет составные части. Замена одних составных частей неделимой вещи другими составными частями не влечет возникновения иной вещи, если при этом существенные свойства вещи сохраняются.

Судом установлено, что на странице 14 заключения в разделе «выводы» содержится вывод о том, что балкон (пол, стены, окна) считается неотделимым улучшением. 

Вместе с тем, никаких суждений эксперта по данному вопросу не приведено.

Указанный вывод о неотделимости произведенных улучшений на балконе не принимается судом как достоверно свидетельствующий о том, что факт наличия остекления балкона, обшивки вагонкой, укладки половой рейки на балконе свидетельствует о неотделимости данного улучшения, в связи с тем, что доказательств того, что оно не может быть изъято из квартиры без ухудшения их потребительских свойств с учетом произведенных улучшений, а равно того, что использовать эти окна и пиломатериалы в результате такого изъятия будет невозможно либо нецелесообразно в связи с ухудшением его первоначальных свойств, не представлено. В указанной части вывод эксперта о неотделимости указанного улучшения в виде установки окон, ремонтных работ на балконе, не соответствует положениям ст. 133 ГК РФ.

Кроме того, суд принимает во внимание, что в соответствии с Требованиями к определению площади здания, сооружения и помещения, утвержденными Приказом Минэкономразвития России от 

<

Дата обезличена> N 90, площадь жилого помещения состоит из суммы площадей всех частей такого помещения, включая площадь помещений вспомогательного использования (кухонь, коридоров, ванн, санузлов, встроенных шкафов, кладовых и иных), за исключением балконов, лоджий, веранд, террас, эксплуатируемой кровли и такая структурная часть квартиры, как балкон, являющийся помещением вспомогательного свойства, к элементам благоустройства не относится. 

Более того, как было установлено в ходе судебного разбирательства, остекление балкона, со слов представителя истца ФИО1, было произведено без получения согласия как ФИО7 являющейся собственником жилого помещения, так и ФИО3, собственность которой в отношении жилого помещения стороной истца предполагалась.

При этом, как пояснил представитель истца, остекление балкона, а затем его дополнительная отделка, было произведено для улучшения комфортности проживания, что, безусловно, свидетельствует о том, что такие улучшения были произведены истцом исключительно в личных целях в период безвозмездного пользования квартирой по адресу: 

<

адрес обезличен>, в то время как в собственности ФИО4 находились две квартиры, принадлежащие ему на праве собственности.

В подтверждение доводов иска о проведении монтажно-ремонтных работ по обшивке балкона ФИО4 представлена расписка от 

<

Дата обезличена>, в соответствии с которой ФИО12 принял от ФИО4 денежные средства в сумме 32 500 руб. за проведение монтажно-ремонтных работ по обшивке балкона в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен> период с 20.06 по 

<

Дата обезличена>. 

Анализируя данную расписку, суд приходит к выводу о том, что сама по себе данная расписка не подтверждает характер, объем выполненных работ со стороны ФИО12, приобретение за счет ФИО4 вагонки, половой рейки, иных строительных материалов, то есть, со стороны истца отсутствуют доказательства наличия его убытков, за счет которых обогатился приобретатель.

В ходе судебного разбирательства стороной истца ходатайств о допросе ФИО12, представления иных доказательств по монтажно-ремонтным работам, в том числе, допросе иных свидетелей по факту ремонта балкона, не заявлялось.

Представленная суду расписка между двумя физическими лицами без их опроса, подтверждения данных, содержащихся в расписке, подписи ФИО12, подлинность которой суд не имел возможности проверить, как и доводы представителя ответчика ФИО2 о том, что ФИО12 является другом истца, без иных дополнительных доказательств, которым судом могла быть дана оценка, не подтверждает доводы истца о несении данных расходов.

Помимо этого, ФИО4 в силу ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств несения расходов на приобретение половой рейки, вагонки для обшивки балкона, объем приобретенных материалов, их стоимость, нет договора подряда на выполнение монтажно-ремонтных работа.

Расписка от имени ФИО12 содержит сведения о том, что он принял от ФИО4 денежные средства в сумме 32 500 руб. за проведение монтажно-ремонтных работ по обшивке балкона, то есть, за определенный вид работы, выполнение которого актом приема-передачи не подтверждено.

При этом, никакой договоренности с собственником квартиры по проведению такого вида работ согласовано не было, что не оспаривал в судебном заседании представитель истца.

В представленном суду экспертном заключении нет выводов и доказательств того, что пиломатериалы не могут быть изъяты из квартиры без ухудшения их потребительских свойств с учетом произведенных улучшений, в данном конкретном случае, изъяты не просто из квартиры, а путем демонтажа их на балконе, внешний вид которого не влияет на потребительские свойства квартиры.

Также суд учитывает тот факт, что заявленные ко взысканию расходы истца ФИО4 связаны с улучшением своего личного проживания в квартире и понесены для удовлетворения личных нужд истца, в силу чего не могут быть отнесены к необходимым расходам, которые пользователь жилого помещения обязан нести при проживании в жилом помещении в силу положений главы 36 ГК РФ.

В ходе рассмотрения дела истцом в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не представлены доказательства того, что без осуществления ремонтных работ на балконе невозможно было поддержание балкона в надлежащем состоянии, что понесенные расходы на ремонт являются издержками по содержанию и сохранению имущества, поскольку в соответствии с п.1 ст.689 ГК РФ по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Ссудополучатель обязан поддерживать вещь, полученную в безвозмездное пользование, в исправном состоянии, включая осуществление текущего и капитального ремонта, и нести все расходы на ее содержание, если иное не предусмотрено договором безвозмездного пользования (ст.695 ГК РФ).

Представленные истцом доказательства не подтверждают необходимость работ и размер произведенных расходов на ремонт балкона в заявленных размерах, поскольку относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены.

Кроме того, суд находит несостоятельными доводы стороны истца о том, что неотделимые улучшения жилого помещения (стоимость затраченных на ремонт материалов, стоимость оплаченных услуг по осуществлению ремонтных работ и т.д.) произведены за счет совместных средств ФИО4 и ФИО3, в силу чего, иск к ФИО6 предъявлен в размере половины понесенных затрат, поскольку стоимость услуг по осуществлению ремонтных работ не может рассматриваться как общее имущество супругов в силу положений части 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которой к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Учитывая изложенное, установив отношения, сложившиеся между сторонами по договору безвозмездного пользования жилым помещение, отсутствие доказательств несения расходов на проведение ремонта со стороны ФИО4, иных доказательств со стороны истца, кроме представленных в материалы дела, согласие сторон на вынесение решения по имеющимся доказательствам, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО4 удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий:

Мотивированный текст решения изготовлен 11.02.2020.